Рассвет испытала самую сильную боль в своей жизни. Но это было преображающее событие. Она пообещала себе, что никакая боль или неудача не станут для неё причиной отказаться от себя или своей миссии. Рассвет потеряла самую важную часть своей семьи. Она не потеряет и своего самого близкого друга в этот же день.
Клауд Хок, схватившись за грудь, посмотрел на Рассвет и даже обрадовался от того, что увидел. Выбраться из ямы отчаяния, в которую она попала, само по себе нелегко, но она смогла. Только те, кто понёс настоящую потерю, когда-либо становились зрелыми.
Видя, что Рассвет стоит между врагами и командующим флотом, остальные офицеры вдохновились на отпор. Их было много, но ни один из них не стоил внимания Аббадона или Отэм.
Рассвет слишком слаба, чтобы изменить их ужасную судьбу.
Такие, как хрустальный дракон, Дриада или Волчий Клинок, были уже слишком велики для неё. Такие воины полны решимости уничтожить любого элизийца на своём пути, и Рассвет не могла их остановить.
— Вы всё неправильно поняли, — Волчий Клинок скрестил руки перед собой. Он был спокоен и расслаблен. Вряд ли это была поза человека, готового убивать. — Я хотел преподать тебе урок, а не убивать. Я, всё-таки, джентльмен и, как таковой, не хочу поднимать руку на такую милую молодую женщину!
Это реально так? Клауд Хок не был уверен, что может доверять словам этого человека. Одноглазый разбойник совсем не походил на джентльмена.
Его тон изменился, когда Волчий Клинок продолжил:
— Однако среди моих людей есть один, который не согласен с моим мнением. Учитывая, что ситуация… изменилась… сейчас самое подходящее время для рассмотрения этих жалоб. Я полагаю, ты не будешь возражать.
Прежде чем Клауд Хок успел ответить, в поле его зрения появилась неуклюжая фигура. Коул!
Мутант выглядел точно так же, как и раньше, но его присутствие полностью отличалось от добросердечной души, которую Страж «Когтей Бога» встретил в Блистерпике. Стало ясно, что Коул многое пережил за те месяцы, что провёл с этими террористами.
Дрэйк сразу узнал гигантского мутанта. Неужели это действительно тот же самый мутант, что и раньше? Ведь сам генерал Эгир сразил этого зверя дюжиной ударов меча, но он всё равно каким-то образом выжил.
— Клауд Хок. Ты спас Коулу жизнь, но не можешь дать ему ту месть, которую он ищет, — единственный здоровый глаз Волчьего Клинка метнулся в сторону Дрэйка и Бронтес. — Эти люди отдали приказ, который уничтожил целое племя невинных мутантов в горах Блистерпик. Добро и зло, как говорится, имеют свои последствия. Наша встреча здесь — это возможность для обсуждения.
Любопытные взгляды обратились к Стражу «Когтей Бога». Он спас Коула? Клауд Хок тоже нахмурился, потому что Волчий Клинок разжигал в Коуле жажду мести. Это поставило командующего флотом в трудное положение.
Ненависть, горевшая в глазах Коула, тлела в глубине его души. Его кулаки сжались, костяшки хрустнули. Осязаемая жажда крови витала вокруг него, как зловоние. Тем временем Аббадон и Отэм молча наблюдали за происходящим, как будто смотрели пьесу.
На лице Волчьего Клинка появилась лёгкая улыбка:
— Иди, дитя. Делай то, что должен сделать.
Коул сделал паузу, прежде чем в конце концов заговорить:
— Не здесь.
На лице Волчьего Клинка промелькнуло удивление:
— Дитя, ты забыл, как эти люди жестоко убивали твой народ? Разве ты забыл их страдальческие крики, обрывавшиеся, когда они захлёбывались в собственной крови? Неужели ты забыл об ответственности, которая лежит на твоих плечах?
— Никогда, — Коул посмотрел на свои дрожащие кулаки. — Я обещал себе. Убью их своими собственными руками. Но я обещал и другу. Никакой мести, когда он здесь. Это усложнит жизнь моему другу. Я не могу.
Коул был простым, честным существом. Многие, если бы они столкнулись лицом к лицу с монстрами, которые убили их семью, не было бы никаких колебаний. Даже более слабый человек, не задумываясь, бросился бы на своих врагов. Но Коул дал обещание, что он не будет сражаться с друзьями Клауд Хока, пока он здесь. Мутант был готов отказаться от этого шанса отомстить, чтобы сдержать свою клятву.
— Хотя ты можешь вообразить, что эти мысли благородны, ты ошибаешься. Если Клауд Хок — твой настоящий друг, он не стал бы стоять между тобой и правосудием для твоей семьи, — ядовитые слова Волчьего Клинка разжигали ненависть Коула. — Ты должен делать то, что ты хочешь делать — то, что ты считаешь правильным. Если твои поступки праведны, почему тебя должно волновать, что думают другие? Мы, люди, должны научиться меняться в нашем изменчивом мире. В жизни бывает много случаев, когда не можешь иметь всё, что захочешь. Ты должен выбрать. Чтобы иметь одно, ты должен отказаться от другого, иначе рискуешь потерять обоих.
— Я…
— Ты хочешь быть могущественным. Это урок, который ты должен усвоить и прочувствовать на собственном опыте. Это твой единственный шанс — или ты убьёшь их сейчас, или это сделаю я. Выбирай между твоим обещанием другу или местью за убитую семью. Подумай хорошенько. Прислушайся к своему сердцу.
— Коул, не слушай этого ублюдка! — Клауд Хок попытался перекричать зловещие слова Волчьего Клинка. — Он пытается превратить тебя в то, чем ты не являешься!
Дрэйк нахмурился от гнева и замешательства:
— Что ты говоришь? Если этот урод хочет попытаться убить меня — пусть попробует. Неужели ты думаешь, что элизийский офицер боится простого мутанта?
— Ты видишь? Даже по сей день злодей ни капли не пожалел о своих преступлениях. В его глазах твои люди подобны животным, которых можно убивать, когда заблагорассудится. То, что скрывается под этой милой элизийской внешностью — это больные ублюдки, отравленные узколобой ненавистью, — взгляд Волчьего Клинка не отрывался от Коула. — Ты действительно хочешь, чтобы это немыслимое преступление против твоего народа осталось безнаказанным? Ради дружбы?
Жёсткое выражение лица Коула изменилось. Клауд Хок увидел боль, нерешительность, борьбу, а затем… решительность. Мутант отвернулся от парня, сосредоточившись на Дрэйке и Бронтесе:
— Я выбираю правосудие для вождя.
Выражение лица Клауд Хока вытянулось. Он сжал кулаки. Рассвет остановила его, прошипев:
— Не торопись!
— Хех, мерзкий мутант. Что заставляет тебя думать, что у тебя есть шанс? — Дрэйк знал, что выбраться из этого затруднительного положения будет нелегко. Лучше смотреть правде в глаза. Поэтому он положил свой палаш на плечо и вызывающе зарычал. — Давай, покажи мне, из чего ты сделан!
Бронтес, не говоря ни слова, подошёл к своему сослуживцу. Несколько мгновений двое молодых людей просто смотрели на стоявшего перед ними урода.
Немигающие глаза Аббадона и Отэм с интересом наблюдали за происходящим. Клауд Хок не знал, почему эти двое — сильные, как Мастера-Охотники на Демонов — слушали такого мудака, как Волчий Клинок. Но они были здесь. И слушали. Он ничего не мог сделать, чтобы остановить это.
Сожаление просочилось сквозь него. Если бы он знал, что этот день настанет, Клауд Хок заставил бы Коула уйти с ним из Блистерпика.
Присоединение к Тёмному Атому было величайшей ошибкой Коула. У него такой большой потенциал, по крайней мере, достаточный, чтобы бросить вызов Королям Пустошей за их титулы. Но как только он встретил Волчьего Клинка и Хэллфлауэр, всё, чем он стал — пешка в их тёмной игре.
Внезапно простой и честный мутант исчез. Вместо него появилось существо, наделённое невероятной жестокостью, урожай ядовитых семян Волчьего Клинка.
Дрэйк только усмехнулся. Он ничего не думал об этом извращённом язычнике. Он не питал никаких иллюзий относительно того, что сможет победить этого соперника. Промедление было им на руку, потому что чем дольше они будут тянуть, тем скорее прибудет подкрепление. Это могло дать Клауд Хоку и остальным шанс сбежать.
Кроме того, быть захваченным в руки этим варваров — просто огромный позор. Смерти на поле боя бояться нечего, но тащить за собой своих товарищей — да.
Вот какие мысли проносились у него в голове, когда он пристально смотрел на Коула. Он просто находил нелепым, что где-то есть мутант, который так сильно его ненавидит. Это уродливое, жалкое животное действительно считало себя вызовом элизийскому офицеру?
Хэммонт наблюдал за происходящим краем глаза, выражение его лица стало напряжённым. Он знал, какая сила содержится в его ударе. Сражаться с ним там, в горах, уже было нелегко! Он не был уверен, что даже двух офицеров будет достаточно для чистой победы.
— Иди сюда! — насмехался Дрэйк. — Ты уродливый мудак! Покажи мне и Бронтес, что твой клан выкинул из себя в качестве своего чемпиона. Таких монстров, как ты, вообще не должно быть!
Бронтес сгорбился в воинственной позе. Его ледяное спокойствие никогда не колебалось. Однако чего другие не видели, так это набухших вен, бегущих к его глазам.
— Давай!
Дрэйк и Бронтес одновременно бросились вперёд. После нескольких шагов оба бросились на Коула, атакуя основным построением элизийских военных.
Коул пытался сдержать свой гнев, но когда он услышал нецензурные слова Дрэйка, он больше не мог. Видение головы его вождя, катящейся по земле, снова и снова прокручивалось в его голове. Он помнил эти безразличные лица, когда элизийцы убивали всех, кого он любил. Когда он всё вспомнил, гнев, который кипел в нём, как вулкан, вырвался на свободу.
Его народ провёл свою жизнь на склонах вулканических гор, вдали от Небесного Облака. Они ничего не сделали чужакам, не причинили им никакого вреда. Они приветствовали их в своей деревне.
Почему эти честные, скромные люди должны были умирать? Почему эти элизийцы убивали людей, которых они никогда не встречали? Как можно было позволить этим убийцам продолжать жить своей жизнью?!
Коул почувствовал, как ярость поднимается внутри него. Гнев, подобный адскому пламени, сжигал всё, кроме самого себя. Он вырвался наружу с рёвом, от которого содрогнулась земля, и красновато-терракотовая плоть Коул начал светиться.
Он сиял, как лампочка, как горящий уголь!
Свет исходил изнутри него, вырываясь на поверхность, и полностью окутывал Коула. Даже с расстояния в несколько метров люди чувствовали исходящий от него жар. Коул превратил себя в аватара огня.
Дрэйк и Бронтес ударили своим оружием по плоти Коула.
Лязг!
Те небольшие царапины, которые они сумели ему нанести, зажили в одно мгновение.
— Как?
Дрэйк был потрясён. Он знал, что мутант не был слаб, но от него ожидали лишь немного большей защиты и силы, чем обычно. Этот урод больше похож на Нагу. Неужели он тоже развил свою мутацию до экстремальных уровней?
Коул высвободил свою силу. Два кулака врезались в элизийцев быстрее молнии, даже быстрее, чем Клауд Хок мог проследить.
И Дрэйк, и Бронтес почувствовали, как их грудные клетки сжались, когда их отбросило назад, как ракеты. К счастью, они были очень выносливы, потому что удар был таким, словно прямо на них обрушилась дюжина тонн. Нормальных людей разнесло бы в клочья.
Даже после того, как их отбросило, упасть на землю им не дали. Коул схватил их прямо в воздухе, а затем с диким ревом швырнул на землю. Затем он вытащил их из кратеров и швырнул обоих на склон горы. Отвесная скала треснула почти до самой вершины.
Клауд Хок взвыл:
— Стой!
Рассвет приготовилась к атаке.
Волчий клинок щёлкнул пальцами, и его меч пришёл в движение. Ведомый волей своего хозяина, меч вонзился в Вестника Земли. Невероятная сила пронзила тело Рассвет и отбросила её назад.
Коул не обращал на неё внимания. Как дикий зверь, он прыгнул на скалу, куда бросил своих врагов и снова и снова колотил по ним кулаками. Осколки летели во все стороны.
Сила Волчьего Клинка была намного больше, чем предполагала Рассвет. Она не смогла пройти мимо его реликтового меча, только сумела заблокировать удар. Если так пойдёт и дальше, двум элизийским офицерам суждено умереть. После этого Клауд Хока и остальных постигнет та же участь.
Мерцающая реликвия гудела от силы. Рассвет никогда не видела и не слышала ни о чём подобном. Для неё было невероятно, что жители Пустоши тоже могут использовать реликвии. Однако это уже не первый раз. В конце концов, Клауд Хок тоже был жителем Пустоши. Как и этот урод Инкшейд, который двадцать лет прятался на виду. Они не только могли использовать реликвии, но и были очень сильны. Она не была слишком ошеломлена его способностями.
Но его сила — совсем другое дело. Синий клинок начал одолевать её. Холодный, льдисто-голубой металл сверкнул в нескольких дюймах от её лица. Внезапно он наполнился энергией и рванулся вперёд в смертельном выпаде!
Рассвет почувствовала, как её пронзил мощный прилив энергии. Она снова отразила удар Вестником Земли, но зеркальная поверхность её оружия пошла трещинами. Она не знала, сколько ещё сможет выдержать.