Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
37 Публичный разрыв

Услышав эти слова, Чэнь Жань невольно сжал ягодицы — если его действительно искалечат, это будет не шуткой. На мгновение в его глазах промелькнул страх.

Чэнь Хаожань холодно хмыкнул и резким движением выхватил длинный меч в ножнах.

Глядя на Чэн Лина ледяным взором, он произнес:

— Не говори потом, что я не давал тебе шанса. Победитель этого поединка получит этот меч. Жизнь или смерть — на ваше усмотрение!

С этими словами он встряхнул рукой, обнажая часть клинка. Чэн Лин увидел идеально гладкую, сияющую сталь, от которой исходил ощутимый холод — это был меч среднего ранга.

Сердце юноши затрепетало от волнения, но вместе с тем его пронзило сомнение: «Действительно ли Чэнь Лин и Чэнь Хаожань — отец и сын? Разве бывают отцы, которые так отчаянно жаждут смерти собственного ребенка?»

Чэнь Жань же пришел в неописуемый восторг. Этот клинок был редчайшим в клане сокровищем среднего ранга, а главное — он давал усиление техникам меча стихий Грома и Облака.

Он давно мечтал заполучить его, но Чэнь Хаожань собирался передать его только Чэнь Цзуну. Теперь же, чтобы поднять дух бойца и гарантированно уничтожить Чэн Лина, глава не поскупился выставить его на кон.

Чэн Сяо тоже был поражен. Оружие среднего ранга — редкость для семейных кланов; даже в его семье Чэн было всего три таких меча. Судя по всему, Чэнь Хаожань пошел ва-банк.

Старейшина с нетерпением ждал, как поступит Чэн Лин. Что ж, раз сказано «жизнь или смерть не важны», будет интересно!

Чэнь Жань, словно получив дозу адреналина, вмиг растерял всю трусость. Он гордо вскинул свой меч и бросил Чэн Лину:

— Жизнь или смерть не важны. Ты смеешь?

Чэн Лин громко расхохотался и, одарив Чэнь Хаожаня ледяным взглядом, ответил:

— Какое прекрасное условие! Что ж, сегодня я лишу тебя сразу двоих сыновей. Посмотрим, хватит ли у тебя чести сдержать обещание и отдать этот меч!

Чэнь Хаожань сурово отрезал:

— Слово Чэнь Хаожаня твердо!

Чэн Лин кивнул и, резко развернувшись, выкрикнул:

— Тогда начинай!

Чэнь Жань тут же атаковал. Сверкнул луч стали, нацеленный прямо в горло противнику.

Чэн Лин вскинул правую руку, блокируя удар, и перехватил меч обратным хватом — острием к себе, бешено вращая кистью.

«Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!» Четыре молниеносных удара обратным лезвием. Чэнь Жань опешил — он никогда не видел такой манеры боя. Ему оставалось лишь из последних сил уходить в глухую оборону.

Это было «Искусство Обратного Меча», которое Чэн Лин постиг сам за год упорных тренировок в Зале Меча. Эту технику можно было считать его авторской, и её главным преимуществом была полная непредсказуемость.

Уровень культивации Чэнь Жаня был выше, и это было слабой стороной Чэн Лина. Только подавив противника мастерством, он мог вырвать победу.

Он управлял клинком причудливым образом, нанося удары по верхней части меча противника, что заставляло Чэнь Жаня тратить гораздо больше сил на блокировку. Тот был вынужден окончательно перейти к защите.

Чэн Лин вцепился в это крохотное преимущество. Когда враг отступил на несколько шагов, он применил «Рассекающее Облако», еще больше замедляя его реакцию.

Сразу за этим последовал шквал атак: «Меч Тайного Грома», «Весенний Ветерок» и «Неистовый Вихрь». Давление стали накрыло арену подобно небесному своду.

Чэнь Жань заранее опасался его «Рассекающего Облака», но только столкнувшись с ним лично, понял, почему Чэнь Цзун пал так быстро. Стоило приему начаться, как перед глазами поплыли плотные слои тумана, сковывая зрение и движения.

Не успел он перевести дух, как одна за другой посыпались новые атаки, нацеленные в жизненно важные точки.

Сердце Чэнь Жаня сжалось от ужаса. Он собрал последние силы, одновременно отражая удары и пытаясь найти лазейку для контратаки.

Чэн Лин тоже был удивлен стойкостью противника. Несмотря на яростный напор, Чэнь Жань всё еще держался и не получил ни единой царапины. Не зря он считался первым среди молодежи клана Чэнь.

Однако арсенал Чэн Лина на этом не заканчивался. Он продолжал атаковать без остановки, постоянно наращивая давление.

Чэнь Жань выкладывался на полную. Его техники меча были не столь изысканны, как «Скрытое Облако», но он практиковал их долгие годы, доведя несколько стилей низшего ранга до совершенства. Благодаря преимуществу в силе на один малый ранг, ему удавалось сдерживать натиск.

Чэнь Хаожань наконец немного расслабился. Пусть Чэнь Жань и уступал в инициативе, но пока бой был в равновесии, он мог просто измотать Чэн Лина физически.

Соперники кружили по помосту в неистовом танце. Старейшины и ученики, затаив дыхание, следили в основном за Чэн Лином — его мастерство было невероятно многогранным.

То «Рассекающее Облако», то «Ледяной Меч», то «Тайный Гром», и всё это густо переплеталось с базовыми приемами. Переходы между школами были безупречны, словно полет птицы в небе — ни единой заминки или щели в обороне.

Даже Чэн Сяо довольно кивал: талант этого будущего зятя к пути меча был просто пугающим!

Незаметно пролетело время, за которое сгорает палочка благовоний. Чэн Лин начал искать выход: затяжной бой был ему невыгоден.

На самом деле у него в запасе оставалось несколько козырей. Первый — «Ветер, Разметающий Облака», но эта техника была слишком высокого уровня, и он опасался применять её открыто. Второй — его собственные комбинации ударов, но для них нужен был идеальный момент, который пока не наступал.

«Раз ты не даешь мне брешь, я создам её сам!» — решил Чэн Лин.

Он резко сменил манеру боя. Сила в руках трансформировалась в чистую скорость, подкрепленную Намерением Ветра. Он обрушил каскад разных техник в кратчайшее мгновение.

Чэнь Жань не ожидал такой смены ритма и попятился. В этот миг Чэн Лин увидел просвет, одним горизонтальным взмахом пустил кровь противнику и начал свою истинную комбинацию.

В один миг его клинок превратился в сияющий ореол. «Рассекающее Облако», базовый удар, обратный хват, «Громовой Всполох», база, «Весенний Ветерок», «Бескрайнее Море Облаков» и, наконец — «Ветер, Разметающий Облака»!

Чэнь Жань лишь вскрикивал от боли. У него не было ни секунды, чтобы вздохнуть — казалось, удары сыпались со всех сторон света одновременно.

В считанные мгновения он был покрыт ранами, кровь текла ручьями. Он широко разинул рот, пытаясь набрать воздуха, чтобы выкрикнуть признание поражения.

Но Чэн Лин не давал ему издать ни звука. Стоило тому раскрыть рот, как острие меча летело прямо к горлу, вынуждая Чэнь Жаня задирать голову и проглатывать крик.

Это повторилось несколько раз, и Чэнь Жань был близок к безумию. Он мысленно проклинал врага: «Да дай же мне сказать! Я сдаюсь, черт тебя дери!»

Но Чэн Лин неумолимо теснил его, направляя смертоносные удары в сердце и шею. Он уже принял решение: «Раз ты, Чэнь Хаожань, так жаждешь моей смерти, познай же боль от потери сразу двоих сыновей за один день!»

Меч Чэн Лина двигался всё быстрее, а движения Чэнь Жаня становились всё более хаотичными. Вскоре его сухожилия на руках и ногах были перерезаны.

Сердце Чэнь Хаожаня облилось кровью. Он сорвался с места и бросился к помосту, выкрикивая:

— Стой! Чэнь Жань сдается!

Чэн Лин выложился на пределе. Трижды повторив «Ветер, Разметающий Облака», за секунду до того, как глава клана коснулся арены, он вонзил клинок точно в горло Чэнь Жаня.

Мир перед глазами Чэнь Жаня завертелся. Он схватился руками за рану, его взгляд начал тускнеть, и в конце концов он рухнул замертво.

Чэнь Хаожань взревел в неистовой ярости:

— Маленькая тварь, умри! — и обрушил на Чэн Лина мощный удар ладонью.

Юноша резко оттолкнулся ногами и мгновенно сместился на несколько чжанов, выскальзывая из-под зоны удара.

В этот миг Сюань Лин и Чэн Сяо одновременно преградили путь главе клана, закрывая Чэн Лина собой. Опасность миновала.

Сюань Лин гневно выкрикнул:

— Глава Чэнь! Мой ученик — не тот, кого можно безнаказанно обижать! Мне осталось не так долго жить, но если хочешь, я с радостью сражусь с тобой насмерть прямо сейчас!

Чэн Сяо добавил:

— Глава Чэнь, будущий зять моего клана Чэн тоже не из тех, на кого можно поднимать руку!

Чэнь Хаожань кипел от скрытой ненависти. Еще мгновение — и он бы прикончил его. Кто же знал, что мальчишка окажется настолько бдительным, чтобы увернуться?

Чэн Лин холодно посмотрел на Чэнь Хаожаня и произнес:

— «Жизнь или смерть не важны», «меч среднего ранга в награду». Неужели слова людей клана Чэнь подобны пусканию газов в пустоту?

Эти слова били не в бровь, а в глаз, ставя под удар честь всего клана. Как бы Чэнь Хаожаню ни хотелось иного, он был вынужден швырнуть меч юноше.

— Надеюсь, у тебя хватит жизни, чтобы удержать его в руках! — ледяным тоном бросил он.

Чэн Лин рассмеялся:

— Не беспокойтесь. Если не удержу я, за моей спиной стоит Секта Безымянного Меча !

Чэнь Хаожань больше не проронил ни слова. Он лишь бросил последний взгляд на тело Чэнь Жаня и скомандовал:

— Унесите его!

Двое учеников поднялись на помост и унесли труп.

Глава клана еще раз окинул взглядом троицу и сухо бросил:

— Проводите гостей! — после чего, взмахнув рукавами, стремительно удалился.

Сюань Лин немедленно увел Чэн Лина и Чэн Сяо прочь из поместья.

Они быстро покинули город Листопада. Чэн Сяо сказал:

— Зять, теперь наш союз скреплен окончательно. Я крайне доволен. Поспешу вернуться к главе моего клана с докладом.

Рассмеявшись, он удалился первым.

Чэн Лин с горькой усмешкой посмотрел ему в спину. После того как тот защитил его сегодня, отказаться от брака с Чэн Яньбин было бы верхом неблагодарности.

Сюань Лин взглянул на него и улыбнулся:

— Не переживай, это к лучшему. Яньбин — славная девочка с добрым сердцем.

Чэн Лину оставалось лишь согласно кивнуть.

Учитель продолжил:

— Теперь твоя вражда с кланом Чэнь достигла пика. Пока Чэнь Хаожань остается главой, он тебя в покое не оставит. Какие у тебя планы?

Чэн Лин вздохнул:

— Какие тут планы? Солдаты придут — выставим генералов, вода разольется — засыплем землей. Уже смеркается, я не хочу возвращаться в секту так быстро. Учитель, прогуляетесь со мной?

Сюань Лин усмехнулся:

— Хорошо, пройдусь с тобой до самой секты. Но ответь мне, Линь-эр: если ты так спокоен насчет клана Чэнь, почему твои шаги столь тяжелы?

Чэн Лин печально ответил:

— Мне всего двенадцать, а я уже помолвлен. Я совсем не знаю эту девушку, и уж точно не испытываю к ней чувств.

Старик рассмеялся:

— Тут я тебе не помощник. Всю жизнь я посвятил Дао и массивам, любовные дела прошли мимо меня. Я просто не знаю, что с этим делать.

— Неужели вы никогда не влюблялись? — полюбопытствовал Чэн Лин, поддавшись азарту сплетника.

— Хм, была одна... но всё пошло наперекосяк, и мы незаметно разошлись в разные стороны.

— Кто она? Я её знаю? — огонек любопытства в глазах Чэн Лина разгорелся ярче.

— Это наставница той самой Яньбин — Лю Цинянь.

Чэн Лин оживился:

— Как вы познакомились? Почему же ничего не вышло?

Сюань Лин невольно погрузился в воспоминания юности. Возможно, под этим тихим ночным небом, рядом с любимым учеником, он смог на миг отпустить восемьсот лет аскезы.

Он начал тихо рассказывать:

— В те годы она была ослепительно талантлива. Столько учеников и братьев по секте склонялись перед её величием. Я же был трусоват. Боялся подойти, боялся даже заговорить с ней. Пока однажды она сама не призналась мне, что ей нравится моё сосредоточенное лицо, когда я высчитываю массивы.

— Тогда я чуть не сошел с ума от счастья. Я решил, что обязан стать лучшим в Дао Массивов, чтобы быть достойным её.

Чэн Лин смотрел на учителя. В этот миг тот казался обычным земным стариком, глубоко тоскующим по единственной любви всей своей жизни.