Что касается недавнего происшествия с Ронаном... будем считать, что он выбрал неудачный момент.
Я перевёл непрерывно вибрировавший на столе терминал в беззвучный режим и вернулся к основной теме.
Ведь сюда я пришёл совсем по другой причине.
— Значит, господин Эндрю, вы можете мне помочь?
В ответ сидевший напротив мужчина кивнул.
— Именно так. Если пожелаете, сила Praxis Network поможет расширить церковь.
Именно поэтому я вновь встретился с Эндрю.
Нам предстояло обсудить сотрудничество ради расширения церкви.
Хотя совершенно не ожидал, что он сразу заговорит о настолько огромном масштабе.
— Первая цель — за три года обратить в церковь Сияния десять процентов населения Земли.
— !..
Поражённый, я ошеломлённо уставился на собеседника.
— Десять процентов?!
Десять процентов населения планеты.
Если подобный масштаб трудно представить, можно привести подходящий пример.
Крупнейшие религии, которые в прежнем мире называли четырьмя великими вероисповеданиями.
Одно только число последователей буддизма по статистике немного превышало пятьсот миллионов.
Около шести процентов всего человечества.
Иными словами, Эндрю собирался превратить церковь Сияния в религию ещё крупнее буддизма.
Причём в мире, где 99,9 процента людей твёрдо придерживались атеистических взглядов.
«Разве это возможно?..»
Но с помощью стоявшего передо мной мужчины результат, возможно, уже не казался недостижимым.
Эндрю Геккель. Теперь бесспорный хозяин Praxis Network.
Человек, входивший в десятку самых влиятельных на всей планете.
Такой император улыбнулся и сказал:
— Церковь Сияния уже действует как прекрасно организованная система социальной защиты.
Он спокойно начал загибать пальцы:
— Безопасность, рабочие места, медицина, образование и воспитание детей. Сама церковь также служит центром местного сообщества. Даже люди без веры желают пользоваться всеми этими благами, не так ли? С деловой точки зрения при достаточных вложениях масштаб можно увеличивать практически без ограничений. Разве рост церкви до сих пор не доказал это?
«...»
— Люди этой эпохи... осознают они это или нет, все желают спасения.
Верно. Церковь Сияния сумела вырасти настолько быстро именно потому, что этот суровый мир был переполнен людьми, желавшими хотя бы немного лучшей жизни и спасения.
Но существовали очевидные причины, по которым даже при таком потенциальном спросе мы не расширялись без разбора.
Во-первых, слишком быстрый рост неизбежно вызывал противодействие.
Так произошло в будущем, увиденном мной в предвидении. Церковь мгновенно выросла и поглотила больше половины Омега-Детройта, поэтому ощутившие угрозу правители Альфа-круга объединились и начали войну.
Но теперь... эта проблема должна была исчезнуть.
За нашей спиной встанет абсолютная власть, которой не осмеливались перечить даже крупные корпорации.
Поддержка настоящей мегакорпорации легко устранит почти все трудности, которых мы до сих пор опасались.
Даже если церковь выйдет за пределы города и распространится по всему миру.
Главной сферой её деятельности было социальное обеспечение. Другие мегакорпорации, способные сдерживать Praxis Network, вряд ли интересовались этой областью. Пока мы не вторгались на их ключевые рынки, они, вероятно, не стали бы ради противодействия нам вступать в конфликт с равной мегакорпорацией.
Но оставалась самая очевидная проблема.
Я спокойно спросил:
— Вы ведь знаете, господин Эндрю, что деятельность нашей церкви почти не приносит прибыли?
Это было ясно даже без финансовой отчётности.
Конечно, верующие платили десятину, а договоры на священные знаки и медицинские услуги Eleos Medical Center приносили дополнительный доход.
Но даже всех этих поступлений едва хватало на обслуживание системы.
И теперь этот убыточный проект предлагалось распространить по всему миру.
Для расширения до масштаба в сотни миллионов верующих... потребовались бы поистине астрономические расходы.
Даже мегакорпорации было бы крайне тяжело потратить столько денег без отдачи.
— Леди Ева. Прошу без колебаний использовать всё, чем я владею, ради исполнения ваших стремлений.
«...»
Некоторое время я не решался ответить.
После раздумий всё же заговорил, потому что считал необходимым ясно определить расчёт в наших отношениях.
— Предупрежу заранее: мне почти нечем вас отблагодарить. Вы всё равно хотите помочь?
Это было слишком серьёзно, чтобы неопределённо принять помощь под видом доброй воли.
К тому же, если удастся собрать столько веры, я, возможно, вернусь в прежний мир. Если Эндрю в будущем чего-то от меня ожидал, к тому времени самого объекта ожиданий уже могло не существовать в этом мире.
Поэтому я ещё раз подчеркнул:
— Денег у вас гораздо больше, чем у меня... Я смогу предложить лишь словесную благодарность. Вас это действительно устроит?
Но Эндрю лишь легко рассмеялся.
— Более чем щедрая награда.
«...»
Я снова пристально посмотрел на мужчину.
«Он искренен?»
После недавнего чуда экзорцизма Эндрю вёл себя неизменно слепо преданно.
Но до этого он больше десяти лет управлял огромной Praxis Network вместо деда.
Пусть старик и считал его лишь временной заменой до обретения вечной жизни, бездарный человек не удержался бы на таком месте.
По своей сути Эндрю тоже был опытным до мозга костей предпринимателем.
Наверняка всю жизнь прожил среди расчётов, прибыли и убытков.
Пусть пережитое чудо изменило его, неужели он действительно поставит всё на настолько бесплодное дело?
Словно прочитав мой вопрос, он ответил:
— Ах, моя госпожа слишком добра. Вы даже так беспокоитесь об убытках слуги. Но неужели считаете, что это вложение действительно не принесёт мне никакой выгоды?
— Что? Но...
Если честно, именно так.
Даже на мой взгляд деловая модель церкви обладала почти нулевой прибыльностью.
Сколько ни ломай голову, выгодным вложением её не назовёшь. Потребуются астрономические суммы, а получить что-нибудь, кроме моей благодарности, сама структура не позволит. Именно поэтому его решение настолько озадачивало.
Эндрю тихо рассмеялся:
— Разумеется, я говорю не о капитале. Сейчас придётся понести огромные расходы. Но сущность инвестиций — будущее. Разве не следует учитывать вещи гораздо важнее денег?
Я склонил голову из-за по-прежнему отвлечённых слов и встретил неожиданно потемневший взгляд.
— Леди Ева, эпоха изменится. Благодаря вам.
«...»
Этот взгляд больше не казался взглядом слуги. В нём сверкало нечто слишком сильное.
Но и мятежником Эндрю не выглядел. Все чувства, с которыми он смотрел на меня, сияли неподдельной искренностью.
Мужчина со странной смесью эмоций в глазах продолжил:
— История человеческой цивилизации по праву была историей религии.
Слова прозвучали внезапно, но лицо собеседника оставалось серьёзным, и я молча слушал.
— Монархи получали власть от богов, а различие веры отделяло соседа от врага. Человечество прожило шесть тысяч лет, когда культура, образ мышления, философия и идеология объединялись именем веры. Поэтому нынешнее возвышение атеизма занимает лишь ничтожную часть долгой человеческой истории. С эпохи Просвещения прошло двести лет, а людей, не исповедующих религию, стало больше половины населения мира... всего сорок лет назад.
Он тихо подвёл итог:
— Если рассматривать всю историю человечества, возможно, самой привычной для людей формой цивилизации остаётся именно теократия.
Почему он вдруг заговорил об этом?
Из-за странной силы в его голосе я невольно сглотнул.
Объяснение продолжилось.
Вера была тесно связана с человеческой историей, но развитие технологий в одно мгновение изменило всё.
В материалистическом обществе нет ничего бесполезнее невидимого. Поэтому религия быстро утратила силу. Существование Бога Сияния нельзя было научно доказать, и этот предел оказался непреодолимым. В конце концов человечество само сбросило поводок веры.
— Но к чему это привело?
Эндрю медленно повернул голову к панорамному окну кабинета.
Мой взгляд словно заворожённый последовал туда же.
«...»
За стеклом верхнего этажа простирался бескрайний город.
Мегаздания, вздымающиеся к небу отвесными шпилями, демонстрировали величественное присутствие, подобно башням цивилизации.
Но под роскошными стеклянными дворцами лежали невидимые улицы нижнего города.
Если знать об абсолютном большинстве людей, которые отчаянно блуждают по самому дну без лестницы, мечтая об одной капле денег, когда-нибудь просочившейся сверху... небоскрёбы уже не выглядели прекрасными.
Пока я рассеянно смотрел на пейзаж, голос вновь проник в уши:
— Отказавшись от веры, человечество потеряло нравственность. Если после смерти нет суда, исчезает сама причина обращаться с человеком как с человеком. Теперь все увидели, насколько разрушила человечество возникшая вседозволенность и сколько страданий породила.
Эндрю вновь медленно посмотрел на меня.
— За последние десятилетия каждый отчётливо понял: капитал, вновь захвативший поводок человечества, оказался слишком холодным и жестоким хозяином. Миллиарды раскаявшихся людей отчаянно желают перемен. Но что произойдёт, если они увидят собственными глазами, что к нам наконец вернулся любящий родитель, полный доброты и заботы о людях?
В его глазах колыхалась уверенность.
— Этот мир вновь вступит в новую эпоху Бога Сияния.
«...»
Выслушав всё, я на некоторое время окаменел и не мог произнести ни слова.
Перед такой пламенной убеждённостью...
«А мне ведь нужно вернуться домой?..»
Я не мог заставить себя сказать нечто подобное.
