Спустя полчаса.
В нескольких километрах от места, где Грей оторвался от ящера.
На прибрежном валуне у самой реки сидел Грей. Прикрыв глаза, он изо всех сил старался восстановить пространственную эссенцию, которую почти досуха вычерпал во время бегства от свирепого ящера.
«И чего ради эти твари забрались в такую глушь?» — размышлял он, выравнивая дыхание и ток энергии.
Даже пока он мчался сюда, чутьё засекло ещё трёх зверей Ступени Владыки. К счастью, удалось ускользнуть прежде, чем те успели напасть.
В глубинах леса явно творилось нечто неладное, раз уж могучие хищники Ступени Владыки сбегали на самые окраины. И пусть ему пока не попадались твари на пике начальной стадии или на средней стадии Ступени Владыки, стоило сделать ещё несколько шагов вглубь чащи — и встреча с ними стала бы неизбежной.
Судя по маячку, на который Грей взглянул перед привалом, путь вслед за Эллисом уводил прямо в самое сердце этих диких дебрей.
«Насколько же он силён?» — невольно задался вопросом юноша.
На вид Эллису едва перевалило за двадцать, а он уже обладал такой сокрушительной мощью. Спокойно парить над гиблыми глубинами леса мог лишь тот, кто абсолютно уверен в собственных силах.
Грей невольно задумался о том, как устроен мир на континенте, откуда прибыл этот чужак. А следом мысли вновь обратились к родителям. Если они родом оттуда же, то вполне могли быть могущественными мастерами. Раз уж Эллис столь силён, то и отец с матерью должны быть как минимум не слабее, ведь так?
Впрочем, с тем же успехом всё могло оказаться иначе: даже на столь развитых землях наверняка хватало тех, кому культивация давалась со скрипом, обрекая на вечный застой. Что, если родители относились как раз к числу таких неудачников? Это бы многое объяснило: они сбежали в это захолустье и со стыда словом не обмолвились сыну о великом континенте.
Вихрь догадок кружил в голове, пока юноша методично восполнял запасы пространственной, ветряной и грозовой эссенции. Мышцы гудели от изнеможения после бешеной многоминутной скачки без единой секунды на передышку. Не закали он тело жестокими тренировками в землях испытаний, уйти от ящера живым ни за что бы не вышло.
Выбросив лишнее из головы, Грей сосредоточился на циркуляции энергии. Заодно он достал флакон с целебным снадобьем, добытым из цветущей гадюки, и залпом осушил его.
Он мог бы залечить раны и сам, но на полное исцеление ушло бы слишком много драгоценного времени. В такой опасной глуши, да ещё при столь странных обстоятельствах, рисковать было верхом безрассудства.
Час спустя.
«Ого! Здешняя эссенция куда чище и плотнее, чем снаружи. С чего бы это?» — мысленно поразился Грей.
За пределами Леса магических зверей на восполнение растраченных при побеге сил ушло бы в разы больше времени. Здесь же хватило какого-то часа.
Пока юноша дивился тайнам леса, из речных глубин на него неотрывно пялились чужие глаза, выжидая удобный миг, чтобы наброситься на беспечную жертву.
Нечто бесшумно скользило сквозь толщу воды, с каждой секундой подбираясь всё ближе.
Грей внезапно ощутил на себе чей-то липкий, сверлящий взгляд, однако не сразу понял, откуда исходит угроза. С любопытством оглядев деревья, он не приметил в зарослях ни единой живой души.
— Хм, странно, — пробормотал он.
Поднявшись на ноги, он подошёл к самой кромке воды, вглядываясь в противоположный берег.
Плеск!
Тварь выметнулась из реки с головокружительной скоростью, распахнув исполинскую пасть и метя прямо в голову юноши.
Вместо того чтобы отшатнуться назад, Грей шагнул навстречу. Он резко пригнулся на ходу, уходя из-под смертоносных челюстей.
Это бесхитростное движение позволило ему оказаться прямо под брюхом чудища, чьё туловище больше чем наполовину взмыло в воздух.
Скользнув взглядом по брюху, Грей перевёл глаза на вторую половину тела, всё ещё вылетавшую из воды. К его удивлению, нападавшим оказался крокодил. Какая стихия была ему подвластна, оставалось загадкой: магией тварь пока не воспользовалась.
Промахнувшись мимо добычи, крокодил по инерции пролетел дальше и всем исполинским телом рухнул на сушу.
Бам!
Тяжело шлёпнувшись оземь в нескольких метрах позади, зверь проворно развернулся и уставился Грею прямо в лицо.
«Здоровенный».
Это была первая мысль, промелькнувшая у юноши в голове.
Вытянувшись более чем на девять метров в длину, крокодил обладал поистине жуткой пастью. Даже у Грея мороз пробежал по коже: сомкнись эти челюсти, и человека перекусило бы пополам без всяких сомнений. К счастью, речной хищник находился лишь на Пике Ступени Истока и до Ступени Владыки пока не дорос.
— Плыви обратно в воду, нечего умирать почём зря, — бросил Грей, смещаясь в сторону.
Тратить время на возню с крокодилом совершенно не хотелось. Юноша собирался поскорее убраться отсюда: лишний шум мог привлечь других тварей, а встреча со зверем Ступени Владыки в его планы сейчас никак не входила.
Крокодил распахнул пасть и выстрелил в него мощной водяной струёй. Грей лишь покачал головой и растаял в воздухе.
Мгновение спустя он материализовался позади чудовища, вцепился обеими руками в хвост и закружился юлой, увлекая девятиметровую тушу за собой.
Грей с лёгкостью оторвал речного гиганта от земли, пока тот продолжал бессмысленно плеваться водой. Описав три полных круга для разгона, юноша разжал пальцы.
Снарядом полетев к реке, крокодил от чудовищной силы броска шесть раз отскочил блинчиком от речной глади, после чего с грохотом врезался в противоположный берег.
В ширину река достигала от двадцати шести до тридцати метров, но Грей играючи перебросил многотонного хищника на ту сторону — ну, пусть и при содействии упругой водной глади.