В «Let’s Kill the Demon King Now» реликвиями называли останки и предметы святых, оставивших заметный след в истории.

Они могли воплощать желания или мысли, которые святые хранили при жизни.

Появившаяся перед нами Чаша Демонического бога была одной из таких реликвий.

«Сила этого Святого Грааля позволяет материализовать остаточные мысли Демонического бога — источник силы демонов».

Чтобы понять её возможности, не требовалось сложных объяснений. Достаточно вспомнить демона из трущоб.

Гуманоидное чудовище, встреченное нами там, было созданием Чаши Демонического бога.

Обычный человек превратился в творение Демонического бога и получил мощь настоящего демона — а возможно, даже превзошёл его.

Но цена оказалась огромной.

…Он сам стал демоном.

Принять рог означало отказаться от человечности.

— Для изготовления одного рога требуется кровь множества демонов и Камни души. В этот образец вложено немало времени и денег.

— Вот как?

— Интересно, насколько сильным ты станешь, если воспользуешься этим рогом?

Тебе-то, блядь, какое дело?

Мысль едва не сорвалась с языка, но я успел её проглотить.

— Даже разрушить замок одного известного Святого Меча будет вполне возможно.

Тенелон протянул рог ко мне.

И в этот момент я понял:

«Мне пиздец».

Даже в самых безумных фантазиях я не представлял, что рог предложат настолько легко.

Джулиан вступил в Орден Рассвета исключительно ради силы. Поэтому при виде демонического рога он, разумеется, должен был показать желание заполучить его.

Я лишь играл Джулиана и упомянул об интересе из вежливости, но…

«Они что, и правда вот так запросто собираются его отдать?!»

Сохраняя невозмутимое лицо, я лихорадочно искал выход.

Только что Тенелон сам рассказал, сколько ресурсов уходит на создание одного рога.

Отказаться — значит оскорбить его.

Но принять — значит согласиться на вживление рога.

«…Совсем, блядь, спятили».

Я украдкой взглянул на Тенелона.

Маска скрывала выражение лица, но приподнятые уголки глаз и губ выдавали возбуждение.

Он только прощупывал почву, а уже почти мгновенно решил принять меня с распростёртыми объятиями.

Да насколько же ты рад?

— Архиепископ… Вам не кажется, что это несколько поспешно?

Пока я тонул под грузом чрезмерной щедрости, стоявшая рядом Элеонора наконец вмешалась.

Я мысленно вздохнул с облегчением.

— Сэр Джулиан ещё не дал окончательного ответа. Сразу даровать ему сан епископа, а затем предложить столь исключительную привилегию — слишком рано. Если другие епископы узнают, они наверняка будут недовольны.

— Хм… думаешь?

Молодец, Элеонора!

В душе я победно сжал кулак.

— Что скажешь, Джулиан?

— Ничего не поделаешь. Я пришёл не для того, чтобы сеять раздор внутри организации.

— Вот как? Какая предусмотрительность.

Даже сквозь маску чувствовалось одобрение Тенелона.

Похоже, теперь я понравился ему ещё сильнее.

— В таком случае у меня, как у архиепископа Ордена Рассвета, есть к тебе одна просьба, Джулиан…

***

Завершив разговор с Тенелоном, Элеонора посмотрела на Джулиана.

Он, как всегда, улыбался.

По его лицу невозможно было угадать ни единой мысли, но главное желание мужчины Элеонора знала.

«Одержимость силой».

Ещё во время их первой встречи при императорском дворе она почти кожей ощутила, насколько неутолима его жажда могущества.

«И такой человек отказался от милости архиепископа».

Элеонора вспомнила радикальное предложение Тенелона.

Немедленно дать Джулиану сан епископа и вдобавок вручить рог, созданный священной реликвией, — настолько щедрый дар казался безумием. Рог из Чаши Демонического бога нельзя было назвать совершенным, но он несомненно даровал владельцу огромную силу. Создание даже одного требовало колоссальных затрат времени и денег.

«Как бы знаменит ни был Джулиан, оказывать ему такие почести…»

Тенелон относился к нему совсем иначе, чем к остальным членам Ордена.

Элеонору это тревожило.

Среди последователей наверняка найдутся недовольные чрезмерной благосклонностью архиепископа.

— Госпожа Элеонора.

Погружённая в мысли женщина быстро надела улыбку, услышав голос Джулиана.

— Да? Чем могу помочь?

— Вы неважно выглядите. Вас что-то беспокоит?

Элеонора на миг растерялась.

Словно одного взгляда ему хватило, чтобы распознать тревоги, возникшие после его вступления.

— Разумеется, нет. Теперь, когда к нам присоединился Дьявол Северного фронта, что вообще может меня тревожить?

— Вот как?

Произнеся это, Джулиан посмотрел в глубину главного зала Ордена. В его взгляде чувствовалась наблюдательность. Элеонора проследила за ним и увидела несколько знакомых фигур, идущих навстречу.

— Давно не виделись, Джулиан. Надеюсь, ты помнишь, кто я?

Мужчину с кривой улыбкой звали Альфас Майенд.

За его спиной возвышался Монсеньор Фелхор.

Элеонора сразу поняла, зачем Альфас пришёл сюда.

Как и Фелхор, прежде он состоял в рыцарях Лазурного Льва. Когда-то сумел дослужиться до заместителя командира и считался искусным мечником.

«…Так и знала. Этого следовало ожидать».

При виде Альфаса Элеонора мысленно цокнула языком.

Своей должности он лишился из-за совершённых преступлений. А человеком, который раскрыл их и добился наказания, был стоявший перед ним Джулиан. Один из рисков вступления Джулиана в Орден проявился почти немедленно. Альфас наверняка собрал бывших рыцарей ради мелочной мести.

«Такой высокомерный человек не мог забыть его лицо».

При императорском дворе они сталкивались не раз.

— Простите, но разве мы не встречаемся впервые?

Что? Он его не знает?

Насмешливый ответ Джулиана удивил Элеонору.

Это лицо невозможно было забыть. Она лично видела их конфликты при дворе.

Женщина невольно всмотрелась в Джулиана, но привычная улыбка-маска не позволяла понять его мысли.

— Всё тот же мерзкий тон, ублюдок.

Даже ругань Альфаса прозвучала с лёгкой дрожью.

Похоже, он был удивлён не меньше неё.

О высокомерии Джулиана знали многие, но даже для него подобная наглость поражала.

«Его самоуверенность опирается на непоколебимую веру в собственную силу».

В открыто враждебной обстановке лицо Джулиана оставалось неподвижным, словно гладь тихого озера. Это лишь сильнее подчёркивало его бесстрашие.

— Кхм.

Если ничего не сделать, конфликт неизбежно обострится.

Осознав это, Элеонора откашлялась.

Когда все взгляды обратились к ней, она заговорила:

— Если вы намерены устроить скандал, может, лучше воздержаться?

— Епископ Элеонора, это всего лишь воспитательная беседа — посвящение новичка в Орден Рассвета.

— Вот как? Тогда я тем более вынуждена запретить вам продолжать.

Увидев, что Альфас недовольно кивнул, Элеонора сладко улыбнулась.

— Потому что теперь сэр Джулиан выше вас по статусу.

Альфас прищурился.

— Что это значит?

Элеонора снова кашлянула и продолжила:

— Архиепископ признал сэра Джулиана одним из нас и одновременно даровал ему сан епископа.

— …Что вы хотите этим сказать, епископ Элеонора?

Не обращая внимания на потрясённый шёпот окружающих, она спокойно следила за лицом Альфаса.

Он явно был недоволен, но заговорил осторожно:

— Это правда?

— Мне незачем лгать. С чего бы мне это делать?

Скрежет!

Альфас так громко заскрипел зубами, что звук разнёсся по залу.

— Ну вот, так всё и обстоит.

Джулиан тихо усмехнулся.

Его улыбка выглядела так, словно он открыто издевался над бывшими рыцарями Лазурного Льва.

— Если больше обсудить нечего, я пойду.

С этими словами он развернулся.

Альфас проводил его широко раскрытыми глазами.

Исходившее от него убийственное намерение почти обрело физическую форму и могло взорваться в любой момент.

Но даже под этой зловещей аурой Джулиан невозмутимо прошёл мимо.

«Не зря его называют Дьяволом Северного фронта».

Подумав так, Элеонора последовала за ним.

***

Пока мы шли по коридору, цвет гнева над головой Альфаса разгорался всё ярче, и я мысленно цокнул языком.

«Этот проклятый идиот и правда оставил после себя целую кучу врагов».

Мне и без того хватало раздражения от вынужденного вступления в Орден Рассвета.

А теперь какие-то незнакомые люди ненавидели меня так сильно, что от одной мысли начинала болеть голова.

С чувствами Альфаса всё было предельно ясно. Его переполняла ярость, которая однажды непременно направит на меня клинок.

«Не думал, что один человек способен настолько ненавидеть другого… Или этот тип просто мелочный».

А может, Джулиан действительно был великим талантом — хотя бы в искусстве наживать врагов.

— Я хотела бы вернуться к нашему прежнему разговору.

Элеонора заговорила у меня за спиной.

— Архиепископ поручил вам добыть Камни души.

Камни души.

Сердца демонов с тремя и более рогами. Сосуды, содержащие остаточные мысли Демонического бога.

— Проще говоря, меня просят охотиться на демонов.

— Ну… если выразиться так.

— Но если требование окажется нелепым, я откажусь. В конце концов, я состою в «Закрытых Глазах».

Организация позволяла членам действовать самостоятельно, но, если я переступлю черту, подозрения обязательно возникнут.

Мне требовалось скрывать связь с Орденом Рассвета.

— Не беспокойтесь. Уладить вопрос с «Закрытыми Глазами» будет несложно.

Элеонора говорила уверенно.

Сначала я не понимал, откуда эта уверенность берётся.

Но вскоре всё прояснилось.

Стоило мне вернуться в кабинет и приступить к обязанностям члена «Закрытых Глаз», как я получил неожиданную новость.

— Сэр Джулиан! Из императорского секретариата пришло задание на уничтожение трёхрогого демона!

Не обращая внимания на панику Лазлота, я пробежал глазами приказ в его руках. Сразу после вступления в Орден Рассвета мне поручили охоту на трёхрогого демона. Тогда подозрение, давно сидевшее в голове, превратилось в уверенность.

«Похоже, Орден Рассвета протянул свои нити и в императорский секретариат».