Епископ Корунд медленно осмысливал своё положение, с трудом удерживая тяжёлые веки открытыми.

Сейчас он лежал на земле.

По спине пробегал холод, а до кончиков пальцев доходила головокружительная боль.

— Гр-р… кха-а…!

Изо рта Корунда вырвался стон, почти переходивший в крик.

Стоявший над ним Пинтель смотрел холоднее льда.

— Вы совершили столько кощунственных грехов, что их трудно перечислить.

В бесцветном голосе невозможно было уловить ни одной эмоции.

Однако Корунд, неплохо знавший Пинтеля, понимал: с ним что-то не так.

— Во-первых, вы осквернили грязным ртом имя одного благородного «человека».

На прежде спокойном лице Пинтеля проступила эмоция.

— Во-вторых, замыслили предательство против этого благородного «человека».

Ледяной взгляд вспыхнул холодным пламенем.

— В-третьих, попытались втянуть и меня в своё мерзкое предательство.

— Ты… идиот! Ты вообще понимаешь, о ком говоришь?!

Не обращая внимания на крик Корунда, Пинтель прокрутил посох в руке.

Оставаясь в кресле, он спокойно ответил:

— Вы говорите о сэре Джулиане. Думаете, я делал бы всё это, не понимая?

— Безумец…!

Корунд выплюнул ругательство.

Вокруг тела заклубилась красноватая энергия.

Его мана, известная разрушительной стихией огня, готовилась принять форму.

Свист!

— А-а-а!

Тихая, но молниеносная магия клинков Пинтеля ударила прежде, чем заклинание завершилось.

— В бою магов решающее значение имеет первый удар.

— Ты… ублюдок…!

— Вы решили, что моя отточенная в сражениях магия позволит спокойно дочитать длинное заклинание?

Пинтель взмахнул посохом, словно дирижёр.

Острые клинки послушно следовали за наконечником, будто рыбы в потоке.

— Что… что он сделал для тебя, раз ты защищаешь этого полоумного мусора?

Бровь Пинтеля дёрнулась.

— Почему я защищаю этого полоумного мусора?

Ш-ш-ш.

Он поднялся и медленно подошёл к лежащему Корунду.

— Подумай как следует, Пинтель! Если маги Ордена Рассвета объединятся и выступят…

Посох врезался ему в бок.

Тупой удар!

Корунд выгнулся, изо рта хлынула пена.

— Кощунственный ублюдок!

Бух! Бух!

Посох снова и снова обрушивался на тело.

— Грязь льётся из твоей мерзкой пасти?

Бух!

— Или гниль находится в голове, не знающей стыда?

Бух!

— Повтори ещё раз! Повтори, мусор-р-р-р!

— П-прошу, успокойтесь, сэр Пинтель.

Монсеньор, пришедший вместе с ним, перехватил посох, прежде чем избиение стало смертельным.

Увидев его, Пинтель кашлянул и наконец отступил.

— Закончили?

— Да. Люди Корунда полностью обезврежены.

— Хорошо.

Вернув самообладание, Пинтель посмотрел на распростёртого епископа.

— Заключите его под стражу.

— Вы не собираетесь убить его?

— Сэр Джулиан этого не пожелал бы.

При упоминании Джулиана монсеньор на мгновение растерялся.

— …Но было ли всё это действительно необходимо?

— Нет, не было.

Пинтель уверенно перебил его.

— Перед отъездом сэра Джулиана в Святое королевство я спросил, почему он отверг должность архиепископа, предложенную верховным кардиналом. Он ответил так.

— Что именно?

Пинтель повернулся к монсеньору.

«Моя цель находится выше».

Выше архиепископа.

Пинтель прекрасно понимал смысл.

Поэтому решил расчистить дорогу Джулиану, однажды подарившему ему «выбор» и «возможность».

Так он мог проявить хотя бы минимальное уважение к человеку, отнёсшемуся к нему с добротой.

— Ах, ничего.

Разговоры с Джулианом Пинтель решил навсегда похоронить в сердце.

Вдруг даже невинное упоминание способно навредить ему?

— Как движутся Рыцари Лазурного Льва?

Он быстро сменил тему.

— Альхасар, вы ведь состоите в ордене. Разве вам трудно следить за обстановкой внутри?

— Похоже, Рыцари Лазурного Льва вместе с другими рыцарскими орденами наблюдают за Орденом Рассвета.

— Хм.

Пинтель тихо нахмурился.

— Активнее всех действуют «Закрытые Глаза».

— …Они не представляют настоящей угрозы.

Пусть это императорское разведывательное ведомство, его главная фигура — Джулиан — сам принадлежал к Ордену Рассвета.

«Сэр Джулиан наверняка знает о происходящем».

Вскоре грядут большие перемены.

Пинтель не сомневался.

И всё так же верил, что сэр Джулиан станет их краеугольным камнем.

«На оказанное доверие следует отвечать верностью».

Так гласило наставление рода Обрадин.

— Я возвращаюсь. Проследите, чтобы произошедшее здесь не вышло наружу.

— Да, я всё улажу.

Пинтель посмотрел на кивнувшего монсеньора и скрылся во тьме.

Его ждали другие дела.

***

Маги и рыцари плохо ладили.

Иначе и быть не могло: обе стороны делили власть в Империи.

— Ну и безмозглый идиот! Я просил чёрный чай, а ты принёс горячую воду, слегка подкрашенную красным!

К счастью, Флюгель относился ко всем одинаково. Он не делил людей по положению или профессии. Просто одинаково отвратительно обращался с каждым.

Среди магов его называли «Лающим магом» и «Безумным магом».

— Сэр Флюгель, разве вы не говорили, что чёрный чай следует заваривать слабее?..

— Негодяй!

Флюгель шевельнул рукой, и подававший чай маг взлетел в воздух.

— Подумай над своей ошибкой там, наверху!

— Простите! Я немедленно всё переделаю, сэр Флюгель!

— Надо было сразу.

Ещё один жест — и парящий маг рухнул на пол.

— Угх…

С болезненным стоном он поспешил к чашке.

Чашка была всего одна.

Ни мне, ни Майер даже воды не предложили.

Безумный маг полностью оправдывал прозвище.

— Оставь! Горло промочить надо.

— Д-да!

Когда служитель поспешно вышел, Флюгель провёл рукой по длинной бороде.

— Хмф. Вернёмся к разговору.

— Да.

— Ты действительно явился без предупреждения и просишь Резонансный камень с этой своей уродливой песьей мордой?

Уродливой песьей мордой?

Хотелось возразить, что это слишком, но, увидев собственное отражение в глазах Флюгеля, я не нашёл аргументов.

— Всё верно.

— Бесстыдник. Говоришь так, будто это само собой разумеется… Возмутительно!

— Мне нужен ответ, сэр Флюгель.

— Ты и так его знаешь.

Разумеется, он откажет.

Мы не были близки, а репутация Джулиана в столице буквально скребла дно.

— Какая жалость.

— Хмф. Жалость? Ты ведь заранее знал, что получишь отказ.

Именно так.

Без Майер просьба о Резонансном камне не имела ни малейших шансов на успех.

Если бы с Флюгелем можно было нормально договориться, игроки не прозвали бы его Безумным магом.

— Судя по вашему поведению, камень нужен для трущоб.

Однако мастерство старика сомнений не вызывало.

— Значит, вы знаете.

— Разумеется. Я осведомлён об исследованиях демонов, проводимых в том районе.

Точно определив причину визита, Флюгель равнодушно посмотрел на меня.

— Изучение демонов — занимательная область. Я лично просматриваю и отчёты по Камням души.

Отчёты по Камням души…

Кажется, ими сейчас занималась Айлин.

«Айлин де Донасьен».

Она принадлежала к тому же роду, что и Айден.

Что произойдёт, если Айлин станет врагом?

Маг пятого ранга Барко будет крайне неприятным противником независимо от стихии.

— Резонансный камень позволит обнаружить место исследований.

— Верно.

— Это приказ императорской семьи?

Я покачал головой.

— Личное дело.

Будь просьба связана с императорской семьёй, Флюгель не смог бы отказать.

Но тогда запрос прошёл бы через официальные процедуры, а не личный визит.

— Значит, я могу не вмешиваться.

Старик сухо усмехнулся и погладил бороду.

— Вы собираетесь сорвать эти исследования.

Я ничего не ответил и позволил ему продолжить.

— Зачем мешать изучению столь интересного предмета?

— Даже если исследования проводят на людях? На детях?

— Пха-ха-ха-ха!

Впервые Флюгель, до сих пор демонстрировавший одно раздражение, расхохотался.

Он несколько раз провёл по бороде и насмешливо прищурился.

— Услышать рассуждения об этике от Улыбающегося Палача! Жизнь и впрямь не перестаёт удивлять!

Старик, вы прожили полтора века, но язык у вас по-прежнему острый.

— Сам разговор об этике и морали в магии уже смешон. А из твоих уст, учитывая прошлые поступки, звучит вдвойне нелепо!

Флюгель был прав: такие слова совершенно не соответствовали Джулиану.

Но я выбрал их, чтобы разозлить Майер, выросшую в трущобах.

Плеск!

Она схватила чашку со стола и без колебаний вылила содержимое на Флюгеля.

— Старый маразматик! Вы окончательно выжили из ума!

— Госпожа Майер, вы ведь слушали, а не смотрели?

Майер резко повернулась ко мне.

— …Слушала, а не смотрела? Точно, вы совсем спятили!

Даже если всё пошло наперекосяк, выражаться следовало правильно.

Флюгель, залитый чаем, совершенно спокойно погладил бороду.

— Какая дерзкая девчонка. Одним движением я могу погасить твою жизнь…

Он перевёл взгляд на Майер и внезапно замолчал.

Неужели его поразила красота девушки?

Хех. Конечно нет.

Как уже говорилось, Флюгель был евнухом.

— Итак, вы изменили мнение, сэр Флюгель?

Я привёл Майер и даже воспользовался именем Чёрного Рыцаря не просто так.

Похоже, Флюгель наконец увидел причину.

Пятицветную Гениальность.