Краснолицый взмахнул молотами, чтобы защититься. Удар отбросил его назад.
Оттолкнув бандита на некоторое расстояние, Клауд Хок наклонился, чтобы проверить состояние Шип. Он выудил из мешочка элизийскую лекарственную пилюлю и сунул ей в рот: «Я и не подозревал, что в тебе сидит такая мощь. И откуда же оно взялось в тебе? Напомни мне никогда не злить тебя.»
Шип была немного смущена. Ведь её так сильно побили, что теперь она не способна сражаться. С лицом, полным стыда, девушка посмотрела на старшего снизу вверх и слабо кашлянув произнесла: «Мне очень жаль. Я бесполезна, это всё моя вина. Но вы всё равно пришли мне на помощь.»
«Ой, заткнись. Ты не плохо сражалась! А для меня это совсем не проблема, так что ничего страшного.» — Клауд Хок выпрямился: «Ты совершила неплохой прорыв. Поэтому отдыхай и оставь всё остальное мне. Я всё равно хотел немного размяться.»
Этот молодой незнакомец, отбросивший Краснолицего назад легким взмахом руки. Точно не мог быть обычным бродягой. И судя по тому, как он появился, его внешнему виду и мощному стилю боя, он наверняка был охотником на демонов.
Но что действительно впечатлило публику, так это последняя отчаянная атака Шип. Зрители не могли удержаться, чтобы не оценить этот удар. Что было бы если бы им пришлось противостоять её ужасному нападению, смогли бы они выжить? Ответ был прост, большинство из них не смогли бы… если бы это не убило их сразу, то наверняка они не ушли бы невредимыми.
Они не завидовали Краснолицему. После увиденного они понимали, эта женщина была ужасом, с которым никому не хотелось бы столкнуться.
Пока они смотрели, другие посетители отеля подсчитывали что-то в глубине души. С угрозами всегда лучше всего разбираться заранее, но эта девушка и её друг были загадкой, о которой они ничего не знали.
Краснолицый не собирался рисковать. Он отступил еще на десять метров, дрожа всем телом, и злобно уставился на Клауд Хока: «Это был честный бой, Ваше Превосходительство вмешалось и прервало сражение. Появившись в конце, решив воспользоваться моим истощением после боя и захотели сразиться? Боюсь это было бы несправедливо, ведь мои шансы слишком низкие, вам не кажется, что это подло. Разве у элизийцев не хватает смелости сражаться, честно? Или это тот самый легендарный стиль охотников за демонами?»
«Говори что хочешь.» — Клауд Хок небрежно стоял, положив меч на плечи. Его поза была столь беззаботной, будто просто вышел на прогулку после обеда. Он сильно отличался от элизийцев, и уж точно, не разделял их напыщенного чувства приличия. Ничто из сказанного бандитом не могло задеть его за живое. Если Краснолицый намеревался сбить с толку оскорблениями, то его определенно ждет разочарование. Клауд Хок равнодушно ответил с почти ленивым видом: «Я не безрассуден, но правда в том, что твои действия омерзительны. А когда я вижу бешеную собаку, что творит всякое дерьмо, то затыкаю её острием ножа. Ведь слова бесполезны, и попытки урезонить ими дворнягу, принесут лишь ненужные хлопоты.»
От оскорбительных слов Клауд Хока по бокам головы Краснолицего вздулись вены: «Что за высокомерная элизийская хуйня. Люди что недооценивают силу пустоши, всегда платят самую высокую цену.»
«Не говори так, будто ты пуп земли. Ты же не представляешь пустоши.» — Клауд Хок начал терять терпение: «Что ж, моё время дорого. Нападай, если ты думаешь, что сможешь справиться со мной, но, если продолжишь пиздеть, не жди пощады.»
Краснолицый проглотил несправедливость. Бой есть бой. Один или два какая разница. Этот парень выглядел довольно молодым, так насколько же сильным он мог быть на самом деле? Но на всякий случай главарь бандитов сделал знак своим людям, стоявшим вдоль стены. Полдюжины из них выхватили оружие и спрыгнули на землю, чтобы присоединиться к Краснолицему в схватке.
Клауд Хок бесстрастно посмотрел на них: «Зовешь своих друзей? Это всё на что ты способен?»
«Ты первый нарушил правила. Не вини меня за то, что я решил не отставать от тебя!» — Краснолицый ухмыльнулся и приказал своим людям атаковать. Он и остальная часть его банды двинулись в атаку. Высоко подняв молоты, Краснолицый бросился в атаку: «Я покажу тебе, насколько сильна стая призраков!»
Люди, которые были с ним, являлись лучшими бойцами его команды. Выбери любого из них наугад, и он станет серьезной угрозой для любого жителя пустоши. После долгого мародерства на дороге у них была хорошая синергия. А с их лидером впереди, они были силой, с которой нужно было считаться.
Самым первым из группы атаковал стрелок. Быстро выстрелив восемь раз, из пары пистолетов, он отрезал пути отступления охотника на демонов. Но вместо того, чтобы уклониться, Клауд Хок двинулся вперед, сверкая мечом. Пули рикошетом отскакивали от него, словно пытались пробить железный занавес, охотник без труда проскользнул между ними. Ух! В мгновение ока он оказался среди них.
Телосложение Клауд Хока не было крупным или устрашающим, но тем не менее, когда он рванул вперед на песке, остались глубокие следы. Даже воздух, казалось, нагрелся вокруг него, мерцая и деформируясь, скручиваясь в спираль. Ни армия, ни крепость не смогли бы устоять перед его натиском.
Яростный, как огонь, безжалостный, как железо, и могущественный, как гром он обрушился на них давя ужасной силой.
За мгновение до того, как две стороны столкнулись, Клауд Хок взмахнул мечом. Казалось, он рассек небо надвое. Зеваки отчетливо видели, как трение удара о воздух высекло искры и образовывало пламенный след. Реликвия гудела пурпурной аурой, увеличивая её дальность и мощность.
Очень сильный!
Было невероятно, что он мог собрать так много сил за такой короткий период. Хотя то, что они увидели, было не так удивительно, как удар Шип, эту атаку наполняли спокойные и решительные эмоции. Безумная атака этого парня, казалось, могла бы разгромить целую армию. Несколько человек в толпе осознали, что это такое. Наконечник копья!
Наконечник копья — было секретной, боевой техникой, которой обучали в элизийской армии. Как правило, только самые способные офицеры были посвящены в эту тайну. Его использовали, чтобы проникнуть в первую линию противника и разрушить построение обороны. Вот так эта техника и заслужила название Наконечник копья.
Неужели этот молодой человек был солдатом? Иначе откуда бы он знал, как исполнить эту технику?
Краснолицый думал, что держит всё под контролем и у него получиться одержать победу, но увидев шокирующею сцену он не поверил своим глазам. Этот молодой охотник на демонов оказался намного сильнее, чем он думал. Парень прорвался сквозь толпу, врезавшись в одного из бандитов и разорвав того на куски. Клауд Хок и его смертоносный черный меч продолжали двигаться прямо на Краснолицего.
У него не было другого выбора, кроме как снова спрятаться за своими молотами. Раздался оглушительный грохот.
Краснолицый ловко использовал известные ему приемы, чтобы погасить большую часть удара. Он рассчитал всё так, чтобы использовать часть силы Клауд Хока, и безопасно отступить. Тем временем оставшиеся бандиты бросились окружать парня. После того, как тот использовал все свои силы, это была прекрасная возможность, что напасть на него.
Клауд Хок не обращал на них внимания, он был полностью сосредоточен на их лидере. Когда Краснолицый отступал, то поднимал волну песка. Охотник за демонами уперся ногами в землю. Серия нападений уже начала утомлять его, но страж не останавливался. С очередным внезапным всплеском силы он рванулся вперед к Краснолицему.
Наконечник копья? — Опять?! — Как?!
Главарь бандитской шайки кое-что знал о Наконечнике копья, по крайней мере достаточно, чтобы понять, какое напряжение он оказывает на тело. Оно должно было быть очень интенсивным, изматывающим. Одноразовый вид атаки, чтобы сокрушить врага. Насколько все знали, ты не сможешь использовать его снова, пока не отдохнешь. Это был один из важных недостатков использования данной техники.
Но Клауд Хок воспользовался этой техникой во второй раз всего через несколько мгновений после того, как использовал её первый. Это было неслыханно!
Тихая бойня приближалась, угрожающе описывая дугу в воздухе!
Вторая атака была ещё сильнее первой. Удар выбил молоты Краснолицего из его рук.
Руки бандита не выдержали нагрузки, и он почувствовал, как острая боль пронзила их. Должно быть, от удара у него треснули кости. Боль и удивление вырвали крик из его горла, и он пронзительно закричал, прося пощады: «Стой! Я сдаюсь!»
«Я не заинтересован в капитуляции.»
Клауд Хок бросился вперед с третьим Наконечником копья. Даже воздух вокруг него едва держался и, казалось, почти кипел. Третий удар от меча высвободил каждую унцию силы в его теле одновременно, резонируя с аурой реликвии. Последующий ход силы разрезал Краснолицего пополам, как будто он был сделан из бумаги.
«Я хочу твою чертову жизнь.»
Краснолицый рухнул на землю двумя кусками, разорванный по пояс. За мгновение до того, как его настигла смерть, он широко раскрытыми от ужаса глазами, смотрел на месиво из мяса и органов, где раньше был его живот. У него не было ни единого шанса выжить! Полностью уничтожен!
Против Шип Краснолицый смог использовать свою превосходящую ловкость, чтобы защитить себя от её тяжелых ударов. Это не сработало против этого человека. Несмотря на молодость, он был экспертом, а его тело-оружием. Он не нашел ни единого изъяна в своей серии атак.
Такой молодой, и настолько сильный и могучий… кто, черт возьми, этот ребенок?
Клауд Хок вспотел и тяжело дышал после последовательных ударов. Он научился наконечнику копья у Дракона, и инструктор Кинжал научил его особенностям того, как призывать истинную силу своего тела. Большая часть его трехлетнего пребывания в долине Ада была потрачена на овладение именно этим навыком. Использование таким образом наконечник копья было слабее обычного, но гораздо более универсальным.
В конце концов, Клауд Хок не сражался с войсками. Ему не нужно было прорываться сквозь ряды солдат, он атаковал лишь одного человека. Ловкость была важнее грубой силы. Каждое последующее использование наконечника копья после первого также заимствовало импульс, делая следующий более сильным и быстрым. Он оставлял свою цель без возможности сопротивляться.
Пока, наконец, он не разрезал его пополам.
Невероятный. Краснолицый был именем, которого боялись люди в северных пустошах, бандитом, который — к добру или к худу — был хорошо известен здесь. И всё же, несмотря на свою репутацию, этот безымянный чужак раздавил его так же легко, как насекомое.
Зрителям было трудно это принять. Краснолицый, возможно, и потратил немало энергии в своем первом бою, но во втором он не продержался и трех раундов. Пропасть между двумя мужчинами была явно слишком велика, чтобы бандит мог справиться с ней. Просто невероятно.
Остальные члены банды Краснолицего знали, что это безнадежно, и бежали. Они даже не оглянулись, боясь привлечь его внимание.
Конечно же, Клауд Хоку было наплевать на этих мелких рыбешек. Он вернулся к Шип и помог ей встать. Она смотрела на него со звездами в глазах, готовая упасть перед ним на колени в поклонении. Девушка знала, что Клауд Хок способен на удивительные вещи, но теперь видела степень этого для себя, и это было далеко за пределами того, что она ожидала.
Шип открыла рот, чтобы что-то сказать, но, прежде чем она успела это сделать, звук выстрела эхом отразился от стены.
Он только успел поднять свой меч и отбить пулю. Удивление заставило его отступить на шаг назад. С жесткими глазами и нахмуренным лбом он уставился на стену, которая была заполнена зрителями. Все они смотрели на него с ужасом.
Из толпы послышался чей-то голос: «Этот парень хорош, но если мы просто позволим ему уйти без единой царапины, то это всё равно что плюнуть в лицо каждому бродяге! Краснолицый не собирался этого терпеть, и мы тоже!»
Этот подстрекатель явно пытался собрать всех вместе, чтобы вывести Клауд Хока из игры.
«Неужели у вас, придурков, совсем нет стыда?» — Крикнула в ответ Шип.
Не успела она ответить, как еще одна группа мужчин спрыгнула со стены, обнажив оружие. Внезапно полоска земли за пределами отеля пыльная чаша превратилась в поле боя, где готовились к драке сговорившиеся головорезы. При неожиданном повороте событий неизбежный конфликт за право войти в Рыбацкий городок разгорелся очень рано.
«Прекрасно! Если мы всё равно этим займемся, то почему бы и не сегодня!» — Клауд Хок понял, что на этот раз прятаться было некуда. Но пока его враги устраивались перед ним, глаза стража поднялись к неприметной фигуре на стене. Это был тот самый пьяница: «Привет, старик. Что насчет тебя?»
«О, я не собираюсь участвовать в этом веселье.» — Старый пьяница засунул палец в ухо и с полным безразличием начал ковыряться в нем. Очевидно, он был здесь только ради драмы: «Но раз уж ты угостил меня выпивкой, я обещаю присмотреть за твоими подругами, когда ты умрешь. Тебе не нужно об этом беспокоиться.»
Клауд Хок ответил чередой отборных проклятий.