Онлайн чтение книги Самый слабый укротитель зверей получает всех драконов SSS Weakest Beast Tamer Gets All SSS Dragons
Глава 357: Укрощение гнева-2

Точка зрения Рена

Вдали к серому небу поднимался столб черного дыма, и как только Рен увидел его

НЕТ! Крик вырвался из его горла, когда он выпрыгнул из движущейся кареты, не дожидаясь, пока Вэй остановит лошадей. Деревянная рама застонала под его ударом.

Вены света в его теле вспыхнули с ослепительной силой, и гидра мгновенно слилась воедино. Его мышцы напряглись, волокна слились с волокнами его зверя в симфонии силы.

Время словно замедлилось, когда он наконец смог ясно представить себе ситуацию.

Ярость.

На бегу из когтей Рена материализовалось лезвие чистого света, с точностью рассекающее воздух. Снаряд достиг кнута, которым укротитель Огненной ящерицы пытался ударить по спине матери, и перерубил его пополам, прежде чем тот успел выполнить свою задачу.

Но Рен не остановился. Его тело сияло, как спустившаяся звезда, а каждый шаг оставлял на земле тяжелые отпечатки. Кристаллические когти вытягивались из костяшек пальцев, когда он прыгал, его форма расплывалась от скорости.

Инстинкт спас его от смерти, но не от жестокого нокаута.

Двое оставшихся патрульных отреагировали с быстротой опытных воинов. Тигр направил энергию через свои конечности, и его когти выросли до сверхъестественной длины. Человек-паук с нечеловеческой скоростью начал плести нити, создавая в воздухе паутину.

Рен приземлился с кошачьей грацией, его глаза пылали яростью, превосходящей обычный гнев. С увеличенной на 250 % Силой, пульсирующей в его преобразованных мышцах, он бросился прямо на тигра, который находился ближе всех к его родителям.

Патрульный улыбнулся безрассудству ребенка. Его способность Призрачный коготь с 10-метровым радиусом действия рассекала воздух. Но его уверенность испарилась, когда Рен не только уклонился от атаки, но и, казалось, предугадал движение еще до того, как оно произошло.

Видение маны Рена позволяло ему видеть колебания энергии до того, как они материализуются в физические атаки. Ему показалось, что человек двигался в замедленной съемке.

Контратака была жестокой.

Усиленный броней удар пришелся тигру в солнечное сплетение, выпустив из легких весь воздух со звуком уош. Не успев опомниться, Рен крутанулся на себя, и его локоть с безумной точностью попал в челюсть мужчины. Кость треснула от удара.

Лидер! крикнул человек-паук, готовый запустить в Рена свою паутину.

Но тут на него упала тень.

Лин появилась, как черная молния, ее ящерица-пантера бронзового ранга 2 проявилась в виде узоров на ногах. Сочетание с журавлем дало ей 240 % скорости и силы, превратив ее в смертельное пятно.

Ее боковой удар пришелся по торсу паукообразного человека, от удара раздался ужасный треск, и ударная волна разнеслась по всей округе. Патрульный отлетел в сторону, как снаряд, его тело прочертило дугу, вращаясь в воздухе, и запуталось в собственных нитях, после чего разбилось об обугленные остатки забора в пятнадцати метрах от него.

Заканчивай- согласилась Лин, заняв позицию, чтобы перехватить любое вмешательство. Я прикрою тебя.

Рен едва слышал ее. Его внимание было полностью приковано к вожаку тигров, пытавшемуся подняться с земли. Ярость затуманила его зрение, смешавшись с образом матери, которую вот-вот ударят, и отца, истекающего кровью на земле. Мир сузился до туннеля, в конце которого была только его цель.

Рен атаковал со скоростью и силой, которыми не должен обладать ребенок его возраста. Но слияние с плотью гидры превратило множители не в детские, а в чудовищные.

Патрульный отчаянно сопротивлялся, но его собственных 120 % прироста во взрослом теле все равно не хватало против сочетания скорости, силы и восприятия Рена.

Удар коленом в живот свалил мужчину с ног. Нисходящий удар локтем в спину, заставивший его упасть на колени. Размашистый удар, от которого мужчина снова упал на землю с сокрушительной силой. Каждый удар был нанесен с точностью, рассчитанной на максимальную боль.

Человек-тигр кашлял кровью, его сломанные ребра протестовали при каждом затрудненном вдохе. Он попытался вызвать последний прилив энергии, отчаяние придало ему сил, но Рен топнул по его запястью, и треск костей показал, что конечность поддалась.

Кристаллические когти снова вытянулись и сомкнулись на шее командира патруля, лежавшего на земле.

Рен!

Голос матери прорвался сквозь красную дымку, затуманившую его разум.

Сынок, пожалуйста К мольбе присоединился надломленный голос отца. Только не так. Ты еще слишком молод.

Рен моргнул, глядя на родителей. Яна и Вэйя разрезали паучьи путы и теперь помогали ему сесть. На их лицах не было никаких моральных осуждений - мир был именно таким, но все же их слабость, толкнувшая ребенка на такое, вызывала у них глубокую печаль.

Мы знаем, что когда-нибудь тебе придется это сделать- продолжала Ферн, по ее щекам текли слезы. На военной службе, на границе. Но не сегодня. Не ради нас. Не позволяй этому украсть у тебя эти годы невинности.

Его отец кивнул, тяжело опираясь на Яна. Его спина была сплошной картой боли, каждое движение вызывало новые муки. Когда придет время, когда королевство потребует этого, ты станешь солдатом. Ты будешь убивать и монстров, и людей. Но сегодня сегодня ты все еще наш мальчик.

Когти дрогнули. Рен посмотрел на лежащего под ним человека, превратившегося в кровавое месиво, едва дышащее. После такого избиения смерть, пожалуй, была бы милостью.

Возможно, они были правы, но

На спине Рида виднелись глубокие раны от ударов плетью, кровь пропитала остатки его рубашки. Ферн, хотя физически пострадала меньше, проявляла признаки шока, ее руки неконтролируемо дрожали.

Ярость.

Кристаллические когти опустились без колебаний.

Звук был влажным и окончательным, с легкостью рассекающим плоть и кости. Кровь брызнула на лицо Рена, согревая его кожу. Вожак тигров издал последний булькающий звук, прежде чем жизнь покинула его глаза.

Я больше не ребенок- заявил Рен, его голос слегка дрожал, когда он стоял над трупом. Грибы в его волосах беспорядочно пульсировали, отражая царившее внутри смятение. Его руки тряслись, но не от страха или сожаления, а от того, что адреналин наконец начал выходить.

Родители молча смотрели на него. На их лицах не было ужаса, только глубокая печаль. Они поняли

Рену это было не впервой.