Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
69 Правда

Чэн Лин услышал за спиной шорох, а через мгновение — плеск воды. Наконец Чэнь Ин произнесла:

— Я готова, начинай.

— Повернись ко мне спиной.

— Хорошо, — после очередного всплеска она добавила: — Готово.

Чэн Лин обернулся и глубоко вздохнул. Его духовное чутье точно определило её положение. Он прижал ладони к её спине и почувствовал легкую дрожь. В голове невольно промелькнула мысль, что кожа у этой девушки невероятно нежная — всё-таки она была избалованной молодой госпожой.

— Сосредоточься. Направляй мою истинную энергию, чтобы вытеснить яд из тела, — сказав это, Чэн Лин начал медленно вливать свою энергию в её меридианы.

Чэнь Ин послушно вела его поток, совершая круговорот по внутренним каналам.

Спустя время, за которое сгорает палочка благовоний, она почувствовала, как из её пор начали выходить белесые нити вещества, растворяясь в чистой воде.

Через полчаса вся вода в бадье стала мутно-белой. Чэн Лин поразился силе яда: судя по цвету, большая часть всё еще оставалась внутри, а то, что вышло, источало резкий, едкий запах, от которого становилось дурно.

Чэн Лин, благодаря своей технике, держался стойко, но Чэнь Ин было совсем плохо: её щеки горели, взгляд затуманился, а в теле не осталось ни капли сил.

— Выходи из воды, мне нужно сменить её и продолжить, — сказал Чэн Лин.

— Я... я не могу пошевелиться, — смущенно прошептала она.

Ситуация стала неловкой. Как ни крути, она его сестра. И что теперь — вытаскивать её на руках?

Чэн Лин тряхнул головой, отгоняя лишние мысли.

— Тогда не двигайся, я что-нибудь придумаю.

Он просто поднял всю бадью целиком, придерживая Чэнь Ин за плечо, и вылил грязную воду. Весь взмокший от усилий, он снова наполнил емкость с помощью заклинания чистой воды.

— Продолжаем. Держи разум ясным и направляй мою энергию, иначе рискуешь впасть в безумие от искажения ци.

Это было настоящим испытанием — процедура была слишком интимной, но он подавлял в себе все импульсы, помня о родстве. Это требовало колоссального самообладания.

В итоге им пришлось сменить три бадьи воды, прежде чем яд окончательно покинул тело девушки. Чэн Лин обессиленно сел на землю, тяжело дыша. «А этот Лю Мин хорош, — думал он. — Что за дрянь он использовал? Она мощнее той, что была у Чэн Яньбин. При случае надо будет "обменяться опытом"».

Пока он предавался раздумьям, Чэнь Ин наконец пришла в себя. Силы и культивация вернулись, но она лишь сильнее сжалась в бадье, не решаясь встать.

— У тебя есть какая-нибудь одежда, которую я могла бы надеть? — тихо спросила она.

Чэн Лин спохватился. Он достал из кольца-хранилища более десяти комплектов одежды и, отвернувшись, протянул их ей:

— Я покупал на глаз, ориентируясь на твою фигуру. Тут разные размеры, посмотри, что подойдет.

Уже рассвело. Чэнь Ин посмотрела на гору вещей, и в её сердце разлилось тепло. Большинство платьев были нежно-желтыми, пара — светло-зелеными. Она удивилась: «Откуда он узнал мои любимые цвета?»

Помимо платьев, там были украшения для волос и подвески — он продумал всё до мелочей. Она выбрала светло-желтое платье «летящей небожительницы» и начала одеваться.

Прошло немало времени. Чэн Лин сидел неподвижно. Если во время лечения это можно было списать на крайнюю необходимость, то сейчас оборачиваться было бы верхом неприличия. Он лишь ворчал про себя, почему женщинам нужно столько времени, чтобы просто надеть платье.

Спустя почти полчаса раздался голос Чэнь Ин:

— Я закончила. Можешь поворачиваться.

Чэн Лин размял затекшие мышцы и встал. У него перехватило дыхание.

Чэнь Ин стояла перед ним в том самом платье, волосы были уложены в изящный узел, заколотый золотой шпилькой-раскачивателем, а пряди каскадом спадали до талии. На поясе звенели подвески и кисти. Она выглядела благородно, изысканно и в то же время невероятно красиво. Она сумела идеально подобрать аксессуары, которые он купил наугад.

«А у девчонки отличный вкус», — отметил Чэн Лин.

— Хорошо, яд выведен. У меня есть дела. Вот, возьми, здесь камни духа и духовные плоды, они помогут восстановиться. Прощай.

Он протянул ей кольцо-хранилище и собрался уходить.

Но Чэнь Ин внезапно схватила его за руку:

— Брат, ты действительно собираешься бросить меня?

Чэн Лин замер. Что происходит? С чего это она называет его братом? Неужели догадалась?

— Почему ты так меня называешь? Мы почти не знакомы.

— Ты Чэн Лин. И ты действительно мой старший брат, верно?

— Как ты поняла?

— Всё просто: стиль Скрытого Облака. В этом мире им владеют лишь двое — Чэнь Хаожань и брат Чэнь Цзун. Но когда ты приходил в поместье, я слышала, как люди шептались, что ты тоже его знаешь. Если ты не Чэн Лин, то кто же еще?

Чэн Лин заметил, как она произнесла имена: «Чэнь Хаожань» и «брат Цзун». Похоже, в отце она разочаровалась окончательно.

— Ты права. Я Чэн Лин. Разве ты не должна меня ненавидеть?

— За что? Хотя мы никогда не виделись раньше, ты спас меня.

— Я спас тебя только потому, что мне стало жаль. В этом нет иного смысла.

— Именно эта жалость и бесценна. Моим родителям было плевать, а тебе — нет.

— Ладно, думай как хочешь. Денег в кольце хватит надолго, а мне пора по делам.

— Ты идешь за Чэнь Хаожанем?

— Это не твое дело. Собираешься мешать?

— Мешать? Ради такого человека? В его глазах жена, дочь и даже сын — лишь инструменты для борьбы за власть.

Чэн Лин вздохнул:

— Хорошо, что ты это поняла. Теперь мне правда пора. Прощай.

Он развернулся, но Чэнь Ин снова вцепилась в его руку:

— Ты хочешь его убить?

— Я хочу отомстить ему за учителя. Убить его я не могу, но я уничтожу клан Чэнь и оставлю его ни с чем, превратив в калеку.

— Я могу рассказать тебе секрет. Но ты должен взять меня с собой.

Чэн Лин нахмурился:

— Что за секрет?

— Обещай, что не бросишь меня одну, и тогда я скажу.

В голове Чэн Лина завертелись мысли. Что она может знать? Что-то о золотых страницах? Или о засаде тех лет?

— Хорошо, обещаю. Я не оставлю тебя. Говори.

Чэнь Ин облегченно вздохнула:

— В глубине души я всегда считала тебя братом. Хочешь верь, хочешь нет, но я никогда не чувствовала к тебе вражды.

— Спасибо, — сухо ответил Чэн Лин.

— Шесть лет назад, ночью, я хотела найти манускрипт стиля Скрытого Облака и тайком пробралась в комнату Чэнь Хаожаня. Я долго искала, но безуспешно. Уже собиралась уходить, как случайно задела столик. Он сдвинулся, открыв вход в тайную комнату. Там я действительно нашла свитки.

Чэн Лин молчал. Ему эти свитки были не особо нужны — техники с золотых страниц были на голову выше.

Чэнь Ин продолжала:

— Я хотела уйти, но тут вернулся Чэнь Хаожань вместе с моей матерью. Мне пришлось спрятаться в той комнате, и я услышала их разговор.

Чэн Лин понял: это было той самой ночью после турнира и засады.

— И что они сказали?

— Моя мать была в ярости. Она кричала на него: «Неужели ты всё еще печешься об этой дряни и её сынке, раз не желаешь мстить за Цзун-эр?»

А он ответил: «Глупая женщина, что ты смыслишь? Если бы не сегодняшняя неразбериха, я бы давно схватил этого щенка».

Мать не унималась: «Я так и знала! Теперь, когда Цзун-эр калека, ты хочешь вернуть сына этой шлюхи, чтобы он наследовал клан?!»

Чэнь Хаожань взревел: «Чушь! Когда я говорил такое? Я вышвырнул их много лет назад, ты забыла?»

— «Не ври мне! Ты выгнал их только ради секретных техник, а когда получишь их — вернешь парня».

Чэнь Хаожань разволновался и спросил, кто ей это сказал. Мать разошлась не на шутку: «Ты использовал мой клан Хэ! Когда ты женился на Чэн Сюэяо, я ненавидела её. Почему мы обе дочери главных ветвей, но я лишь наложница? Она просто пользовалась силой своего клана».

«Той ночью я прокралась в её комнату, хотела выяснить отношения, но её там не было. Я уже собиралась уйти, как услышала голоса из тайника. Приблизилась и услышала мужской голос: "Сюэяо, как же мне жаль, что тебе приходится томиться в этом клане Чэнь!"»

«А потом ответила Чэн Сюэяо: "Ничего, если это поможет моему брату Сяо получить те книги, я вытерплю любую боль". Мужчина рассмеялся: "Моя дорогая Сюэяо, позволь мне утешить тебя". И дальше из комнаты донеслись... недвусмысленные звуки. Ха-ха! Чэнь Хаожань, твоя жена наставляла тебе рога прямо у тебя под носом!»

Чэнь Хаожань впал в ярость и закричал: «Заткнись! Запомни раз и навсегда: этот Чэн Лин — не мой сын!»

Моя мать была потрясена: «Так ты знал? Знал, что она тебе изменяла, и Чэн Лин — не твоя кровь? Но почему тогда ты был одержим ими? Только ради этих проклятых техник?»

«Чэнь Хаожань, я презираю тебя! Ради свитков ты проглотил измену жены и столько лет растил чужого ублюдка!»

Чэн Лин стоял как громом пораженный. Теперь всё встало на свои места: и холодность Чэнь Хаожаня, и его ненависть к матери. Оказалось, что в жилах этого тела не течет кровь Чэня. Значит, он сын того самого «брата Сяо»? Но кто же такой этот Сяо?