— Нет. Мы будем охотиться на Regency Group.
— !..
Пока Селестину захлёстывал шок, он продолжил объяснять:
— Два наследника, между которыми разделили группу, сейчас вливают весь свободный капитал в покупку долей Oracle. Иными словами, большая часть их средств застряла в одной компании, право собственности на которую ещё даже не определено. Значит, наша цель — не доли Oracle. Наша цель — остальные дочерние компании группы, оставшиеся без защиты. Если ударить сейчас, мы сможем забрать значительную часть группы. А возможно... и сам Oracle.
«...»
В тот миг, когда Селестина услышала план отца, она почувствовала страх.
Потому что сразу поняла, насколько это опасно.
«Слишком безрассудно!..»
Это была настолько опасная идея, что по коже пробежал холод.
Даже если большая часть активов группы, которыми владел Oracle, сейчас связана и ещё не получила окончательного владельца...
Даже если Regency действительно ослаблена...
Противник всё равно был настоящей мегакорпорацией.
Даже если собрать весь капитал Tessellation Investment, по сравнению с их масштабом это будет лишь горсть песка.
Шанс успеха — максимум однозначное число процентов.
Это было безумие.
Селестина хриплым голосом пробормотала:
— Хватит... Остановитесь уже.
— О чём ты?
Этот спокойный ответ заставил её голос сорваться.
— Почему ты заходишь настолько далеко?! Что бы ты ни думал, это слишком опасно! Если хоть что-то пойдёт не так, ты понимаешь, что случится?! Мы все умрём! Ты правда этого хочешь?!
— Если не сейчас, второго шанса дотянуться до них не будет.
Возможно, он был прав.
Когда ещё мегакорпорация покажет такую брешь?
Азартная ставка, где в случае успеха можно получить всё.
«Но если провалиться?»
Короли, правящие этим миром, не знали милосердия.
Они не оставят в живых никого, кто посмеет бросить вызов их господству.
Все умрут.
И потому Селестина возразила дрожащим голосом:
— Сколько ещё ты должен потерять, чтобы остановиться?.. Тебе мало жертвы матери и Лили?
— Именно поэтому.
Глаза Джереми блестели далёким безумием.
— Мы уже принесли жертву. И чтобы цена этой крови не стала бессмысленной, мы не можем остановиться здесь. Нужно идти дальше.
— Да куда дальше?!
Селестина отчаянно вскрикнула.
— Лили ещё жива! И я тоже! Нами тоже можно пожертвовать?!
Но отец больше не ответил.
Перед этим молчанием Селестина могла лишь оцепенеть.
А затем её взгляд снова встретился с глазами Джереми.
Среди измождённых черт лица горел пугающе ясный свет.
Знакомый взгляд.
Он напоминал тот, что она когда-то видела у бывшего президента Stratos Bionics в зале суда.
В этот миг она поняла.
Месть — чувство, в котором нет ничего разумного.
И, возможно, сейчас её отец мстил всему миру.
Внезапно в голове промелькнула другая мысль.
«Такой опасный план совет директоров не мог одобрить.»
А что, если это была самовольная инициатива только отца?
Тогда...
Её ещё можно остановить голосованием.
Селестина, словно приняв решение, прямо посмотрела на Джереми и сказала:
— Я немедленно свяжусь с советом директоров. Это безумие.
Она должна была остановить это безумие и защитить Лили.
В голове Селестины оставалась только эта мысль.
И в этот момент Джереми тихо пробормотал:
— ...Жаль. Пока всё не закончится, остуди немного голову.
Следом плотно закрытая дверь президентского кабинета резко распахнулась.
Появились охранники в чёрных костюмах.
Они грубо протянули руки к Селестине.
— !..
***
Омега Детройт, центр города, укрытый ночной тьмой.
Под неоновыми вывесками один автомобиль мчался вперёд на опасной скорости.
— Ха... хаах!..
Селестина, вцепившись в руль, тяжело дышала.
С помощью оставшихся в штаб-квартире близких людей ей едва удалось сбежать оттуда.
И сейчас в её голове была только одна мысль.
«Нужно... связаться с советом!..»
Это был единственный способ остановить безумие отца.
Но когда она входила в президентский кабинет, у неё забрали коммуникационный терминал, поэтому прямо сейчас связаться с кем-либо было невозможно.
Некоторое время она лихорадочно думала, а затем резко помрачнела.
«Мой дом и все другие филиалы наверняка под наблюдением...»
Стоило ей там появиться, и её с большой вероятностью схватят охранники отца, которые уже будут ждать.
«Что делать? Как мне быть?..»
От нервного напряжения она закусила губу.
И вдруг вспомнила одно место.
«А если... новое здание?»
Даже если там ещё не началась полноценная работа, оборудование и корпоративная сеть связи уже должны были быть установлены.
Возможно, туда слежка ещё не дотянулась.
Это было лишь предположение, причём с невысокой вероятностью, но другого выхода не оставалось.
Сейчас она могла опереться только на такой вариант.
«...»
Поэтому Селестина резко выкрутила руль и направилась к новому офисному зданию.
Ву-у-ум.
Пока машина неслась по ночной дороге под фонарями, по её щеке вдруг скатилось что-то горячее.
«...»
Она не понимала, почему всё дошло до такого.
Её отец пытался поставить на кон всё и подняться ещё выше.
Даже жизнь дочери он выложил на стол как ставку ради неизвестной цели.
«Мог бы он так поступить... с ребёнком, которого действительно любит?»
Значит, отец больше её не любил?
От чувства предательства и мысли, что её бросили, сердце будто раскалывалось.
Ей казалось, что в этом мире больше не осталось никого, кто мог бы её любить.
«...»
Она грубо вытерла глаза и заставила себя отбросить чувства.
Разговоры о том, любит он её или нет, можно оставить на потом. Сейчас нужно сосредоточиться на деле.
Если она провалится, умереть может не только она. Её младшая сестра и все в компании тоже могут погибнуть.
Эта ответственность тяжёлым грузом давила на сердце.
И наконец Селестина кое-как добралась до нового здания.
Неловко чистое, почти нетронутое людьми строение.
Она сразу въехала на подземную парковку сбоку здания.
Скри-и-ип!
Автомобиль остановился, оставив на полу следы торможения.
Дверь распахнулась, и Селестина быстро выскочила наружу.
Она уже направлялась к лифту здания.
И именно в этот момент.
Лязг!
В тени одного из углов подземной парковки внезапно вспыхнул ослепительный свет фар и ударил прямо в неё.
Селестина прикрыла глаза рукой и попятилась.
В этом свете показались охранники в чёрных костюмах.
Они уже окружили её.
— Госпожа вице-президент, простите, но пройдёмте с нами. Давайте сделаем всё без сопротивления.
— !..
Когда они начали медленно сужать кольцо, лицо Селестины побледнело.
На мгновение ей показалось, что всё закончилось здесь, и ноги едва не подкосились.
Но вдруг мужчины в чёрных костюмах остановились.
— ?..
Потому что откуда-то издалека кто-то посветил на них ярким фонарём.
На миг замершие чёрные костюмы нахмурились и повернулись туда.
Там стоял...
«Охранник?..»
Опрятный мужчина в небесно-голубой форме охраны и фуражке.
Селестина оцепенело уставилась на него. Даже среди громил в чёрных костюмах послышалось бормотание.
— Он что, обход делал?
— Что будем делать?
— Просто прогони.
Один из чёрных костюмов, получив приказ, подошёл к охраннику и раздражённо махнул рукой.
— Эй, охраник. Мы из штаб-квартиры, так что не лезь и возвращайся.
Но тот лишь спокойно переспросил:
— У вас есть разрешение на посещение? Это зона, закрытая для посторонних.
Здоровяк, поняв, что его не понимают, угрожающе нахмурился.
— Второй раз повторять не буду. Не хочешь неприятностей — проваливай немедленно.
— Если вы не предъявите документы, я буду считать вас нарушителями.
— Ах ты ублюдок...
И в тот миг, когда чёрный костюм потянул руку к стоявшему перед ним охраннику...
Ку-ун!
Тяжёлый грохот разнёсся по подземной парковке.
И здоровяк, превращённый в кровавое месиво, врезался в бетонную колонну парковки, помял её и рухнул на пол.
«...»
«...»
Охранник медленно опустил кулак, который он выбросил быстрее звука.
Логотип A-Secure Corporation, закреплённый рядом с бейджем на форме, ярко блеснул в свете автомобильных фар.
Охранник, легко отправивший в полёт одного из корпоративных телохранителей, выдвинул из предплечья зловещий кибернетический клинок и невозмутимо произнёс:
— Господа нарушители. Немедленно покиньте территорию.
***
Глубокая ночь.
Стойка регистрации в тёмном вестибюле здания.
Селестина сидела перед единственным светящимся во тьме монитором и торопливо стучала по клавиатуре, но в конце концов её лицо дрогнуло.
«Провал. Это с самого начала было невозможно...»
План отправить сообщение в другие филиалы через оборудование нового здания провалился.
Проверив всё лично, она убедилась, что сеть связи здесь ещё не была подключена.
Селестина ещё раз пустым взглядом посмотрела на экран.
В углу монитора отчётливо светилось: четыре часа утра.
«...»
Даже если бы ей удалось связаться с филиалом...
Возможно, уже было поздно.
Отец собирался атаковать Regency Group сегодня утром, как только откроется городская биржа.
И одновременно наверняка начнутся другие внебиржевые контракты и распоряжение активами.
Времени на созыв совета директоров или мобилизацию сил, чтобы всё остановить, не было.
К тому моменту, когда силы филиала доберутся сюда, всё уже закончится.
Да и сам факт, что отец рассказал ей этот план...
Наверное, означал, что пути назад уже нет.
«...»
Она опустила голову.
Было чувство, будто она своими ногами идёт к обрыву, который прекрасно видит перед собой.
Как сцена из кошмара: сколько ни бьёшься, выбраться невозможно.
Теперь ей стало даже смешно над собой.
Она столько важничала, изображала из себя умнейшую в мире, предсказывала будущее и экономику, управляла людьми и деньгами.
И в итоге не смогла понять даже самого близкого члена семьи и дошла до такого.
Нет, теперь она уже не знала, можно ли называть его отцом и семьёй.
Казалось, в этом мире больше не осталось никого, кто любил бы её.
— Хык...
Отчаяние, будто она одна брошена в пустой темноте.
Сердце колотилось до боли, и сколько бы она ни вдыхала воздух, всё равно задыхалась.
И именно в этот момент...
— Госпожа Селестина, вы в порядке?
Внезапно рядом прозвучал голос.
Услышав этот красивый голос, наполненный тёплой тревогой, Селестина машинально подняла голову.
И встретилась взглядом с глубокими прозрачными глазами, такими же, как всегда.
— ...Госпожа Ева?
Связь, которая явилась к ней словно сон в самый одинокий миг.
Не веря своим глазам, она переспросила дрожащим голосом.
Девушка тихо кивнула.
— Да, это я, госпожа Селестина. Мне сказали, за вами гнались. Что случилось?..
Селестина вдруг поняла.
В суматохе она не осознала этого сразу, но охранник, который только что её спас, был сотрудником A-Secure Corporation.
А значит, компании, принадлежащей девушке перед ней.
Наверное, ей сообщили, и она пришла сюда.
Когда Селестина осознала это, ей вдруг стало ужасно стыдно за себя.
Ведь перед этой девушкой она всё это время так важничала...
Вела себя так, будто может дать ей всё что угодно.
А теперь в один миг потеряла всё и оказалась брошена даже единственной семьёй.
Её собственное состояние казалось унизительным.
Она замялась, не в силах ничего сказать.
— Я... это...
И тогда девушка без колебаний осторожно взяла её холодную дрожащую руку.
Как всегда, ласковая ладонь мягко погладила её по плечу.
Встреченный взгляд не насмехался и не обвинял.
Он просто спокойно смотрел на неё, словно утешая.
— Если это тяжёлая история, можете не рассказывать. Сначала просто придите в себя.
«...»
— Я просто... побуду рядом. Если вам нужна помощь, скажите в любой момент.
Селестина растерянно посмотрела на неё.
Почему этот человек так добр к ней?
Утешение, которого не смогла дать даже семья.
Тепло другого человека, которое она уже не помнила, когда чувствовала в последний раз.
От этого тепла Селестина сама не заметила, как начала рассказывать всё с самого начала.
— Regency Group... собираются атаковать?
Услышав всё, девушка переспросила с ошеломлённым выражением лица.
Это было понятно.
Бросить вызов мегакорпорации.
Даже сейчас, когда Селестина снова подумала об этом, это казалось безумием, почти самоубийством.
Поэтому она добавила опустошённым голосом:
— Госпожа Ева, простите.
— Что? О чём вы?
— Я напрасно делала вам разные предложения... и втянула вас в это.
С вероятностью девять из десяти этот план провалится, а месть мегакорпорации, которая последует после, будет беспощадной. Они попытаются вырвать корни мятежника до последнего. Исчезнет не только Tessellation Investment, но и всё, что с ней связано.
В этот миг Селестина ощутила тяжёлую вину.
Из-за собственного желания она втянула в свои ужасные обстоятельства даже эту девушку, которая показывала ей только чистую доброту.
Поэтому она заговорила тяжёлым голосом, предупреждая:
— Госпожа Ева, спасибо, что помогли. Поэтому теперь возвращайтесь и сотрите все следы связи с нашей компанией. Записи о контракте с A-Secure Corporation я как-нибудь обработаю сама.
Говоря это, Селестина осознавала свою настоящую, эгоистичную мысль: ей было жаль разрывать эту связь.
Но теперь ничего не поделаешь.
Отныне связь с ней не принесёт ничего хорошего.
Голос прозвучал почти как прощание:
— ...Спасибо вам за всё.
И в тот миг, когда Селестина всё отпустила и смирилась...
Чья-то решительная рука крепко схватила её за запястье.
— Ситуацию я поняла. Но разве не рановато сдаваться?
— Что?
Она повернулась ослабевшим взглядом, а девушка продолжила каким-то лёгким тоном:
— Нет, госпожа Селестина, вы столько времени по собственной воле подсовывали мне то одно, то другое, а теперь сами не собираетесь принимать помощь? Это немного... нечестно, разве нет?
Селестина лишь растерянно смотрела на неё.
И ответила ошарашенным голосом:
— Это... слишком опасно. Ева, вас это не касается...
— Просто скажите, что вам тяжело. И попросите помочь.
На первый взгляд эти слова могли показаться безрассудной смелостью наивного ребёнка, не знающего мира.
Но именно в этот момент они почему-то звучали невероятно надёжно.
Настолько, что даже Селестина машинально захотела на них опереться.
«Нельзя!..»
Она уже почти растерянно кивнула, но испуганно отпрянула чуть назад.
Голос прозвучал словно оправдание:
— Н-но... у меня теперь ничего нет. Мне нечем вам отплатить...
На эти слова девушка склонила голову набок и переспросила:
— А когда я говорила, что мне это нужно?
Эта фраза будто ударила прямо в сердце.
Если подумать...
С самого начала всё было именно так.
Даже когда они случайно встретились в коридоре, где у Селестины случился приступ паники, эта девушка не получила взамен ничего. Она просто помогла человеку, нуждавшемуся в помощи.
И сейчас ничего не изменилось.
Когда Селестина поняла, что для этой девушки с самого начала не имело значения, есть у неё что-то или нет, перед глазами вдруг всё поплыло.
— Почему... почему вы... настолько...
В ситуации, где от неё отвернулись даже связи, которыми она гордилась, друзья и семья...
Как эта девушка могла по-прежнему протягивать ей руку?
Ком подступивших чувств сдавил горло, и Селестина больше не могла нормально говорить.
А та тоже ничего не сказала.
Просто тихо обняла её.
Запах, который успокаивал сердце.
Тепло искреннего объятия.
Наверное, именно это и было тем, по чему Селестина так тосковала и что так отчаянно искала.
Чем-то, чью ценность никогда нельзя измерить деньгами.
Селестина уткнулась лицом в плечо девушки и разрыдалась, как ребёнок.
Лишь позже она наконец спросила осипшим, совершенно разбитым голосом:
— Помогите... хык... вы можете... мне помочь?..
Девушка легко улыбнулась и ответила:
— Да, конечно.
***
Я подумал.
Возможно, это дело вообще никак не связано с нами.
Возможно, самым мудрым выбором было бы сделать вид, что я ничего не знаю, и отойти в сторону.
Но...
Разве сейчас уже есть чему удивляться?
Я просто хотел помочь ей.
Селестина, пусть и немного давяще, но всё же подходила ко мне с добрыми намерениями. И я не хотел стоять в стороне, пока она рушится.
Всё было как всегда.
В конце концов, всё, что я делал в этом мире, сводилось к тому, что я не мог пройти мимо людей в беде и помогал им.
И неважно, был это бедняк из заднего переулка или председатель крупной корпорации.
Чтобы протянуть руку тому, кто отчаянно в ней нуждается, мне ни разу...
Не требовалась какая-то особая причина.
И...
Даже я не был настолько простодушным добряком, чтобы бросаться в опасность совсем без плана.
Нужно вытягивать ноги, видя, куда ложишься.
Возможно, Селестина просто смирилась из-за душевного потрясения.
Но если подумать, возможно, было ещё не поздно.
Возможность остановить надвигающуюся катастрофу определённо существовала.
На самом деле крупные корпорации не держат огромные армии наготове постоянно, вопреки представлениям обычных людей.
Селестина снова подтвердила моё предположение.
— Да. Скорее всего, сейчас штаб-квартиру заняла только личная охрана отца... Джереми Обершу.
Она добавила, что для выполнения плана нельзя было допустить помех со стороны совета директоров и других внутренних сил компании, поэтому штатные корпоративные войска, на которые могли влиять такие люди, недавно отправили в другие места.
Конечно, сразу после завершения всех операций совет директоров уже окажется в одной лодке с ним и будет вынужден сотрудничать.
Я снова спросил:
— Дополнительных городских наёмников он не нанимал?
— Нет. Противник — мегакорпорация. Чтобы одним ударом купить целевые доли, он должен был подготовить как можно больше денег. Скорее всего, он экономил даже на деньгах для найма наёмников.
— А что с ODPD? Он не мог отдельно привлечь их для охраны штаб-квартиры?
— Вряд ли. В ODPD сильно влияют и другие компании, так что риск утечки информации слишком велик. Отец не стал бы так рисковать.
В таком случае...
Шанс был.
Что останется у финансовой компании, чья главная сила — капитал, если эти деньги приберегают?
Текущая сила, охраняющая штаб-квартиру, должна быть слабее, чем кажется.
Возможно, их удастся остановить физически.
Услышав это объяснение, Селестина поспешно вмешалась:
— Подождите! Как бы там ни было, охрана Tessellation Investment состоит из элитных бойцов, все они бывшие первоклассные наёмники и военные! Даже если штаб-квартиру удерживают только они...
Она шла за мной к окну и собиралась добавить ещё что-то.
Но вдруг увидела картину за окном здания и застыла на месте.
— Ч-что это?..
