Убит! Обезглавлен!
Коул почувствовал, что его голова вот-вот взорвется. Ярость, безнадежность, ненависть, печаль. Эти эмоции были подобны холодному ножу в его сердце, обжигающему огню в разуме.
Мутант закричал, и этот звук был страшнее любого монстра пустоши. Он рванулся из пут, высвободив одну из рук. Коул махал ей, как булавой, и почти десять солдат умерли от этих ударов, не успев понять, что произошло.
Лязг!
В момент очередного взмаха меч пронесся мимо и перехватил его руку. Дрейк был настолько быстр, что появился перед Коулом словно из ниоткуда, как вспышка. Он всадил свой меч в руку чудовища, чтобы не дать ему увеличить число жертв.
Он злобно хмыкнул в сторону Коула: «Если ты хочешь, чтобы это закончилось, тогда расскажи нам все, что знаешь!»
Солдаты нахлынули и связали мутанта, без всяких указаний.
«Ах! Рррааггх! Нннрррггхх!»
Коул мог только кричать из-за собственного бессилия. Несмотря на силу страха, питавшего его тело, он мог только смотреть на этих ненавистных, злобных людей.
С холодным смехом Бронтес поднял руку. Солдаты заставили еще десять соплеменников встать перед ним на колени.
Лидер авангарда повернулся лицом к Коулу: «Я спрошу еще раз. Где спрятан город?»
В ответ он услышал лишь крик Коула. Бронтес не стал тратить время зря. Великан был вынужден наблюдать, как хладнокровно были зарезаны еще десять его братьев и сестер.
Еще десять человек были выдвинуты вперед.
«Где находится город?»
Ненависть и негодование бурлили внутри Коула, формируясь в слова: «Не убивай!»
Сверкнуло лезвие. Головы упали.
Еще десять.
На этот раз это подвели дети. Они дрожали и плакали, когда их заставили опуститься на колени.
Бронтес в третий раз повысил голос, все такой же спокойный и бесстрастный, как будто он пропалывал сад: «Где находится город?»
Воля Коула рухнула. Он не мог сделать этого. Не мог спокойно смотреть, как они убивают его соплеменников. Голосом, наполненным унижением и позором, мутант ответил: «Не убивай... Я говорю».
Бронтес взмахнул рукой. Десять маленьких голов покатились в пропасть.
Болезненный крик Коула отразился от камня. Он не понимал. Он ведь согласился! Он сказал, что ответит! Почему этот демон продолжает убивать невинных людей?
Бронтес ответил, словно прочитав его мысли: «Чтобы напомнить тебе не заставлять меня просить три раза. У тебя есть один шанс. Если ты попытаешься что-то сделать, все здесь умрут — из-за тебя. И умирать они будут мучительно».
Дрейк только криво усмехнулся при виде этой сцены: «У тебя определенно есть свой подход, Бронтес».
Хэммон также восхищался офицером.
Коул мог лишь запомнить их лица. Запомнить каждую деталь и запечатлеть их в своей памяти.
Он дал себе обещание, что если выживет, то собственными руками, сантиметр за сантиметром, будет ломать каждую кость в их теле. Использует свои кулаки, чтобы сделать в них пару сквозных дыр. И заставит их заплатить за убийство вождя. Он не умрет, пока не убедиться, что каждый из них пожалел о том зле, которое они совершили!
Но даже при том, что в его сердце бушевал ад ненависти, Коул ничего не мог поделать. Ему придется быть их марионеткой, вынужденной указывать им путь. Двести оставшихся туземцев были связаны и находились под охраной, а Коул — связанный по рукам и ногам — был окружен, казалось, целым морем элизийских воинов. Ему давали достаточно свободы, чтобы идти, но недостаточно, чтобы бежать, если представится такая возможность.
Слова вождя звенели у него в ушах. Он слышал их и понимал, но у него не было выбора. Ведь он не мог спокойно смотреть, как убивают его семью.
Если бы он не пообещал привести этих монстров в город, ему пришлось бы наблюдать, как их режут одного за другим. Это была настоящая пытка. Он не сомневался, что у этих людей были только злые намерения, но это было уже слишком. У него оставалась надежда, по крайней мере, он так думал. Он не знал, насколько сильны силы элизийцев, но втайне он надеялся, что те, кто живет в городе под горой, смогут уничтожить этих дьяволов.
Таинственная группа скрывалась в близлежащих скалах. Небольшое войско — всего несколько сотен — одетые в абсолютно черную униформу. Только двое мужчин впереди отличались.
Один из них был человеком в маске, скрытым под плащом, с мечом на спине и полосой ткани, закрывающей лицо. Другой был одет в длинный плащ, а его коротко остриженные волосы были распущены. Он был бы невзрачным человеком, если бы не шрамы у глаз.
«Похоже, они нашли проводника к штаб-квартире Темного Атома. Видимо Искатели наконец-то встретят свою судьбу».
«Темный Атом имеет глубокие корни. Небесное облако не сможет уничтожить их так легко. Но пока они будут удерживать внимание элизийцев. Это облегчит нашу задачу».
Глаза Гадюки блеснули в резком свете. О чем бы он ни думал, в глубине этих змееподобных глаз невозможно было прочесть ни слова.
Вскоре несколько сотен теней пришли в движение. Они спустились с гор тихо, как ночь. Очевидно, что, несмотря на малочисленность, их нельзя было недооценивать.
***
Клауд Хок лежал на смотровом столе, а вокруг него жужжали медицинские инструменты и странные устройства. Дюжина или около того ученых деловито просматривали результаты и манипулировали машинами.
Он уже почти весь день был их подопытным кроликом. Хеллфлауэр посетила его только для того, чтобы взять пробирку с кровью, а потом ушла. В следующий раз, когда она появилась, в руках у нее был шприц, наполненный какой-то таинственной жидкостью.
Она вонзила иглу в шею Клауд Хока. Содержимое шприца было введено в его вены.
Первое, что почувствовал Клауд Хок, — это как боль отступила. Она опускалась вниз, как волна, начиная с его головы и двигаясь вниз. Хорошая... просто отличная штука. Он был удивлен и обрадован тем, что один укол дал мгновенный эффект. Эта женщина действительно знала свое дело!
«Тебе повезло. Еще несколько дней, и я бы не смогла тебе помочь.» — Хеллфлауэр была не так рада перемене обстоятельств, как Клауд Хок. Ее брови были плотно сдвинуты, пока она думала: «Не стоит пока радоваться. Обратить эту проблему вспять будет не так просто».
Клауд Хок повертел головой из стороны в сторону: «Я чувствую себя довольно хорошо. Мне все кажется нормальным».
«Инъекция, которую я тебе сделала, временно парализует вирус Нарушителя. На данный момент он активен лишь на одну десятую от нормального уровня, почти в спящем состоянии».
«Другими словами, уничтожить его не удалось».
«Ты не можешь уничтожить его».
«Как долго он будет находиться в таком состоянии?»
Хеллфлауэр покачала головой и сказала: «Адаптивность Нарушителя беспрецедентна. Рано или поздно он найдет способ нейтрализовать лекарство. Я думаю, это не займет много времени. Более того, инъекция не сработает во второй раз».
С этим недугом было не так просто справиться. Что же им тогда оставалось делать?
Ее ответ был откровенным: «Я внимательно изучала вирус — Нарушитель Роста в течение последних нескольких лет. И даже смогла воспроизвести его часть, но до сих пор мне не удалось разгадать его секрет. Ты знаешь, почему?»
«Нет. Почему?»
«Из-за сложности самого вируса. Он постоянно мутирует. Рост провел большую часть своей жизни, исследуя это биологическое творение, и использовал себя в качестве объекта эксперимента. По крайней мере, тридцать лет он потратил на выращивание Нарушителя. Экстраполировать изменения очень сложно, учитывая имеющиеся у нас данные».
Сложно — это мягко сказано.
«В твоем случае важно то, что Нарушитель начал распространяться с повышенной скоростью. Он встраивается в генетический материал хозяина и поэтому не передается через кровь или жидкости. Другими словами, если бы я ввела себе твою кровь, Нарушитель все равно не смог бы закрепиться и распространиться во мне. Используя себя в качестве чашки Петри, Рост пересадил выращенный им вирус тебе. С тех пор он значительно изменился, и на данный момент это практически совершенно другой штамм. За три года он успел внедриться в большую часть твоей ДНК, сделав ее еще более уникальной, чем когда тебя заразил Рост».
Клауд Хок покачал головой: «Я ни черта не понял из того, что ты сейчас сказала».
Хеллфлауэр закатила глаза на невежество Стража. Она попыталась объяснить так просто, как только могла: «Короче говоря, Нарушитель нестабилен. Он изменяется вместе со своим носителем, поэтому Нарушитель внутри тебя отличается от того, что был в Академике. То, что я смогла извлечь из твоей крови, полностью отличается от информации Роста. Сейчас это два совершенно разных вируса.»
Хеллфлауэр указала на микроскоп: «Посмотри сам».
Оборудование в Ядре было намного лучше, чем то, к которому они имели доступ на базе Блэкуотер. Например, микроскоп был намного четче. После установки образца и настройки линз Клауд Хок смог увидеть, что происходит. Он вспомнил, как в первый раз взглянул на Нарушителя. Это был образец Роста, и помимо мутации его крови и клеток он видел бесчисленные зеленые структуры, плавающие в плазме. Это был Нарушитель.
Но на этот раз он не увидел никаких маленьких зеленых штучек.
В его теле Нарушитель стал более золотистого цвета, и вирус не распространялся свободно, как в образце Роста. Кусочки золота были вплавлены в его клетки, как крошечные драгоценные камни, и заметно изменили конструкцию.
Клауд Хок втянул в себя воздух: «Как это случилось?!»
«На этот вопрос можешь ответить только ты». — Хеллфлауэр посмотрела на него с легким подозрением: «Я подозреваю, что есть проблема с твоим телосложением и даже не знаю. Откровенно говоря, являешься ли ты вообще человеком.»
Он не знал, что ответить. Это такая идиотская шутка, верно? Был ли он человеком?! Конечно, он им был!
Клауд Хок задумался о том, чем он отличается от других людей, и вынужден был признать, что чувствует себя растерянным. Если бы он был нормальным, то чем тогда объяснить его странные таланты? У него не было ответа.
Клауд Хок покачал головой: «Нормальный я или нет, но я не хочу, чтобы эта мерзость попала в мой мозг. Ты должна помочь мне найти способ избавиться от него».
«Есть способ, но нужно время».
Это не имело значения, лишь бы не превратиться в монстра! Клауд Хок неосознанно вздохнул с облегчением.
В настоящее время его болезнь была под контролем. Все, что ему теперь было нужно, это вылечить себя, и Клауд Хок готов был многое для этого сделать. Ведь жизнь была важнее всего остального.
Клауд Хок собирался задать ей еще несколько вопросов, чтобы узнать, каковы дальнейшие действия, когда его прервал взрыв. Двери сорвало с петель!
Охранники, которые были выставлены снаружи, разлетелись на куски. Почерневшие куски плоти были предвестниками толпы людей, ворвавшихся внутрь. Тот, кто вел их, был высоким, очень высоким, и одетый во все черное. На нем был плащ, с металлическими перьями, и когда он вошел в комнату, она сразу же наполнилась свирепой аурой.
«Это Рейвен!» — Удивленные крики донеслись от помощников Хеллфлауэр. Один из самых храбрых имел наглость встать у него на пути: «Что, по-твоему, ты делаешь? По какому праву ты врываешься сюда!»
Ответом ему стало дуло пистолета. Голова ученого раскрылась, как гротескный цветок, и мозги брызнули во все стороны.
Клауд Хок не знал, что происходит, но ему не нужно было быть гением, чтобы понять, что эти люди были здесь, чтобы убить Хеллфлауэр. Девушка была здесь единственным человеком, который может ему помочь, поэтому он не хотел, чтобы ее жизнь оборвалась раньше, чем она это сделает. Он крикнул в ее сторону: «Уходи! Быстрее!»
Мрачный голос Рейвена вырвался из его горла: «Никто никуда не уйдет».