В конечном счёте чудо экзорцизма доказало свою действенность.
Мы проверили каждый уголок основной системы Praxis Network, но не нашли даже следа личности старика.
Это было поразительно, если вспомнить, что после оцифровки сознания он стал практически бессмертным.
Он мог путешествовать по раскинувшейся по всему миру коммуникационной сети, захватывать любое тело и продолжать жить, но исчез в одно мгновение, не оставив ни единой резервной копии... Похоже, изгнание злых духов действительно было чудом, особенно близким к предназначению священнослужителя.
Мне было ничуть не жаль даже половины накопленной веры, потраченной на него.
Я осторожно подумал:
«Если бы началась полномасштабная война... наше поражение было бы предрешено».
Власть, военная сила, капитал и влияние.
Истинная мегакорпорация обладала мощью совершенно иного уровня, чем все союзники церкви вместе взятые.
Причём дело было не только в её огромной силе.
Старик строил планы так, словно заранее предвидел на несколько ходов вперёд любой наш выбор.
Эрнст Геккель действительно обладал способностями, достойными главы мегакорпорации.
Сочетание подавляющей силы и такого ума делало его почти непобедимым противником.
Без вмешательства чуда одолеть столь беспрецедентного врага было бы невозможно. Нам повезло, что все условия и обстоятельства совпали поистине чудесным образом. Стоило хотя бы одному из них сложиться иначе... и старое чудовище получило бы всё, чего желало.
Лишь на мгновение представив возможный исход, я невольно содрогнулся.
«Ух, аж мурашки по коже.»
Перед глазами вновь возник жуткий взгляд, который словно ощупывал моё тело.
Я быстро покачал головой, отгоняя неприятное воспоминание.
«...»
Как бы то ни было, выжил в итоге я.
Призрак, мечтавший о вечной жизни и похитивший даже тело собственного потомка, бесследно исчез перед силой экзорцизма.
А в процессе выяснился ещё один неожиданный факт.
Эрнст позволил наследнику поднять восстание не только ради того, чтобы выманить меня.
Эндрю заговорил, словно с трудом нащупывая размытые воспоминания:
— Этот человек... хотел снова сосредоточить в своих руках всю власть в компании.
Из-за того, что его сознание на короткое время слилось с сознанием деда, мужчина сумел заглянуть в намерения старика и продолжил:
— Как вы знаете, в последние годы он уже не мог управлять делами всей Praxis Network, ибо тело стало слишком старым и немощным. Он сохранял абсолютные полномочия председателя, но был вынужден поделиться частью власти с приближёнными, которые занимались за него утомительным управлением компанией.
Мужчина с самоиронией усмехнулся, заметив, что и сам был одной из таких замен, и добавил:
— Но теперь, когда он собирался обрести подлинную вечную жизнь, ему захотелось вернуть всё розданное.
Именно поэтому старик намеренно продемонстрировал слабость.
Он хотел руками восставшего наследника подчистую избавиться даже от прежних приближённых, с которыми когда-то поделился властью.
После их устранения ему оставалось лишь захватить тело Эндрю — и вся власть над Praxis Network вновь оказалась бы в его руках.
«...»
На мгновение я потерял дар речи. Это уже почти вызывало восхищение.
Безжалостность, с которой он избавился от приближённых, десятилетиями служивших ему руками и ногами.
Тщательно выстроенный план, в котором даже родная кровь использовалась как запасные детали.
И бесконечная алчность, стремившаяся завладеть всем миром.
До самого конца он не переставал внушать ужас.
Пока я пребывал под впечатлением, Эндрю продолжил рассказ:
— Поэтому он заранее передал этому телу все свои акции и полномочия, чтобы управлять Praxis Network из него.
— Что? Тогда...
— В настоящее время генеральным директором Praxis Network зарегистрирован я, Эндрю Геккель.
— !..
Только теперь я окончательно понял ситуацию и вспомнил увиденную недавно сцену.
После уничтожения Эрнста Геккеля, едва покинув бункер на нижнем этаже со стерильной капсулой, мы столкнулись с целой группой людей.
Это были агенты класса 9 из отдела специальных операций управления планирования и координации — личные телохранители прежнего председателя, ожидавшие у двери.
Увидев их, я сразу напрягся.
Пусть мы уничтожили призрак старика, эти чудовищные стратегические орудия всё равно оставались опасны.
Но мои опасения оказались напрасны. Как только мы вышли, все они одновременно склонили головы перед Эндрю.
Пусть личность прежнего правителя исчезла, система признала новым председателем Эндрю, получившего высший уровень доступа.
Да. Стоявший передо мной мужчина теперь стал истинным хозяином Praxis Network.
Наконец занял место среди глав мегакорпораций, правивших миром.
Всё именно так, но...
— Эм...
— Да, приказывайте, моя госпожа.
— Господин Эндрю, может, вы всё-таки удобно сядете напротив?
Почему же подобный император сейчас стоял передо мной на коленях, склонившись у моих ног, словно слуга?
Я совершенно не понимал.
Я уже несколько раз предлагал ему подняться, но он решительно качал головой.
— Немыслимо. Госпожа и слуга не смеют смотреть друг на друга с одной высоты.
«...»
Честно говоря, я уже начал подозревать, что с его головой что-то не так.
Он пережил страшнейшее потрясение. Возможно, разум получил какое-то повреждение.
Именно поэтому я уже несколько раз применил к нему чудо исцеления.
Но отношение Эндрю почему-то совершенно не изменилось.
Я растерянно переспросил:
— Оставим всё остальное. Почему я вообще стала вашей госпожой?
— Всё именно так, как я уже объяснил. Я узнал о великом существе, способном с бесконечной любовью и милосердием спасти человека от безграничных мук за гранью смерти. Разве я не должен вам служить?
«Что он несёт?..»
Я услышал его слова, но совершенно не понимал их смысла.
Разумеется, я мог понять его благодарность за спасение от вечной утраты собственного тела.
Но почему не благодетельница, а сразу госпожа? Слышать такое от мужчины, с которым я познакомился всего несколько дней назад, было слишком неловко.
Я уже всерьёз размышлял, не применил ли случайно вместо изгнания злых духов какое-нибудь чудо гипноза.
Я прижал пальцы к понемногу начинавшему ныть лбу.
— Хорошо, хорошо. Но сначала нужно что-то сделать с этим обращением гос...
— Что-то не так, моя госпожа?
— Ух...
Из-за его невозмутимого ответа неловко стало лишь мне.
Возможно, всё дело было в том, что, объявив себя моим подчинённым, он держался удивительно уверенно. Или в его благородной внешности и джентльменских манерах. Как бы то ни было, обращение звучало гораздо естественнее, чем должно было, и от этого становилось только хуже. Начинало казаться, будто это я придираюсь без причины.
Но нет значит нет.
— Господин Эндрю, я понимаю, что вы мне благодарны, но разве это не странно? Называть меня госпожой...
Он серьёзно спросил:
— Если вы объясните, каких качеств недостаёт вашему ничтожному слуге, впредь я постараюсь служить вам ещё преданнее.
— Да не недостаёт вам ничего! Наоборот, этого слишком много!
От досады я ударил себя в грудь.
— Господин Эндрю, теперь вы председатель Praxis Network. Разве вам не следует соблюдать достоинство? Если хотите стать верующим церкви Сияния, мы всегда вам рады. Можно заключить обычный союз, это тоже неплохо. Вам совсем не обязательно объявлять себя моим слугой.
Но в ответ прозвучало лишь решительное:
— Моя госпожа, как можете вы вновь бросить агнца, которого уже приняли в свои объятия?
«...»
Казалось, ответ в этом разговоре был предрешён с самого начала.
Я уже на собственной шкуре убедился в истинной мощи мегакорпорации, поэтому глава Praxis Network на моей стороне стал бы поистине невероятным приобретением.
Но меня смущал способ.
Госпожа...
Сколько ни думай, всё это было слишком странно.
Когда я замолчал с откровенно неоднозначным выражением, он негромко продолжил:
— Уверяю. Я непременно окажусь вам полезен, моя госпожа.
— Разумеется, но...
— Как вы знаете, наша Praxis Network обладает лучшей разведывательной сетью в мире. При желании мы можем узнать любую тайну. А если не захотим... сделать так, чтобы о чём-либо не узнал никто. Разве вы не стремились всегда хранить тайну чудес?
— !..
До сих пор разведывательные возможности Praxis Network были оружием, загонявшим меня на край пропасти. Но если теперь ими мог воспользоваться я, они, возможно, стали бы самым полезным инструментом на свете.
Причина, по которой Эндрю заговорил об этом, была очевидна.
«Он настолько полезен, что просит принять его в слуги? Председатель мегакорпорации?»
Ещё несколько часов назад я не мог даже представить подобного предложения.
От абсурдности ситуации у меня вырвался смешок.
— И что же вы получите взамен?
— Я уже получил.
— Что?
— Я считаю, что даже этот миг, когда я, прежде погребённый и задыхавшийся в бездне, живу и дышу, целиком ваша милость.
«...»
Что он пережил благодаря чуду экзорцизма, если так переменился за одно мгновение?
Сколько я ни думал, понять не получалось. Поэтому я осторожно решил его проверить:
— Если вы готовы проявить такую преданность, зачем разбираться с мелочами? Может, просто передадите мне право управления Praxis Network? Я ведь ваша госпожа.
Даже в ответ на это непомерное требование Эндрю улыбнулся и без малейших колебаний произнёс:
— Если пожелаете — с радостью. Я охотно сложу к вашим ногам всё, чем владею.
«...»
Теперь даже мне, хотя я сам это предложил, стало немного не по себе.
Не знаю, говорил он искренне или храбрился, но его отношение так или иначе нельзя было не признать.
Я глубоко вздохнул:
— Простите, что решила вас проверить. Спасибо за предложение, но, если подумать, должность председателя мегакорпорации для меня слишком велика.
Причина была примерно той же, по которой я когда-то отказался от предложения крёстного стать наследником Lumina Group.
Ведь в конце концов я собирался вернуться в прежний мир.
Какая разница, насколько огромной компанией я буду владеть и сколько денег получу?
Всё это лишь бессмысленная суета.
К тому же я едва справлялся с управлением церковью. Куда мне брать на себя что-то ещё?
Да и пост генерального директора уровня мегакорпорации требовал соответствующих невероятных способностей. Даже получив возможность занять такую должность, человек со скромными талантами не продержался бы и нескольких дней.
Поэтому я сделал вид, будто свёл разговор к шутке, а Эндрю кивнул так, словно именно этого ответа и ожидал.
— Как я и думал, моя вера была верна.
— Что?
Я склонил голову из-за очередных внезапных слов, а он уверенно продолжил:
— Я говорю о причине, по которой, став председателем Praxis Network, должен служить вам. Ваши слова убедили меня ещё сильнее.
Во взгляде, обращённом ко мне, не осталось ни тени сомнения.
— Вы ведь уже знаете, что за гранью вечности существует нечто гораздо более важное и славное, чем богатство и почести, которыми один человек может наслаждаться в своей короткой, почти мгновенной жизни. Именно такого спасения я желаю как ваш слуга.
Иначе кто в этом мире отказался бы от поста главы мегакорпорации?
Глядя, как мужчина удовлетворённо кивнул собственным мыслям, я на мгновение оцепенел.
«Он... вот как это понял?»
Причина, по которой я отказался от недавнего предложения, была проста.
Когда придёт время, я вернусь в прежний мир. Всё, что я получу здесь, в конце концов потеряет смысл.
Но Эндрю, похоже, понимал это совершенно иначе.
Например, считал, что служение мне обеспечит ему после смерти участь куда счастливее, чем должность председателя мегакорпорации.
Не знаю, что именно он пережил во время околосмертного опыта и почему пришёл к такому выводу, но его уверенность граничила с фанатизмом.
Исправлять это заблуждение было несколько неловко... Поэтому я лишь мысленно глубоко вздохнул.
— Хорошо. Если вы сами так сильно этого хотите, у меня больше нет причин упорно отказываться.
После того как я своими глазами увидел, что на кону стоят безопасность церкви и жизни множества верующих, отвергать подобную добрую волю с самого начала не имело смысла.
Сила Praxis Network, которую я испытал на себе, позволила бы защищать церковь гораздо надёжнее.
Как бы неловко мне ни было, принять верность Эндрю казалось почти предрешённым.
Но оставалось одно обстоятельство, которое не давало мне покоя...
— Благодарю вас, моя госпожа. Отныне буду служить вам всем сердцем.
— Хорошо. Тогда у меня к вам первая просьба.
— Приказывайте что угодно, моя госпожа.
— Вот это «моя госпожа» теперь строго запрещено. Больше никогда так меня не называйте.
— Что?
У меня уже давно мурашки по коже бегали.
Сколько ни думай, постоянно слышать такое от сорокалетнего мужчины было слишком тяжело.
Правда.
