Тихое дыхание снова защекотало ухо.
— Ха-а... Хи...
«...»
Моё терпение наконец иссякло, и я с хлопком закрыл книгу.
Нахмурившись для убедительности, я бросил сидевшей на другом диване девушке:
— Джоанна, можешь вести себя потише? Ты мешаешь мне читать.
— !..
Девушка, украдкой поглядывавшая на меня из-за стола, вздрогнула.
Она запоздало отвела глаза и попыталась спрятать лицо за раскрытой книгой, но разве это могло её скрыть?
Не в силах скрыть недоумения, я спросил:
— Что с тобой вообще происходит?
— Ч-что? О чём ты, сестрёнка?
Джоанна первым делом сделала вид, будто ничего не понимает и всё это время была поглощена чтением.
Но я давно заметил, что страницы не переворачиваются.
Книга, которую она притворялась читающей, принадлежала к произведениям, одолженным Карнелией.
Джоанна сказала, что тоже хочет посмотреть, а хозяйка не возражала, и я поделился с ней. Но в итоге девушка даже не читала, а лишь делала вид.
Обычно я бы не обратил внимания, однако она уже полчаса с подозрительным видом поглядывала только на меня.
Я не мог сосредоточиться и продолжил допытываться. Наконец Джоанна призналась.
Я ошеломлённо переспросил:
— Ты хотела посмотреть, как я читаю?..
И ради этого нужно было вести себя именно так? Да и вообще, за время совместной жизни она наверняка не раз видела, как я читаю... Или нет?
Если подумать, сейчас из-за ужасного загрязнения окружающей среды почти все деревья погибли.
Поэтому производство бумаги неизбежно стало трудным и дорогим.
Кроме того, благодаря развитию технологий почти всю информацию обрабатывали в виде эффективных цифровых данных.
Так что бумажные книги в эту эпоху являлись редкостью. Вид читающего человека тоже встречался нечасто.
«Но разве на это нужно смотреть, потеряв голову?»
Джоанна принялась нерешительно оправдываться:
— Но... я впервые вижу, как сестрёнка с таким изяществом погружается в книгу. Ты выглядишь совсем не так, как во время обычной работы в церкви... Хи-хи-хи...
«...»
Я уже хорошо знал эту странность Джоанны. Похоже, снова проявилась её необычная одержимость всем, что было связано со мной.
Способ справиться с ней тоже стал привычным, поэтому я сразу выставил Джоанну за дверь:
— Если не собираешься читать, уходи!
— Ай! Сестрёнка! П-подожди! Десять минут, дай полюбоваться ещё всего десять...
Бах! Дверь резко захлопнулась, и в комнате вновь стало тихо.
Я легко вздохнул, вернулся на диван и поднял книгу.
— Фух.
Тут я вдруг нащупал на лице что-то непривычное и мешавшее.
Тонкая оправа очков коснулась пальцев. Джоанна дала их мне, сказав, что встроенные функции помогают сосредоточиться.
Но после её недавних слов... возможно, девушка просто хотела увидеть меня в очках. (П.с. от беса. Э, автор, а нам картиночку посмотреть?!)
«А ведь сразу показалось подозрительным».
Я сложил очки, отложил их и вернулся к чтению книги.
Вообще-то я не собирался единолично присваивать всю эту классику.
Я предлагал произведения окружающим, но большинство ими совершенно не заинтересовалось.
Конечно, некоторые проявляли любопытство, видя моё увлечение или узнав, что это хобби председателя мегакорпорации. Однако после личного знакомства им быстро становилось скучно, и они откладывали произведение. Это относилось не только к книгам, но также к фильмам и консольным играм. Я их понимал.
Для меня самого эти вещи были бы чем-то вроде фильмов или комиксов середины XX века.
В своё время они могли считаться великими шедеврами, открывшими новые горизонты жанра, но теперь казались грубыми и эмоционально непонятными.
Поэтому в церкви только я мог наслаждаться произведениями, рекомендованными Карнелией.
И я вовсе не заставлял себя. Они действительно оказались достаточно интересными.
Но и о настоящей цели — поиске подсказок к голоду — я не забывал.
Мне хотелось узнать Карнелию как человека глубже и найти зацепку.
Поэтому, хотя со стороны всё выглядело обычным развлечением, для меня это тоже было своего рода работой.
Я невольно принялся оправдываться перед самим собой.
Из-за расширения церкви все вокруг в последнее время были ужасно заняты, и совесть мучила меня за то, что я один спокойно наслаждался культурным отдыхом.
Как бы то ни было, неожиданное знакомство с Карнелией развивалось во всё более непредвиденном направлении.
Однажды произошло следующее.
[Поражение...]
Я опустошённо смотрел на появившийся перед глазами серый экран.
За надписью о поражении в грубой графике раскинулось поле боя.
Повсюду лежали уничтоженные войска и руины зданий.
«...»
Пока я бездумно смотрел на экран, из-за старой игровой консоли внезапно раздался голос:
— Как же это ты позволила умирающей старухе настолько разгромно себя уничтожить? Хм...
С противоположного места выглянула девушка.
Эти глаза посмотрели на меня и изогнулись полумесяцами.
— Пф-ф, время — привилегия молодых, но не слишком ли ты медлительна? Если будешь так долго раскачиваться, у тебя останется не так много возможностей бросить вызов этой старухе. Успеешь ли хотя бы раз победить до моего последнего помазания?
«...»
Пока девушка долго и радостно болтала, я ненадолго закрыл глаза.
Всего лишь одна партия.
Мы ни на что не спорили.
Я понимал, что это простое развлечение, но...
«Почему же меня так задевает?»
Наверное, мужчина способен стерпеть что угодно, кроме насмешки над его игровым мастерством.
Я невольно разозлился и недовольно пробормотал:
— Вы хорошо играете только потому, что знакомы с этой игрой уже много лет.
— Хм-м?
Улыбка-полумесяц стала ещё заметнее.
— Даже не знаю. Пусть игра и находилась в моей коллекции, но с последнего запуска прошло не меньше сорока лет. Это было ещё до твоего рождения, а значит, наши условия почти одинаковы. Просто твой талант... Ах, едва не сказала невежливость. Пф-ф-ф.
«...»
Я понимал, что бы ни добавил сейчас, всё будет звучать жалким оправданием проигравшего.
Поэтому понизил голос и произнёс лишь одно:
— ...Ещё одну партию.
— Пф-ф-ф.
Мы понемногу делились увлечениями каждый раз, когда Карнелия приезжала в церковь.
Незаметно она стала проводить со мной намного больше времени, чем за молитвами.
Мы не только играли друг против друга, но и вместе наслаждались самыми разными произведениями, обсуждая впечатления.
— Никогда бы не подумала, что великое сокровище Короля пиратов окажется таким...
— В финале даже я удивилась.
Не знаю, являлось ли это отсылкой, включённой в Неофронт КиберСити — игру, ставшую основой нынешнего мира, — или существовала иная причина. Но в коллекции Карнелии находилось даже несколько знаменитых произведений, которые не успели завершиться в мою эпоху.
Я не знал, закончились бы они в прежнем мире так же, однако смотреть всё равно было интересно.
Атмосфера, которую после внезапного попадания в будущее я уже не надеялся когда-нибудь ощутить снова.
И человек, способный полностью разделить эти чувства.
Благодаря этому я тоже постепенно проникался симпатией к Карнелии.
С поразительной даже для меня скоростью.
— Хо-хо. Уже и не помню, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то разделял увлечения этой скучающей старухи. Я тебе благодарна.
— Мне тоже было весело.
Ответив, я с некоторым недоумением добавил:
— Но, госпожа Карнелия, неужели никто из вашего окружения не интересовался этой классикой?
Для такого человека наверняка выстроилась бы очередь желающих угодить, каким бы странным ни оказалось её увлечение.
Но Карнелия покачала головой.
— Нет, с ними совершенно неинтересно. Что бы я ни сказала, они лишь кивают. Сразу видно, что хотят польстить, и всё удовольствие исчезает. Даже не помню, сколько десятилетий прошло с тех пор, как дерзкая малявка искренне старалась одолеть эту старуху. Хо-хо.
В этот момент, пока разговор на мгновение отвлёк меня, с экрана раздался резкий сигнал тревоги.
— !..
Вражеские солдаты проникли через тёмный угол и устроили хаос на главной базе.
Они точно воспользовались уязвимостью, и мне оставалось лишь ошеломлённо смотреть на последствия.
[Поражение...]
Вскоре экран безжалостно посерел, и с другой стороны вновь послышался голос:
— Ты немного улучшила навыки... но тебе ещё очень многому нужно научиться. Пф-ф.
«...»
Я на мгновение прищурился, но вслед за Карнелией не удержался от смешка.
После попадания в этот чужой мир со мной произошло очень много и радостного, и печального. Я прожил настолько наполненное время, что всего не перечислить.
Но как давно я не испытывал удовольствия такого рода?
Может быть... если бы в прежнюю эпоху... я встретил молодую Карнелию лично, мы действительно могли бы стать хорошими друзьями.
Пусть подсказок к голоду я всё ещё не нашёл.
По крайней мере Карнелия, которую я наблюдал всё это время, не казалась плохим человеком.
***
Прошло ещё немного времени.
Наконец я увидел плоды своих усилий.
[Победа!]
Увидев надпись о победе на экране старой консоли, я невольно сжал кулак.
— !..
Я инстинктивно вскочил и уже собирался что-то сказать Карнелии.
Но, посмотрев на неё, резко замер.
Девушка, сжав голову руками, свернулась в клубок и мелко дрожала. С ней явно было что-то не так.
— Г-госпожа Карнелия? Вы в порядке?
— Ух...
Когда я в тревоге приблизился, послышался тихий стон.
Некоторое время Карнелия сильно хмурилась, но вскоре подняла голову и улыбнулась, словно ничего не случилось.
— Хм, ничего особенного. Обычная головная боль.
Она шутливо добавила:
— Поэтому... эту партию следует признать недействительной, верно? Тебе ещё далеко до победы. Ещё далеко...
«...»
Я так и не сумел ничего ответить.
На время я забыл, что Карнелия изначально пришла ко мне с просьбой о последнем помазании как смертельно больная.
Её прежние поступки и необычайно бодрое поведение лишь скрывали правду.
Грядущий конец был почти предрешён.
«Если что-то и изменилось, то это мои...»
Пока я невольно кусал губу, Карнелия вновь придала лицу бодрое выражение и заговорила.
Её голос звучал даже немного неестественно оживлённо.
— Кстати! Я нашла произведение, которое очень хочу тебе показать!
Она протянула мне лежавшую рядом книгу.
Я тихо задержал дыхание.
— Госпожа Карнелия, это...
— Хо-хо. Надеюсь, ты прочтёшь с удовольствием. Даже не понимаю, как могла до сих пор о нём забывать. Я уверенно рекомендую этот шедевр.
Я хотел что-то сказать, но проглотил слова.
«Но эту книгу на прошлой неделе...»
Я уже внимательно прочитал её, лично вернул Карнелии и несколько часов обсуждал вместе с ней.
