Контент удален!

Храм был не просто сердцем Небесного Облака.

Если бы глаза человека были достаточно острыми, он бы обнаружил, что Храм находится в центре всего домена. Фактически, он был прекрасен до мельчайших деталей, что намного превосходило строительные возможности человечества. Это можно было описать только как чудо от самих богов.

Каждое утро и каждый вечер жители Небесного Облака преклоняли колени в молитве перед Храмом. Жители других городов разделяли эту традицию, всегда обращаясь лицом к далекому центру своей веры. Каждая церковь и религиозное сооружение в домене были построены фасадом в направлении Храма.

Нервы Клауд Хока были на пределе, поэтому он почти не заметил величественного и роскошного интерьера. И все же были вещи, которые поразили его, даже если он не обращал на них непосредственного внимания.

Снаружи Храм представлял собой возвышающееся сооружение, но каким-то необъяснимым образом казалось, что внутри он в несколько раз больше. Это не поддавалось логике, как если бы вы вошли в трехметровую комнату и обнаружили, что ее потолок имеет высоту шесть метров. Но именно так все и было в этом месте.

Фейн привел Клауд Хока и остальных в большой подвешенный в воздухе зал для аудиенций. Он был безупречен, безукоризненно чист и без единого изъяна. Кругом было небо, а проплывающие мимо облака были разных оттенков.

Десяток выкованных из металла изображений богов были расставлены по всему периметру, а в центре находился зал для аудиенций. Когда вы проходите через это место, кажется, что боги наблюдают за вами, и становится трудно дышать.

Клауд Хок был уверен, что это не иллюзия, внутреннее помещение должно быть больше, чем кажется снаружи.

Несомненно, причина была в каком-то методе строительства Храма. Каким-то образом он одновременно имел фиксированный объем и в то же время расширялся внутри, превращая строение в десяток метров во дворцовое пространство объемом в сотню кубических метров или более.

Это противоречило законам физики, но кто может постичь мистические силы богов? Люди говорили, что это невозможно, потому что человек слишком невежественен.

Клауд Хока вели по длинному мосту, окутанному разноцветными облаками. При ходьбе по нему создавалось впечатление, что прогуливаешься по небесам. В конце концов они достигли великолепного подвесного зала.

Тамплиеры разошлись вправо и влево. Заняв позицию, с оружием в руках, они были похожи на священные статуи, стоящие в немом молчании.

Взгляд Клауд Хока устремился вверх по лестнице с террасами к вершине, где виднелась группа фигур. В центре сидел человек в белом, с древним и добрым лицом и успокаивающим присутствием бессмертного существа.

Под стариком слева и справа от него располагались две платформы, на каждой из которых находились люди. Один из них был одет в красное и торжественно держал в руках черный скипетр. Другой был одет в одежды цвета аквамарина и держал в руках том, излучающий яркий свет.

Старик в белом. Другой в красном, со скипетром в руке. Один в синем, с великолепным фолиантом. Это был Верховный Жрец Храма и два его кардинала.

Фейн был почтителен в их присутствии. Как Великий Настоятель он не уступал по рангу кардиналам, но они обладали полномочиями руководить тамплиерами. Кроме того, был еще и Верховный Жрец, который стоял над всеми.

Клауд Хок отметил, что он не мог видеть их очень четко. Это было не потому, что они были далеко, и не потому, что их окружали облака. Его глаза были зорче, чем у его тезки, особенно после постоянных улучшений, которым подверглось его тело. В какой-то степени он мог видеть даже сквозь облака и туман.

Нет, что-то блокировало его зрение, делая их образы расплывчатыми и неразличимыми, кроме общих деталей. Он не мог разглядеть их лиц.

Через несколько минут разноцветные облака постепенно рассеялись. Высшие власти Небесного Облака были видны сквозь дымку.

Похоже, они находились на какой-то движущейся платформе, но из-за облаков казалось, что они волшебным образом парят в небесах. Среди них был губернатор Арктур Клауд, который наблюдал за толпой со своего возвышенного места.

«Нет необходимости пересказывать события последних нескольких дней».

Арктур занимал ближайшую к Верховному Жрецу платформу. Оба были равны по высоте и уважению: один — духовный лидер, другой — высший орган государственной власти. Губернатор, говоривший первым, сделал паузу, когда его спокойный голос разнесся по залу. Каждый слог был ясным и четким.

«Сегодня, перед Верховным Жрецом, мы определим, как решить этот вопрос. Уважаемые коллеги, что скажете вы?»

«Обвинения против них не оспоримы. Последствия их действий очевидны, и мы можем перейти непосредственно к вынесению приговора. Атлас Умбра выполнял свои обязанности по защите закона, но не справился с ними. В этой неудаче он позволил причинить большой вред народу Небесного Облака, и должен понести соответствующее наказание. Рассвет Поларис знала о том, что Клауд Хок скрывается от правосудия, но все равно решила следовать за ним навстречу катастрофе. Она также виновна и должна быть лишена титула тамплиера, а также всех прав и обязанностей, связанных с ним. Что касается Клауд Хока, зачинщика сомнительного происхождения и неясных мотивов. Многое в этом деле еще остается неясным, и серьезные наказания будут применены, когда правда станет известна».

«Я полностью согласен с этим вердиктом!»

«И я!»

Решение суда было справедливым, и ответственность всех вовлеченных сторон была очевидна. Собравшиеся священнослужители и духовенство выразили свое согласие.

«Я не принимаю ваш вердикт!» — Резкий голос ответил им с платформы внизу. Несмотря на тяжелые цепи, Рассвет решительно вскочила на ноги: «Верховный Жрец, с Клауд Хоком поступают несправедливо. Он не виновен ни в чем, кроме желания спасти наш город. Тот факт, что вы готовы возложить ответственность на него, просто пародия! А как насчет агентов Темного Атома, которым позволили процветать у нас под ногами? Вы не возьмете на себя ответственность за это?»

Ее обвинительные слова вызвали гнев со стороны властей, выносящих приговор. Хотя они знали, что эта дочь семьи Поларис была непокорной, ее готовность поливать грязью даже перед лицом таких тяжелых обстоятельств была недопустимой. Открыто воюя с хозяевами Небесного Облака, она сама навлекала на себя гибель.

«На колени!» — Фейн грубо пнул ее сзади по ногам, заставляя вернуться на землю. Он впился в нее взглядом и тихо зарычал: «Держи рот на замке».

Боль и ярость охватили ее, и пот, пропитавший одежду, капал на плиты. Но вызов все еще бушевал в ней. Рассвет стиснула зубы, готовая снова подняться. Она знала, что если этому фарсу будет позволено продолжаться, то Клауд Хок погибнет. И никто не сможет спасти его.

Фейн взглянул на тамплиеров поблизости. Пара из них подошла и крепко прижала Рассвет удерживая ту на коленях.

Клауд Хок взглянул в ее сторону и увидел, что она готовится сказать что-то еще. Покачав головой и ухмыльнувшись, он щелкнул пальцем. Небольшое поле тишины опустилось над ней, чтобы убедиться, что она не выкопает себе яму еще глубже.

Клауд Хок не был дураком. Теперь, когда он был здесь, пути назад не было. Если Рассвет продолжит в том же духе, то единственное, чего она добьется, это то, что ее шея окажется в петле рядом с его.

Этот поразительный прием использования силы реликвии без реликвии было нелегко обнаружить, поэтому никто ничего не заметил.

Однако внезапно старый Верховный Жрец, который сидел в тишине с закрытыми глазами, вдруг открыл их и посмотрел на Клауд Хока, но ничего не сказал.

Губернатор подождал, пока все уляжется: «Есть ли у Клауд Хока что-нибудь сказать в свою защиту?»

«Рассвет не имеет никакого отношения ко всему этому. Она не знала, что я сбежал из Скайдена, и именно я убедил ее пойти со мной в подземелье. Последствия я должен нести сам, так что если вам нужно кого-то наказать, то накажите меня и не вмешивайте в это Рассвет. Это дело рук одного человека, и отвечать за него должен тоже один человек».

Клауд Хок ничуть не струсил перед этой высокопоставленной и могущественной толпой.

Он не питал иллюзий, что все, что он скажет, будет услышано здесь. Они будут делать все, что захотят, независимо от того, что скажет такой незначительный человечек, как он. Пытаться избежать последствий было бессмысленно, это только усиливало их решимость сделать Клауд Хока примером.

Но Рассвет был замешана во всем этом, и это была его вина. Это была горькая пилюля, которую пришлось проглотить, результат юношеского невежества. Ему не хватало опыта, чтобы понять это, но теперь он понял. Необдуманные поступки чреваты последствиями, и в следующий раз он будет осторожнее… ну, если будет этот следующий раз.

В сложившихся обстоятельствах он больше ничего не мог сделать. Он был никем, и в нем или в его положении не было ничего, чем можно было бы гордиться. Но он был смелым, принципиальным и упрямым.

Хотите сделать меня своим мальчиком для битья, да? Похуй, давай. Я могу это вынести!

Меньшее, что он мог сделать, это убедиться, что его друзья не попали под удар.

Когда Рассвет услышал его, ее глаза расширились: «Клауд Хок, ублюдок, ты с ума сошел? Сейчас не время для твоих глупостей!»

Но Клауд Хок украл ее голос, поэтому не было слышно ни звука.

Он поднялся на ноги и встал лицом к своим обвинителям, держа спину прямо. Стоя перед самыми могущественными мужчинами и женщинами Элизиума, перед его духовным лидером, перед глазами богов, и, хотя он был муравьем перед ними, он все равно вел себя непокорно. Когда он заговорил, его голос разнесся по залу.

«Мы все уже знаем, что я ничего не могу сказать, чтобы оправдать мои действия в ваших глазах, но есть кое-что, что я хочу сказать вам, самодовольным людям. Вы плюете на пустоши, но эти слабые отверженные — живучие. Последние тысячи лет они боролись за право жить. Они обладают большей ценностью и потенциалом, чем вы с вашей благословенной щедростью можете себе представить».

«Моя единственная цель — сделать все, что в моих силах, чтобы остановить борьбу, остановить жадность и амбиции, которые ее вызывают. Я лишь хочу, чтобы было меньше невинных жертв. Поэтому, хотя мои действия могут не совпадать с вашими ценностями, они совпадают с моими. Моя совесть чиста. Я не верю, что сделал что-то не так. Вы можете наказывать меня как угодно, но я не приму вины!»

Лицо Рассвета застыло от его заявления.

Он застал ее врасплох. Внезапно ей показалось, что она вообще никогда по-настоящему его не знала. Его сокровенное «я», идеалы, убеждения. Возможно, даже Клауд Хок не знал до конца, что было зарыто глубоко внутри, но сейчас это выходило на поверхность и влияло на его действия.

Атлас поднял голову и посмотрел на беглеца. На мгновение в этих черных глазах мелькнуло уважение. Перед лицом этих непреодолимых обстоятельств он не собирался оправдывать свои действия? Его скромная внешность скрывала внутри себя более стойкую правду. В глубине его костей было достоинство, которому нет равных.

Арктур больше не тратил время на расспросы. Его взгляд прошелся по собравшимся, и в течение короткого времени они обсуждали происходящее наедине. Вскоре они пришли к согласию. Предложенные наказания были признаны справедливыми и честными.

«Клауд Хок будет отправлен на костер! Его приговор приведет в исполнение действующий Великий Настоятель Ордена Тамплиеров, Фейн Мист!»

Рассвет и Атлас получат свой приговор, если будет раскрыто больше информации.

Арктур, Верховный Жрец и кардиналы не возражали против решения суда. Вопрос был улажен.

Слезы, которые собирались в глазах Рассвет, наконец, начали капать. Она подняла голову и посмотрела на Клауд Хока, своего единственного друга, и не могла не спросить: «Ты думаешь, оно того стоило?»

О чем она спрашивала? Стоило ли слепо возвращаться, чтобы спасти Небесное Облако только для того, чтобы быть несправедливо заклейменным преступником и приговоренным к смертной казни? Или стоило ли брать на себя всю ответственность и отказываться защищаться, чтобы не утянуть за собой друга?

Может быть, и то, и другое.

«Нет.» — Он коротко ответил, но в его темных глазах мелькнула искорка веселья: «Но я счастлив. Это было мое решение, и я остался верен тому, кто я есть. Не расстраивайся. Береги себя… Пока».

Клауд Хока утащила пара тамплиеров.

Он выглядел таким одиноким, когда его уводили.

Рассвет снова подняла голову на этот высокий помост и посмотрела с ненавистью. Она впервые увидела что-то настолько уродливое, страшное и неразумное в их священном городе. Если бы боги были настоящими и заботились о справедливости, почему они позволили этому случиться с Клауд Хоком?

Она ненавидела отсутствие возможности что-либо с этим сделать.