Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
428 Паломничество к дверям

Оба мастера наконец пришли к консенсусу, к обоюдному удовольствию распределив и квоты, и редкие травы.

Сиянь на протяжении всей беседы хранила молчание. Она лишь с мягкой улыбкой наблюдала за тем, как Чэн Лин отчаянно торговался с Королем Пилюль Чэнь Даньцюанем. В ее душе разлилось теплое, ностальгическое чувство — она словно вернулась в те далекие времена, когда они вдвоем в городе Листопада точно так же обводили вокруг пальца клан Чэнь ради камней духа.

Завершив переговоры, Чэнь Даньцюань потерял всякое терпение слушать встречные колкости юноши. Раздраженно махнув рукой, он отправил его прямиком в главное хранилище материалов Союза Алхимиков, разрешив лично выбрать все необходимое.

Чэн Лин скрытно ухмыльнулся, а в голове его пронеслась дерзкая мысль: «Старый лис, если я сегодня не опустошу твои закрома подчистую, то сменю фамилию».

Имея на руках личный жетон главы, он без малейших препятствий миновал посты охраны и вышел прямо к монументальным вратам хранилища.

Навстречу паре тут же вышел пожилой смотритель. Окинув гостей долгим взглядом, он вежливо поинтересовался:

— Лицо почтенного собрата кажется мне знакомым. Какими судьбами в наших краях?

Чэн Лин небрежным, но уверенным движением продемонстрировал золотой жетон:

— Мы — новоиспеченные Верховные старейшины Союза Алхимиков. Согласно личному распоряжению главы Чэня, мне поручено провести детальную инвентаризацию имеющихся запасов. Все подходящие материалы я заберу с собой для последующей выплавки эликсиров.

Старик-смотритель не заподозрил неладного. Жетон в руке юноши действительно принадлежал Чэнь Даньцюаню и не вызывал сомнений в подлинности. Отомкнув тяжелые замки, он распахнул массивные двери и пропустил пару внутрь, поспешив следом — ему ведь тоже следовало зафиксировать, какие именно ресурсы потребовались лидеру.

Войдя внутрь, Чэн Лин обнаружил колоссальных размеров зал, разделенный на полтора десятка изолированных секторов. На входе в каждый отсек красовались таблички с указанием ранга содержимого.

Направив божественное восприятие вперед, юноша проигнорировал склады со слабыми травами и уверенно зашагал к сектору, где хранились материалы седьмого ранга.

Стоило распахнуть дверь, как у него перехватило дыхание. Масштабы Союза Алхимиков действительно потрясали воображение: огромная комната была до самого потолка забита редчайшими компонентами седьмого ранга.

Взмах руки — и плотные ряды ящиков и стеллажей бесследно исчезли, перекочевав прямиком в его пространственное кольцо.

Следовавший по пятам старик-смотритель аж затрясся от увиденного. Заикаясь, он выдавил:

— Старейшина... это... как мне к вам обращаться?

— Все просто. Мое имя Чэн Лин, можешь звать меня старейшиной Чэном. А это старейшина Сиянь.

— Да-да... Старейшина Чэн, но вы ведь забрали абсолютно все запасы седьмого ранга! Как же наш Союз теперь будет функционировать?

— Почтенный, ты, кажется, недопонял мои прошлые слова. Все эти материалы запрашивает лично глава Чэнь, я лишь выполняю роль его рук. Неужели ты хочешь сказать, что лидер организации не имеет права распоряжаться собственными запасами?

Смотритель замер в нерешительности. Он еще раз внимательно осмотрел жетон — ошибок быть не могло, это действительно был личный знак Короля Пилюль. И все же, глядя на девственно чистые, опустевшие полки, у него щемило сердце, словно от его собственного тела заживо отрезали огромный кусок мяса.

Однако этот кошмар был лишь прелюдией.

Ограничиваться седьмым рангом Чэн Лин не собирался. Не дав смотрителю опомниться, он стремительно покинул опустошенный сектор и распахнул двери склада восьмого ранга.

Здесь запасов оказалось значительно меньше — примерно треть от объемов предыдущего зала, однако плотность редких и уникальных экземпляров поражала. Чэн Лин заметил сразу несколько видов трав, которые считались вымершими на просторах континента.

Не теряя ни секунды, он снова взмахнул руками, подчистую выметая содержимое стеллажей в свои пространственные кольца.

У смотрителя от такой картины едва не случился инфаркт. Плевать он хотел на жетоны и приказы лидера — рванув вперед, старик раскинул руки, перекрывая собой выход из комнаты:

— Старейшина Чэн, так не пойдет! Компоненты восьмого ранга — это величайшая ценность, их нельзя выносить все до единого! Я не выпущу вас, пока лично не подтвержу этот приказ у главы Чэня!

Чэн Лин прекрасно понимал, что если Король Пилюль прямо сейчас узнает о масштабах «инвентаризации», то лично примчится рвать его на куски. Его глаза хитро блеснули, и он спокойно произнес:

— Что ж, раз ты так непреклонен, давай поступим следующим образом: мы с Сиянь подождем тебя здесь, а ты ступай к главе и проясни все вопросы.

Старик окинул его полным подозрений взглядом:

— Старейшина Чэн, не держи меня за дурака. Стоит мне переступить порог, как от вас и след простынет!

— О чем ты говоришь? Мы ведь не разбойники какие-то, чтобы красть у своего же Союза. Держи этот золотой жетон в качестве залога, мы будем ждать твоего возвращения прямо у входа. Так тебя устроит?

Старик прикинул в уме: личный знак Чэнь Даньцюаня обладал колоссальной ценностью, и вряд ли эти двое бросят столь важный артефакт ради побега. Приняв жетон из рук юноши, он еще раз строго-настрого велел им не сходить с места и стремительно бросился на поиски Короля Пилюль.

Сиянь прикрыла рот ладонью, тихо рассмеявшись:

— Брат Чэн Лин, ну ты и проказник. Не боишься, что старший Чэнь потом устроит нам грандиозный скандал?

Чэн Лин весело расхохотался:

— Да пускай шумит! В крайнем случае я просто процитирую ему еще один увесистый кусок из алхимических трактатов старца Вэй Ляо, это его быстро успокоит. А теперь — бежим, пока старик не вернулся!

Переглянувшись, пара воровски выскользнула из опустевшего хранилища и на максимальной скорости покинула резиденцию Союза Алхимиков.

Вернувшись в свою усадьбу, Чэн Лин сразу же отправил Сиянь в гостевые покои перерабатывать добытые травы в пилюли, а сам незамедлительно принялся за укрепление защитных формаций вокруг двора. У него не было ни малейшего желания выслушивать яростные вопли обманутого Короля Пилюль. Планировалось продержаться в глухой обороне пару месяцев: к моменту открытия Долины Короля Пилюль все эти травы уже превратятся в готовые эликсиры, и предъявлять претензии будет поздно.

«В крайнем случае уступлю ему еще десять процентов, — цинично прикинул Чэн Лин. — Отдам Союзу сорок процентов от общей добычи в Долине, и дело с концом!»

Его совесть помучилась от этих мыслей от силы пару секунд, после чего взгляд юноши вновь обрел непоколебимую уверенность, и он погрузился в расчет узловых точек защитного массива.

В какой-то момент, бросив взгляд на ворота усадьбы, он нахмурился — входная группа выглядела слишком голой и безликой, словно дому чего-то не хватало.

Осознав, в чем дело, он зычно крикнул вглубь двора:

— Чжан Ху!

— Мастер, я здесь! Каковы будут приказания? — тут же отозвался Чжан Ху, поспешно выходя из бокового флигеля. Последнее время этот парень безвылазно сидел в своей комнате, совмещая изучение боевых построений и ковку артефактов, поэтому всегда был на связи — в отличие от Лю Цинъянь и остальных, которые целыми днями пропадали в различных тренировочных измерениях, повышая свою боевую мощь.

Чэн Лин указал пальцем на пустующее пространство над воротами:

— Скуй для нашей усадьбы солидную вывеску с надписью «Поместье Чэн». Сделай ее максимально величественной и внушительной, не позорь имя своего мастера!

— Будет исполнено, мастер! Не извольте беспокоиться, я вложу в эту работу всю душу!

Услышав голоса во дворе, из комнат показалась маленькая Линъэр. На ее лице расцвела радостная улыбка:

— Мастер, ты вернулся!

Чэн Лин окинул девочку внимательным взглядом. Заметив, что ее уровень культивации уже вплотную приблизился к пику стадии Зарождающейся Души, он удовлетворенно кивнул:

— Малышка Линъэр, твои успехи в последнее время действительно радуют. Отличная работа. Однако не стоит безвылазно сидеть в четырех стенах, практику нужно совмещать с реальным опытом. На днях помоги своему старшему брату с ковкой и обустройством усадьбы.

Линъэр с явной завистью посмотрела на Чжан Ху и, немного помявшись, тихо произнесла:

— Мастер... я тоже очень хочу научиться алхимии или искусству создания артефактов.

Чэн Лин на мгновение опешил — он не ожидал от девочки подобного рвения. Поразмыслив, он мягко ответил:

— Алхимия, символы, артефакты и построения — каждое из этих направлений безгранично глубоко, их невозможно освоить наскоком. Раз уж у тебя есть интерес, я бы порекомендовал тебе для начала сосредоточиться на искусстве создания символов.

Линъэр склонила голову набок, размышляя над его словами, после чего с улыбкой произнесла:

— Спасибо, мастер! Моя матушка в свое время немного учила меня рисовать символы, так что у меня есть база, буду развивать это направление.

— О? Твоя матушка умела создавать символы? Какого уровня мастерства она достигла?

— Четвертого ранга. Правда, я успела перенять у нее совсем немного.

Чэн Лин удовлетворенно кивнул и, покопавшись в своих запасах, извлек древний трактат, который ранее приобрел в Павильоне Десяти Тысяч Сокровищ. Передав книгу девочке, он произнес:

— Отлично. Этот свиток по искусству символов идеально подойдет для твоего нынешнего уровня.

Линъэр с восторгом приняла подарок и уже собиралась вернуться в комнату для изучения, как вдруг со стороны улицы донесся громкий, бесцеремонный шум — к их воротам приближалась целая толпа практиков.

Чэн Лин вскинул глаза и увидел, что во главе этой процессии шел не кто иной, как молодой господин Цзяо.

Юноша мысленно нахмурился: «А этому-то что здесь нужно? Неужели явился требовать обратно воду из Пруда Превращения в Дракона?»

Молодой господин Цзяо двигался размашистой, тигриной походкой. Не утруждая себя стуком, он бесцеремонно переступил порог усадьбы. За его спиной плотной стеной выстроилась многочисленная свита, и взгляды этих слуг, направленные на Чэн Лина, дышали откровенной враждебностью.

Чэн Лин выдал деланный, громкий смешок и абсолютно равнодушно произнес:

— Какими судьбами, молодой господин Цзяо? Чем обязан столь высокому визиту?

— Чэн Лин, я пришел сегодня, чтобы предложить тебе сделку, от которой ты не сможешь отказаться.

— О? Я весь внимание.

— Мне нужно десять мест для прохода в Долину Короля Пилюль. В обмен на это все прошлые обиды между нами будут навсегда преданы забвению!

«Квоты в Долину Короля Пилюль?» — Чэн Лин внутренне изумился тому, насколько молниеносно распространялись слухи в Нефритовой Столице. Он лишь вчера официально подтвердил статус грандмастера восьмого ранга, а сегодня к его дверям уже выстроилась очередь из желающих поживиться местами.

Вот только отдавать ценные ресурсы за пустое «прощение» он не собирался. Юноша холодно усмехнулся:

— Молодой господин Цзяо, ты, должно быть, шутишь. Я что-то не припомню, чтобы между нами были какие-то неразрешимые обиды. Если тебе нужны квоты — без проблем, готовь достойный обмен.

— Ты!.. Чэн Лин, нажить себе врага в лице Дворца Морского Дракона Восточного Моря — крайне глупый шаг. Неужели ты совсем не думаешь о безопасности своей собственной секты?

«Вот ведь ублюдок, вздумал угрожать мне!» — мысленно разозлился Чэн Лин. Его Секта Безымянного Меча находилась под надежной защитой оборонительного массива восьмого ранга. Даже если Дворец Морского Дракона мобилизует все свои элитные силы, им понадобятся годы непрерывной осады, чтобы пробить эту брешь. Что касается Академии Знаменитого Меча, то Чжао Чжунъюань своей трусливой позицией «и вашим, и нашим» вызывал у него лишь стойкое отвращение — пускай драконы нападают на них сколько душе угодно, ему плевать.

Он ледяным тоном ответил:

— В данный момент это ты пришел просить меня о преференциях. Не кажется ли тебе, что просителю не помешало бы проявлять капельку уважения?

Молодой господин Цзяо до хруста сжал зубы, из последних сил подавляя бушующий в груди гнев:

— Хорошо. Каковы твои условия для обмена?

— Все предельно просто: один миллиард камней духа либо эквивалентный объем материалов не ниже седьмого ранга за одно место в Долину. Взвесь свои возможности и принимай решение.

— Что?! Один миллиард за место?! Мальчишка, ты не слишком ли высокого мнения о своей персоне?

— Хе-хе, куда мне до великих. Я — выходец из скромной, малоизвестной фракции, и мне, конечно же, не тягаться с могуществом молодого господина Цзяо. Но что поделать, если избыток квот оказался именно в моих руках? Один миллиард камней духа для Дворца Морского Дракона — сущие гроши, стоит ли проявлять такую мелочность?

Молодой господин Цзяо пришел в неистовство. На его лбу вздулись багровые вены, а пальцы правой руки непроизвольно согнулись, напоминая драконьи когти — он был готов наплевать на авторитет клана Чжао и лично размазать этого наглеца по стенам двора.

Но именно в этот критический момент со стороны улицы раздался спокойный, уверенный голос:

— Собрат Чэн Лин, старик снова пришел побеспокоить тебя.

Чэн Лин вскинул взгляд и увидел двоих мужчин, замерших у входа. Они вежливо приветствовали хозяина легким поклоном, а на их лицах играли доброжелательные улыбки. Это были старейшина Секты Меча Асуры У Чанюань и Е Цзыцянь.

К этим двоим Чэн Лин относился с искренним уважением — как-никак, в свое время они оказали ему весомую поддержку. Поспешив навстречу гостям, он радушно произнес:

— Ваше появление превращает мою скромную обитель в сияющий чертог! Прошу, проходите внутрь! Линъэр, организуй лучший чай!

Девочка звонко отозвалась и поспешила к кухне.

У Чанюань с мягкой улыбкой переступил порог усадьбы. Скользнув мимоходом взглядом по застывшей свите драконов, он хмыкнул:

— О, молодой господин Цзяо тоже здесь? Какое приятное совпадение.

Цзяо Шао, несмотря на всю свою спесь, не посмел проявлять неуважение перед лицом У Чанюаня. Склонившись в глубоком поклоне, он почтительно произнес:

— Цзяо Шао приветствует старшего У!

«Так этого паршивца зовут Цзяо Шао? Хе-хе, имя вполне благородное, отчего же характер настолько скверный?» — мысленно отметил Чэн Лин, увлекая старейшину У в сторону гостевого зала.

— Позвольте узнать, это ли поместье принадлежит Чэн Лину?

— Ба, Фэн Яньжань, и ты здесь? Глава Фэн, племянница проявила непростительную слепоту, прошу простить мою оплошность!

— Ничего страшного. Как поживает твой почтенный старец?

С улицы донесся чистый, прохладный женский голос. Чэн Лин мгновенно замер на месте и резко развернулся к воротам.

У входа стояли три женские фигуры. Двоих он узнал сразу — это были Фэн Яньжань и Дуаньму Лин. Глядя на последнюю, он окончательно убедился, что в прошлый раз та маскировалась под юношу. Причем маскировка была настолько искусной — у нее даже имелось подобие кадыка на шее, — что он тогда без тени сомнения принял ее за парня. Оказывается, даже его зоркий взгляд мог дать осечку.

Однако истинное внимание привлекала третья женщина. Она была облачена в огненно-красное платье с вышитыми фениксами, ее голову венчала величественная корона, а подол роскошного плаща плавно стелился по земле, оставаясь при этом безупречно чистым, словно она парила в паре сантиметров над мостовой.

Ее красота граничила со сверхъестественным совершенством. Пара величественных глаз, казалось, была способна пронзить взглядом саму ткань мироздания — пред лицом этого взора меркли даже звезды на ночном небе. Все живое в пространстве двора невольно начало вращаться вокруг нее, как вокруг центра вселенной. По своим энергетическим колебаниям она казалась обычной смертной женщиной, однако внутреннее чутье подсказывало Чэн Лину, что все присутствующие в этой усадьбе для нее были не более чем жалкими муравьями.

Сердце юноши бешено заколотилось, а в голове промелькнула пугающая догадка: «Эта женщина... неужели пред мои очи явилась сама владычица секты Феникса?!»