Мысли Фэн Пина лихорадочно работали: похоже, семья Чэнь совсем потеряла покой, раз решила забыть старые обиды и прийти за союзом. Он произнес:

— Пригласи брата Чэня!

Вскоре вошел Чэнь Хаогуан. Фэн Пин поднялся навстречу:

— Каким ветром тебя занесло, брат Чэнь? Прошу, присаживайся.

Когда они сели друг напротив друга, Фэн Пин спросил:

— С каким важным делом ты пожаловал сегодня?

У Чэн Хаогуана не было настроения играть в дипломатические игры, и он сказал прямо:

— Я пришел обсудить сотрудничество с городским главой.

— О! Сотрудничество? И в чем же оно заключается?

— Всё просто. Я прошу тебя, глава Фэн, нанести удар и полностью выгрести запасы пилюль в «Шэнь-нун»!

У Фэн Пина екнуло сердце: «Так и есть!» Однако лицо его осталось бесстрастным. Он спокойно ответил:

— «Шэнь-нун» торгует пилюлями, это не имеет прямого отношения к моей Управе. С чего бы мне вмешиваться?

Чэнь Хаогуан парировал:

— Глава, не шутите. «Шэнь-нун» продает не только пилюли. К тому же наши семьи уже вложили более миллиарда камней духа. Осталось добавить последнюю соломинку, чтобы насладиться плодами победы. Зачем упускать такую выгоду?

Зрачки Фэн Пина сузились. Видимо, семья Чэнь хорошо подготовилась, раз пронюхала о его тайных закупках. Поразмыслив немного, он спросил:

— А какая мне выгода, если я вмешаюсь?

Чэнь Хаогуан вздохнул про себя. Фэн Пин сильно уступал Фэн Фэну — в его глазах была только сиюминутная нажива. Он не понимал, что если дать «Шэнь-нун» развиваться дальше, то после краха семьи Чэнь следующей целью станет Управа Города.

— После победы каждый останется при своем. У тебя на руках окажется немало пилюль — продашь их потом по номиналу, разве этой прибыли тебе мало? — ответил Хаогуан.

Фэн Пин прищурился:

— С таким же успехом я могу объединиться с «Шэнь-нун» и раздавить вашу семью Чэнь!

У Хаогуана внутри всё похолодело — именно этого он и боялся. Если Управа и «Шэнь-нун» объединятся, семье Чэнь конец. Но сейчас нельзя было показывать слабость. Зная жадность Фэн Пина, он понимал, что тот потребует немалую долю.

Хаогуан резко встал и холодно произнес:

— Раз глава Фэн намерен объединиться с «Шэнь-нун», значит, я пришел зря. Посмотрим, сможет ли семья Чэнь выстоять против вашего натиска. Прощайте!

Он развернулся и пошел к выходу, намеренно замедляя шаги и мысленно умоляя: «Останови меня, ну же, останови!»

Когда он уже почти коснулся двери, голос Фэн Пина наконец прозвучал:

— Брат Чэнь, постой. Всё еще можно обсудить!

Хаогуан облегченно выдохнул, медленно обернулся и сухо спросил:

— И что же хочет сказать глава города?

Фэн Пин, стиснув зубы, выдавил:

— Я вмешаюсь, но хочу семьдесят процентов прибыли!

Хаогуан гневно рассмеялся:

— Исключено. Пятьдесят на пятьдесят — это честно.

— Нет. Я иду на огромный риск ради вашей семьи. Минимум шестьдесят процентов, иначе я палец о палец не ударю, даже если мои артефакты не будут продаваться месяцами!

Хаогуан понял, что это предел. Кивнув, он сказал:

— Пусть будет шестьдесят. Но приступай немедленно. Если дадим им передохнуть, их будет уже не остановить!

Фэн Пин и сам это прекрасно понимал. Все запасы сырья в Управе были скуплены людьми «Шэнь-нун», медлить было нельзя.

— Я сейчас же отдам распоряжения. Жди добрых вестей, брат Чэнь!

Хаогуан, окончательно успокоившись, сложил руки в поклоне:

— Тогда я буду ждать в поместье. До встречи! — С этими словами он ушел.

В это время в алхимической комнате «Шэнь-нун» Чэн Лин продолжал работу. Он чувствовал, что вот-вот совершит прорыв в мастерстве алхимии. Качество и количество пилюль в каждом котле заметно выросли, а скорость увеличилась. Он уже собирался взять высоту четвертого ранга, когда вошла Сиянь.

— Что случилось? Снаружи что-то стряслось? — спросил Чэн Лин.

— Брат Лин, сегодня снова наплыв. Куча людей оформляют карты и скупают пилюли оптом. Наш склад почти пуст!

Чэн Лин вздрогнул:

— Снова люди Чэней?

— Нет, похоже, это люди из Управы Города. Кажется, они объединились. Что нам делать?

— Сколько карт они оформили сегодня и сколько товара осталось?

— Они разом взяли двести карт. Пилюль в лавке осталось всего на десять миллионов камней духа.

Чэн Лин прикинул: двести новых карт, плюс те, что взял клан Чэнь, плюс другие лавки... Всего около шестисот карт. Это же три миллиарда камней духа! «Ну и ну, — подумал он. — Они и впрямь не поскупились. Неужели не понимают, что все эти деньги теперь у меня и назад их не забрать?»

Он рассмеялся:

— Не бойся! Почти все свободные камни духа Листопада теперь у нас. Наверное, уже миллиардов шесть наберется?

— За вычетом того, что мы потратили на закупки, у нас на руках семь миллиардов двести миллионов, — ответила Сиянь.

Чэн Лин просиял еще больше. Семь миллиардов! Чего тут бояться? В ближайшее время ни Чэни, ни Управа не смогут организовать повторную атаку такого масштаба. Пришло время для контратаки! Но пока не прибыли ресурсы от семьи Чэн, нужно было подстраховаться.

— Сделаем так, Сиянь. Иди и вывесь объявление: с завтрашнего дня «Шэнь-нун» прекращает выдачу VIP-карт. А для покупки больших партий пилюль вводится обязательный предзаказ за три дня.

Сиянь сначала опешила, но тут же всё поняла и обрадовалась:

— Брат Лин, ты гений! Так нам не придется переживать из-за пустых полок.

— Хе-хе, всё не так просто. Прекращение выдачи карт — это полбеды, тем более что богатых покупателей в городе почти не осталось. Но предзаказ вызовет недовольство, они могут объединиться против нас. Придется лавировать.

— И что тогда?

— Для начала посчитай, сколько бриллиантовых карт мы уже изъяли. Если на руках осталось немного, мы продержимся еще пару дней, и тогда у нас будет решение.

— Мы изъяли пятьсот двадцать три карты. На руках у людей осталось еще семьдесят штук, — Сиянь знала счета лавки назубок и ответила без запинки.

Чэн Лин удовлетворенно кивнул, производя расчеты. Семьдесят карт — это еще более трехсот миллионов долга в товаре. Дыра всё еще большая. «Чэн Яньбин, поторопись же!» — подумал он.

В этот момент вошел Чжан Ху:

— Молодой мастер, снаружи какая-то невероятно красивая девушка требует встречи с вами!

Чэн Лин обрадовался:

— Наконец-то! Теперь Чэни и Управа точно не поднимут волну! — И он поспешил навстречу.

Лицо Сиянь мгновенно изменилось. «Невероятно красивая девушка? Откуда у брата Лина такие знакомства? Нет, я должна это увидеть!» — Она поспешила за ним.

Чжан Ху, видя это, понимающе ухмыльнулся: «Харизма мастера — страшная сила! Дома — госпожа Сиянь, а снаружи еще одна красавица. Пойду-ка и я посмотрю на это шоу!» — И он тоже тихонько последовал за ними.

Чэн Лин и не подозревал об их мыслях. Выйдя во внешний двор, он увидел Чэн Яньбин. Она стояла в белоснежном одеянии, грациозно склонив голову, и вдыхала аромат сорванного цветка. Её изящная поза и благородство манер заставили Чэн Лина на мгновение замереть.

Казалось, живые цветы вокруг померкли. В памяти Чэн Лина всплыли строки из «Легенды о героях-кондoрах», описывающие Маленькую Дракониху: «Словно бессмертная с горы Гушэ, наделенная небесным изяществом и чистотой духа... Не стоит в одном ряду с пестрой толпой цветов. Благородная аура, божественный талант...»

Яньбин почувствовала его присутствие. Увидев, как он пристально на неё смотрит, она покраснела, а её сердце забилось чаще.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросила она.

Чэн Лин опомнился и неловко сменил тему:

— Сестра, ты выполнила мою просьбу?

Яньбин пришла в себя и протянула ему накопительное кольцо:

— Надеюсь, эти пилюли и материалы тебе помогут.

Чэн Лин взял кольцо, просканировал его божественным чувством и облегченно вздохнул. Сложив руки в поклоне, он сказал:

— Более чем! Спасибо тебе огромное, сестра! — Затем он достал другое кольцо: — Здесь камни духа за всё это, прошу, прими.

— Считай это моим подарком, мне не нужны деньги.

— Нет, сестра, я не могу позволить тебе нести такие убытки!

— Я же сказала — не нужно! Зачем ты так официально со мной? В конце концов, в будущем... в общем, я не возьму! — Яньбин запнулась на слове «в будущем», слишком застеснявшись, чтобы договорить.

Чэн Лин, однако, настаивал — он не хотел быть в долгу перед семьей Чэн. Пока они препирались, к ним подошла Сиянь:

— Брат Лин, кто эта сестра? Почему ты нас еще не познакомил?

Яньбин подняла взгляд и увидела девушку в экзотическом наряде, которая подошла и встала прямо рядом с Чэн Лином. Её лицо помрачнело, и она вопросительно посмотрела на него.

Чэн Лин замялся. Появление Сиянь было некстати, а личность Яньбин была слишком чувствительной темой.

— Это моя старшая сестра по секте, ученица Секты Безымянного Меча, — туманно ответил он.

Сиянь не была дурой. Проведя с Чэн Лином несколько месяцев, она изучила его характер и поняла, что эта девушка явно для него не просто «сестра».

Она не стала расспрашивать Чэн Лина, а вежливо поклонилась Яньбин:

— Приветствую сестру. Как мне к вам обращаться?

Яньбин тоже чувствовала себя не в своей тарелке, но ответила сухо:

— Меня зовут Чэн Яньбин. А ты кто такая?

Сиянь вздрогнула. «Так это и есть Чэн Яньбин?!» Слухи о битве в клане Чэн тогда гремели на весь город, и она знала, что у этой девушки и Чэн Лина есть брачный контракт. Сердце Сиянь сжалось от боли. Вспомнив, что её тело осквернено, она почувствовала, что не имеет права претендовать на место рядом с ним.

Потеряв всякую надежду, она тихо проронила:

— Приветствую сестру Чэн. Мне нужно идти, дела лавки ждут. — И она развернулась, чтобы уйти.

Чэн Лин не мог этого допустить — у него было к ней еще много вопросов по делу. Он схватил её за руку:

— Погоди, не уходи, мне нужно кое-что обсудить!

Лицо Яньбин стало еще темнее. «Значит, вот почему он так долго не хотел исполнять наше обязательство — у него уже есть другая». Ей стало горько.

— Раз ты так настаиваешь, я возьму камни, — холодно сказала она, принимая кольцо. — Наш контракт на этом окончен. Иди и сам объясняйся с наставницей Лю!

Чэн Лин опешил. Только что она была нежной и преданной невестой, и вдруг такая перемена? Объясняться с Лю Цинъянь об отмене свадьбы? Да это же смертный приговор!

Он перехватил и Яньбин за руку:

— Сестра, постой! Мне и тебе есть что сказать!

Так он и стоял, держа за руки Яньбин и Сиянь, чувствуя, что его мозг вот-вот вскипит. А спрятавшийся за камнями Чжан Ху восхищенно шептал: «Мастер — настоящий истребитель женских сердец!»