Я отвёл копьё и увеличил дистанцию.
Разница между пятым и шестым уровнями снова поразила меня. Ни один прежний переход не менял тело настолько сильно.
И всё же я прекрасно видел соперника.
Леонхарт успокоил взгляд, выровнял дыхание и вернул меч в исходное положение. Золотые волосы дрожали после резких движений.
Мы оба понимали: разминка закончилась.
— Хан Чонсон, ты стал... невероятно сильным.
Он говорил без зависти, скорее с восхищением.
— Ты тоже вырос.
И это была правда.
Сила Леонхарта выглядела почти ненормальной. Он до сих пор не вернул свою черту, но уже мог сражаться на таком уровне. Я не представлял, сколько труда потребовалось, чтобы добиться подобного.
— Я очень много работал, — просто ответил он и улыбнулся.
Я легко крутанул копьё, а затем крепко сжал древко.
Вокруг нас всё изменилось.
Поединок проходил под наблюдением наставника. Десятки кадетов смотрели с трибун, и от этого особенно ясно вспоминался первый день учёбы.
В зале снова стояла тишина. Все следили за нами, затаив дыхание.
Я направил силу в копьё.
Спиральный поток привычно обвил багровое древко.
— Леонхарт, я не считаю тебя слабым.
Этот бой состоялся по его просьбе. Я согласился, хотя предпочёл бы обойтись без публики. Не видел смысла устраивать такое зрелище перед всей Академией.
Леонхарт настоял.
— Рад это слышать, — ответил он.
Над поднятым мечом вспыхнул голубой свет. Он разлился по воздуху ярче, чем когда-либо прежде.
Но этого было недостаточно.
После Башни магии мы оказались слишком далеко друг от друга. Как бы сильно Леонхарт ни вырос, я уже не мог ударить его без оглядки, как на первом поединке.
«Он и сам это понимает».
И всё равно вызвал меня на глазах у всех. Заранее знал, каким может оказаться исход, и решил встретить его собственной силой.
Поэтому скрывать мою силу тоже было бы оскорблением.
Леонхарт не сломается от одного взгляда на пропасть между нами. Он уже сумел подняться после настоящего отчаяния.
— Не сомневайся, Хан Чонсон, — сказал он, словно прочитав мысли.
Я на мгновение замер, затем кивнул.
И оттолкнулся от земли.
Ускорение совсем не походило на прежнее.
Спираль сама обернулась вокруг тела и наполнила мышцы силой так естественно, словно обычный вдох. Одного шага хватило, чтобы поток взвился и бросил меня вперёд с подавляющей скоростью.
На шестом уровне техника стала почти завершённой. Тело окрепло настолько, что выдерживало вдвое больше энергии без прежней перегрузки.
Глаза Леонхарта расширились. Он сразу поставил меч перед собой.
Я нанёс удар.
Окутанный спиралью наконечник разорвал воздух. Лезвие стало острее, быстрее, яростнее — для наблюдателя оно будто мгновенно возникло у цели.
Лязг!
Одного выпада хватило, чтобы Леонхарт отступил на шаг.
Я не стал продолжать. Ему требовалось мгновение, чтобы осознать силу удара.
Он принял копьё точно, но меч мелко дрожал. Леонхарт посмотрел на клинок и вдруг коротко рассмеялся.
Тогда из меча хлынула сила «Единого меча Лазурных Небес» и мгновенно окутала его тело.
Я двинулся снова.
В момент толчка поток взорвался у самых ступней. Мир вокруг растянулся, но Леонхарт отреагировал иначе, чем прежде.
Он немедленно ушёл назад, разорвал дистанцию и осторожно проследил за каждым моим движением.
Я уже видел такую скорость.
Именно она позволяла «Единому мечу Лазурных Небес» переносить владельца почти мгновенно. В наш первый бой, когда Леонхарт достиг третьего уровня, он оказался рядом быстрее, чем я успел что-либо понять.
«Тогда я...»
Я вслепую направил копьё туда, откуда ожидал атаку, и добился ничьей. По справедливости тот поединок должен был закончиться моим поражением.
Теперь рисунок боя резко изменился.
Меч и копьё сталкивались всё реже. Мы перемещались с такой скоростью, что в глазах оставались лишь исчезающие следы.
При каждом сближении приходилось выбирать мгновенно: бить или уходить.
Одна ошибка — и поединок закончится.
Мы оба будто шли по натянутой проволоке.
Голубой свет вокруг Леонхарта становился ярче. Я тоже усилил спираль.
В следующий раз оружие встретилось с таким звоном, что задрожал весь зал.
И тогда я понял.
«Он уже перегружает себя».
Леонхарт поспешно отступил, но его движения начали замедляться.
Я приземлился и перехватил древко удобнее. Внутри стало холодно и тихо.
«Предел».
Я ещё не дошёл до собственного предела. Мог ускориться сильнее.
Леонхарт уже выжал из тела всё.
Иначе и быть не могло.
Его сила оставалась неполной. То, что он сумел восстановить без черты, само по себе поражало. Я не уверен, что на его месте сумел бы так же упрямо воссоздать утраченную черту.
Но замены не были равны оригиналу.
Чем дольше мы сражались, тем яснее ощущалась разница. После каждого повышения уровня моё понимание копья становилось глубже. Владение мечом Леонхарта почти не изменилось с нашей прошлой встречи.
Даже если он вернул скорость и мощь, движения уже не складывались в прежнюю безупречно точную систему.
Я медленно поднял копьё.
Лицо Леонхарта стало неподвижным.
— Сражайся всерьёз, — сказал он. — Это ещё не вся твоя сила.
Голос не дрогнул.
«Он ведь знает».
Леонхарт должен был лучше всех понимать, чем закончится поединок. После нескольких столкновений он не мог не почувствовать правду.
Когда-то мы считали друг друга соперниками.
Теперь расстояние между нами стало таким, что преодолеть его было почти невозможно.
С тяжёлым сердцем я кивнул.
Он знал это с самого начала.
Я выпустил больше спиральной энергии. Вокруг тела поднялась настоящая буря.
Постепенно мысли очистились.
Леонхарт смотрел прямо на меня, не отводя глаз даже перед пробуждённым навыком.
И вдруг в его фигуре я увидел себя.
Он стоял с поднятым мечом, твёрдо и спокойно.
В тот день, когда «Единый меч Лазурных Небес» Леонхарта достиг третьего уровня, я испытывал слишком многое.
Передо мной выросла стена врождённого таланта. Я понял предел обычной черты. Осознал, насколько несправедливо мы начали.
И всё же не отступил.
Даже зная, что проиграю, я хотел, чтобы моё копьё столкнулось с его мечом и сломалось в честном ударе. Только такой конец считал правильным.
Теперь Леонхарт улыбался.
Я показывал силу, несравнимую с прежней, а он смотрел на неё чистым, ясным взглядом. Затем влил в меч ещё больше энергии.
И я наконец понял.
В этом поединке он искал меня прошлого.
Хотел почувствовать, как я тогда рос и что позволило мне сделать следующий шаг.
Леонхарт повторял мой путь и испытывал собственную волю до предела.
Пальцы сильнее сжали древко.
Спираль взорвалась. Потоки уже не просто окружали меня — они охватили почти всю площадку.
Моё отношение к бою изменилось окончательно.
Я ошибался с самого начала.
Нельзя было думать, что мне следует подстроиться под его уровень.
«Наоборот».
Я обязан встретить Леонхарта всей силой.
Пусть увидит во мне стену.
Пусть ощутит предел таланта так же остро, как когда-то его ощутил я.
Я должен давить без жалости, пока он не увидит всю пропасть между нами.
Только тогда этот поединок даст ему то, ради чего он вышел на площадку.