Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
710 Золотая Ведьма (6)

1.

Дороти вообще-то была довольно смелой даже среди обычно бесстрашных изгнанниц. Потому что её магия «Нисхождение ангела», реализуемая через часовню и монашеское одеяние, обладала непревзойденной оборонительной способностью, по крайней мере в защите, если не в атаке. Со времён прошлой битвы с Сиу она не помнила, чтобы получала ранения в бою, и втайне гордилась тем, что если она сосредоточится только на обороне, то нет ведьмы, способной её пробить.

— М-м-м... — однако сейчас её сердце билось так быстро, что хотелось принять успокоительное.

Сигара, которую нужно было смаковать не спеша, тлела вдвое быстрее обычного. Ведь смелость Дороти не означала, что она считает безрассудство добродетелью.

И неудивительно. Ведь даже если есть посредничество Рю. Даже если её помощь абсолютно необходима в сложившейся ситуации. Даже если у неё есть «шифр», полученный от Син Сиу на всякий случай. Ей предстояло встретиться лицом к лицу с ужасающей герцогиней Тиферет.

Новости, которые доходили до неё о той за долгие годы, были только зловещими слухами: у такой-то изгнанницы по соседству герцогиня Тиферет разнесла бизнес, такая-то изгнанница этажом выше попала к ней в руки и погибла. К тому же она видела, как погибла Трусливая Ведьма, управлявшая рыцарем-инферно, переродившимся в худшего гомункула в истории, так что она инстинктивно сжималась.

— Ха-а... Наверное, всё будет хорошо? — но она не собиралась просто трястись от страха.

Напротив, слишком неуверенный вид мог бы подорвать доверие к Дороти... так она говорила, но:

— Опять вру, — и на этот раз истинные чувства были другими.

Герцогиня Тиферет — наставница и возлюбленная Син Сиу. Представьте себе любовницу из дорамы, которая встречается с законной женой и не знает, куда деваться. Насколько жалко и убого это бы выглядело? Поэтому, хоть она и не была в официальном положении, ей хотелось, чтобы её воспринимали как любовницу, от которой так и веет фатальным очарованием. Может быть, это было мелкое проявление собственнических чувств к Сиу и ревности к его возлюбленной.

— Фью-ю-ю!

Почувствовалось, как открывается пространство. Дороти, ожидавшая на пляже необитаемого острова в Тихом океане, обернулась.

— Дороти, Я привела их, — первой показалась Рю с тёмно-синими волосами.

Рядом с ней была прекрасная ведьма с золотистыми волосами и сияющими небесно-голубыми глазами. Это, должно быть, «Ведьма Парфюмерии» Амелия Мэриголд, о которой в последнее время ходят слухи. Среди изгнанниц она пользовалась таким высоким спросом, что даже Дороти, не интересующаяся подобными вещами, знала о ней.

— …

Дороти слегка восхитилась. Она слышала, что та недавно стала сильным магом 23-го ранга, но внешность Амелии, даже среди ведьм, не уступающих красотой, казалась особенно выдающейся. Даже в повседневной одежде мира людей исходящие от неё благородство и элегантность напоминали сказочную фею. Рю, герцогиня Тиферет, и ещё одна красивая ведьма, имени которой она не знала. Она не придерживалась моногамных отношений, но он действительно был грешным мужчиной.

— Ты — Ведьма Пути? — герцогиня Тиферет, скрывавшаяся за ними двоими, вышла на шаг вперёд.

Дороти лишь мельком видела её в некачественном хрустальном шаре, но вблизи видела впервые, поэтому внутренне удивилась. Первое впечатление от самого известного в мире людей убийцы изгнанниц было следующим: маленькая, милая, розовая. Казалось, что при ходьбе слышится звук «туп-туп-туп», и невольно хотелось обнять эту миниатюрную герцогиню.

— Ну надо же, — однако это впечатление несколько менялось, когда взгляд падал на плотно сжатые губы и настороженные глаза.

Строгое выражение лица, выдающее волю давно закалённого воина. Прямой, без единой тени сомнения взгляд, от которого, если встретиться с ним как враг, почему-то захватывало дух.

— Я хочу подробно услышать, в какой ситуации всё находится.

— Не будь столь агрессивна в тоне. Оказывай уважение близкой подруге Меня, — Рю влезла между тремя, пытавшимися вести серьёзный разговор.

По пути от портала до этого места Дороти кое-что рассказала Рю. Дороти, так сказать, приходилась Рю вроде тёти, и была ведьмой, которой та больше всего доверяла и с которой была наиболее близка. Элоа тоже знала о Ведьме Пути. Она заучивала внешность и злодеяния всех изгнанниц. В этом смысле Дороти не входила в приоритетный список для уничтожения. Если не считать того, что она была торговцем оружием, у неё не было выдающихся злодеяний по сравнению с другими изгнанницами.

Однако два вышеуказанных обстоятельства не гарантировали доверия к Дороти. Если изгнанник прожил сотни лет, никто не мог поручиться, что внутри у него не притаилось несколько ужей. По сравнению с этим, Рю, независимо от ранга, была наивной, незрелой ведьмой, которую легко обмануть. В худшем случае нельзя было исключать, что это уловка Дороти, желающей заманить Амелию и Элоа в ловушку. Возможно, следовать изначальному плану, который они разработали вдвоём, было бы надёжнее для успеха.

Дороти, будучи проницательной, не могла упустить из виду такие подозрения. Она тоже немедленно перешла к делу.

— Сейчас Сиу — ученик Ведьмы Меча.

— Ученик Ведьмы Меча? — переспросила Амелия.

— Ага~ Верно. Я лично встречалась с ним всего несколько дней назад, так что информация точная.

— Мне нужно объяснение, как вы смогли встретиться, — сказала Элоа.

— Погоди, это Я объясню. Вы всё время пытаетесь отстранить Меня от разговора. Неужели вы думали, что Я, кому открыто море, словно ладонь, не замечу эту жалкую хитрость? — Рю снова влезла.

— Впрочем, это понятно. Дороти — Мой близкий друг. Заслуги подруги равны Моим заслугам. Если мы спасём Сиу, самые высокие баллы, конечно же, достанутся Мне.

Амелия тихо вздохнула. Хотя она справлялась с обучением неугомонных сорванцов-близнецов, иметь дело с Рю было очень утомительно.

— Дело не в этом. Расскажи, пожалуйста, Рю.

— Хорошо. С чего же начать эту великую историю... Да, Я, родившаяся законной наследницей королевства Нукелаби, оттачивала магию под руководством доброй матери и наставницы.

Как и следовало ожидать, объяснение началось с её собственного рождения. Видя, как Элоа и Амелия начинают ёрзать, Дороти мягко остановила её.

— Принцесса, можно мне объяснить дальше?

— ...Тогда Моя наставница сказала... М? В чём дело?

— Это слишком долго.

— Вот как?

— Да, они, кажется, спешат, так что я быстро закончу.

— Поняла. Постарайся объяснить как следует сжато.

Рю, хоть и была высокомерна и несдержанна, знала, что слушать прямые речи верных подданных — добродетель правителя. Рю, к удивлению Амелии, на удивление покорно отошла и побежала собирать ракушки и морских звёзд.

— Она тебя хорошо слушается, — глядя на это, Элоа обратилась к Дороти уже более мягким тоном.

Потому что видя, как не знавшая удержу Рю так хорошо её слушается, Элоа поставила ей плюс. Ведь Элоа тоже снисходительна к ученицам и юным ведьмам и любит их.

— Я тоже её о-очень ценю. Правда, она прямо как ученица, — улыбнулась Дороти.

Тем временем Амелия не могла скрыть чувства беспокойства. Как только Рю скрылась из виду, она высыпала сдерживаемые вопросы.

— Как он там? На каком основании ты решила, что он в безопасности, раз встретилась с ним и что-то сделала?

Дороти постаралась максимально подробно объяснить известную ей ситуацию и план, который они разработали с Сиу. Что он, будучи учеником Линне, занял довольно прочное положение. Что непосредственной опасности, похоже, нет. Что вскоре, при следующем контакте, Дороти передаст ему магическую формулу «Врат». Что портал для въезда и выезда в Гексенахт ограничен, и если за ним всё же последует слежка, она просит перехватить ведьм, которые последуют за ним наружу.

Однако, даже услышав хорошие новости, лица двоих не особо прояснились. В данном случае проблема была не в содержании сообщения, а в надёжности посланника.

— Многое не очень понятно.

— Говори. Я отвечу от всего сердца.

— Почему ты так стараешься ради Сиу? Просто потому, что он возлюбленный Рю?

— Хм~... Скажем так, я его наложница? — как только прозвучало слово «наложница», глаза Элоа широко раскрылись.

И чуть позже такая же реакция последовала от Амелии.

— Аа, мы тогда о-очень жарко провели время, — взгляды обеих устремились на грудь Дороти.

Даже в такой просторной одежде не скрывались изгибы и объём. Больше, чем у Софии. У Сиу, который был достоин похвалы во всём, кроме любовных похождений, сразу мелькнула мысль, что он вряд ли бы устоял.

Дороти внутренне ликовала. Потому что ей удалось более дерзко, чем она ожидала, заявить о себе как о любовнице. Она продолжала хвастаться как бы невзначай.

— Когда мы впервые сошлись в Акуле, целью было лечение раны от клейма. Но я в него просто влюбилась по уши! К тому же, есть и другие вещи, за которые я ему благодарна.

На самом деле, важнее самих отношений было то, что он исправил чуть было не испортившиеся отношения между Дороти и Рю, помог Рю въехать в Геенну и дал осознать существование иной силы — силы уз, — но она это опустила. Потому что было как-то неловко.

— Вот как... — протянула Элоа.

— Ой? Он вам не говорил?

Если такое было, почему он ей не рассказал? Скрывая смятение, Элоа сказала:

— Прости, но только этого недостаточно, чтобы доверять. Пойми меня правильно.

— Я знаю~ Говорят, герцогиня ужасно не любит изгнанниц, — Дороти кивнула, показывая, что ничуть не обижена.

И поманила Элоа пальцем.

— Можно тебя на ушко?

— Меня? — удивилась Элоа.

— Ага, герцогиня. Он просил передать это, сказав, что тогда ты мне поверишь.

Элоа с подозрительным видом приблизилась к Дороти. Губы Дороти чуть шевельнулись, и она произнесла название одного животного.

— Кролик.

Элоа, склонив голову, переспросила:

— Кролик?

И вдруг поняла. Тайна, известная только Сиу и Элоа, которую не знал никто, кроме Шарон. То, что он рассказал это Дороти, было, пожалуй, самым эффективным знаком доверия. В стороне от этого, смущённая Элоа подняла глаза и увидела улыбающуюся во весь рот Дороти, которая смотрела на неё многозначительным взглядом.

— Хе-хе, он велел так сказать, а что это значит? Пароль?

В её взгляде, казалось, было всё понимание, и Элоа, резко отвернувшись, сказала Амелии:

— Кажется, этой особе можно доверять.

— Что? О чём вы говорили...

— Клянусь своим именем ведьмы, — с крайне серьёзным выражением лица заявила Элоа, и Амелия больше не могла спрашивать.