Орнн Крайпарт.

Отношения прежнего главы рода Крайпарт с его сыном Обеном, нынешним главой, нельзя было назвать близкими. Но и особенно плохими они не были — обычная для дворян прохлада.

Всё изменилось после того, как Обен женился на колдунье Милене, происходившей из варварской земли — Северного континента.

— Об этом знает каждый житель Империи.

Императорский маг Хеммель, один из Трёх Цветов, носивший прозвище Синий, с неудовольствием посмотрел на величественного старика перед собой.

Орнн Крайпарт.

Бывший глава рыцарского рода лично пришёл к действующему императорскому магу.

Хеммель примерно понимал причину, но всё же решил прощупать его намерения.

— Зачем вы пришли, господин Орнн?

Принято считать, что рыцари и маги не ладят. Красивый миф, которым любят развлекаться люди, хотя отдельные рыцари и маги действительно конфликтовали.

На вершине иерархии все прекрасно понимали друг друга. Особенно такие значимые фигуры, как Три Цвета.

Рыцари стремились к чести.

Маги — к исследованиям.

Им было выгоднее соперничать, продолжая сотрудничать, чем уничтожать друг друга.

— Мне нужна услуга.

Орнн смотрел сурово. Он был моложе Чистого Флюгеля, но давно достиг возраста, когда следовало отойти от дел.

И всё же исходившее от него давление превосходило то, что могли внушить обычные дворяне.

— Услуга? Нас кое-что связывает, поэтому я выслушаю. Но заранее предупреждаю: могу отказаться.

Хеммель сохранял уважительный тон.

Магу было опасно впадать в немилость Совета дворян. Магическая башня находилась под надзором короны, но финансировалась не только ею.

— Это связано с Джулианом?

Хеммель поправил одежду и приготовился слушать внимательнее.

Лицо Орнна исказилось.

По его лицу было видно: любого, кто снова произнесёт это имя, он готов разорвать на части.

«Разумеется».

Хеммель и так догадывался.

«Смерть Святого Меча вызвала переполох в столице. Было нетрудно предположить, что визит Орнна в башню связан с этим».

— С вашей магией не составит труда сделать смерть Джулиана несчастным случаем.

— Верно.

Хеммель кивнул.

— Чего вы хотите взамен?

Убийство Джулиана несло огромный риск, но если награда перевесит опасность, маг не станет отказываться. Орнн понимал это и сразу спросил цену, показывая готовность отдать почти всё.

— Тогда я хочу голову Флюгеля.

— Флюгеля?..

Чистый Флюгель.

Самый старый и мудрый из императорских магов.

Сейчас он посвятил себя обучению учеников, пытаясь помочь им достичь следующей ступени. Хеммель никогда не любил этого чудаковатого старика.

Однако заслуги Флюгеля оставались недостижимыми для обычных магов.

Титул сильнейшего мага Империи неизменно принадлежал ему, а проживший больше века Флюгель не собирался уходить на покой.

— Кхм…

Хеммель коротко выдохнул.

«Он знает, что задача невыполнима».

Хеммель ненавидел Флюгеля, но признавал силу.

Маг, проживший больше ста лет.

Мудрец среди мудрецов.

Такого исполина невозможно свалить человеческими руками раньше срока.

«Убить Джулиана почти столь же невозможно».

Хеммель ставил их примерно на один уровень. Джулиан обладал невообразимым мастерством в столь молодом возрасте, и его даже называли следующим Святым Мечом.

«Он потребовал голову Флюгеля именно потому, что знает: Орнн не сможет её принести».

Это был вежливый отказ, замаскированный под цену.

— Подождите.

Орнн с мрачным видом коснулся кольца на руке.

«Магический инструмент».

В него была встроена магия связи.

— Это возможно? — спросил Орнн.

Кольцо слабо засветилось.

— После смерти Святого Меча больше нет нужды скрываться. Убийство Флюгеля не нарушает ограничений. Думаю, это возможно, — ответил женский голос.

Хеммель уже слышал его раньше.

— Этот голос… Не может быть…

Удивление было естественным.

Если догадка верна, говорила одна из уцелевших представительниц Севера — народа, который Орнн презирал.

Орнн криво улыбнулся.

— Именно. Ведьма.

***

Я разглядывал собственный кулак. На костяшках виднелась кровь Обена.

Я перевёл взгляд на него.

Обен Крайпарт.

После удара он отлетел назад.

— Ух… Ух…

Обен лежал на полу с окровавленным ртом и медленно повернул голову — не ко мне, а к своему рыцарю Эхару. На лице будто было написано: «Почему не остановил?»

— Разве вы прежде не говорили, что не будете возражать, если Джулиан ударит вас? — сухо напомнил Эхар.

От этих слов я едва не обрадовался.

Ого. Значит, можно ударить ещё?

«Успокойся, идиот!»

Кулаки задрожали. Если бы я не сдерживал тело, уже забил бы Обена до полусмерти.

— Д-да, говорил. Конечно, говорил.

Он вытер кровь, отряхнул одежду и поднялся.

Я посмотрел на сжатую руку.

Удар был достаточно сильным, чтобы обычный человек потерял сознание. Но Обен остался на ногах. Как и полагалось главе рода Крайпарт, он тренировался.

— Теперь полегчало, Джулиан?

— Вы готовы ждать, пока мне действительно полегчает?

— Нет… То есть не совсем. Я могу умереть.

Обен запнулся. В такие моменты он почему-то становился похож на Геранда.

— Раньше вы также говорили, что не возражаете против смерти, господин Обен, — вставил Эхар.

— Эхар, ты вообще на чьей стороне?

— Всегда на вашей. Я лишь уважаю слова прежнего господина Обена.

— Блять. Опять твоя бессмыслица.

Они знали друг друга настолько давно, что Эхар говорил с Обеном почти как друг, а не подчинённый.

И всё же…

«Какая сильная жажда убийства».

Несмотря на расслабленный тон, от Эхара исходило внушительное давление.

Он не остановил первый удар, но явно был недоволен моим поведением.

«…Хм».

В бою я, вероятно, проиграю.

Особенно сейчас, без маны.

— Вернёмся к вопросу, который вы задали раньше.

К обеду.

— Я хочу услышать больше о Милене.

— Конечно. Что именно?

— Я слышал, что она пришла с Севера.

— Ах.

Обен коротко кивнул.

Похоже, его огорчило, что я не назвал Милену матерью.

— Да. Я встретил её, когда служил на Северном Полюсе как член рода Крайпарт.

Взгляд снова стал тоскливым.

Вот опять.

Лично мне всё равно, но Джулиан внутри начал раздражаться.

— Мы отправились уничтожить варварский форпост и попали в метель.

Метель?

Кажется, я догадываюсь, чьих рук это дело.

— Буря сбросила меня в ущелье.

Повезло выжить.

— Кровь не останавливалась, тело дрожало от холода, температура падала.

Понятно.

— Тогда она появилась.

— Милена.

— Да. Посреди лютой зимы она пришла ко мне словно весна.

Снова это выражение.

Но теперь подозрения в том, что Милена была настоящей колдуньей, лишь усилились.

Одно то, что она свободно передвигалась в подобной метели, многое доказывало.

«Это совсем другое».

Я много раз слышал титул Королевы Терний, но услышать живого свидетеля — совсем другое.

— Так я влюбился. Пока служил на Северном Полюсе, постоянно искал её и пытался ухаживать…

— Я понял. Понял.

— Хм? Не хочешь дослушать?

А что ещё слушать?

— Жаль. Я собирался рассказать о кольце, защищающем от холода, которое она мне подарила.

Кольцо, способное защитить от мороза.

Наверное, обычный магический инструмент…

— Кольцо, полностью защищающее от холода?

Я напрягся.

Такое кольцо не могло быть обычным инструментом.

— Да. Настоящее чудо. С ним я не чувствовал даже сильнейшего мороза.

Обен достал из пальто маленькую коробочку.

— Милена подарила его мне. В такую погоду оно не нужно, поэтому я хранил в футляре.

Щёлк!

Крышка открылась.

Внутри лежала реликвия.

«…Кольцо снежного кролика».

То самое, которое я искал во время поездки в Северный Дозор.

Кольцо Калдраха де Адратана было подделкой, созданной зимней ведьмой Абишей из Леса Метелей.

«А это не копия».

Настоящая святая реликвия, наполненная подлинной силой чуда.