Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
89 Дуэль отца и сына

Фэн Пин боялся даже пошевелиться. Дрожащим голосом он выдавил:

— Чжань Чжао, ты действительно решил перебить нас всех до единого?

Вспышка меча — и один из пальцев Фэн Пина мгновенно упал на землю. Он вскрикнул от боли и в ярости уставился на Чэн Лина, не в силах вымолвить ни слова.

Чэн Лин холодно произнес:

— Хватит болтовни. Веди меня к сокровищнице. Будешь медлить — начну отрезать пальцы один за другим!

У Фэн Пина не было выбора. Ему пришлось вести их к сокровищнице, расположенной в задней части двора. Спустя мгновение они остановились перед дверями хранилища.

— Открывай! — приказал Чэн Лин.

Трясущимися руками Фэн Пин с трудом отпер замок. Чэн Лин подал знак, и Сиянь вошла внутрь. Сам он прижал лезвие меча к шее Фэн Пина чуть плотнее — по коже потекла струйка крови.

— Теперь отвечай на мои вопросы. Говори правду, иначе я превращу тебя в живой обрубок.

Фэн Пин лишь моргнул в знак согласия.

— Участвовала ли ваша Управа Города в окружении и убийстве мастера Сюаньлинцзы и его ученика Чэн Лина? — спросил Чэн Лин.

— Нет!

— Ты уверен?

— Я их даже не знал! В те годы город возглавлял мой старший брат, я и понятия не имел об этом деле!

— Лю Мин возвращался?

— Нет. Ни он, ни мой брат больше здесь не появлялись.

— Куда они отправились?

— Насколько я знаю, в Академию Знаменитых Мечей.

— Академия Знаменитых Мечей? Что это за место?

— Я и сам толком не знаю. Слышал только, что это высшее учебное заведение на юге. Там миллионы учеников, сплошь гении. Для любого выходца из семьи или секты попасть туда — великая честь.

Чэн Лин кивнул. «Понятно, — подумал он, — значит, это нечто вроде университета для практиков. Будет возможность — загляну туда».

В этот момент Сиянь вышла из сокровищницы. Чэн Лин спокойно сказал:

— Сиянь, жизнь этого человека в твоих руках. Распоряжайся ей, как пожелаешь.

Фэн Пин в ужасе закричал:

— Я ведь на всё ответил! Умоляю, пощадите! Вы не можете...!

Договорить он не успел. Сиянь схватила Чэн Лина за руку и резко толкнула её вперед — лезвие прошило горло Фэн Пина насквозь.

Она смотрела на него с ненавистью, её тело дрожало, а дыхание было прерывистым. Всё-таки она была лишь юной девушкой, и это было её первое убийство. Сердце долго не могло успокоиться.

Чэн Лин мягко обнял её за плечи, давая опереться на себя. Спустя время она пришла в себя и тихо спросила:

— Брат Лин, я... я впервые убила человека.

— Ты убила того, кто заслуживал смерти, — ответил он. — В мире практиков всё жестоко. Даже родной отец может быть таким, так что не бери в голову.

Сиянь стиснула зубы:

— Теперь... мы идем к семье Чэнь?

— Да. Пошли.

У главных ворот семьи Чэнь Чэн Лин велел Сиянь:

— Жди меня здесь.

Он одним ударом ноги вышиб ворота и вошел внутрь. Оглушительный грохот разбудил обитателей поместья. Ученики один за другим выбегали из комнат и замирали: перед ними стоял человек в белоснежных одеждах с мечом в правой руке. Ночной ветер развевал полы его халата и длинные черные волосы. Он выглядел невероятно эффектно и статно.

— Кто ты такой? — крикнул один из учеников. — Как ты посмел ворваться в поместье Чэнь посреди ночи?

Чэн Лин прогремел, вкладывая в голос всю свою духовную силу:

— Чэнь Хаожань! А ну, выметайся! Пришло время платить по кровавым долгам!

Его слова разнеслись по всему поместью, достигнув каждого уголка. Ученики были в шоке: этот наглец пришел за самим главой клана!

— Что за крыса смеет лаять у ворот моей семьи? Смерти ищешь? — раздался гневный голос, и Чэнь Хаожань предстал перед гостем.

Он окинул Чэн Лина взглядом:

— Кто ты такой и зачем пришел сеять смуту?

Чэн Лин холодно усмехнулся:

— О как! Неужели ты меня не узнаешь? Сегодня мы поставим точку в этой истории. Имей смелость выйти на бой, если хочешь оставить после себя хоть каких-то потомков!

Он заранее смыл весь грим и вернул себе свой истинный облик. Однако за шесть лет он изменился настолько сильно, что Хаожань не признал его сразу.

— Кто ты, черт возьми? Какая обида связывает тебя с моей семьей?

— Хе-хе, ну и память у тебя. Ты ведь так мечтал меня прикончить, что даже Чэнь Цинъяна отправил на охоту. И что теперь? Я стою перед тобой, а ты не видишь, кто я?

Хаожань побледнел:

— Это ты! Но как ты здесь оказался? Неужели наш Предок... Нет, невозможно! Ты всего лишь на стадии Золотого Ядра!

— Возможно это или нет — сейчас узнаешь!

Чэн Лин рванул вперед, используя технику перемещения «Словно тень за формой», и мгновенно оказался перед противником, нанося удар. Хаожань выставил свой меч среднего ранга, блокируя атаку. Но в тот же миг его рука онемела — по лезвию прошла тонкая, но мощная вибрация молнии.

Его зрачки сузились. Он посмотрел на меч в руках юноши и выдохнул в неверии:

— Это ты! Ты — Чэн Лин! Ты выжил?!

— Сегодня я отомщу за своего учителя и свою мать! — ледяным голосом прохрипел Чэн Лин.

Меч в его руках замерцал. Он применил технику «Рассекающего облака» — слои тумана начали обволакивать Чэнь Хаожаня. Тот, понимая опасность, отскочил на два шага и сделал несколько резких выпадов в пустоту, стараясь разогнать марево.

Он десятилетиями изучал «Стиль Меча Скрытого Облака» и знал все его секреты, поэтому не давал туману сомкнуться. Его движения ускорились, очищая пространство вокруг себя.

Чэн Лин оставался невозмутимым. Вслед за «Рассекающим облаком» он обрушил на врага целый каскад техник: «Ветер, гонящий тучи», «Обратный меч», «Вспышка грома», базовые связки и, наконец, «Меч Грозового Бедствия».

Чэнь Хаожань сосредоточился до предела. Он больше не смел недооценивать Чэн Лина — раз уж сам Предок не смог его схватить, расслабляться нельзя ни на секунду. Он ушел в глухую оборону, демонстрируя всё мастерство облачного меча.

Чэн Лин мысленно признал: несмотря на всю свою подлость, Хаожань был мастером меча. В его руках техника «Скрытого облака» выглядела безупречно и без единой бреши.

Но Чэн Лин не спешил. Он чередовал свои приемы с безукоризненными базовыми техниками, постоянно меняя ритм и выискивая ту самую щель в защите отца.

Они сражались прямо у ворот. Ученики, окружившие их плотным кольцом, наблюдали за этим с замиранием сердца. Техника главы была им знакома, но то, что творил Чэн Лин, было за гранью их понимания.

Иногда он использовал простейшие базовые движения, но соединял их настолько идеально, что они превращались в смертоносный танец. Каждый его выпад заставлял зрителей ахать. Ученики понимали: если бы они оказались на месте Хаожаня, то выронили бы меч уже через десять ходов. То, что глава еще держался, казалось чудом.

Сам Хаожань был на пределе. Чэн Лин знал все секреты облачного меча, поэтому коронные приемы Хаожаня на него не действовали. Глава клана оказался в ловушке: он мог только защищаться, не имея возможности контратаковать. А атаки Чэн Лина становились всё яростнее и сложнее.

Хаожань не понимал: кто научил его так фехтовать? В Секте Безымянного Меча никогда не было таких техник. Он чувствовал, что даже если не брать в расчет уровень культивации, по чистому искусству меча он проигрывает сыну.

«Он точно заполучил ту книгу и разгадал её тайны! Будь проклята Чэн Сюэяо! Нужно было вырезать их обоих тогда, шесть лет назад, чтобы сегодня мой род не стоял на грани уничтожения!»

Ярость затуманила разум Хаожаня. Он начал вкладывать в удары слишком много силы, из-за чего его движения потеряли плавность. Чэн Лин только этого и ждал. В момент смены позиции Хаожань замешкался — удар был слишком тяжелым, и инерция не позволила ему быстро подготовить следующую защиту.

Чэн Лин мгновенно воспользовался этой брешью и нанес укол прямо в грудь. Хаожань в ужасе отбил меч, но не успел он вернуть лезвие, как второй выпад Чэн Лина распорол ему плечо. Хаожаню пришлось вскинуть меч вверх, полностью открывая корпус.

Чэн Лин нанес четыре стремительных удара.

Дзынь! Дзынь! Дзынь! — три удара были заблокированы, но четвертый вонзился глубоко в живот Хаожаня.

Глава клана прижал левую руку к ране и в панике бросился назад, пытаясь разорвать дистанцию. Но Чэн Лин не дал ему уйти. Скорость его атак возросла, он буквально кромсал защиту отца. Секунду спустя на предплечье Хаожаня появилась еще одна глубокая рана.

Тот едва успевал дышать, отбиваясь из последних сил. В отчаянии он заорал:

— Чего стоите, идиоты?! Убейте его!

Ученики клана Чэнь опомнились и толпой кинулись на Чэн Лина.

Чэн Лин пришел в ярость: «Хаожань, ты как всегда подл». Против него было слишком много клинков, поэтому ему пришлось отступить, используя технику перемещения. Он крикнул в сторону ворот:

— Не входи!

Хаожань вздрогнул: «Там кто-то еще?»

— Отряд — к воротам! Схватить того, кто снаружи! — приказал он.

Десяток учеников рванул к выходу.

Чэн Лин выругался. Двумя мощными ударами он раскидал тех, кто стоял перед ним, и бросился к воротам, преграждая путь отряду.

Он встал в дверях, выставив меч:

— Сегодня у меня счеты только с Чэнь Хаожанем. Если уйдете сейчас — я вас не трону. Но если продолжите упорствовать — пощады не ждите! — Он не хотел, чтобы Сиянь пришлось сражаться с соплеменниками, поэтому держал оборону один.

— Их всего двое! Неужели семья Чэнь испугается?! В атаку! Тот, кто убьет его, станет моим преемником и получит доступ ко всем ресурсам клана! — проорал Хаожань.

Ученики замерли. Преемником? Глава с ума сошел?

— У меня нет других детей! Кто прикончит этого предателя — станет наследником! Я не шучу! — Хаожань подлил масла в огонь.

До учеников дошло: у главы действительно остался только сын-калека, который не может даже пошевелиться, не то что управлять кланом. Для любого из них это был шанс всей жизни.

— Убить его! — крикнул кто-то.

Толпа с ревом «Убить!» начала медленно надвигаться на Чэн Лина.

Чэн Лин тяжело вздохнул и посмотрел на них с ледяным спокойствием:

— Чэнь Хаожань, ты действительно заслуживаешь смерти. Вы сами меня заставили! Сегодня семья Чэнь навсегда исчезнет из Листопада!

Он взмахнул мечом, трижды применив технику «Рассекающего облака». Перед глазами учеников возникла сплошная пелена белого тумана, которой не было конца и края. Пока они пребывали в замешательстве, меч Чэн Лина, гибкий и стремительный, бесшумно вылетал из тумана, перерезая им горла. Смерть была мгновенной.

Чэнь Хаожань стоял в отдалении и с ужасом наблюдал, как дети его клана один за другим падают замертво. Его сердце похолодело. «Неужели это его истинная сила? Неужели сегодня моя семья падет от руки этого бастарда?»