— Заходи! — несколько Тамплиеров открыли большие двери в караульное помещение. — Здесь ты будешь находиться до конца слушания!
— Перестань командовать. Вас, ребята, манерам не учили? — Клауд Хок суетливо поправил одежду, бросая короткий взгляд на своих охранников. — У меня есть ноги, ясно? Думаешь, я не могу ходить сам?
— Заткнись! — один из них, капитан, свирепо посмотрел на болтливого юнца. — Тебе лучше проявить ко мне немного уважения, и не думай, что ты отсюда выберешься. Попытайся сбежать, и всё пойдёт очень плохо для тебя. Даже Апостол не сможет защитить тебя от того, что я сделаю!
Он подкрепил свою угрозу тем, что хлопнул дверью. Гулкий удар прокатился по комнате.
Клауд Хок непочтительно ткнул средним пальцем в то место, где только что стоял мужчина. Неужели он действительно думал, что это место сможет удержать Стража, пусть и разжалованного? Не похоже, что Клауд Хок все эти годы тратил время впустую.
«Домашний арест» — просто ещё один вид тюремного заключения, только с меньшим количеством цепей и немного лучшими условиями содержания. Трёхразовое питание, и не нужно ждать, что с ним будут плохо обращаться. Но самое главное — Храм, вероятно, единственное место, куда не могла добраться сила Арктура.
Структура Храма уникальна. Внутреннее убранство в три или четыре раза больше, чем казалось снаружи, так что, возможно, здание построено с помощью таинственных божественных сил. Это каким-то образом нарушало правила времени и пространства, потому что Клауд Хок чувствовал, что плотность энергии здесь в несколько раз больше, чем снаружи.
Из-за уникального состава здешних энергетических уровней даже простое перемещение требовало больших усилий. Парень обнаружил, что странная пространственная структура Храма даже выше, чем могла преодолеть его реликвия. Вот почему Храм не конфисковал его реликвии, хотя и знал, что он обладает пространственными способностями.
Конечно, способности Клауд Хока более разнообразны и сложны, чем им казалось. Парню не нужно тратить энергию, пытаясь пройти сквозь стены Храма, когда он мог просто телепортироваться в другое измерение. Всё, что ему нужно было сделать — проникнуть на свой склад в космосе, отойти на несколько шагов, а затем бум — он свободен! Храм не мог удержать его, никакое место не могло.
Однако иметь возможность сбежать и фактически осуществить это — две разные вещи. Когда он выйдет, что тогда? Что он должен делать?
Клауд Хок сел, скрестив ноги, и погрузился в тихое созерцание. Он должен найти светлую сторону; конечно, он заперт в этом месте, но, по крайней мере, получил немного грёбаного мира и покоя для разнообразия.
И всё же что-то нужно было делать. Парень обхватил пальцами реликвию, висевшую у него на шее, и сорвал её. Тусклая даже в странном свете элизийского фонаря.
Пространственный камень был чёрным, как уголь, с текстурой где-то между камнем и нефритом. Действительно, очень непритязательный, если не считать почти незаметных нитей красных «вен», которые змеились по его поверхности и пульсировали слабейшим светом. Такая простая на вид вещь, содержащая в себе такую невероятную силу.
С того момента, как он нашёл этот камень, вся жизнь Клауд Хока изменилась.
Он чувствовал, что что-то подталкивало его на этот путь. С того момента, как парень нашёл камень, и до всего, что произошло потом. Казалось, что всё это не случайность, будто какая-то невидимая рука вела его от одного переживания к другому. Всё было предопределено заранее.
Это… неудобно. Как и его имя, он был ястребом, жаждущим свободы. Он не примет никаких оков и останется в клетке, только если сам того пожелает.
Клауд Хок не знал, что произойдёт, если он продолжит идти по этому пути, но он знал, что нет ничего, что сила и знания не могли бы изменить. Если он сталкивался с чем-то трудноразрешимым, это просто означало, что он ещё недостаточно силён или умён.
Судьба… судьба. Что всё это значило? Это оправдание для слабых и самоуничижительная ложь для сильных. Клауд Хок полон решимости взять судьбу в свои руки, но если он хотел сделать это, ему нужно было больше силы!
За последние полгода он быстро окреп, но по сравнению с его целью это — капля в море. Ему нужно больше, иначе он не сможет защитить себя от своих врагов, не говоря уже о друзьях.
Когда парень подумал об этом, его пальцы крепче сжали камень.
Крошечные язычки пламени потянулись между его пальцами. Зловещий зелёный Карающий Огонь. Они выскользнули из него, как щупальца, и осторожно потянулись к реликвии.
Парень наблюдал, как зелёный огонь пронизывает камень.
Кара не похожа ни на какую другую реликвию. Делала её особенной её паразитическая природа. Когда она соединяется с хозяином, сила реликвии распространяется по каждой клетке его хозяина, подобно Нарушителю. Теперь реликвия стала такой же частью его, как и всё остальное.
Фактическая субстанция Карающего Огня бесконечно мала, но пламя пожирает всё, к чему прикасается. Это делало его феноменально опасным. Парень видел, как это пламя повреждало и другие реликвии, потому что Карающий Огонь сжигал сам источник того, что заставляло их работать. Это очень затрудняло восстановление упомянутых реликвий.
Более того, Карающий Огонь сохранял часть того материала, который заставлял реликвии функционировать, и переносил это в хозяина. Короче говоря, он брал реликвию и доставлял её в тело человека, в конечном итоге предоставляя носителю возможность использовать силу реликвии без самого предмета.
Вот как Клауд Хок поглотил часть силы Тихой Бойни, прежде чем она была уничтожена. Он задавался вопросом… если бы он мог извлечь часть силы Тихой Резни, мог бы он сделать то же самое с пространственным камнем?
Парень решил рискнуть.
Конечно, пространственный камень тоже отличался от других реликвий. Требования, которые он предъявлял к носителю, были очень высокими. В противном случае не потребовалась бы тысяча лет, чтобы кто-то появился и заявил на него свои права. Не было никаких сомнений, что что-то в Клауд Хоке, какая-то скрытая родословная или талант, позволяли ему использовать эту вещь. Вот почему Король Демонов выбрал его.
Всё началось, когда мусорщик прикоснулся к реликвии.
Парень помнил, как сразу почувствовал связь с ним, как будто камень всегда был его частью. Камень предназначен ему, это его право по рождению. Никто другой не мог владеть этой реликвией, кроме него, из-за этого врождённого родства. Парень хорошо знал его ещё задолго до того, как наткнулся на ту пещеру. И это должно было стать предметом его первого эксперимента.
Пространственный камень более высокого качества, чем Карающий Огонь, и зелёный огонь точно не мог уничтожить эту реликвию. Даже если ничего не получится, реликвию не уничтожить.
Клауд Хок продолжал осторожно высвобождать силу, пока камень не оказался полностью окутан огнём. Когда это случилось, он почувствовал, что попал в какое-то странное пространство. Знакомое пространство — море ментальной энергии, заключённое в камне.
Огромное и чёрное. Это то, что осталось от силы Короля Демонов.
Хотя это — лишь малая часть того, чем зверь владел при жизни, его необъятность была ошеломляющей. Если бы Клауд Хок смог поглотить всё это, он мгновенно стал бы таким же могущественным, как Мастер-Охотник на Демонов.
Во многом причиной его улучшений на протяжении многих лет была сила, заключённая в этом камне. Это тёмный дар мёртвого монарха, доступный только потому, что он был назначен преемником существа. Если бы не это… Независимо от того, как усердно он работал, для него было бы чудом стать хотя бы наполовину таким сильным, каким он является сегодня без пространственного камня.
Тёмное море простиралось перед ним, как зеркало. Слабые огоньки танцевали на его поверхности, как на звёздном ночном небе. Над головой «небо» было жутковато-зелёным, отражаясь на тёмной поверхности.
Зелёные огоньки начали опускаться, мягко касаясь моря. Когда тьма поглотила огонь, его гладкая поверхность начала дрожать, а затем закипать. Зловещие оттенки зелёного начали проникать в чистые чёрные воды.
По мере того как огонь продолжал распространяться, море кипело всё сильнее. Клауд Хок смотрел на бескрайнее пространство волнующихся вод. В воздух вырывался пар, когда море психической энергии начало закипать.
Этот процесс продолжался некоторое время. Вокруг лился дождь Карающего Огня.
Внезапно парень открыл глаза и сделал глубокий, судорожный вдох. Он был мокрым с головы до ног, как будто пробирался через океан. Его взгляд метнулся к пространственному камню, где он с удивлением обнаружил, что тот стал меньше. Там, где раньше сквозь камень проступали красные прожилки, теперь они стали зелёными. Казалось, что Карающий Огонь всё ещё находится в состоянии войны с чёрным морем внутри.
Сила хлынула через тело Клауд Хока. Парень чувствовал, как она наполняет всё его существо.
Он поглотил лишь часть пара, который видел, однако остальное не потерялось и не исчезло. Скорее, она перешла в его тело, как он и ожидал. Его собственное тело стало новым сосудом для силы, запечатанной в камне.
Что означало, что реликвия стала меньше? Должно быть, она растаяла!
Бывший Страж оказался озадачен результатами и немного напуган, так как не хотел повредить реликвию в своих усилиях. К счастью, он обнаружил, что сила камня не уменьшилась от его попыток. Вместо этого теперь она разделилась с его собственным телом.
Другими словами, со временем и усилиями Клауд Хок мог «вскипятить» всё море энергии внутри камня и поглотить её в себя. Как только это будет сделано, он мог входить в фазовое состояние и телепортироваться без камня, как настоящий сверхчеловек!
В течение следующих нескольких дней бывшего Стража таскали взад и вперёд на слушания. Он развлекался тем, что изводил своих похитителей, а когда у него выдавалась свободная минутка, продолжал работать с камнем.
***
— В следующий раз не будешь такой высокомерной!
— Враждуя с губернатором, ты не делаешь себе одолжения!
— Да, мисс Поларис, вы доставляете Великому Магистру кучу неприятностей…
Клауд Хок только что устроился отдохнуть, когда услышал разговор за стеной. Было слышно, как Рассвет втолкнули в соседнюю комнату.
Поскольку она — бывший Тамплиер, её отношения со стражей были немного лучше. Их грубые слова предназначались в первую очередь, чтобы убедить её, для её же блага. Однако, со своей стороны, Рассвет, казалось, явно не пылала к ним благодарностью за их попытки. Вместо этого она слала их прочь, давая очень недвусмысленное направление.
Парень усмехнулся:
— Я ощутил, что сегодня в воздухе витает что-то другое. Должен был догадаться, что это будет благородная мисс.
Он услышал, как Рассвет бросилась к стене, которая их разделяла, и ударила по ней с такой силой, что та задрожала:
— Клауд Хок? Тебя тоже бросили сюда?
— Они поместили меня сюда сразу после того, как забрали тебя.
— Это непостижимо! То, что они делают — это незаконно! Я говорю им правду, но никто не слушает. Как ты можешь быть таким расслабленным?
— Чёрт, да я бы остался здесь на год или около того, если бы мне позволили. Не самый худший отпуск, знаешь ли. Отдых, покой, отдельная комната, трёхразовое питание… Прямо санаторий. Только дворецкие хреново воспитаны.
Голос Рассвет стал раздражённым и недоверчивым:
— Ты бы добровольно прожил такую трусливую жизнь?
— Сюрприз! Ты злишься на меня, — парень прислонился к стене. — Ты знаешь Южные Пустоши?
— Да, они кишат мутантами. А что?
— Четыре года назад моя жизнь состояла в том, чтобы копаться в руинах Южных Пустошей. Мне везло, если я хотя бы раз в день нормально ел. Я вечно рылся в мусоре в поисках объедков, прятался от работорговцев и дрожал в тёмной дыре, которую называл своим домом. Когда я открывал глаза утром, я был счастлива, что всё ещё дышу.
Слушая, как Клауд Хок рассказывает о своей прошлой жизни, Рассвет успокоилась.
— Прошли годы с тех пор, как мне приходилось так жить, — голос бывшего Мусорщика оставался спокойным и ровным. — Но мне не нужно туда возвращаться, чтобы знать, что в руинах всё ещё полно людей, которые так же, как я, просто пытаются выжить. В то время как некоторые люди могут назвать пребывание взаперти в этом месте Адом… Там, откуда я родом, это Рай. Рай и Ад… на самом деле это просто вопрос точки зрения.
Рассвет не согласилась с ним, но не могла опровергнуть его логику.
— Такова человеческая природа. Если будешь давать пару золотых монет каждый день просто так, а потом внезапно прекратишь, они возненавидят тебя. А если ты будешь каждый день прописывать ему леща, а потом прекратишь, потому что у тебя разболелась рука — твоя жертва будет тебе благодарна.
— Ты пытаешься сказать, что все люди — мусор?
— Я думаю, это зависит от того, как ты на это смотришь. Насколько я понимаю, все люди равны. Честь, богатство, достоинство — всё это внешняя чушь. Сосредотачиваться на всей этой чепухе глупо и не служит ничему, кроме того, что заставляет тебя сбиться с пути, — Клауд Хок откинулся на матрас, заложив руки за голову. — Если бы я был таким же человеком, роющимся в руинах в поисках еды, я бы боролся за то, что принадлежит мне, но не жаловался на то, чего у меня нет. Это было очень тяжело, но я был доволен, даже счастлив. Ты выигрываешь и теряешь, получаешь то, что заслуживаешь, — именно так ты остаёшься верен своему естественному «я».
Рассвет не смогла удержаться от смешка. В первый раз за последние несколько дней она рассмеялась.