Контент удален!

Клауд Хок следовал за Дрейком и его людьми, пока они не ушли далеко от Блистерпиков, а затем пошел своей дорогой.

Дрейку и пограничным войскам предстояло столкнуться с горькой реальностью, когда они вернутся, а у Клауд Хока были свои важные дела. Сейчас было не время для него возвращаться в Небесное Облако.

«Это был меч генерала Эгира Полариса». — Перед тем как расстаться, Дрейк передал Клауд Хоку то, что осталось от благословенного оружия: «С его смертью большая часть влияния семьи Поларис исчезла. Это означает, что элизийская армия ослабла. Думаю, справедливо будет ожидать, что Арктур Клауд воспользуется этой возможностью, чтобы укрепить свои позиции, так что пришло время действовать. Губернатор — замечательный человек, но то, что весь город будет находится под контролем одной семьи, не пойдет на благо всем».

Клауд Хок понял, что имеет в виду Дрейк. Он хотел, чтобы тот доставил меч Эгира генералу Скаю — и надеялся, что Клауд Хок сможет сделать так, чтобы Арктур не стал единственной силой во всем Небесном Облаке.

Клауд Хок принял клинок. Что касается остального, ему нужно время, чтобы принять решение.

К концу войны за Блистерпики погибли десятки тысяч элизийских солдат. Армия Ада дезертировала без всяких условий. Любое из этих событий пронесется по Небесному Облаку, как лесной пожар. И то, и другое вместе пошатнуло бы само его основание. Результаты этого конфликта будут иметь далеко идущие последствия и изменят мир, каким они его знали.

Извержения продолжались еще несколько дней и ночей по всей территории Блистерпиков. К тому времени, когда лава перестала течь, горные хребты вернулись в нормальное состояние — за исключением тысяч почерневших трупов, которые были разбросаны по долинам.

Здесь были и элизийцы, и жители пустошей, хотя трудно было определить, кто из них, кто, после того как их поглотило пламя. Как только наступала Нирвана, те, кто слишком медлил с побегом, погибали от жары и удушливого пепла. Те, что не были сожжены лавой, стояли на склонах гор в виде искореженных и скрюченных скульптур.

Многие из них застыли в тех позах, в которых они умерли. Одни делали полшага, другие сжимали руки в отчаянии. Несколько человек стояли на коленях в молитве, в то время как другие сцепились в вечном бою.

Катастрофа охватила почти всех на поле боя. Трагедия прекрасно сохранилась в этом месте навечно. Тысячи и тысячи жизней ушли из-за войны между верой и выживанием. Наградой им был вечный сон, забвение среди пепла и обсидиана.

Когда стало безопасно, Клауд Хок вернулся в долину. То, что всегда было мертвым миром, теперь было покрыто пеплом, под которым текли реки лавы. Он предполагал, что так будет продолжаться еще очень, очень долго. Взглянув глазами Чудака, он увидел, что все вокруг было совершенно одинаково.

Впечатляюще… и жестоко.

Природа есть и всегда будет величайшим художником. Эта картина была из тех, которая должна стать достоянием истории. Чтобы показать им, что приносит война и насколько хрупка была жизнь. Но даже если бы они и знали, прекратились бы убийства? Нет… нет, не выйдет. Убийства никогда не прекратятся.

Единственным последствием войны была еще большая война. Смерть приводит только к еще большим смертям.

В конце концов это прекратится только тогда, когда больше не с кем будет сражаться и некого будет убивать. История откроет новую главу — а потом все начнется сначала. При всех достижениях человека они были слишком слабы, чтобы остановить неизбежное.

Рядом с ним стояла трехметровая фигура, похожая на груду камней. Несколько частей его тела были покрыты шрамами, хотя, казалось, он уже оправился от многочисленных ран. Действительно, необыкновенный мутант.

«Я решаю не идти», — сказал Коул, когда они смотрели на долины.

Клауд Хок этого не ожидал: «Ты передумал?»

Несколько секунд Коул молчал, опустив глаза в пол: «Я не могу пойти с тобой.» — Лицо Клауд Хока нахмурилось. Кажется, он знает, почему.

«Я видел, как ты спасти двух человек. Враги Коула — люди, которых Коул клянется убить. Ты — друг Коула, не хочу доставлять неприятности другу. Поэтому я не могу пойти».

Коулу потребовались усилия, чтобы облечь свои мысли в иностранные слова, но он донес свою точку зрения.

Пустошник понял. Коул смотрел на Клауд Хока как на друга, но кровь его народа требовала мести. Если бы он решил путешествовать по пустошам вместе с Клауд Хоком, то в конце концов пересекся бы с теми, кто уничтожил его семью. Это поставило бы его друга в трудное положение. Единственным вариантом было расстаться.

Коул задал вопрос: «Когда я убиваю, ты пытаешься остановить?»

Клауд Хок ответил: «Если кто-то попытается убить меня, ты остановишь их?»

«Ты — друг. Ты спасти племя Вулкан. Коул умирает раньше, чем ты». — Его отрывистые слова были полны убежденности: «Знаю. Должен сделать. Убить их, тебя нет, чтобы не останавливаться».

Мутант не пытался скрыть свои намерения от Клауд Хока. Таким он и был — чистым, открытым в выражении того, что было в его сердце.

Клауд Хок был не в том положении, чтобы пытаться отговорить Коула от его пути мести.

В любом случае, Коул имел на это право. Это была его ответственность, и более того, это стало его судьбой. Никто не мог критиковать его решение. Если бы Клауд Хок попытался убедить его в обратном, потому что Дрейк был другом, это было бы не иначе как чистой воды глупостью и эгоизмом.

У него упало сердце: «Что ты собираешься теперь делать?»

«Присоединяться к Темному Атому». — Коул ответил без колебаний: «Тренировка. Стань сильным. Только сильный может отомстить».

Коул родился с даром. За все свои путешествия Клауд Хок никогда не видел, чтобы кто-то развил свою мутацию так, как он. Если бы Коул присоединился к Темному Атому, они дали бы ему более эффективную и систематическую форму обучения, научив его пользоваться оружием. Практически превращая его самого в оружие. С помощью всех их технологий он вырастет сильным, умным и способным.

Насколько сильным он будет, когда снова выйдет в мир?

Клауд Хок не знал, но он был сильнее, чем ему хотелось бы верить. Но больше всего его беспокоило то, чем станет Коул для Темного Атома. Присоединившись к ним, он станет инструментом, используемым по их усмотрению. Клауд Хок всегда старался не вступать в заговорщические круги, но кто защитит Коула и поможет ему освободиться?

От некоторых решений нельзя отказаться, но Клауд Хок не имел права пытаться учить своего друга.

Темный Атом был единственным местом, которое могло его принять. Это был его единственный шанс быстро окрепнуть.

Их мрачный разговор был прерван взрывом. Несколько дирижаблей пустоши вышли из близлежащих котловин и стартовали к границам гор Блистерпик. Клауд Хок знал, когда увидел их, что они несут агентов Темного Атома для распространения по пустошам.

Война за Блистерпик открыла ворота для массового наводнения. Темный Атом и Небесное Облако вступили в открытый конфликт.

Результаты битвы распространились, и репутация Темного Атома выросла. Теперь в пустошах существовали всевозможные группы, готовые присягнуть им на верность. Подобного конфликта не было уже более ста лет. Кто знает, что произойдет, когда гиганты пустошей выйдут из своих укрытий.

Единственное, что было ясно, что это только начало. Хаос будет только увеличиваться. Клауд Хок не мог предположить, что станет с этим миром, но он солгал бы, если бы сказал, что ему не хотелось посмотреть на эту сцену и увидеть ее своими глазами. В конце концов, в глубине души он был бродягой.