Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
141 Изменение Ветра и Грома

Во внутренней кругу Академии, как и во внешнем, были места для постижения техник меча, но они стояли на совершенно ином уровне, превосходя Башню Просветления как по качеству условий, так и по мощи открывающихся истин.

Стена Драконьего Узора была тем самым тайным местом, где ученики внутренней школы постигали свои боевые приемы. По преданию, это сокровище нашел еще первый глава Академии. Резьба на каменной стене складывалась в очертания парящего дракона, отчего место и получило свое название.

На следующий день Чэн Лин прибыл к входу в это священное место. Чтобы войти внутрь, требовалось заплатить две тысячи очков вклада — базовая цена, независимо от успеха. Если практику удавалось постичь сильную технику и он решал передать её Академии, он мог получить щедрую награду в очках вклада.

Впрочем, желающих делиться было немного. Практики прежде всего заботились о собственной выгоде. Постигнув мощную технику меча, каждый старался сохранить её в тайне, как зеницу ока. На обмен решались лишь в крайнем случае, когда очки вклада были жизненно необходимы.

Когда Чэн Лин подошел к стене, там уже сидело множество людей. Здесь были ученики изо всех павильонов, ведь Стена Драконьего Узора позволяла постигать не только техники меча, но и магические заклинания, и боевые искусства.

Чэн Лин невольно заволновался, вспоминая неловкий случай во внешней школе. Тогда на каменном столбе Павильона Меча он умудрился постичь заклинание стихии дерева, о чем пришлось молчать. Он искренне надеялся, что в этот раз результатом станет именно техника меча.

Стена была огромной: три чжана в высоту и добрую сотню в длину. Растянувшаяся каменная поверхность издалека и впрямь напоминала взлетающего гиганта. Окинув взглядом присутствующих, Чэн Лин выбрал место в центре, где людей было поменьше, и уселся, скрестив ноги. Вглядываясь в хитросплетения узоров, он погрузился в созерцание.

На этот раз он был осмотрительнее и заранее расспросил дежурного ученика. Стена была однородной, и не имело значения, в каком месте медитировать, так что можно было не опасаться повторения того пятичасового конфуза со столбом.

Прошло полчаса. Чэн Лин видел множество линий, ведущих к различным техникам, но ни одна не казалась ему «своей», и он терпеливо продолжал поиски. Время шло, и вот миновал уже час.

Сидящие рядом ученики начали бросать на него удивленные взгляды. Прошел час, а он сидел неподвижно, не выказывая ни малейших признаков просветления. Духовная сила этого парня была поразительной.

Обычно, если практику удается зацепиться за суть техники, вокруг него начинает витать едва уловимая аура таинства. Чэн Лин же сидел час без всяких изменений, что вызывало недоумение. Большинство учеников, если им не удавалось нащупать технику в течение получаса, истощали запасы ментальной энергии и были вынуждены прерываться на отдых.

Чэн Лин же продержался в два раза дольше обычного. Его лицо оставалось свежим и румяным, не было и следа той бледности, что сопровождает истощение духа. Окружающие не знали, что по мощи ментальной энергии он уже мог соперничать со старейшинами Академии.

Сам Чэн Лин ничего не замечал. Спустя еще некоторое время он наконец увидел промелькнувший сине-фиолетовый блик. Его тело дрогнуло: интуиция подсказывала, что этот свет таит в себе огромную силу и идеально ему подходит.

Сконцентрировав всю волю, он окутал этот блик своим сознанием и медленно проник внутрь.

«Бум!»

В голове словно прогремел взрыв, и перед взором развернулось призрачное пространство. Мужчина средних лет с мечом в руке стоял у подножия высокой горы. Его аура устремлялась в небеса, сам он был подобен обнаженному клинку, ждущему своего часа.

Внезапно он пришел в движение. Длинный меч медленно поднялся, и в тот же миг ярость ветра и мощь грома со всего мира начали вливаться в лезвие.

Клинок мелко задрожал, окутанный сине-фиолетовыми всполохами. Мужчина нанес удар — справа налево, затем слева направо, с невероятной скоростью. Две волны энергии меча слились воедино, и этот точечный удар, вобравший в себя всю ярость стихий, обрушился на горный хребет.

В мгновение ока гора была срезана наполовину. Верхняя часть превратилась в пыль, а нижняя осталась идеально ровной, словно отсеченной гигантским ножом.

Чэн Лин очнулся. Потрясающая техника! К тому же она сочетала в себе Намерения двух стихий — ветра и грома, что делало её во много раз сильнее обычных одноэлементных приемов.

Техники меча тоже делились на ранги. Обычные практики постигали техники первого ранга — основанные на одном Намерении. Выше стоял второй ранг — слияние двух стихий, и так далее. Основными стихиями считались металл, дерево, вода, огонь, земля, ветер, гром и лед.

Существовали и редкие атрибуты: облака, снег, свет, тьма и даже пространство и время. Облака и снег постичь было проще, а последние четыре — невероятно трудно. Те немногие, кому это удавалось, обретали силу, многократно превосходящую обычные стихии.

Практики на стадии Зарождающейся Души обычно владели техниками первого ранга. Второй ранг был уделом «старых чудовищ», которые годами не могли совершить прорыв и выжимали из своего потенциала максимум, либо тех, кто уже достиг стадии Формирования Души.

То, что Чэн Лин на начальном этапе Зарождающейся Души постиг технику второго ранга, говорило о его поистине заоблачном таланте и понимании меча.

Он назвал эту технику Изменение Ветра и Грома. Это был прием дальнего боя с огромной площадью поражения. Мощь была колоссальной, а расход истинной сущности — на удивление небольшим. Именно поэтому практики так стремились постигать техники меча.

Решающие удары стилей меча обычно требовали огромных затрат энергии. Техники же, не сильно уступая в мощи и охвате, позволяли использовать их многократно благодаря экономичности.

С Изменением Ветра и Грома ему больше не нужно было сближаться с магами в бою. По силе эта техника не уступала лучшим ударам Человеческого ранга и, по ощущениям, была мощнее того, что показал Чжан Чжэн.

Он глубоко выдохнул. Наконец-то! Да еще и атакующая техника, идеально подходящая его природе. Теперь стоило закрепить успех и попробовать найти защитные приемы или что-то на скорость.

Если бы другие ученики узнали о его планах, они бы сошли с ума. Как можно после часа тяжелейшей медитации не просто не остановиться, а замахнуться на новые техники? Неужели его ментальная энергия бесконечна?

Они не знали, что Чэн Лин — попаданец, чья душа состоит из слияния двух сознаний, что само по себе делает его дух сильнее. А после влияния Лазурного Лотоса, Купели Превращения Дракона и духовных плодов его ментальная мощь в несколько раз превышала норму.

Он продолжил медитацию, заставив соседей окончательно лишиться дара речи. Разрыв между гением и обычным человеком порой казался просто пугающим.

Время шло, силы постепенно убывали. Спустя еще час Чэн Лин почувствовал, что предел близок. Его тело начало дрожать, лицо побледнело. Продержавшись еще пятнадцать минут, он был вынужден отвести взгляд от стены.

К сожалению, за этот час ему не удалось найти защитную технику. Достигнув критической точки, за которой последовал бы обморок, он прекратил попытки, отложив это на будущее.

Вернувшись в Павильон Бамбуковых Звуков, он сразу провалился в сон. Ментальное истощение вызывало жуткую усталость, и ему требовалось восстановление, иначе замедлились бы не только реакции тела, но и пострадала бы сама душа.

Проспав целые сутки, он почувствовал, что силы вернулись. Поднявшись, он взял меч и отправился в бамбуковую рощу тренировать основы. После четырех часов практики он занялся циркуляцией энергии, повышая уровень культивации.

Намерение меча в бамбуковой роще за месяц его пребывания здесь заметно окрепло. Каждый лист стал острее, а витающая в воздухе аура — гуще. Теперь оно входило в резонанс с собственным Намерением Чэн Лина, помогая ему расти.

Поэтому свои ежедневные тренировки он проводил именно здесь. Его Намерение Меча уже постепенно приближалось к стадии малого достижения.

Завершив сто пятьдесят циклов циркуляции, он снова отправился к Стене Драконьего Узора. Он хотел как можно быстрее собрать набор техник. За месяц во внутренней школе его никто не потревожил — он не знал, что внешняя школа намеренно скрыла информацию о его переходе.

Нужно было использовать это затишье, чтобы максимально окрепнуть. Однако постичь вторую технику оказалось непросто: его требования были слишком высоки. Посредственные приемы он просто игнорировал.

Второй день — неудача.

Третий день — неудача.

Четвертый день...

Лишь спустя полмесяца Чэн Лин наконец постиг защитную технику. Он назвал её Заклятие Сгущенного Меча. Это была безэлементная техника: при активации вокруг практика возникал вихрь из энергии меча, который уничтожал вражеские клинки и заклинания, не давая им коснуться цели.

Жаль, не на ком было испытать её мощь и проверить предел прочности. Это покажет только реальный бой. Теперь у него были атака и защита, оставалось найти технику на скорость.

Он продолжал приходить к Стене каждый день. К счастью, очков вклада у него было в избытке, а ментальная энергия быстро восстанавливалась. Иначе траты по две тысячи в день (тридцать тысяч за полмесяца) и такая нагрузка на дух быстро бы истощили любого другого.

Обычные ученики не смели медитировать дольше трех-пяти дней подряд — ни карман, ни голова не выдерживали. Чэн Лин же был настоящим монстром: после каждого истощения его ментальный предел по чуть-чуть сдвигался вверх. Эта малая, почти неощутимая прогрессия доставляла ему огромное удовольствие.

Еще через полмесяца технику на скорость он так и не нашел, зато постиг прием, совмещающий атаку и оборону. Чэн Лин назвал его Игла в вате. Эта техника обеспечивала высокую защиту, но в самый неожиданный момент позволяла нанести резкий ответный удар — своего рода «удар вдогонку», от которого невозможно уклониться.

Теперь, имея в арсенале три техники, он решил сделать перерыв и отточить их до автоматизма. Какими бы сильными ни были приемы, без должной практики они останутся лишь теорией.

Отработать мощь Изменения Ветра и Грома или Иглы в вате он мог и в тренировочном зале, но вот с Заклятием Сгущенного Меча возникли сложности. Не мог же он просто подойти к случайному ученику и попросить побить его для проверки защиты!

Чэн Лин приуныл. За два месяца во внутренней школе его контакты с другими людьми были практически равны нулю. У него не было знакомых, и эту проблему нужно было как-то решать. Он стал слишком затворником, растеряв весь задор, присущий его возрасту.

Но с другой стороны, его сила здесь была на самом дне. Как и в Секте Безымянного Меча, он предпочитал не высовываться без нужды. Если бы его личность раскрылась, встреча с людьми кланов Лю, Чэн или Сун Дуаня обернулась бы крупными неприятностями.

Пока он предавался раздумьям, его жетон ученика на груди завибрировал. Взглянув на него, Чэн Лин горько усмехнулся. Академия напоминала, что пора бы и делом заняться. За два месяца он так и не узнал, где находится Зал Поручений.

Если он не выполнит задание в срок, у него начнут вычитать очки вклада, а потом последует и более суровое наказание.

«Что ж, — подумал он, — пойду возьму какое-нибудь задание. Заодно и посмотрю мир. В конце концов, в затворничестве прогресс идет слишком медленно».

За два месяца его культивация так и не сдвинулась с начального этапа Зарождающейся Души. До пика этапа было еще как до луны. Он чувствовал: чтобы совершить прорыв, ему нужна была настоящая битва.