«Хм, заполучить кости дракона — дело, конечно, неслыханное, но я бы предпочёл яйцо грифона: оно хотя бы живое», — рассудил про себя Грей.
В его глазах мёртвые останки мало чего стоили. Да, драконы по праву царили на недосягаемой вершине мироздания, неизмеримо превосходя и род людской, и прочих магических зверей как в грубой силе, так и во власти над стихиями.
Однако эти кости годились разве что на сырьё для ковки стихийного оружия: благодаря колоссальной концентрации стихийной эссенции выкованный из них клинок заткнул бы за пояс любой аналог.
По слухам, драконьи ядра были настолько совершенны, что их можно было поглощать без предварительной очистки — столь кристальной и чистой мощью они обладали.
Увы, как и грифоны, истинные драконы встречались исчезающе редко — куда реже крылатых львов; из-за ничтожной плодовитости они яростно оберегали каждого сородича.
...
Зал буквально гудел от возбуждённых пересудов: большинство присутствующих отродясь не видывали драконов, и даже выбеленные временем кости вызывали у них благоговейный трепет.
— Исследовав стихийное эхо, наши мастера подтвердили: сей дракон был Элементалистом двойного типа, повелевавшим стихиями тьмы и земли! Останки всё ещё источают первобытное драконье величие, вселяющее леденящий ужас в сердца слабых и способное повергнуть в трепет любого свирепого зверя, — пояснила Верла со сцены.
Грей осторожно коснулся реликвии духовным восприятием и невольно признал: давящая аура действительно была осязаемой и жуткой.
«Странно... Почему же я ничего подобного не ощутил от того Ледяного дракона?» — вдруг вспомнил он исполина из земель испытаний.
Аэтонт совершенно не давил на него этой первобытной драконьей аурой. Спасаясь тогда бегством, юноша не придавал этому значения, но теперь ясно осознал: грозный властелин льдов попросту не стал обрушивать на него своё величие.
«Или этой способностью наделены далеко не все драконы?» — засомневался Грей.
— Стартовая цена драконьих костей — пятьсот тысяч камней эссенции среднего ранга, шаг ставки — пятьдесят тысяч камней! — провозгласила Верла.
— Шестьсот тысяч!
— Семьсот тысяч!
Всего за несколько мгновений сумма перемахнула за миллион и продолжала безостановочно расти, не выказывая и признака замедления.
Спустя пару минут планка достигла умопомрачительных двух миллионов.
Грей с круглыми глазами следил за этой вакханалией цифр.
— Откуда у них столько добра?.. — сглотнув ком в горле, пробормотал он.
Колоссальное богатство: на эти средства можно было взрастить до Пика Ступени Истока добрых две сотни практиков, а самым одарённым — и вовсе пробить дорогу на Ступень Владыки!
— Два миллиона пятьсот тысяч!
— Два миллиона пятьсот пятьдесят тысяч!
— Говорит глава рода Мэверик! Окажите нам честь и уступите этот лот: взамен я лично скую для вас стихийное оружие высшего ранга, вплавив в него частицу этих священных костей! — к витражу третьей ложи подошёл статный мужчина средних лет.
Именно он только что повысил ставку, надеясь склонить соперника к компромиссу.
Почти все остальные претенденты выбыли из гонки после двух миллионов, оставив поле боя лишь двоим титанам.
— А-а, так это ты, Аксель, — раздался скрипучий старческий голос напротив.
В проёме седьмой ложи показался старец с абсолютно седыми волосами и бородой.
— Рад встрече, старший, — почтительно склонил голову Аксель.
— Ого! Сам мастер Гримвальд! Кто бы мог подумать, что вторым претендентом окажется именно он! — прокатилось по партеру.
Впрочем, ни Аксель, ни Гримвальд даже не взглянули на копошащуюся внизу чернь.
— Аксель, эти кости послужат материалом для клинка Его Высочества наследного принца. Если ты уступишь их, кронпринц непременно оценит твою любезность по достоинству, — с расстановкой произнёс Гримвальд.
Стоило упомянуть имя наследника, как лицо главы семьи Мэверик потемнело от тревоги: будь это личной прихотью Гримвальда, они бы пободались на славу, ведь оба слыли давними соперниками в искусстве создания артефактов.
Вот только клан Мэверик принадлежал к числу немногих покровителей Второго принца.
Аксель бросил выжидающий взгляд на первую ложу, уповая на слово своего августейшего покровителя.
— Всё в порядке, уступи венценосному брату, — всё с той же мягкой, невозмутимой улыбкой молвил Второй принц.
— Два миллиона шестьсот тысяч, — отчеканил Гримвальд, победно глядя на ложу Второго принца.
Тот лишь тонко улыбнулся в ответ на скрытый выпад.
Верла выждала положенное время и, убедившись, что Аксель отступил вглубь комнаты и больше не намерен спорить, торжественно объявила лот проданным мастеру Гримвальду.
Грей наблюдал за драмой из своего убежища: по репликам соперников нетрудно было понять, что оба слыли выдающимися мастерами артефактов, но при этом стояли по разные стороны баррикад в придворной борьбе за трон.
Задерживаться на торгах дольше не имело смысла, и едва ведущая опустила молоток, юноша покинул ложу и направился к выходу.
В коридоре его уже караулила знакомая распорядительница.
— Вы уже уходите? — поспешно окликнула она его.
— Да. Что-то случилось? — обернулся Грей.
— Господин велел проводить вас в отдельные покои перед уходом: он приготовил для вас нечто важное, — ответила девушка.
— Вот как? Он мне словом об этом не обмолвился, — озадачился Грей.
Девушка замялась, не зная, что добавить, ведь она лишь покорно исполняла волю начальства.
— Ладно, веди. Только поживее, я тороплюсь, — вздохнул юноша.
Та с облегчением выдохнула и поспешила вперёд.
Проведя его вглубь резиденции, она замерла перед массивной дубовой дверью:
— Прошу сюда, — указала служанка.
Грей на миг притормозил: внутри явственно ощущалось чьё-то мощное присутствие, причём хозяин покоев даже не пытался скрывать ауру.
«Надо же, а сам говорил, что не придёт», — усмехнулся юноша и толкнул створку.
— Здравствуй, Грей, — тепло улыбнулся сидевший за столом старик Джеральд.
— Не думал, что вы проделаете такой путь лишь ради встречи со мной, — отозвался Грей, опускаясь в кресло напротив.
— По правде говоря, я и не собирался, но прознав о визите Второго принца, был вынужден явиться лично, — пояснил старец.
— Он тоже охотится за мной? — полюбопытствовал Грей.
— И да, и нет: у него совсем другие цели, — покачал головой Джеральд.
— Он обратился ко мне, чтобы выйти на твой след. Сам понимаешь: кронпринц и Второй принц — главные претенденты на императорский венец. К несчастью для второго, несколько лет назад наследник заполучил нечто такое, что заставило императора безоговорочно встать на его сторону.
— Ныне за спиной Второго принца стоит слишком мало сил. И хотя мы с ним в прекрасных отношениях, открыто поддержать его я не вправе: организацию, которую я представляю, двор и без того считает угрозой, — развёл руками Джеральд.
— Допустим. Но мне-то какое до этого дело? — нахмурился Грей.
Ввязываться в грызню венценосных особ не входило в его планы: всё, о чём он мечтал — покой. Не будь ранен Войд и знай он, где искать родителей, он бы забился в глухую пещеру и дни напролёт корпел над тайными знаниями.
— Я хотел свести тебя со Вторым принцем: твой Учитель некогда был с ним в весьма тёплых отношениях, — доверительно поведал Джеральд.
— Вот как? — вскинул брови Грей, не ожидая, что старик приплетёт сюда Криса.
Джеральд уже открыл рот, чтобы продолжить, но юноша твёрдо перебил его:
— Не сочтите за неуважение, но примыкать к какому бы то ни было принцу я не намерен. Познакомься мы раньше, я бы не отказался от дружбы с ним, но сейчас на мои плечи легло слишком много забот, и вешать на шею ещё и дворцовые дрязги я не стану.
— Понимаю... Ты точь-в-точь как твой Учитель — разве что отказываешь чуточку вежливее, — с грустной усмешкой покачал головой старик Джеральд.
— Это всё? Если да, то мне пора, дела не ждут, — поднялся Грей.
Джеральд молча покачал головой.
Получив безмолвный ответ, юноша развернулся и решительным шагом покинул покои.