Те, кто знал о нынешнем состоянии императора Адратана, хотя бы приблизительно представляли, насколько огромной властью обладала прорицательница Абигейл.

Её поддерживал утративший рассудок император. Поэтому хоть как-то ограничить её своевольные действия могли разве что члены императорской семьи.

— …Ты предлагаешь опустить его в воду?!

В тронном зале ещё никогда не звучало столь откровенного оскорбления.

— Т-ты действительно требуешь погрузить в воду Камень Резонанса, подготовленный прорицательницей Абигейл?!

Обмякший на троне император Адратан вдруг раздулся, словно готов был лопнуть. Даже одряхлев, Адратан Четвёртый сохранял внушительное телосложение, когда-то заслужившее ему прозвище Железного Владыки.

Но мышцы, служившие символом этого титула, давно исчезли. Тонкие ноги дрожали, словно тростинки, с трудом удерживая расплывшееся тело.

«Он умрёт».

Джулиан, некогда носивший прозвище Императорской гончей, умрёт прямо в этом зале. Улыбающийся Палач отправится на эшафот.

Все собравшиеся в огромном тронном зале были уверены именно в этом. Только Линне и Хейден полагали, что у Джулиана наверняка есть какой-то замысел.

«Что он задумал?»

Пока угроза императора гремела по залу, Линне отчаянно пыталась разгадать намерения Джулиана.

«…Не понимаю».

Он был слишком непредсказуем. Понять его мысли оказалось невозможно.

— Н-немедленно! Небесная Стража, схватите этого негодяя и тащите на эшафот…!

— Не стоит так гневаться, Ваше Величество.

Когда тревожные мысли уже начали воплощаться в реальность, Абигейл ласково погладила императора по руке и мягко улыбнулась.

— В его словах есть доля истины. За скульптора не поручусь, однако при обработке Камня Резонанса он действительно не обращался ко мне за помощью.

— В-вот как?

— Да. Значит, слова Улыбающегося Палача всё же заслуживают проверки.

Голос Абигейл был мягким и ласкающим, словно тёплое весеннее солнце. Под его действием ярость императора постепенно утихла.

Все, кто находился во Дворце Небесного Почтения, подумали об одном и том же: перед ними была весна, скрывающая смертельный яд.

— Раз ты так говоришь, ничего не поделаешь.

— Я ещё раз проверю Камень Резонанса. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы в статую Вашего Величества попала подделка!

— Д-да, верно.

Собравшиеся не скрывали растерянности, наблюдая, как Абигейл отступила и отложила наказание. Обычно, если не считать членов императорской семьи, которых она не могла устранить, прорицательница без колебаний использовала руку императора, чтобы избавиться от любого врага.

И всё же сейчас она отказалась от немедленного наказания Джулиана.

Взгляды присутствующих обратились к Улыбающемуся Палачу. На его лице застыла коварная улыбка, словно он с самого начала ожидал именно такого исхода.

«Я думал, мне конец».

Я прекрасно понимал, насколько дерзко и неуместно прозвучали мои слова перед императором. Но другого выхода не было.

«Если она заберёт Камень Резонанса, это создаст серьёзные проблемы».

Я смотрел не на сидящего в глубине тронного зала Адратана Четвёртого, а на прорицательницу Абигейл.

Абигейл была ведьмой, подобной Абише из северного Леса Метелей.

«В мире „Let’s Kill the Demon King Now“ существуют четыре ведьмы».

Каждая владела колдовством, связанным с одним из четырёх времён года. Поэтому в лоре их называли Ведьмами Четырёх Сезонов.

«Абиша — северная Ведьма Зимы».

А стоявшая передо мной Абигейл была Ведьмой Весны.

Причина, по которой она поселилась в самом сердце империи и постоянно находилась на виду, была проста.

«Она собирает Камни Резонанса».

В мире «Let’s Kill the Demon King Now» Камни Резонанса подавляли остаточную волю Демонического бога, но одновременно хранили колоссальные запасы магической силы и маны.

Их добывали в крайне ограниченном количестве, а на их фоне даже золото казалось дешёвым металлом. Даже ведьме было непросто заполучить минерал, находившийся под государственным контролем.

«Похоже, после долгих раздумий она решила, что проще всего добывать Камни Резонанса рядом с императором».

Я улыбнулся Абигейл, и она встретила мой взгляд.

«В обычной ситуации она уже просила бы императора казнить меня и даже глазом не моргнула».

Но сейчас ведьма Абигейл не могла решительно выступить против меня.

Причиной была Милена, мать Джулиана, известная как Королева Терний.

«Посредница между ведьмами».

Королева Терний удерживала в узде недолюбливавших друг друга ведьм, налагая ограничения и не позволяя вызываемым ими бедствиям выходить за допустимые пределы.

Как именно Милена, мать Джулиана, заняла это положение, я не знал.

«Ведьмы не могут прямо или косвенно причинять вред кровным родственникам Королевы Терний».

Таково было одно из правил мира «Let’s Kill the Demon King Now». Разумеется, оно не действовало, если ведьма не знала о происхождении человека.

«Но ты знаешь».

Я вновь посмотрел на Абигейл. На её лице проступило явное раздражение.

После стольких лет в столице, да ещё рядом с императором, она едва ли могла не знать, что Джулиан — сын Милены.

«Оставайся рядом с императором хотя бы ещё немного».

Как только Абигейл соберёт нужное количество Камней Резонанса, она, вероятно, покинет Адратана Четвёртого и бесследно исчезнет.

После этого начнётся безумие Адратана Четвёртого — событие из игры под названием «Слепой монарх».

«Обезумевший император без разбора развяжет войны и внутри страны, и за её пределами».

Империя стремительно покатится к упадку. Следом рухнет Северный фронт, а это приблизит воскрешение Демонического бога.

Раз уж бедствие пока можно сдерживать, стоит использовать даже смертельно опасную ведьму.

— Вместо того чтобы спорить об этом, почему бы не перейти к причине, по которой сюда вызвали этих двоих, Ваше Величество?

Абигейл, ещё мгновение назад хмурившаяся, вновь улыбнулась императору и указала на нас со Святым Мечом.

Адратан Четвёртый закатил глаза, словно только сейчас вспомнил о цели встречи, тяжело вздохнул и оторвал взгляд от Камня Резонанса на статуе.

— Т-точно. Я призвал вас двоих из-за…

— Из-за Ордена Рассвета, верно?

— Да, именно.

Кивнув словам Абигейл, император жестом подозвал Небесную Стражу.

— Герман, объясни им.

По приказу императора вперёд вышел командир Небесной Стражи Герман.

— Благодарю, что прибыли. Его Величество призвал вас для расследования деятельности Ордена Рассвета и его последующего уничтожения.

Светловолосый Герман говорил деловым тоном. Но даже во время официального доклада он не мог полностью скрыть неприязнь, с которой поглядывал на прорицательницу Абигейл.

Подавив эмоции, он продолжил:

— Сам факт, что господин Хейден смог явиться сюда, доказывает: и Святое Королевство, и империя Адратан признают Орден Рассвета опасной организацией.

Даже находясь рядом с императором, Герман говорил без запинки. Судя по уверенности, подобные ситуации были для него привычны.

«Тяжело ему приходится».

Абигейл наверняка бесила его до дрожи, но что он мог сделать?

— В связи с этим было принято решение объединить силы «Закрытых Глаз» и Святого Меча для уничтожения Ордена Рассвета. Настоящим документом закреплён соответствующий приказ.

Герман посмотрел на свиток в руках.

— Представителям Последователей и «Закрытых Глаз»…

Собравшись назвать представителя «Закрытых Глаз», он неловко кашлянул.

Формально командиром «Закрытых Глаз» был не я, а Одвин Валадир. Остальные словно не заметили странности, но Герман, похоже, всё же почувствовал неловкость.

— Император Адратан Четвёртый повелевает господину Джулиану…

При этих словах Святой Меч поднял голову.

— Искоренить их и восстановить честь империи.

Как я и ожидал.

Я мысленно кивнул, заранее догадавшись, зачем вызвали нас со Святым Мечом. Однако по спине уже стекал холодный пот.

На этой встрече официально начиналось расследование Ордена Рассвета. Петля вокруг моей должности епископа затягивалась.

«…И что мне теперь делать?»

Расследование началось официально, и положение было паршивым.

Я боялся, что тревога окончательно заклинит мозги, но неожиданно сохранял спокойствие. Настолько, что это само по себе казалось странным.

***

— Этот вид орхидей с бледно-фиолетовыми цветами прекрасно подходит для подобных садов!

После аудиенции я расспрашивал садовника об орхидеях, замеченных по пути во Дворец Небесного Почтения.

«…Страшно всё равно».

Но хобби остаётся хобби.

— Вот как. Я слышал об орхидейных садах, однако впервые вижу такой сад собственными глазами.

— Х-ха-ха…

Мой комментарий явно поставил садовника в тупик. Он нервно рассмеялся, а на лбу выступил холодный пот.

Улыбающийся Палач ведь не мог подойти только ради вопроса об орхидеях. Наверняка он решил, что я пытаюсь выведать какую-то тайну дворца.

Тем не менее…

«Красиво».

Я действительно хотел лишь расспросить об орхидейном саде. Никаких скрытых целей у меня не было.

Наверное, именно мысли об этом саде и помогли мне сохранить спокойствие даже при встрече со Святым Мечом в тронном зале.

«И всё же…»

К счастью, там нам не пришлось разговаривать напрямую.

Удовлетворив любопытство насчёт орхидей, я вновь почувствовал, как в пальцах пробуждается враждебность к Святому Мечу. Стоило нам встретиться здесь, и дело вполне могло закончиться обнажёнными клинками…

— Никогда не понимал этого увлечения.

Как всегда.

Этот человек обладал особым талантом портить важные моменты. Так было и после его бегства в Святое Королевство, и при наших встречах там.

Я повернул голову. Передо мной стояли Хейден Райх, Линне и ещё один мужчина из числа Последователей.

«Севи… как-то там».

Точно, Севи… Неважно.

— Давно не виделись после Святого Королевства, Джулиан. Уделишь мне немного времени?

Несмотря на вопрос Хейдена, я не прекратил осторожно поглаживать лепестки орхидеи.

Стоило мне хоть немного дрогнуть — и никто не мог предсказать, что сделает Джулиан.