В углу церковного кабинета.
В чисто вытертом зеркале в полный рост отражалась красивая сереброволосая девушка.
Мой собственный облик, к которому я уже настолько привык, что описывать его снова не имело смысла. (п.с. от беса. нет, автору просто лень)
«...»
Некоторое время я разглядывал отражение с разных сторон.
В зеркале, как всегда, виднелась девушка, ничем не отличавшаяся от обычной.
Это и было странно.
Стоило повернуть голову и проверить, как за моей спиной действительно обнаруживалось мягкое сияние.
Но в зеркале вместо загадочного нимба оставалась лишь девочка с немного неловким выражением лица.
Таков был один из выводов, к которым я пришёл за последние несколько дней экспериментов.
Люди видели сияющий венец глазами, но приборы не могли его отобразить.
Он не попадал даже на записи камер и других наблюдательных устройств.
Я посмотрел на озадаченную девушку в зеркале и подумал:
«Джоанна сказала, что благодаря нимбу я выгляжу таинственнее обычного».
Примерно на семьдесят процентов, если верить её словам.
Понятия не имею, по какой шкале она это измеряла... Но остальные обитатели церкви с ней не спорили.
Я слышал множество похвал: красиво сверкает, создаёт таинственную атмосферу, придаёт более святой вид.
Всё так, но для меня самого... если говорить откровенно, это было невероятно обременительно.
После появления нимба, куда бы я ни пошёл, все взгляды устремлялись только на меня.
Конечно, положение Святой в церкви и прежде было исключительным.
Но когда ты ещё и физически излучаешь свет, скрыть своё присутствие становится совершенно невозможно.
Как бы я ни привык к роли Святой, это был уже совершенно иной уровень давления.
Поэтому последние несколько дней я всячески пытался подчинить нимб своему контролю.
Удалось ли чего-нибудь добиться? В некотором смысле.
По крайней мере, я выяснил одну вещь.
«...»
Некоторое время я нерешительно стоял перед зеркалом, а затем крепко зажмурился.
И начал изо всех сил мотать головой.
Трях-трях — словно пытался стряхнуть наклейку, прилипшую к затылку, или был щенком, отряхивающим мокрую шерсть.
Серебристые волосы беспорядочно разлетались во все стороны.
Хорошо, что в кабинете никого не было.
Показывать такое другим было бы несколько... нет, очень стыдно.
Когда после долгой тряски я остановился, сияющий венец исчез как по волшебству.
— Ха-а... Ха...
А в зеркале осталась лишь девушка с растрёпанными волосами.
Причёска выглядела так, словно её растрепал ураган.
Я убрал с губ несколько длинных серебристых прядей и вздохнул.
— Ха-а...
На меня нахлынуло чувство бессмысленности.
Хотелось нервно рассмеяться.
Единственный способ погасить нимб — отчаянно мотать головой.
«Неужели... так и должно быть?»
Пока я не обнаружил хотя бы этот способ, даже ночью не удавалось нормально поспать.
Из-за ослепительно сиявшего круглые сутки нимба возле подушки было слишком светло.
Этот секретный приём я случайно открыл, ворочаясь без сна, но... сколько ни думай, нормальным его не назовёшь.
«Наверняка должен существовать более приличный способ управления».
Но пока я совершенно не представлял какой.
«...»
Будто всё повторялось с тех времён, когда я впервые превратил воду в вино.
Тогда я тоже не умел обращаться с недавно пробудившейся силой и плохо её контролировал.
«Я то и дело превращал в вино воду, до которой дотрагивался. Вот капец».
Однажды из-за этого я даже сильно напился и устроил Эсти неловкую пьяную сцену.
Об этом воспоминании до сих пор хотелось забыть.
Дарованные мне чудеса были невероятно полезны, но иногда невольно доставляли небольшие неудобства.
«Ладно. Буду смотреть на это с хорошей стороны».
Пусть способ и выглядел нелепо, хорошо уже то, что мне удалось найти хоть какой-то метод управления.
Я приводил в порядок растрёпанные волосы и размышлял о разном, когда...
Тук-тук.
— !..
От внезапного стука я поспешно закончил приводить себя в порядок и сказал:
— Да, входите!
Получив разрешение, дверь открылась, и в кабинет вошёл человек.
Женщина с неизменно измождённым лицом и тёмными кругами под глазами нерешительно приблизилась.
— Добро пожаловать, Хлоя. Что-то случилось?
Она протянула терминал с открытым электронным отчётом и заговорила своим привычным робким голосом:
— Д-дело в том... порученная работа закончена, и я хотела отчитаться.
— Что, уже?
Я удивился. В последнее время я поручил Хлое лишь одну задачу.
Руководство разработкой собственной защитной программы для верующих церкви.
«Она уже закончена?»
Ошеломлённый, я принял отчёт и начал внимательно его изучать, одновременно вспоминая произошедшее.
События с Praxis Network заставили нас до боли ясно осознать одну вещь.
У церкви была очевидная слабость, которой не имели другие компании.
Верующие.
Для городских корпораций жители были лишь потребителями, но для нашей церкви — людьми, которых следовало защищать.
Конечно, сейчас церковь располагала достаточной военной силой для собственной обороны.
Но если, как в этот раз, код бэкдора позволял взять в заложники сотни тысяч жизней, мы ничего не могли сделать.
Поэтому мы начали готовить различные меры, чтобы больше не попасться на подобную уловку.
Одной из них стал проект собственной защитной программы церкви.
На рынке существовало множество программ безопасности других компаний, но доверять городским корпорациям было невозможно. Никто не знал, какие бэкдоры и прочие хитрости они могли спрятать в купленном извне программном обеспечении. Безопаснее разработать своё.
К счастью, после присоединения Хлои я мог поручить эту работу ей, и талантливая хакерша полностью оправдала ожидания.
Несмотря на запинки, Хлоя обстоятельно продолжила объяснение:
— П-прежде всего, как вы просили, программа в первую очередь блокирует смертельно опасные алгоритмы вроде кода перегрузки. А... расширенная версия для официальных священников соответствует стандартам безопасности специалистов ста крупнейших компаний.
Она искоса посмотрела на меня и добавила:
— К-конечно, мы делали всё в спешке, поэтому пока есть недоработки и слабые места... Но я буду постоянно выпускать обновления и усиливать защиту.
Готовый продукт уже прошёл проверку Джоанны.
Судя по приложенному к отчёту заключению, даже за столь короткое время Хлое удалось создать превосходный результат.
Теперь требовалось лишь моё окончательное одобрение, после чего программу распространят среди всех верующих.
Бегло ознакомившись с содержанием, я восхищённо произнёс:
— Вы прекрасно потрудились. Не ожидала, что закончите так быстро.
«...»
Но с самой создательницей столь впечатляющего результата что-то было не так.
Я оторвался от отчёта, склонил голову и спросил:
— Хлоя? Что с вами?
— Ч-что?! Н-нет, ничего...
Стоило обратить внимание, и я начал замечать подробности.
Сегодня она выглядела особенно плохо.
Тёмные круги под глазами стали ещё заметнее обычного.
Может быть, она просто не спала, заканчивая программу?
Но дело, похоже, было не только в усталости.
Само её поведение казалось... странным. Почувствовав неладное, я осторожно спросил:
— Хлоя, вам неудобно жить при церкви? Или всё-таки не хватает зарплаты?..
— Н-нет!
Не дав мне договорить, она отчаянно замахала руками.
— Платят достаточно... Нет, даже нынешняя сумма для меня слишком велика! И в церкви все относятся ко мне очень хорошо...
— Тогда что случилось?
Когда я переспросил, Хлоя заметно растерялась.
Её беспокойный взгляд заметался в воздухе, а затем она низко опустила голову и едва слышно ответила:
— Мне кажется... в этот раз от меня было недостаточно пользы.
— Что?
— Меня с таким трудом призвали сюда, а у меня не хватило способностей... Я не смогла помочь Святой...
Она пробормотала, словно готовая провалиться сквозь землю:
— Бесполезная...
Глаза выглядели ещё мрачнее обычного. Теперь уже растерялся я.
Разумеется, главным поводом завербовать Хлою стала защита церковных систем.
Но присоединилась она совсем недавно. У неё даже не было времени привыкнуть к жизни в церкви.
«К тому же протокол Мелтдаун был ловушкой, которую мегакорпорация подготовила всерьёз».
Какой бы талантливой ни была Хлоя, один хакер не мог немедленно решить такую проблему.
Требовать мгновенной реакции даже на настолько исключительное происшествие было бы слишком сурово по отношению к любому человеку.
У Хлои не было ни единой причины винить себя.
«И всё равно она так переживает».
Как бы сказать... мило?
Я незаметно усмехнулся.
Хлоя присоединилась к церкви совсем недавно, но, возможно, совместно преодолённые трудности нас сблизили. Теперь я чувствовал к ней гораздо больше симпатии. Даже её подавленный вид, словно она вот-вот зароется в землю, казался довольно трогательным.
Мне захотелось её поддержать. И одновременно слегка подразнить.
Знакомое чувство.
Когда видишь робкого человека с милой реакцией, невольно хочется беззлобно над ним пошутить.
Поэтому я без колебаний подошёл к Хлое.
И крепко взял её безвольно опущенные руки.
— С-С-Святая?!..
Хлоя застыла, не в силах ни вырвать руки, ни сжать мои в ответ.
Её бледное из-за вечного отсутствия солнца лицо мгновенно покраснело так, словно готовилось лопнуть.
Руки неловко подрагивали, и через них отчётливо передавалось смущение.
Но я не отпускал её, смотрел прямо в глаза и твёрдо говорил:
— Это не ваша вина. Разве кто-нибудь потребовал от вас отвечать за случившееся?
— Н-нет. Никто...
— Тогда вы хотите сказать, что я плохо разбираюсь в людях, раз сама нашла и наняла вас?
— Н-нет, я не это имела в виду!..
Она подскочила, пытаясь возразить, но я не дал ей возможности.
Ведь всё было именно так. Сколько на свете специалистов, способных за несколько дней создать защитную программу такого качества, едва их об этом попросят? Талантливого хакера не так просто найти, даже предложив огромную зарплату. Поэтому отпускать Хлою я не собирался.
— Понимаете? Теперь, даже если вы захотите уйти, я вас не отпущу.
Я сильнее сжал её руки и подвёл черту:
— Вы мне необходимы, Хлоя.
— У-у-у...
Теперь её лицо, казалось, вот-вот лопнет.
Покраснев до самых ушей, она закивала, словно сломанная кукла.
— П-поняла... Я поняла, поэтому...
Мысленно лукаво усмехаясь, а внешне светло улыбаясь, я сказал:
— Вам нужно стать немного увереннее в себе. В соответствии со своими способностями. Повторяйте за мной.
— Что?
— Я величайшая в мире супергениальная красавица-хакер.
— Ч-что-ооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо?!!
Глаза Хлои округлились.
В ужасе она огляделась по сторонам.
К счастью, мы были в кабинете одни.
— Ну же.
— К-как я могу сказать нечто настолько стыдное...
— Не скажете — не отпущу.
Я изобразил строгое выражение и потряс её руки.
Хлоя едва не заплакала, но в конце концов не сумела переломить моё упрямство и еле слышно заговорила:
— Я... я...
— Громче!
— Я... величайшая в мире... супергениальная... к-красавица-хакер...
Закончив, она низко опустила голову и задрожала от стыда. Было ясно: ей хочется немедленно спрятаться в мышиной норе.
В душе я хохотал, но внешне лишь мягко улыбнулся.
— Да, замечательно. Постарайтесь впредь быть настолько же уверенной.
Честно говоря, возможно, шутка зашла слишком далеко... Но я был её работодателем.
Я платил ей щедрую зарплату. Почему бы иногда не позволить себе небольшую шутку, чтобы мы стали ближе?
Благодаря этому Хлоя, похоже, совершенно забыла о самоуничижении.
Правда, теперь она жалобно пробормотала:
— Я-я всё сказала... Теперь отпустите...
— Нет, ещё рано.
— Что?
Хлоя испуганно подняла голову.
Я немного подтянул её руки к себе и накрыл их своими ладонями.
— Они совсем ледяные. Давайте ещё немного так постоим.
— А...
Она ошеломлённо замерла.
Именно поэтому я всё это время не отпускал её.
Возможно, из-за стресса руки Хлои были холодными как лёд.
Я удивился этому холоду от одного короткого прикосновения. Казалось, ей даже может быть больно.
К счастью, после перемещения в это тело мои руки всегда оставались очень тёплыми. Поэтому я мог поделиться теплом.
И всё же мысленно горько усмехнулся.
«Конечно... В прежнем облике за такое с красивой девушкой вроде Хлои на меня наверняка заявили бы».
Но сейчас, наверное, ничего страшного. По крайней мере внешне мы были одного пола.
К тому же я действовал из совершенно чистых побуждений. Разве не всё в порядке, пока у меня нет скрытых намерений?
Успокоив себя этой мыслью, я некоторое время делился с ней теплом, словно возмещая недавнюю шутку.
«...»
«...»
Но почему-то... реакция Хлои становилась всё страннее.
Смущение и растерянность постепенно исчезали, а взгляд туманился.
Она словно опьянела от чего-то, и глаза теряли фокус.
Затем я понял, что она смотрит не на моё лицо, а куда-то рядом.
Я уже хотел обернуться, но остановился.
«Ах, нимб».
Похоже, сияние появилось снова.
Он не выбирал ни времени, ни места.
«Точно. Хлоя ведь видит его впервые».
Она целыми днями сидела в компьютерном зале, заканчивая защитную программу, поэтому я не успел рассказать ей о произошедшем со мной изменении.
Я собирался объяснить всё, чтобы она не испугалась, но с её губ уже сорвался отсутствующий шёпот:
— А-ангел?..
— !..
Теперь настала моя очередь залиться краской.
