«Совершенно не понимаю его намерений». Элеонора поправила белый халат в лаборатории теневого элемента и мысленно нахмурилась, вслушиваясь в тон Джулиана. Пусть Пинтель поднимал людей, а Колпаран помогал ему, именно Джулиан заставил епископов усомниться в действиях нынешнего Верховного понтифика. И всё же сам он вёл себя так, будто кресло главы Ордена его совершенно не интересовало.

«Или притворяется равнодушным именно потому, что хочет его получить?»

Кандидатов на следующего Верховного понтифика было настолько мало, что их можно пересчитать по пальцам.

Опытный Колпаран.

Архиепископ Элеонора.

Пинтель, сумевший собрать сторонников. И даже Уберон из влиятельного рода Хиникс. Проблема заключалась в том, что всех четверых связывал один человек — Джулиан. «Я ведь не требую, чтобы он отвечал за устроенный переполох».

Но Элеоноре всё равно казалось, что прищуренный мужчина испытывает её, отчего становилось не по себе.

— Кстати, мне тоже нужно кое-что вам сообщить, госпожа Элеонора.

Перебиравшая рукав халата Элеонора подняла голову.

— Что именно?

— На церемонии назначения епископов наверняка понадобятся люди для охраны, верно?

— Да.

Хотя большинство епископов умели защищаться самостоятельно. И Верховный понтифик Тенелон не был исключением. Стража подчёркивала статус и помогала в случае непредвиденного нападения.

— Тогда позвольте рекомендовать одного человека.

— Для чего? Если он состоит в Ордене Рассвета, имя и так есть в списках.

— Он посторонний.

— Посторонний?

Элеонора слегка нахмурилась.

Привлекать чужаков к внутренним делам Ордена означало навлекать лишние проблемы. Джулиан наверняка это понимал. Потому его предложение казалось ещё подозрительнее.

— Невозможно. Верховный понтифик не доверит охрану человеку, который не состоит в Ордене.

— Тогда разрешите ему вступить, госпожа Элеонора.

Вступить?

Кого именно он имеет в виду?

— Прославленной Элеоноре, досточтимому архиепископу, достаточно немного употребить своё влияние. Разве нет?

«Вот в такие моменты он и вспоминает о моём титуле».

Элеонора мысленно цокнула языком.

— О, благодарю за признание. Тогда вы, может быть, прислушаетесь к просьбе столь прославленного архиепископа?

Разумеется.

Джулиан пожал плечами.

— Почему вы отказались от ордена? Награда Королевского меча ведь почти соответствует той «чести», за которой вы всегда гнались.

— Хм.

Он тихо вздохнул.

Элеонора ожидала, что Джулиан уйдёт от ответа, но тот неожиданно заговорил.

— Честно говоря, именно поэтому я и пришёл.

— Из-за этого?

— Да. Человек, которого я рекомендую, и есть тот, кому я уступил орден Королевского меча.

Тот, кому досталась награда?

— Неужели слепой мечник Захард?

— Верно.

Джулиан кивнул с хитрой улыбкой. Пусть Захард был слеп, он оставался выдающимся мастером меча. К тому же в столице широко ходили слухи, что он обучался у Святого Меча.

— Человек уровня господина Захарда вполне подходит Ордену Рассвета.

— Вы уже обсудили это с ним, надеюсь?

Джулиан поднял руки и криво улыбнулся, будто вопрос был очевидным.

— Иначе вы думаете, что я похитил господина Захарда и собираюсь силой втолкнуть в Орден?

Логично.

Но любопытство не исчезло.

Какая выгода Захарду от вступления?

«Или дело не в его цели, а в цели Джулиана?»

Вероятно, он хотел заполнить Орден сильными союзниками, чтобы укрепить собственную власть.

— Не возражаю. Я разрешу его вступление.

Элеонора не видела в этом проблемы.

Когда Джулиан станет Верховным понтификом, против него почти наверняка поднимутся враждебные фракции. Ему понадобятся клинки, способные их подавить.

Если он захочет лично демонстрировать фехтование в роли главы Ордена, она не станет запрещать, но…

«Для Верховного понтифика это неподобающе».

Так думала Элеонора.

— Рад, что мы поняли друг друга.

С подозрительной улыбкой Джулиан протянул руку.

Предлагал рукопожатие.

— Взаимно.

Она приняла его ладонь.

***

— Кто бы мог подумать, что в жизни случится подобное.

Когда я вышел из лаборатории и встретился с ожидавшим Захардом, он пробормотал эту фразу.

— В последнее время я слышу её от вас слишком часто.

— Ничего не поделаешь. Пусть это и ради возвращения долга… кхм.

Захард смешно огляделся, словно боялся, что нас подслушают. Даже посмотрел на уличные мусорные баки. «Но вы ведь не видите».

Уже надоело указывать.

— Ах, верно. Не вижу.

Он ещё и научился заранее отвечать.

— И всё же, пусть это ради возвращения долга, кто бы ожидал, что я вступлю в Орден Рассвета?

— Всё равно ненадолго.

— Тоже верно. По вашим словам, скоро нынешний Верховный понтифик…

— Шорк. Шорк.

Захард провёл пальцем поперёк горла.

— Похоже, этого Верховного понтифика никто не любит. Не зря говорят: не подбирай зверя с чёрной шерстью.

Он бросил взгляд на мои серебристо-серые волосы.

— Назовём это следствием его собственных поступков.

Что он вообще пытается сказать?

— Кстати, помимо истории с наградой, я хотел попросить об услуге.

— Знаю.

Я перебил прежде, чем он закончил.

— Речь о памятном мече вашего сына.

— Именно.

Я посмотрел на трость Захарда.

Это были не ножны его обычного оружия, а простая трость для слепого.

— Меч всё ещё находится в секретариате. Из-за необычной конструкции власти проводят проверки.

— Его нельзя забрать прямо сейчас?

— Вам — нет. Но я знаю человека, который сможет. Сегодня собираюсь с ним встретиться, поэтому не тревожьтесь.

— Понял… Хм?

Мы уже собирались выйти на улицу, когда вдали показалось знакомое лицо.

— Кажется, поблизости маячит тот лысый.

Захард тоже ощутил приближение Фелхора.

Тот заметил меня, вежливо поклонился и быстрым шагом подошёл к Захарду.

— Эй, ты!

— О, снова лысый.

— Кого ты назвал лысым, жить надоело?!

Обменявшись оскорблениями вместо приветствия, Фелхор ухмыльнулся.

— Значит, вступил?

Я попросил Лазлота сообщить Пинтелю и Фелхору, но сведения дошли быстрее, чем ожидалось.

— Да. Кто бы подумал?

Захард повернул голову ко мне.

«Так он тоже в Ордене Рассвета?»

Этот вопрос ясно читался на его лице.

Возможно, ощутил мой кивок.

— Я тоже не ожидал, негодяй!

Фелхор продолжал ухмыляться.

— Значит, пока ты обычный верующий?

— Полагаю, да.

— А я монсеньор.

— Вот как.

— Следовательно, я твой старший.

А, вот зачем он пришёл. Хотелось спросить, не нашлось ли у Фелхора дел поважнее, но любопытство победило. Я хотел увидеть, как Захард будет вынужден называть его монсеньором или старшим. Это могло оказаться забавно.

— И ещё ты должен извиниться за насмешки над моей лысиной.

Для такого громилы он удивительно мелочный.

— Даже если извинюсь, волосы не отрастут.

— Я не это хотел услышать, ублюдок!

Фелхор фыркнул.

— Что ж, это несложно.

Захард пожал плечами.

— Приношу извинения.

— Хм! Хм!

Фелхор неловко кивнул.

Кажется, остался доволен.

— Но называть старшим человека, который настолько цепляется за мелкие оскорбления, всё же странно.

— Что?

— Мужчине следовало бы уметь со смехом пропускать мимо ушей слова вроде «лысый Фелхор».

— …Цок.

Фелхор цокнул языком.

Возможно, воспринял совет опытного мастера всерьёз, потому злиться не стал.

«Он что, не заметил?»

Захард только что обозвал его лысым Фелхором, идиот.

***

— Ох.

— Шорк. Тук.

Стоило ножницам коснуться ветки, как та упала. Геранд тяжело вздохнул.

— Совершенно не понимаю, как за этим ухаживать.

Бонсай, подаренный Джулианом.

Сейчас нельзя было сказать, живо растение или уже умерло.

Геранд не имел никакого опыта выращивания растений и не представлял, как заботиться о бонсае.

— По крайней мере, даже после обрезки ветви постепенно отрастают.

Разглядывая уродливую форму, он мысленно цокнул языком. Казалось, растение погибает, но каким-то образом продолжало цепляться за жизнь. Поэтому горшок всё ещё занимал место в комнате.

«Примерно месяц».

Столько требовалось ветвям, чтобы отрасти и вернуть более-менее приемлемый вид.

Тогда он снова попробует подрезать.

— Господин Геранд.

Когда Геранд положил ножницы, слуга рядом заговорил.

— Да? Что такое?

— К вам посетитель.

— Посетитель?

В такое время никто не должен был приходить.

— Это господин Джулиан Крайпарт Фрейсон.

— Что?!

Почему Джулиан пришёл внезапно?!

Нет. Спокойно.

Геранд попытался унять бешено колотящееся сердце. Вряд ли Джулиан явился как «Императорский меч». К тому же прошлые разногласия вроде бы немного улеглись.

«Может, он просто решил поприветствовать меня после возвращения в столицу. Значит…»

Пока Геранд пытался привести мысли в порядок, взгляд упал на бонсай. Растение, испорченное неумелой обрезкой. Следы бездарной работы валялись вокруг горшка.

— Глоть.

Джулиан обожал бонсай.

Даже если забыть о самом растении, он увидит, как плохо обращались с его подарком…

«Не приведёт ли это к новому недоразумению?»

В панике Геранд решил выиграть время и убрать следы.

— П-пусть подождёт в гостиной! Я скоро…

— Д-дело в том…

Слуга неловко замялся.

А прямо за ним уже стоял мужчина с мягкой улыбкой, наблюдавший за комнатой.

— Добрый день, старший брат Геранд.