С тех пор как домен Небесного облака захватил город, электрическое освещение было запрещено. Бар заменил их мистическими песчаными фонарями, популярными среди элизийцев, и гигантским канделябром. Вместе их было достаточно, чтобы создать освещение, придающее бару надлежащее настроение.
Помимо столов для еды и питья, в центре бара было свободное пространство, предназначенное для танцев. Сейчас его занимала группа девушек, которые медленно снимали с себя обрывки одежды и кружили вокруг друг друга. По бокам были ринги, где крепкие мужчины избивали друг друга и делали ставки на итог.
Бар представлял собой выгребную яму из табака, спиртного и тестостерона.
Пара посетителей, очень отличающихся от обычных гостей, неторопливо вошла внутрь. Они были молоды и хорошо выглядели, намного лучше, чем обычный сброд. Одна из барменш поприветствовала их, когда они проходили мимо, сверкая глазами и искренне улыбаясь. Незнакомцы вроде них были редким зрелищем, и они могли рассчитывать на одну-две веселых ночи, даже если у них не было денег.
Цзинь Бай был особенно хорош. Боги создали его со всеми нужными частями тела, чтобы привлечь внимание девушки. Светлые волосы, голубые глаза, белая кожа, утонченные черты лица… он был воплощением достоинства и воспитанности, как хорошо образованный школьник или добросердечный соседский мальчик. Конечно, никто из них не знал о его темной стороне.
Клауд Хок тоже был не слишком плох в глазах окружающих.
Хотя нельзя было сказать, что у него были красивые черты лица, как у Цзинь Бая, но он и не был не похож на того, кто выполз из пустошей. Исчез беспризорник с костями обтянутой кожей, его сменил человек с хорошим телосложением, который был гораздо выше ростом. Так что хоть он был не одним из десяти тысяч красавчиков, но, возможно, одним из тысячи.
Девушка плавно подошла к парням, убедившись, что её здоровенные достоинства легко заметить: «Чего желаете, красавчики? Сигареты, выпивка, девушки. У нас есть всё это.»
Цзинь Бай вырос в Небесном облаке, где подобные сцены были просто немыслимы. Он был ошеломлен вздымающимся декольте женщины и приятным запахом, что шел от неё, это заставило его неловко замяться перед ней. Он не знал, что делать со своими руками. Гребаный Клауд Хок, подумал он про себя. Гнилой ублюдок. Неужели он не мог найти нам нормальное место, чтобы выпить?
Он определенно больше не был во владениях Небесного облака, и дело было в том, что в пустошах это было нормальным местом для выпивки. Он просто никогда не видел такого заведения, где можно было бы удовлетворить самые элементарные человеческие желания.
«Ну же, убери свои две пугающие кувалды, пока ты кому-нибудь не навредил.» — Клауд Хок был гораздо более естественным. Он игриво шлепнул девушку по заднице: «Ты пугаешь мою подругу-девственницу. Тут есть тихое место?»
Бледное лицо Цзинь Бая побагровело, как помидор. Такие девушки, как она, заставляли его чувствовать себя очень неловко.
Хоть Клауд Хок и сдерживался, но ударил её, пожалуй, чуть сильнее, чем следовало бы. Она вскрикнула и захихикала, отчего её декольте соблазнительно закачалось. Эти девушки, возможно, и были низкого класса, но они определенно были хитры. Каждый с первого взгляда мог сказать, что эти два парня были другими. Судя по тому, как он смотрел на девушек, это был первый визит блондина в подобное место. Это было нечто среднее между сопротивлением своим желаниям и скрытым отвращением. Другой, казалось, был совершенно спокоен в этой обстановке.
В конце концов, элизийцам отвратительны и ненавистны жители пустоши.
Они продолжали собирать любопытные взгляды.
Клауд Хок уступал Цзинь Баю внешне, но его тонкие черты лица и легкомысленный вид делали его гораздо более доступным. После года борьбы, за которым последовали три года занятий в долине, сделали его непочтительным и циничным. По мере того, как его сила и опыт росли, он становился всё более уверенным в себе, всё менее мрачным. Теперь для него не было ничего необычного в том, чтобы шутить или валять дурака, когда всё было в порядке.
Сарказм — это то, чему он научился у наемников пустоши.
Клауд Хок не питал никаких иллюзий, что его жизнь будет похожа на жизнь Мороза или Арктура. Он не собирался быть каким-то героем, и он не вписывался в образ элизийцев. Просто всё было так, как есть, и он не собирался менять это силой. Делай то, что ты должен делать, это был его девизом. Принимать вещи такими, какие они есть. Это была лучшая политика.
Цзинь Бай нахмурился и прошептал: «Такие женщины действительно дешевые и грязные.»
«О, ради всего святого… проснись, пожалуйста. Ты думаешь, мы все еще в Элизиуме?» — Клауд Хок не стыдился своего окружения: «Люди здесь, изгнанники. Это — брошенное население. Если ты можешь получить полный живот и носить теплый комплект одежды твоя жизнь удалась. Ты думаешь, что кто-то хочет зарабатывать на жизнь, продавая своё тело? Но такова жизнь, по крайней мере, в пустошах, и каждый просто пытается сделать её чуть лучше, способом, который они знают. Я не думаю, что они грязные. Блядь, по сравнению со многими девушками из Элизиума, они более искренны. Потрать больше времени здесь, и ты увидишь. Что никто не имеет права насмехаться над теми, кто просто пытается выжить.»
Цзинь Бай продолжал шаркать ногами, чувствуя себя неловко: «Это только кажется мне или все на нас смотрят?»
«Да?» — Клауд Хок огляделся вокруг. И действительно, когда они вошли, то поймали не один взгляд, а сразу несколько самых разных. Женщины бросали на них голодные взгляды, а мужчины-завистливые. Некоторые из них были неприятно проникающими: «О, — сказал он, — я забыл упомянуть. Ты найдешь здесь немало парней, которые любят немного повеселиться с другими мужчинами, если ты понимаешь, о чем я говорю. Такой парень, как ты, с твоими светлыми волосами, голубыми глазами и благородным взглядом — ты именно тот тип, кто им нравится. Завести друзей для тебя будет не проблемой.»
Хмурое выражение мгновенно исказило лицо Цзинь Бая: «Любой из них, кто попытается подойти ко мне с подобным предложением, повторит судьбу Каспиана, и я не буду сдерживаться.»
Клауд Хок хмыкнул. Он вспомнил о растущей любви Каспиана к Цзинь Баю, которую тот проявлял все эти три года, пока они жили в долине. В конце концов Каспиан решил, что все-таки попробует сблизится, и в ту же ночь забрался к Цзинь Баю в постель, чтобы слегка пощекотать его.
В результате произошла трагедия. Это был первый раз за три года, когда Инь Ло взял контроль и… само собой разумеется, там было намного больше пощечин, чем щекотки.
После этого Каспиан ещё полмесяца был прикован к постели. С тех пор люди были очень осторожны, чтобы не спровоцировать плохую сторону Цзинь Бая. Каждый раз, когда они с Каспианом оказывались в одной комнате, бедняга был похож на приведение и съеживался, словно избегал встречи с дьяволом.
«Дайте нам самую лучшую выпивку, самое лучшее мясо и самых лучших девушек, которые у вас есть.»
Клауд Хок пошел в кабинку, щелкнув пальцами. Вылетели две золотые монеты блеснувшие, когда поднялись на три метра в воздух, выровнявшись они уютно приземлились в углублении между грудями официантки.
«Оставь себе лишнее, дорогая.»
«Да, да!»
Девушка показала выражение экстаза. Целых две золотых монеты! Это было тем, что она заработала бы за пять лет простого обслуживания столов. Парень не выглядел так, как будто у него были такие деньги, чтобы разбрасываться ими, но он доказал ей, что она ошибается.
Показная демонстрация Клауд Хока заставила глаза выпучиться по всему бару. Кроме того, они видели, как он это сделал — идеальный бросок, прямо в её платье, повернувшись спиной! Этот красивый молодой человек явно был не просто путешественником. Если он мог так легко положить монетку между её грудей, то наверняка смог бы пронзить ножом чье-нибудь сердце. Внезапно алчных глаз стало меньше.
Начали прибывать выпивка и еда. Девушки подошли вместе с напитками и расположились по обе стороны от парней.
Клауд Хок взял сигарету с блюда и наклонился к одной из женщин, чтобы та помогла ему прикурить. Он затянулся и почувствовал, как низкосортный табак наполняет его легкие едким дымом. Это было все равно что посасывать баллончик с перцовым аэрозолем — ощущение, которое мгновенно перенесло его на несколько лет назад, когда у него впервые появилась такая возможность. Если он не ошибался, впервые он закурил сигарету после своей первой миссии с наемниками Тартара.
Жизнь текла мимо, как сон. Никогда не знаешь, что ждет тебя за следующим углом, будет ли завтрашний день. Это заняло у Клауд Хока много времени и много километров, чтобы понять, что лучше всего ему подходит свобода пустошь.
С любопытством спросил Цзинь Бай: «И каков же твой план на будущее? Я не могу себе представить, что ты будешь работать на Поларис вечно.»
Клауд Хок выпустил дым сигареты в долгом, медленном выдохе. Его темные глаза искали что-то в течение минуты, но быстро вернулись к нормальному состоянию: «Старик мне очень помог. Это просто честно, что я возвращаю услугу. Как только дело будет сделано, возможно, я осяду здесь. У Небесного облака есть все богатства, но люди, которые живут там, все имеют винтик, если хочешь знать моё мнение. Ты же знаешь, что я за человек. Мне там не место.»
Цзинь Бай медленно кивнул головой.
Покинув долину Ада, Клауд Хок вернулся к главному генералу. Скай назначил его хранителем когтей Бога и дал ему первое секретное задание: исследовать святилище суда и парня, которого они называют Алым.
Великий генерал Поларис сказал ему, что это была важная миссия, которой обеспокоен губернатор Арктур. Если Клауд Хок выполнит хорошо, то его ждет повышение по службе в городе Небесного облака. Впрочем, его не слишком заботил ни статус, ни положение в обществе. После учебы долины Ада он мог бы устроить себе комфортную жизнь, где угодно в пустошах. Он не нуждался ни в защите домена, ни в его одобрении.
За время обучения он многому научился.
Чистильщики больше не беспокоили его, как бы жестоко они себя ни вели. Свирепые и жестокие мутанты тоже не представляли собой особого вызова. Но в чем он никогда не был уверен, так это в своей способности справиться с коварством и упрямством, которые были так распространены в Элизиуме, или с таинственным храмом Бога, возвышающимся над всем. В Небесном облаке, чем выше ты поднимаешься, тем более вероятно, что упадешь. Нет. Политическая власть, влияние, честь — всё это для него ничего не значило.
Даже если он не вернется в пустоши, он не собирался оставаться в Небесном облаке. Пограничные земли были заманчивым местом, или, возможно, маленький уединенный городок где-то на краю домена. Но это было правдой, генерал относился к нему хорошо, и Клауд Хок чувствовал себя обязанным отплатить ему тем же. Как только его долг будет выплачен, он сможет действовать самостоятельно.
На данный момент, это было всё, что ему нужно было планировать. По крайней мере, когда пришло время отправляться в путь, он знал, что может это сделать. Если он захочет исчезнуть, то это будет легко, и никто не сможет его найти.
Миссия здесь, в пограничных землях, была именно тем, чего хотел Клауд Хок. Суровый взор богов казался далеким, и здесь он мог делать всё, что ему заблагорассудится. Великий генерал Скай разрешил ему взять столько элитных когтей, сколько он пожелает, но Клауд Хок не видел в них необходимости. Он просто хотел одного человека, того самого парня, который был рядом с ним все это время в долине Ада. Преступник и такой же изгой, как он.
Цзинь Бай однажды убил оракула, так что нигде в домене Небесного облака для него не нашлось уютного уголка. Это была просто возможность вытащить его оттуда. За три года они очень сблизились. Помимо того, что он иногда терял контроль над своим кровожадным Альтер эго, он был надежным и заслуживающим доверия парнем, что прикроет твою спину.
Другие его товарищи-стажеры перешли к другим вещам. Дракон Войны снискал уважение и дурную славу в своей семье, поэтому его назначили на должность подполковника пограничного батальона. Фелина была забрана судом теней и стала важным членом этой таинственной группы. Клаудия Лунэ вернулась и заняла место в Лиге охотников на демонов, и последнее, что он слышал, было командование её собственным подразделением. Её успех катапультировал престиж её семьи к новым высотам, именно так, как надеялся её жирдяй — отец. Цель толстяка была достигнута, он наверняка долго и громко смеялся.
Остальные вернулись к своим семьям и получили высокие должности или важные посты. Некоторые из них хранились как «секретное оружие» и были спрятаны для продолжения обучения. Во всяком случае, эти три года в долине не были потрачены впустую. Каждый из них вышел из этого места прекрасно отточенным орудием войны.
Невозможно было прожить три года, не устанавливая связей с людьми, но в конце концов все они пришли из разных миров. Невозможно было сказать, встретятся ли они когда-нибудь снова и при каких обстоятельствах.
Цзинь Бай был единственным, кто, по мнению Клауд Хока, разделил бы его путь.
Черт, реальность действительно была разочаровывающей.