С тех пор как элизийские солдаты разместились на аванпосте, все стало спокойно и стабильно. Моральный дух стал лучше, и рынок теперь были безопасным и оживленным местом даже после наступления темноты.
Иссохшая и незаметная фигура старика сидела в углу, баюкая бутылку алкоголя, а рядом с ним лежала железная трость. Он глотнул мерзкого, дешевого пойла, его редкие и белые волосы были растрепаны. А налитые кровью глаза, потускневшие от выпитого, безжизненно смотрели на огни перед ним.
Прохожие почти не смотрели на жалкого нищего, когда шли по рынку.
В пьяном калеке в пустошах не было ничего странного. Ты мог бы бросить камень и попасть в шестерых точно таких же, как он. Старый пьяница энергично встряхнул бутылку в руке, затем запрокинул голову и выпил ее содержимое, чудом избежав падения назад. Когда алкоголь практически закончился, он ударил пустой бутылкой по зубам, жадно смакуя вкус последней капли вина.
Это казалось немыслимым, если не увидеть это своими собственными глазами. Этот грустный пьяница был тем же самым человеком, который всего шесть лет назад сотрясал небо и землю своими достижениями. Теперь он стал жертвой пустошей, как и многие другие. Когда он отбросил пустую бутылку, внезапно слевой стороны появилась еще одна, и он схватил ее, прежде чем первая упала на землю. Старик сделал пару глотков, удовлетворенно причмокнув губами и только тогда заметил фигуру, которая подошла и заслонила ему свет. Она была одета в рваный плащ, скрывавший ее лицо, но потрепанная одежда не могла скрыть ее величественный вид. Пара глаз — ярких и ясных, как полная луна, — смотрела на него сверху вниз с противоречивыми эмоциями.
«Спасибо». — сказал старик. Он бросил на нее короткий взгляд и спросил: «Ты знаешь, что будешь делать дальше?»
«Хочу продолжить,» — ответила Селена.
На самом деле это не было ответом на его вопрос. Что она должна была продолжить? Продолжить выслеживать убийцу ее отца? Продолжить поиски ответов, что так волновали ее отца?
Старый пьяница не спрашивал, он уже догадался об ответе. Она была так похожа на своего отца. Он открыл рот, и из него вырвался еще один невнятный поток слов: «Я знаю место... в котором возможно похоронены останки Бальдура. С большим успехом ты могла бы найти свои ответы там. В конце концов, ты стала сильной... Но все еще не получила его полное наследие».
Селена обратила его же вопрос к нему: «Какие у тебя планы?»
«У меня?» — Пьяница усмехнулся, обнажив желтые зубы. Веселье угасло так же быстро, как и появилось: «Теперь, когда я здесь, нет никакого желания возвращаться. Мне нечего делать в элизийских землях — больше они не имеют ко мне никакого отношения. Я так же не заинтересован в том, чтобы ввязываться в эти неприятности. Этот парень, Клауд Хок, правильно мыслит. Хотя должен сказать, что мне интересны его секреты.»
Селена с минуту оглядывала его, а затем продолжила своим мягким голосом: «Ты как никто другой должен знать, что иногда судьба делает спокойную жизнь невозможной. Клауд Хок — один из таких людей. Чем больше он бежит, тем больше запутывается. Он пытался сбежать из пустошей, отправившись в Небесное Облако, и вот куда это его привело. Он сбежал из элизийских земель ради комфорта пустошей, но вместо этого нашел нас.»
Пьяница сделал еще один глоток: «Ну, мне не терпится увидеть, как он облажается в обоих местах, хехехе...»
Селена не стала его в чем-то убеждать. Он был в таком состоянии, потому что Бальдур втянул его в это. Как еще мог один из самых знаменитых персонажей Небесного облака оказаться пьяным и подавленным на углу пустынной улицы? Этот старик больше не был тем великим Святым Воином. Он был наполовину мертв, как телом, так и душой, ожидая времени, когда окончательно обратится в пыль. Никто не сможет ему помочь, кроме него самого.
Когда Селена вернулась в магазин, Клауд Хока там уже не было.
Цзинь Бай сидел в углу, поглощенный своими делами, когда она вошла. Он даже не поднял головы: «Он пошел в бар «Гадюка», чтобы выпить».
***
Клауд Хок шел по улицам расстроенный, полный горечи и печали. Его окружали одни уроды и психи!
Невыносимо упрямая девушка, одержимая жаждой мести, безнадежный алкаш, буквально психопат с раздвоением личности и полная дура с отсутствием мозга. Единственной, кто был хотя бы наполовину нормален, это Шип. Все было невыносимо!
Клауд Хок не был уверен, что ждет его в будущем, не радужные перспективы заставляли его беспокоиться. Он решил напиться в баре «Гадюка» и поговорить с Лусиашей.
Она была хорошей и простой девушкой, что не замешана ни в каком безумном дерьме, так что Клауд Хок надеялся, что, проведя с ней некоторое время, он почувствует себя лучше. Не сталкиваясь ни с каким бременем или давлением, с которым не хотелось иметь дело.
Он с нетерпением ждал возможности спокойно выпить, когда вошел в бар. Сцена, с которой он столкнулся, чуть не заставила его отпрыгнуть назад.
Лусиаша обслуживала бар, в то время как знакомый парень весело разговаривал с ней.
Эти двое казались близкими, смеялись и беззаботно разговаривали. Молодой человек, с которым она была, стоял спиной к двери, опершись правой рукой о стойку бара. В забинтованной левой руке он держал стакан со спиртным.
«Шквал!»
«Клауд Хок, ты вернулся!» — Лусиаша была рада снова его увидеть. Последние несколько дней с тех пор, как он уехал, она скучала по нему. Девушка была удивлена, когда внезапно пришел Шквал и предсказал, что появится Клауд Хок. Теперь он был здесь, как тот и сказал: «Какое совпадение, что вы двое здесь. Мы все должны поужинать вместе!»
Клауд Хок уставился на Шквала, его глаза сузились. Его лицо ничего не выражало, но он шел так, чтобы иметь свободный доступ к своему оружию. Если бы это был просто Шквал, Клауд Хок был уверен, что справится с ним, но Страж уже заметил поблизости человека в маске. Его смолянисто-черная кожа и крепкое телосложение сразу же выдали его. Импульсы резонанса, которые Клауд Хок почувствовал от него, только подтвердили это был Черный Дьявол.
Клауд Хок столкнулся с обстоятельствами, к которым был плохо подготовлен.
Лусиаша, счастливая и рассеянная, бросилась готовить еду. Она не заметила ничего необычного.
Тем временем двое мужчин на секунду окинули друг друга оценивающим взглядом. Шквал наконец улыбнулся: «Как думаешь, мы сможем поговорить за выпивкой?»
Клауд Хок пожал плечами: «Я не могу отказать Аше, когда она выглядит такой взволнованной».
Шквал кивнул: «Присаживайся».
Они выбрали ближайший столик и сели друг напротив друга.
Мысленно Клауд Хок обдумывал мотивы Шквала. Он должен был признать, что этого парня становилось все труднее и труднее видеть насквозь. Был ли он здесь, чтобы попытаться похитить Отэм? Или же он здесь, чтобы показать, что у него есть доступ к Аше? Но он должен понимать, что его Разбойники не имели никакой власти на Песчаной Косе.
На губах Шквала все еще играла улыбка: «Как ты себя чувствуешь?»
Клауд Хок закатил глаза: «Прекрати это дерьмо. Я в порядке. Что я хочу знать, так это почему ты не последовал за нами позавчера. Предупреждаю, я порву тебя куски и позабочусь, чтобы ты страдал перед смертью, если приведешь сюда своих людей».
Но Шквал покачал головой: «Думаешь если бы это было моим намерением, мы бы сидели здесь и болтали?»
«Еда готова!» — Певучий голос Лусиаши прервал их, когда она приблизилась. Девушка поставила на стол тщательно приготовленные блюда и напитки, и улыбаясь вытерла руки о передник: «Приятного аппетита!»
Шквал демонстративно сделал глубокий вдох, чтобы вдохнуть приятные ароматы. Выдохнув, с признательным и благодарным выражением лица он сказал: «Пахнет потрясающе. Ты приготовила это сама? У тебя талант! Мужчина, который в конце концов жениться на тебе, станет счастливчиком».
Румянец залил ее щеки.
Клауд Хок ничего не сказал, но схватив вилку начал есть.
Как все изменилось с того дня, когда они встретились три года назад…
Их трапезу прервал глубокий и притягательный голос сзади: «Лусиаша. Твои друзья вернулись?»
Мужчину тридцати с чем-то лет с короткой стрижкой и шрамом над глазом было невозможно не узнать. Большой черный плащ нависал над ними, как тень. Его присутствие определенно поражало. Мужчина с интересом оглядел двух молодых людей: «Вы двое здесь. Неудивительно, что эта девочка так взволнована».
Клауд Хок ответил ухмылкой: «А, это ты? Лучше поздно, чем никогда, верно? Проходи! Садись! Мы будем рады, если владелец бара разделит с нами стаканчик-другой».
Шаткий стол был уставлен ароматной едой и освежающими напитками. Четыре человека из четырех разных слоев общества сидели вокруг него, храня свои собственные тайные мысли. Они разговаривали и смеялись за выпивкой, и любой, кто проходил мимо, мог подумать, что они просто старые друзья, наверстывающие упущенное.
Три бокала спустя…
Шквал поднялся из-за стола, поглаживая себя по животу: «Это было прекрасно. Прошло много лет с тех пор, как я так весело проводил время за бокалом вина. Большое тебе спасибо, Аша, за гостеприимство. Клауд Хок, Гадюка. Это было весело, мы должны как-нибудь повторить это».
«Уже уходишь?» — Лусиаша неохотно встала, чтобы проводить его. Шквал любезно улыбнулся и кивнул девушке, но на мгновение остановился и бросив взгляд на Клауд Хока сказал: «В последнее время в мире творится какое-то сумасшествие. Береги себя».
«Не волнуйся. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Я чертовски уверен, что с моей стороны все останется по-прежнему, но трудно держать лицо чистым, когда все время находишься в пути. Убедись, что ты держишь ухо востро.»
«Хех… Я буду иметь это в виду. Уверен, мы снова скоро встретимся».
Шквал накинул капюшон на голову и вышел в ночь. Черный Дьявол последовал за ним, как преданный щенок. Клауд Хок посмотрел вслед, этому одновременно знакомому и совершенно чужому для него человеку, и вздохнул про себя. — Кем он будет, когда они снова встретятся? Другом или врагом?
«Эй, Аша, нам с Гадюкой нужно кое о чем поговорить».
Лусиаша поняла и занялась уборкой пустых тарелок и стаканов.
Гадюка видел эту едва заметную напряженность между Клауд Хоком и Шквалом, но у него хватило ума не поднимать эту тему. В конце концов, вещи становились менее интересными, когда лишались своей тайны. Как только они остались одни, Гадюка окинул взглядом этого молодого человека с черными глазами и волосами цвета воронова крыла. Он ничего не говорил, лишь ждал, когда его гость сделает первый шаг.
Клауд Хок не стал ходить вокруг да около: «Я принимаю твою миссию по проникновению в Темный Атом».
Вспышка удивления промелькнула в обычно непроницаемых глазах Гадюки: «Почему ты так внезапно передумал?»
«Я думал об этом некоторое время после того, как ты сделал это предложение», — сказал он, притворяясь глупым: «Это прозвучит как хорошая возможность для меня. Если я скажу людям в Небесном облаке, где спрятана их база, можешь поспорить на свою задницу, я буду вознагражден. Получить землю и повышение, не плохо? Что мне здесь делать, если впереди такие перспективы. Должен сказать, что меня так же интересует и то оружие, о котором ты говорил.»
Гадюка слегка прищурил глаза: «Ты уверен?»
Клауд Хок знал, что ему не удастся обмануть владельца бара, поэтому он запутался, предлагая полуправду и частичные объяснения: «У меня есть свои причины. Кое-какие дела с этими ребятами, так что двух зайцев одним выстрелом — понимаешь, о чем я говорю? Это взаимовыгодно, так сказать. Я помогаю себе и мне платят».
Гадюка вертел в руках кольцо вокруг пальца и размышляя с минуту. В конце концов он ответил: «Это серьезный вопрос. Я потратил много времени и ресурсов на получение этой информации. Если ты не получишь то, что мне нужно, это будет серьезной потерей моих инвестиций, понимаешь? Я был бы рад, дать тебе эту миссию, но мне понадобится что-то достаточно дорогое в качестве залога.»
Блять. Скользкий, как всегда. Как он узнал, о чем я думаю?
Клауд Хоку было наплевать на миссию Гадюки. Он просто согласился, чтобы заполучить местоположение штаб-квартиры группы в свои руки. Как только он туда попал бы, его единственным интересом стало бы как-то убедить их справиться с его состоянием. Какое бы первобытное оружие ни понадобилось Гадюке, это было не так важно. Но старый змей, похоже, принял это во внимание и хотел убедиться, что Клауд Хок выполнит свою часть сделки.
«На самом деле у меня нет ничего ценного». — Клауд Хок сделал паузу, когда ему в голову пришла одна мысль, затем вытащил из-под одежды книгу в металлическом переплете: «У меня есть это, Евангелие Песка. Я могу оставить эту знаменитую реликвию у тебя, чтобы облегчить твою ношу, если хочешь.»
Евангелие действительно было драгоценным, даже бесценным артефактом. Клауд Хок мог управлять лишь десятой частью всей ее мощи.
Но ты должен быть жив, чтобы использовать реликвию, а единственный способ получить выгоду иногда состоял в том, чтобы заплатить соответствующую цену. У Клауд Хока не было выбора. Он передал книгу Гадюке, который просмотрел ее. Мужчина был хорошо осведомлен и знал, что этот артефакт-достойная сделка. Наверное, это была самая дорогая вещь, которую имел при себе Клауд Хок.
«Пойдем». — Гадюка привел Клауд Хока в его секретную комнату и достал карту из потайного отделения. Он вложил ее в руки парня и с серьезным выражением лица сказал: «Все, что я знаю о Темном Атоме, находится прямо здесь. Помни, что твоей первоочередной задачей должно быть украсть это древнее оружие и уйти как можно быстрее. Темный Атом-более опасный враг, чем ты можешь себе представить».