Ягуар неспешно приближался к едва держащемуся на ногах Грею: в отличие от прежнего раза, хищник видел, что добыча выбилась из сил окончательно и бесповоротно.
Не желая больше медлить, зверь молниеносно нанёс смертельный удар. Однако стоило когтям почти коснуться юноши, как атака бесследно растаяла в воздухе.
— А?..
Грей, уже приготовившийся к неминуемой гибели, в изумлении моргнул: удара так и не последовало.
Он попытался приподняться и оглядеться, чтобы понять причину спасения, но обессиленное тело не слушалось.
Опешивший от пропажи собственного выпада ягуар яростно взревел и атаковал повторно — на сей раз разрядом молнии, рассчитывая застать человека врасплох, решив, что тот каким-то чудом умудрился отразить удар.
Молния долетела почти до самого носа юноши и снова испарилась без следа.
Грей окончательно обомлел: он не понимал, что происходит, но чутьё подсказывало, что летящие в него заклинания попросту телепортируют в иное место.
Бум!
Прямо за спиной ягуара из ниоткуда вынырнули обе пропавшие атаки и с размаху ударили хищника в хребет.
Зверь взвыл от дикой боли, получив сполна собственной же смертоносной мощью.
— Стоило мне вздремнуть на пару деньков, и вот что я вижу при пробуждении? — раздался тонкий писклявый голосок.
Обессиленный Грей насторожил уши: в тембре сквозило нечто до боли знакомое, хотя юноша готов был поклясться, что никогда в жизни не слышал этого голоса наяву.
— Погляди на себя, ц-ц-ц, срамота какая. Был бы здесь Клаус, он бы до скончания веков над тобой потешался, — вновь ехидно прозвенел голос.
Поняв, что неведомый спаситель прекрасно знает и его, и его друзей, Грей через силу разлепил веки, пытаясь разглядеть говорившего.
Сквозь мутную пелену перед взором проступил до боли знакомый чёрный силуэт — сомневаться не приходилось ни на йоту.
— Войд... это ты? — едва слышно прошептал Грей.
— А кто же ещё, по-твоему? — с язвительной усмешкой фыркнул кот.
Грей онемел, словно громом поражённый.
«Войд, ты... ты научился говорить вслух?!» — мысленно воскликнул он по духовной связи, будучи не в силах разомкнуть пересохшие губы.
Горло саднило, но изумление от того, что пушистый напарник заговорил на чистейшем человеческом языке, пересиливало любую немощь.
— Я только глаза продрал, и это первое, что ты решил спросить?! — сварливо возмутился кот.
«Прости-прости... Как ты себя чувствуешь?» — поспешил исправиться юноша.
Голова соображала туго, и шок от звучащей речи затмил сам факт долгожданного исцеления друга.
— Превосходно! Давно я так сладко не дрых, — самодовольно протянул Войд, мурлыча от упоения.
«Дрых?! Какое ещё „дрых“?! Твоё сознание было тяжело ранено — мне все вокруг в один голос об этом твердили!» — опешил Грей и сбивчиво пересказал всё, что довелось пережить.
— Пф-ф, скажешь тоже! Обычный сон! Ну ладно, малость помяло от перенапряжения, не спорю. Но стоило мне глотнуть той капли, что ты мне споил, как всё прошло. Надо было просто хорошенько отоспаться — и вот я свеж как огурчик, даже сильнее прежнего стал! — весело рассмеялся кот.
«Что-о-о?!» — мысленно взвыл Грей от неописуемого потрясения.
Он отказывался верить своим ушам: этот пушистый паразит всё это время просто безмятежно дрых, пока сам Грей сходил с ума от тревоги, полез в смертоносное пекло Леса магических зверей ради поиска лекарства и едва не расстался с жизнью!
— Да в порядке я, просто спал! Хватит дуться, будто сам никогда на боковую не заваливаешься, — отмахнулся Войд.
Звучал он точь-в-точь как пятилетний мальчуган — чудно, но на удивление приятно для слуха: не будь в интонациях столько спеси и яда, его запросто можно было бы принять за капризного ребёнка.
Грею до смерти хотелось высказать наглецу всё, что он о нём думает, но цензурные слова напрочь застряли в горле. Впрочем, разборки следовало отложить: сейчас первостепенной задачей было унести ноги.
«Войд, живо уноси нас отсюда! Этот ягуар — зверь Ступени Владыки!» — напомнил он об опасности.
— Хмф! Тоже мне, напугал драной кошкой! Я с ней с закрытыми глазами разберусь, даже лапой шевелить не придётся, чтобы раздавить. Но этой блохастой туше не повезло: я как раз освоил новый приёмчик и прямо сгораю от нетерпения его опробовать, — презрительно фыркнул кот, в упор не замечая гиганта.
Казалось, перед ним сидит не грозный владыка леса, а пустое место.
Грей хотел было возразить, но вовремя вспомнил замашки напарника: тот никогда не стал бы так петушиться без стопроцентной уверенности в успехе.
Выбросив лишнее из головы, юноша сосредоточился на циркуляции энергии: негоже давать этому мелкому наглецу лишний повод для насмешек.
— А теперь, блохастик, падай ниц пред своим батей и вымаливай пощаду, иначе пеняй на себя! — нагло оскалился Войд, ткнув крохотной лапкой в сторону хищника.
Ягуар, всё ещё недоумевающий, каким образом в него прилетел собственный удар, ошарашенно уставился на вещающий человеческим голосом чёрный комок шерсти: в кошачьем взоре мелькнуло неприкрытое презрение к недомерку.
От такого пренебрежительного взгляда кот мгновенно вскипел; к слову, при чудовищной разнице в габаритах малыша из-за одинаково чёрного окраса вполне можно было принять за детёныша этого исполина.
— Что ж, ты сам выбрал мучения. Потом не ной на том свете, что батя не предупреждал, — ледяным тоном процедил Войд.
Встав на задние лапки и картинно разведя передние в стороны, он высвободил дремлющую мощь: от крохотного тельца хлынула столь необоримая, первобытная мощь, что на морде ягуара впервые проступил неподдельный ужас.
Аура кота была одновременно свирепой и удушающе давящей: её незримый вес намертво пригвоздил хищника к земле, и как бы тот ни рвался броситься наутёк, пошевелиться не мог ни на дюйм.
— Жалкое низшее отродье, посмело наглеть перед батей! Сейчас я научу тебя хорошим манерам, — надменно провозгласил малыш.
Сидевший на траве Грей лишь диву давался этой картине и чудовищной ауре напарника: не знай он Войда как облупленного, решил бы, что рядом пробудилось древнее ископаемое чудовище.
Внезапно по поляне разлилась смертоносная рябь: уловив эти колебания, Грей невольно подобрался — с подобной пространственной турбулентностью ему уже доводилось сталкиваться, но разглядеть её природу не удавалось, отчего разрушительная мощь оставалась загадкой.
То было новое смертоносное оружие, обретённое котом после сна — искажение пространства. Нечто похожее творилось в комнате в Морозном городе, когда Грей пытался постичь первоосновы Пространства, порождая бушующие пространственные искажения.
Наблюдая тогда за хозяином, Войд уловил суть техники, а за время спячки знание улеглось само собой, обратившись врождённым талантом.
Это была первая атакующая пространственная техника, пущенная им в ход, и мощь её внушала истинный трепет.
Ягуар затрясся мелкой дрожью, видя наползающую на него рябь искажённой реальности; он отчаянно рвался с места, но давящее величие Войда сковало мышцы намертво.
Заметив беспомощность врага, кот победно осклабился.
— Можешь не дёргаться: от меня разве что дракон удрать способен, да и то если я сам соизволю его отпустить, — гордо выпятил он мохнатую грудь.
Ягуар в онемении наблюдал, как пространственные искажения подобрались вплотную и сомкнулись над его телом.
Спустя пару мгновений от исполинского хищника не осталось ровным счётом ничего.
Войд чинно опустился на все четыре лапы и удовлетворённо кивнул сам себе.
— Всё в точности, как я и рассчитывал, — бросил он, неспешно ковыляя к Грею.
Подойдя к сидевшему юноше, кот на миг исчез и вынырнул с крошечным стеклянным флакончиком в лапках.
— Открывай рот, — велел он, подплывая по воздуху к хозяину.
Грей послушно разомкнул губы, и на язык упала капля чудодейственного снадобья — той самой вытяжки из цветущей гадюки.
Проглотив лекарство, он целиком сосредоточился на восстановлении истерзанных каналов и плоти.
Войд вспорхнул на ветку соседнего дерева, не мешая медитации: после долгой спячки ему и самому требовалось разобраться в переменах собственного тела.
Час спустя.
Грей распахнул глаза и огляделся по сторонам: даже по прошествии времени воздух всё ещё слабо подрагивал от остаточных волн искажения пространства. Юноша пока не понимал сути техники, но не сомневался, что дело в коте.
Быстро заприметив питомца, он подошёл к дереву:
— Слушай, а что за атаку ты только что применил? — не удержался он от вопроса.
Тот приоткрыл один глаз и лениво отозвался: — Искажение пространства. Проснулся — и уже умею.
— А? Искажение пространства? Это вроде той турбулентности в пространственных тоннелях, верно? — уточнил Грей.
— Ага. Я малость смекнул, как оно устроено, ещё когда ты в Морозном городе ковырялся со стихией Пространства, — подтвердил Войд.