Каким-то образом мне удалось уговорить Сомбру вернуть Лунный Меч.

Я растерянно смотрел на тень.

— Способность хранить предметы…

Без сомнений, полезный навык.

Теперь не придётся таскать с собой священные реликвии и Камни души. Всё можно просто спрятать внутри Сомбры.

— Хотя Камни души, пожалуй, не стоит.

Судя по её поведению, полезный камень она могла случайно съесть вместе с остальными вещами.

Лучше не рисковать.

Морг.

Морг.

Несколько глаз одновременно уставились на меня.

Другого человека такое зрелище наверняка напугало бы. Но то ли я быстро привык, то ли уродливая внешность существа неожиданно стала казаться по-своему милой…

⇒ Вы можете повысить близость, дав «Сомбре» имя.

Перед глазами появилось системное сообщение.

Имя?

Если подумать, «Сомбра» была названием вида демонов, а не личным именем.

Она всё ещё оставалась демоном, но мы фактически жили как единое целое. К тому же после восстановления появилась новая способность.

Почему бы не дать ей имя?

Почти как домашнему питомцу.

— Какое тебе нравится?

Я предложил выбрать самостоятельно.

Сомбра долго смотрела на меня, затем перевела взгляд на табличку с именем, лежавшую в горшке.

— Анжелика…

Дорогое имя, с которым всё равно придётся проститься.

Если продолжать цепляться за воспоминания об орхидее, остальные растения могут приревновать.

— Тебе нравится?

Я решил передать это имя Сомбре как последнюю память о погибшем цветке.

Тень, похоже, обрадовалась и крепко обвила табличку.

— Тогда с этого дня тебя зовут Анжелика.

⇒ Вы дали «Сомбре» новое имя: «Анжелика».

⇒ Доступна способность «Сомбра / Коридор разложения».

***

После того как Сомбра получила имя Анжелика, я вернулся к работе в «Закрытых Глазах».

Но вскоре во мне начала нарастать тревога.

— Айден мёртв…

Слишком тихо.

Подозрительно тихо.

Императорская семья редко интересовалась действиями и судьбами дворян, и об этом знала вся Империя. Но отсутствие реакции даже со стороны Ордена Рассвета выглядело странно.

Погиб не рядовой последователь и не монсеньор.

Айден был епископом.

Я заранее готовился к неизбежной ответной реакции. Поэтому полная тишина лишь сильнее сбивала с толку.

Тук-тук.

Пока я размышлял, в дверь постучали.

После разрешения войти в кабинет появилась знакомая женщина.

— Раз вы приехали лично, дело должно быть срочным.

Элеонора с привлекательной родинкой под глазом вошла в облике Дианы.

Но было очевидно: визит связан с Орденом Рассвета.

Отношения между Дианой и Джулианом не были настолько близкими, чтобы она просто зашла в офис «Закрытых Глаз».

— Не настолько срочным. Но сначала другое.

Тук.

Дверь закрылась, и лицо Элеоноры вновь стало привычно холодным.

— Для кабинета фактического командира «Закрытых Глаз» сюда оказалось слишком легко попасть.

— М-м.

Я тихо вздохнул.

С чего вообще начинать исправлять эту ошибку?

— Я не командир «Закрытых Глаз». Эту должность занимает леди Одвин Валадир.

— Я не говорю, что не знаю. Но разве её титул имеет для вас большое значение?

Будь Одвин рядом, такие прямые слова могли серьёзно её ранить.

— Разумеется. Леди Одвин усердно исполняет обязанности.

Элеонора пожала плечами и коснулась серёжек.

«Магический артефакт».

Она проверяла, не прослушивает ли кто-нибудь разговор.

Опыт учит осторожности.

После того как Корунд и Айден попались на магию прослушивания, Элеонора явно стала внимательнее.

— Так зачем вы пришли?

Если архиепископ лично явилась сюда, причина должна быть серьёзной.

Наверняка речь об Айдене…

— Верховный понтифик приглашает вас на ужин.

Что?

Тенелон хочет поужинать со мной?

И ради передачи приглашения отправил лично архиепископа?

— Разумеется, это будет не обычная трапеза. Разговор о сэре Айдене обязательно состоится.

— Вот как?

— Да. Пока об этом знают немногие, но его смерть несомненно организовали вы.

Я лишь пожал плечами.

Такой ответ выглядел уместнее прямого согласия.

Я действительно был причастен, но формально Айдена убил Чёрный Рыцарь.

— И ещё… Учитывая, что речь идёт о вас, сэр Джулиан, я хотела кое-что предложить.

Что ещё?

Только не очередное абсурдное приглашение.

— Нам нужно свергнуть верховного понтифика.

М-м.

От настолько дерзкого заявления дыхание едва не остановилось. К счастью, узкоглазый злодей не настолько прост, чтобы выдавать эмоции из-за одной фразы. Хладнокровие и Непроницаемое лицо надёжно скрыли реакцию.

Но почему она говорит об этом именно мне?

Я и сам думал об устранении Тенелона, однако никогда не раскрывал намерения.

Кроме того…

«У неё есть неожиданно наивная сторона».

То, как спокойно она это произнесла, означало, что Элеонора действительно мне доверяла.

Я бы на её месте не рассказал никому.

А если бы рассказал, то сначала втянул бы собеседника в преступление, сделал сообщником, а при попытке отказаться — прямо на месте…

— Это слишком далеко заходит.

Я отбросил мысли, всё сильнее напоминавшие характер Джулиана, кашлянул и посмотрел на Элеонору.

— Звучит как измена.

— Измена…

Она слегка прикусила губу.

— Это не измена. Я хочу вернуть Ордену Рассвета изначальный облик.

Такое обычно и называют изменой.

— Кроме того, Тенелон сильно изменился.

Изменился?

Я давно не следил за его действиями.

— Даже хуже. Можно сказать, он сошёл с ума.

Что она увидела, чтобы выразиться настолько жёстко?

— Раньше он принимал разумные решения, пусть и был одержим определённой целью. Теперь это исчезло.

— Разумные? По каким критериям?

— Не знаю. Но прежде он хотя бы не убивал и не изгонял епископов исключительно по собственной прихоти.

Убивал епископов по своему усмотрению.

Почему-то фраза болезненно кольнула.

— Я не говорю о вас, сэр Джулиан. В последнее время Тенелон предъявляет последователям чрезмерные требования, называя это проверкой верности.

— Чрезмерные требования?

— Невыполнимые поручения, огромные суммы денег… Иногда он требует даже детей.

По мере рассказа лицо Элеоноры становилось всё холоднее.

— Если подобные проверки продолжатся, основание Ордена Рассвета рухнет.

Она была права.

Использовать верность как предлог, чтобы лишать дворян имущества и семей, означало разрушать организацию изнутри.

Люди вступали в Орден ради силы, влияния и связей, а не для того, чтобы отдавать всё и умирать по прихоти главы.

«Тенелон действительно так поступает?»

Внешне он казался беспечным, но на деле был трусом, избегавшим лишнего риска.

Именно поэтому Святой Меч Хейден Райх долго не мог его поймать. Тенелон незаметно наращивал влияние, пока не воскресил Демонического бога и не стал Королём демонов.

«Чтобы предотвратить это, я и проник в Орден Рассвета».

Но судя по словам Элеоноры, если ничего не делать, императорский двор сам разберётся с проблемой.

Императорская семья не терпела неконтролируемых угроз.

— Я понимаю вас, леди Элеонора.

Однако для меня ситуация была опасной.

Если Орден раскроют, статус епископа станет смертным приговором.

— Архиепископ не станет лгать. Значит, вскоре императорский двор начнёт полноценное преследование.

— Именно.

Гниющую рану необходимо вырезать.

Пусть поражённый участок велик, время пришло.

— Как вы и сказали, леди Элеонора. Полагаю, пора действовать.

Я коротко рассмеялся и посмотрел на неё.

— Теперь вижу вас иначе. Вы умеете действовать ради собственной выгоды.

— Простите?

— Вы утверждаете, что заботитесь об Ордене. Но разве не хотите занять место верховного понтифика и поэтому стремитесь свергнуть Тенелона?

Устранение Тенелона выглядело правильным решением, однако главным выгодополучателем становилась Элеонора.

После освобождения места именно Элеонора, занимавшая пост архиепископа, имела лучшие шансы возглавить организацию.

От моих слов она слегка растерялась.

— …Я лишь сказала, что настало время. Заговор организовала не я, сэр Джулиан, а вы.

Я?

Элеонора быстро вернула спокойствие и продолжила:

— Пинтель действует в тени. Он утверждает, что получил приказ от вас.

Ах… Пинтель.

От одного имени закружилась голова.

Я приказал ему ждать.

Какие ещё процессы он запустил без моего ведома?

Но сначала придётся принять приглашение верховного понтифика.

***

В итоге я согласился на ужин с Тенелоном.

Отказ наверняка вызвал бы подозрения.

«Но почему именно здесь?»

Он выбрал один из самых известных ресторанов столицы.

Заведение всегда было переполнено. Даже дворяне бронировали столики заранее и обязаны были следовать строгим правилам хозяина.

В этом отношении ресторан напоминал «Пламя Заката» — та же гордость мастера своим делом.

И такое место…

«Тенелон выкупил целиком ради одного ужина?»

Немалые возможности.

Когда я вошёл, верховный понтифик уже сидел за столом и держал кусок хлеба для закуски.

— Вы прибыли, сэр Джулиан. Присаживайтесь.

По его жесту ко мне подошёл элегантно одетый мужчина и отодвинул стул.

Двигался он как официант, но явно не был обычным работником. Скорее хозяином заведения.

Других сотрудников вообще не наблюдалось.

— Суп и хлеб здесь всегда превосходны. К сожалению, я далёк от изысканной дворянской жизни и не умею описывать вкус красивыми словами.

От похвалы Тенелона мужчина рядом едва не задрожал от счастья.

Верховный понтифик оторвал кусок хлеба, но не стал есть. Даже не посмотрев в мою сторону, он буднично спросил:

— Ты убил Айдена?

От прямоты по спине наверняка прошёл холодный пот.

На всякий случай я заранее спрятал Колокол Безмолвной Ночи в Сомбре.

Точнее, Анжелики.

— Он мёртв.

— Понятно. В некотором смысле это было неизбежно.

После лёгких закусок на стол подали стейк из ягнёнка.

Запах вызывал аппетит, но есть не хотелось.

— Я и сам задумывался об устранении Айдена.

— Вот как?

— Исследования демонов разрешались. Однако он перешёл допустимую границу.

— Тем не менее вы довольно долго закрывали глаза на его действия.

Тенелон тихо рассмеялся.

— Всё-таки он был епископом. Следовало проявлять уважение.

Он произносил правильные слова о заботе, но за ними чувствовалась пустота.

Раньше в голосе Тенелона всё же присутствовали эмоции. Теперь слова Элеоноры казались всё правдоподобнее.

«Действительно странно…»

Размышляя об этом, я заметил, что окружавшая его демоническая энергия помутнела.

Это показалось знакомым.

В памяти всплыла редкая деталь сюжета «Let’s Kill the Demon King Now».

Причиной могла быть лишь прихоть Демонического бога.

— Господин Тенелон… Вы больше не слышите «голос»?

Рука, тянувшаяся к стейку, замерла.

Тенелон медленно поднял глаза.

— Джулиан. Откуда ты это знаешь?