Контент удален!

После поединка с Юмией Чонсон вернулся в общежитие.

Белое перо без конца скользило по белой бумаге.

Он переписывал конспекты.

Пока Чонсон находился за пределами Академии, программа ушла далеко вперёд. Теперь приходилось наверстывать пропущенное.

— ...А она записывает куда тщательнее, чем я думал.

Прежде ему никогда не приходилось заглядывать в чужие тетради. Переписывая материалы Дарши, Чонсон искренне удивлялся.

Они всегда неплохо общались, но Дарша не производила впечатления усердной ученицы.

«На промежуточной аттестации она держалась где-то в середине списка».

Однако её конспекты явно были плодом серьёзной работы. Важные места подчёркнуты, ключевые мысли выделены — сразу видно, что Дарша внимательно слушала инструкторов.

Чонсон окунул кончик пера в чёрные чернила, снял излишек и тихо выдохнул.

Сидеть в комнате и переписывать пропущенные лекции было не слишком тяжело.

Но времени действительно не хватало.

— ...Всё-таки я ничего не успеваю.

Пришлось на время отменить встречи, о которых они договаривались в последние дни.

Нельзя продолжать ходить на свидания, пока собственные дела запущены. Поэтому планы с Глесией, Милией и Карите тоже пришлось отложить.

Чонсон сжал губы и тихо вздохнул.

«Хочу их увидеть».

Ему очень хотелось встретиться с ними и провести вместе больше времени. Но свободного времени в действительности не было.

Чонсон невольно задумался о собственном положении.

На прошлой неделе он встретил апостола и пережил очередной кризис. По крайней мере, на ближайшее время можно было выдохнуть.

Но появился новый Путь развития.

Стоило вспомнить о нём, как перед глазами возникло голубое сияние.

[Перекрёсток судьбы]

[Вы добились роста, которого не ожидал никто. Ваши действия заставили Девять апостолов проявлять предельную осторожность.]

[Открывается «великий путь», связанный с одним из Девяти апостолов.]

[Открытая информация 1: среди Девяти апостолов есть тот, кто полностью отказался от тела апостола и стал «человеком».]

[Нераскрытая информация 2: в ближайшее время вам не будет угрожать непосредственная опасность.]

[Нераскрытая информация 3: чтобы открыть её, необходимо получить чрезвычайно важную подсказку об одном из Девяти апостолов.]

[????: пока ничего не известно.]

[За необычайно высокий темп развития открыта особая информация!]

[На одном из предстоящих праздников вы встретите апостола, ставшего человеком.]

Чонсон вглядывался в обновлённое окно и снова перечитывал текст.

Он проверил его уже больше десяти раз, стараясь не упустить ни одной детали. Но формулировки оставались туманными.

Важность нового Пути особенно подчёркивала одна строка.

Он был связан с одним из Девяти апостолов.

Даже само название — «Перекрёсток судьбы» — звучало куда значительнее всех предыдущих путей.

— ...Речь о моей судьбе?

Чонсон задумался глубже.

Возможно, на кону стояла не только его жизнь, но и судьба всего мира.

Девять апостолов были сильнейшими среди себе подобных и представляли величайшую угрозу для Империи.

Другие строки тоже не давали покоя.

Апостол, полностью ставший человеком.

Обещание, что в ближайшее время прямой угрозы не будет.

И незнакомый пункт, состоящий из одних вопросительных знаков. Что за сведения могли быть скрыты настолько, что система прямо заявляла: пока узнать нельзя ничего?

Не было указано даже условие открытия.

Мысли снова запутались.

Чонсон встряхнул перо, пропитанное чёрными чернилами, и продолжил писать.

Шурх...

Перо скребло по бумаге, и под этот тихий звук мысли постепенно улеглись.

— Сначала займусь тем, что нужно сделать сейчас.

Опыт подсказывал: попытки заранее подготовиться к неизвестному обычно лишь сильнее запутывали ситуацию.

Лучше делать то, что возможно в нынешних обстоятельствах.

...Пока следовало сосредоточиться на Академии и вернуться к обычной жизни.

Если появится новая догадка, тогда Чонсон обдумает её как следует.

Сейчас это было самым разумным решением.

На территории Академии располагалось множество зданий самого разного назначения.

Здесь были даже кузницы, лавки с повседневными товарами и другие места, которые обычно находились за пределами учебных заведений.

Некоторые корпуса пользовались меньшей популярностью.

Почётное первое место среди них занимала библиотека.

Ровные ряды стеллажей вмещали несколько тысяч книг, однако посетителей почти не было.

В библиотеке полагалось соблюдать тишину, но сейчас напоминать об этом не требовалось.

Кадетов и инструкторов приходило слишком мало.

Даже если кто-то тихо заговорит в дальнем углу, немногим библиотекарям вряд ли придётся вмешиваться.

Когда дверь наконец открылась, дежурившая за стойкой Мелла как раз широко зевала.

Она подняла взгляд и резко закрыла рот.

«Это ещё кто?»

Компания из одного мужчины и двух женщин сама по себе встречалась нечасто.

Но куда сильнее поражала их внешность.

Все трое были необыкновенно красивы.

Настолько, что подобных людей редко увидишь даже в Академии.

— Здравствуйте. Мы здесь впервые. Есть ли правила, о которых следует знать заранее?

Черноволосый мужчина подошёл к стойке первым. Мелла замешкалась и только потом ответила:

— А... Ничего необычного. В читальном зале можно брать любые книги, но нельзя их портить или оставлять где попало. Чтобы вынести книгу, нужно подтвердить личность и сделать запись в журнале.

— Понял. Это всё?

— Да... всё.

Мелла ответила почти машинально.

У него был мягкий голос. Во внешности тоже удивительно сочетались спокойствие и сила.

«Бывают же такие люди».

По форме Мелла сразу поняла, что перед ней кадет класса C. Но библиотеку обычно посещали одни и те же лица, поэтому новичок вызвал особое любопытство.

Тем более он совсем не походил на человека, который добровольно ходит в библиотеку.

— Конечно, здесь и должно быть тихо, но я не ожидала такой пустоты.

— Согласна, Милия. Даже слишком тихо.

Заговорили две его спутницы, и Мелла перевела взгляд на них.

У первой были короткие чёрные волосы до плеч и мягкая, тёплая внешность.

Вторая носила длинные волосы небесно-голубого оттенка. В её облике одновременно чувствовались свет и прохлада.

Обе тоже относились к классу C.

«Что их связывает?»

Уже само сопровождение из двух женщин выглядело необычно. Но ещё страннее было то, насколько близко они держались к мужчине.

— Тогда мы немного поработаем в библиотеке.

— ...Да, конечно.

Троица прошла между стеллажами. Мелла задумчиво проводила их взглядом.

Во всём этом было что-то двусмысленное.

И в голову невольно полезли неприличные догадки.

«Он ведь не встречается с обеими сразу?..»

По одному виду женщин было ясно, что они не простолюдинки. Выдавали и походка, и едва уловимая манера держаться, свойственная знати.

Мужчина тоже был красив, но дворянином не казался.

«Скорее просто какой-то необычный человек».

За несколько лет работы Мелла научилась отличать аристократов от остальных.

Позади открылась дверь.

Из комнаты отдыха показался старший библиотекарь. Волосы торчали во все стороны, глаза ещё не проснулись.

— Мелла, кто пришёл?

— Кадеты класса C.

— Понятно. Тогда я ещё немного посплю. Присмотри тут, ладно?

— Да, конечно.

Старший снова скрылся в комнате отдыха.

Мелла проводила его взглядом и невольно задумалась.

«Надо же...»

Этот неказистый соня учился в одной академии с тремя людьми, которые только что вошли, сияя красотой и уверенностью.

Ирония судьбы.

Мелла стала разбирать бумаги на стойке, но вскоре снова покосилась между стеллажами.

«Какой всё-таки красавчик».

Наверное, именно редкая внешность так притягивала взгляд.

Но Мелла тут же слегка покачала головой.

Раз он ходит в обнимку с двумя благородными девушками, наверняка женщин у него было немало.

«Буду просто любоваться издалека».

Иногда одного взгляда на красивого человека достаточно, чтобы поднять настроение.

— Тебе не кажется, что библиотекарша у входа какая-то неприятная?

— Карите, с чего ты вдруг?

Милия мягко улыбнулась её резкому замечанию.

— Она всё время косится на Чонсона. И сама какая-то мрачная, будто вечно прячется по углам... Просто не нравится мне.

— Не думай о ней так плохо. Может, она просто смотрит.

Милия и Карите говорили шёпотом, но Чонсон слышал каждое слово.

Вчера он понял, что самостоятельно разбираться по конспектам Дарши будет слишком долго. Поэтому сегодня позвал на помощь Милию и Карите, и они втроём пришли в библиотеку.

— Вы обе хорошо сдали экзамены?

Чонсон пропустил их разговор мимо ушей и сменил тему.

Ему вдруг стало любопытно, какие места они заняли на итоговой аттестации.

— Да! У меня всё получилось довольно хорошо.

— У меня тоже неплохо.

Обе ответили уверенно.

— Какие места в общем рейтинге?

— Ну... Это же только внутри класса C. Ничего особенного.

Милия ответила первой и неловко отвела взгляд. Чонсон сразу заподозрил, что результат у неё очень высокий.

— Вот именно. Милия, тебе тоже показалось, что итоговый экзамен был лёгким?

— Да, довольно лёгким.

Они заговорили между собой, и Чонсон решил спросить прямо.

— Так какие места вы заняли?

Сам он среди двухсот пятидесяти кадетов едва удержался в первой сотне.

Даже хорошие результаты по знакомым предметам вроде теории маны не спасли. Экзамены по темам, которые Чонсон пропустил, были почти полностью провалены.

«Кали обещала разрешить пересдачу, но...»

Расслабляться было нельзя.

— Второе.

— А я четвёртое.

Они ответили так буднично, что Чонсон потерял дар речи.

Он давно общался с ними как с обычными близкими людьми. Но сейчас снова почувствовал, насколько необычно их положение.

«Хотя на промежуточной аттестации я сам был рядом с ними».

Теперь разрыв стал слишком большим.

— Вы обе прекрасно учитесь.

— Ничего особенного. Просто делаем необходимое. Мы ведь не в классе A или B, нельзя же задыхаться на теории класса C.

— Милия права. Вначале было тяжело, но теперь программа вполне обычная.

Они не хвастались. Для них это действительно казалось нормой.

Затем обе одновременно посмотрели на Чонсона.

Он насторожился.

— А ты, Хан Чонсон?

Вопрос Карите заставил его смутиться.

— Я как раз собираюсь... начать учиться. Пока находился в Башне магии, сильно отстал.

— Поэтому и позвал нас в библиотеку.

Милия подхватила его слова, не позволяя чувствовать себя неловко. Чонсон криво улыбнулся.

— Верно. Но всё равно не стесняйся и скажи честно. Иначе как мы поймём, чему тебя учить?

Карите с лёгкой улыбкой прижалась плечом к его руке.

Ощутив её мягкое прикосновение, Чонсон всё-таки ответил:

— Девяносто четвёртое...

Карите замерла.

— Но на промежуточной аттестации ты был первым.