Знаете ли вы, как в природе изначально выглядели предки сельскохозяйственных растений, которые мы едим каждый день?
При первой встрече вы наверняка удивились бы. Они были настолько невзрачными, что почти не напоминали современные сорта.
Плоды маленькие, зёрен почти нет, зато повсюду торчит бессчётное количество неудобных семян.
По одному внешнему виду невозможно понять, можно ли вообще это есть.
А вот современные овощи и фрукты на нашем столе выглядели крепкими и красивыми для любого человека. И обладали ещё более замечательным вкусом.
Всё это — результат селекции.
Плод усилий, продолжавшихся тысячи лет с самого зарождения земледелия.
Продукт постепенной эволюции: люди сохраняли полезные признаки семян и устраняли неблагоприятные, чтобы получать всё более качественный урожай.
Современные технологии селекции шагнули несравнимо дальше прежних методов.
ГМО позволяли напрямую изменять гены живых организмов при помощи передовой биотехнологии.
В результате появились тропические растения, способные расти при отрицательных температурах, и фрукты слаще сахара.
Но... какими же станут сельскохозяйственные культуры ещё через полвека?
Как всем известно, из-за загрязнения окружающей среды вся почва на современной Земле умерла, превратившись в пустошь.
Для выращивания культур требовались изолированные от загрязнения гидропонные комплексы.
Однако их площадь была ограничена. Сколько их ни строй, доступное пространство не шло ни в какое сравнение с прежними сельскохозяйственными землями.
Выращивание обычных растений оказалось бы совершенно нерентабельным, но, к счастью, технический прогресс разрешил эту проблему.
Благодаря селекции появились семена, которые росли намного лучше прежних и обеспечивали эффективную урожайность.
Именно поэтому человечество до сих пор не умерло от голода на загрязнённой Земле.
С мясом сложилась похожая ситуация.
В прошлом повсюду легко росли кормовые культуры, поэтому люди могли разводить в десятки раз больше скота, чем насчитывалось их самих.
Но теперь в сельскохозяйственных комплексах не хватало места даже для еды, предназначенной людям. Выращивать там корм для животных было просто невозможно.
Поэтому почти всё мясо на современном рынке было искусственно выращенным.
Клеточное сельское хозяйство позволяло размножать только мышечную ткань нужной части тела.
Благодаря технологиям конца XXI века, значительно превосходившим современные, выращивание мяса стало намного выгоднее разведения настоящего скота и эффективно обеспечивало человечество белком. К счастью, простым людям этой эпохи не приходилось перемалывать в пищу насекомых.
Но что насчёт человека?
Нет, не поймите неправильно. Я не говорю ни о чём ужасном вроде превращения людей в пищу.
Но если человечество обладало знаниями и возможностями, позволявшими настолько свободно изменять и культивировать гены сельскохозяйственных растений и животных...
разве человеческое тело нельзя было обрабатывать подобным образом?
Если исключить вопросы этики и достоинства, человеческое тело принадлежало к той же категории, что и тела прочих животных.
При наличии достаточных технологий... разве в эту эпоху нельзя было клонировать человеческий геном и выращивать новое тело?
Иными словами, производство продуктов питания и биотехнологии теперь оказались связаны теснее, чем когда-либо прежде.
И существовала мегакорпорация, монополизировавшая мировое снабжение продовольствием.
Не будет преувеличением сказать, что Ceres Global обладала самыми передовыми биотехнологиями современности.
***
Она напоминала закат.
Странное сочетание багряной осенней листвы и золотого вечернего солнца.
Стоило заглянуть в глубокие глаза девушки, как, несмотря на юное лицо, почему-то вспоминались сумерки.
Она выглядела так, словно едва достигла совершеннолетия, и в её мягко опущенных уголках глаз всё ещё сохранялось что-то детское.
И всё же в них ощущались непостижимая глубина и достоинство.
В этой красавице противоположные впечатления удивительно гармонично сочетались.
Она была последней участницей нынешнего саммита C10 и той самой подсказкой к голоду, встречи с которой мы так долго ждали.
Генеральный директор Ceres Global Карнелия Розенфельд.
Она также считалась старейшей среди нынешних глав мегакорпораций.
Но хотя столь пожилая женщина появилась в облике юной девушки, окружающие восприняли это совершенно спокойно.
Ни один из присутствовавших глав мегакорпораций не удивился.
Вероятно, омоложение Карнелии уже давно не являлось тайной.
В конце концов руководитель корпорации из первой десятки принадлежал к известнейшим людям мира.
Если только он не скрывался от общества больше десяти лет, как представители Omega International, утечки личных сведений на публичных мероприятиях было почти невозможно избежать.
Поэтому о молодости основательницы Ceres Global Карнелии Розенфельд общество знало уже несколько лет.
Даже меня заранее в некоторой степени предупредили.
Как бы то ни было, согласно общедоступным сведениям, молодость ей вернула... нейронная трансплантация в выращенного клона.
Карнелия вырастила клона на основе собственной ДНК, а затем пересадила мозг, сменив прежнее тело на молодое и добившись поразительного омоложения.
Уровень биотехнологий и капитал Ceres Global вполне позволяли это осуществить.
Но даже при всём этом меня удивило другое.
«Я думал, человек, вернувший молодость в таком возрасте, будет выглядеть довольно неестественно...»
Девушка была просто прекрасна.
Если бы я встретил юную женщину в платье, с собранными в пучок красными волосами и ничего о ней не знал, то лишь восхитился бы красотой.
При одном взгляде на Карнелию можно было решить, что для богатых людей, обладавших деньгами и технологиями, вечная молодость уже стала вполне достижимой.
Однако, как уже выяснилось, пересадка мозга в выращенного клона не могла даровать настоящее бессмертие.
Метод действительно возвращал молодость, но вечная жизнь оставалась невозможной.
В отличие от остальных частей тела, мозг нельзя было заменить. Поэтому Карнелия тоже страдала от разнообразных побочных эффектов...
Пока я погружался в эти размышления...
— Резолюция номер 1664 принимается единогласно. Следующий вопрос — изменение процентной ставки для защиты кредит-доллара от инфляции...
Услышав голос, я поднял голову.
За круглым столом, где уже сидели все председатели мегакорпораций, саммит был в самом разгаре.
Председательствовал не кто иной, как Эндрю.
Нынешний C10 проходил в штаб-квартире Praxis Network, поэтому именно хозяин встречи руководил заседанием.
«...»
Некоторое время слушая обсуждение, я машинально взглянул на наручные часы.
С начала саммита прошло уже немало времени.
Как меня и предупреждали, все рассмотренные вопросы выглядели убедительно, но словно не обладали настоящим содержанием.
Когда дело касалось реальной прибыли, интересы участников на таком публичном мероприятии сталкивались слишком остро и договориться становилось невозможно.
За столом обсуждали лишь очевидные проблемы с не менее очевидными решениями.
Я снова осознал: своей славой C10 обязан не пользе принятых решений, а присутствовавшим людям.
И если смотреть с этой точки зрения, у меня была совсем иная причина участвовать в саммите.
Главная фигура, вероятнее всего теснее всех связанная с голодом из предвидения.
Я хотел лично понаблюдать за главой Ceres Global и получить впечатление, способное стать подсказкой.
С этой мыслью я уже собирался незаметно покоситься на сидевшую по другую сторону круглого стола женщину.
«...»
— !..
Наши взгляды встретились.
Сердце мгновенно рухнуло вниз.
Я постарался как можно естественнее отвести глаза, словно столкновение было случайным, но безуспешно.
Теперь уже она не сводила с меня взгляда.
Карнелия Розенфельд открыто уставилась на меня.
Признаться, это казалось немного несправедливым.
Чтобы не вызвать подозрений, я долго ждал подходящего момента.
И лишь когда Карнелия, казалось, полностью сосредоточилась на нынешнем вопросе, впервые решил осторожно взглянуть — и сразу попался.
«Н-неужели заметила?»
Мне казалось, что по спине течёт холодный пот.
Но страннее всего было то, что она сама продолжала пристально меня разглядывать.
Наблюдать должен был я, однако роли мгновенно поменялись местами.
«...»
«...»
Но не слишком ли откровенно она смотрит?
Конечно, человеку, который сам пытался тайком подсматривать, жаловаться не стоило... и всё же от чужого взгляда уже начинала болеть щека.
Я не понимал её намерений. Казалось, я по-настоящему влип.
Карнелия словно собиралась смотреть до самого конца саммита, и в голове пронеслись тысячи мыслей.
«Что всё это значит?..»
Разве нельзя один раз случайно встретиться взглядами?
Почему она так смотрит?
Неужели Карнелия тоже догадалась о тайне чудес?
От страшной догадки по спине пробежал холодок, но я тут же покачал головой.
Я знал, каким взглядом смотрит древнее чудовище, жаждущее настоящего бессмертия.
Ужасающе липкий взгляд Эрнста не имел ничего общего с нынешним.
По крайней мере Карнелия, похоже, не желала заполучить инструмент для вечной жизни.
«...»
«...»
Но тогда почему?
Почему эта женщина до сих пор не сводила с меня глаз?
В тот день я впервые узнал, что один взгляд способен причинять такие мучения.
***
После того как этот единственный взгляд неожиданно загнал меня в ловушку, мучительно тревожное заседание наконец закончилось.
С того мгновения, как глубокие глаза Карнелии приковались ко мне, я уже не запомнил ни одного обсуждавшегося вопроса.
— Фух...
Глядя на опустевший круглый стол после ухода участников, я лишь облегчённо вздыхал.
Тогда ко мне подошёл Эндрю и заговорил:
— Вы хорошо потрудились, леди Ева. Удалось найти какие-нибудь подсказки к предвидению?
Я нерешительно покачал головой.
— Пока... кажется, ничего не почувствовала...
Я наконец лично встретил Карнелию, генерального директора Ceres Global, но так и не получил никакого вдохновения.
Эндрю озадаченно переспросил:
— Вот как? А мне показалось, что она, напротив, что-то почувствовала по отношению к леди Еве.
— Вот именно! Я тоже вообще не понимаю, что это было!
Почему она не сводила с меня глаз на протяжении всего заседания?
Я даже подумал, что за этим что-то стоит, и хотел заговорить после саммита, но Карнелия как ни в чём не бывало ушла.
Когда официальное заседание закончилось и я знакомился с остальными председателями мегакорпораций, она исчезла первой.
Карнелия Розенфельд была совершенно непостижимым человеком.
В итоге нынешний C10 не принёс ничего, кроме знакомства с главами остальных мегакорпораций.
Я не получил ни одной подсказки о голоде, а количество вопросов лишь увеличилось.
Я немного пал духом, решив, что всё прошло впустую, и тогда Эндрю снова спросил:
— И всё же сегодня вы познакомились со множеством людей, не только с ней. Каковы ваши впечатления после встречи со всеми главами десяти корпораций?
Я немного подумал над неожиданным вопросом и ответил:
— Как ни странно... все оказались довольно обычными.
— Вот как?
— Да. Если честно, я ужасно волновалась перед встречей с председателями мегакорпораций. Но по отдельности никто из них не показался особенно необычным.
Больше всего среди собравшихся глав мегакорпораций я опасался Александра, возглавлявшего Leviathan Industries.
Всё усугубляла и внезапная встреча, и дурная история, которую помнил только я.
Но даже с ним при личной встрече удалось обменяться хотя бы внешне учтивыми любезностями.
С остальными всё было так же.
Когда до и после саммита я знакомился и беседовал с ними, большинство руководителей десяти корпораций показались в меру вежливыми людьми, с которыми можно разговаривать.
При личной встрече я почти не ощутил дурной славы абсолютных монархов, правивших с вершины сверхкапиталистического общества.
Услышав эти впечатления, Эндрю рассмеялся:
— Вот оно как. Ха-ха!
— ?..
Я озадаченно склонил голову, и он добавил:
— Леди Ева, вам не приходила в голову другая мысль? Возможно, дело не в том, что они оказались на удивление обычными... а в том, что вы сами стали настолько особенной?
«...»
Я уже по привычке хотел проявить скромность, но замер.
Я хорошо знал, какой силой обладали властители этой эпохи.
И видел, насколько легко они обращали её против слабых.
Древнее чудовище, жаждавшее бессмертия, угрожало убить сотни тысяч верующих одним аварийным выключателем.
За пределами исчезнувшей возможности будущего крупнейший в мире военно-промышленный комплекс без колебаний развязал гражданскую войну, в которой погибли миллионы невинных.
Обладатели власти в эту эпоху ничуть не стеснялись распоряжаться слабыми по собственной прихоти.
Они проявляли так называемое уважение лишь к тем, кто обладал равной или превосходящей силой.
И теперь... Святая церкви Сияния тоже стала для глав мегакорпораций таким человеком?
«...»
Я отчасти понимал слова Эндрю.
Но почему он вдруг решил поднять эту тему?
Он снова заговорил:
— Эпоха меняется всё быстрее. Теперь каждый десятый человек верит в церковь Сияния, и дальше верующих станет ещё больше. Даже если нынешние властители мира называют себя королями, скоро наступит день, когда перед именем Бога они будут стоять лишь простыми людьми.
Со странной улыбкой Эндрю продолжил:
— Считайте сегодняшние впечатления... своего рода предварительным уроком для моей госпожи.
«...»
Мы были знакомы уже довольно давно.
Теперь я мог приблизительно понять скрытый смысл его загадочных слов.
Если церковь Сияния продолжит расширяться и однажды поглотит весь мир... возможно, настанет день, когда нам придётся открыто противостоять мегакорпорациям.
Конечно, это было делом далёкого будущего.
Вероятно, Эндрю хотел заранее открыть мне взгляд с большей высоты и подготовить к такой возможности.
Хотел показать, что даже императоры капитала, правившие моими страхами, однажды станут лишь людьми, на которых я смогу смотреть сверху вниз.
«И кем только этот человек пытается меня сделать?»
Он самовольно называл меня госпожой и одновременно постоянно пытался чему-нибудь учить. В этом было нечто странное.
Но всё действительно помогало, поэтому особого недовольства я не испытывал.
Покачав головой, я завершил этот богатый событиями день саммита.
День выдался чрезвычайно утомительным. Я достиг поставленной цели и познакомился с главами мегакорпораций, но так и не отыскал подсказок к голоду.
В тот момент я искренне думал, что всё оказалось напрасным.
Так продолжалось ровно три дня — до встречи с человеком, лично пришедшим ко мне в церковь.
