Причина разделения власти проста: не позволить нескольким людям полностью её присвоить.

Система сдержек должна ограничивать злоупотребления и заставлять руководителей осторожнее принимать решения ради будущего Ордена Рассвета.

«Хотя, если честно, это лишь красивое оправдание».

Я знал правду: делится власть или нет, то, что должно произойти, всё равно произойдёт.

Если бы меня действительно волновало будущее Нового Ордена Рассвета, следовало бы глубже продумать устройство и тщательнее подобрать слова.

«Но меня оно не волнует».

Я хотел выбраться из этой ситуации.

Именно это неизменное желание привело меня сюда.

Разумеется, нельзя было просто уйти и проигнорировать последствия. Поэтому старался оставить вместо себя как можно больше других целей, способных притянуть внимание.

— Мы выберем трёх архиепископов. Они будут сдерживать друг друга, и самоуправство, подобное поступкам Тенелона, больше не повторится.

— Хм, троих? Вы даже точное число определили. Значит, уже решили, кого назначить архиепископами, господин Джулиан?

Колпаран заговорил, тихо посмеиваясь.

Ещё мгновение назад он был серьёзен, а теперь заметно расслабился. Настоящий старый лис — уже учуял запах власти.

— Да.

— Тогда назовите их. Раз вы отказываетесь от должности Верховного понтифика, наверняка подготовили дальнейшие меры.

— Первая, разумеется, госпожа Элеонора — действующий архиепископ.

Я указал на неё, словно ответ был очевиден.

Элеонора оставалась единственным человеком в Ордене Рассвета, уже носившим этот сан.

— Даже после переустройства ордена она сохранит должность.

— А двое других?

— Один из них — вы, господин Колпаран.

Я указал на старика, и тот понимающе кивнул.

— Хе-хе. Господин Джулиан, ваша высокая оценка почти довела меня до слёз.

— Разве ваши слёзные железы ещё не высохли от старости?

— Молодые люди вроде вас, Уберон, не знают: с возрастом плачешь только чаще.

Даже отвечая на поддразнивание, Колпаран довольно поглаживал бороду.

— Я всё ещё не могу это принять, господин Джулиан!

Пинтель снова вскочил, открыто возражая против решения.

Я посмотрел на него.

— Принимаете вы или нет, я уже всё решил.

— Но…

— Не пытайтесь спорить. Особенно здесь, архиепископ Пинтель.

Пинтель был третьим кандидатом. Услышав слово «архиепископ», он дёрнулся: мой отказ его растерял, но повышение явно обрадовало.

«Теперь даже ты не сможешь возражать».

Если он продолжит спорить при таком количестве епископов, то публично отвергнет оказанную мной честь и сам повредит своему положению.

— Предлагаю упразднить должность верховного жреца и управлять орденом через трёх архиепископов.

— Я не возражаю.

— …Вы действительно уверены?

Элеонора спросила ещё раз.

Уверен ли я?

— Разумеется.

На этот раз слова полностью совпадали с мыслями.

***

Освободившись от тревоги, связанной с должностью верховного жреца, я с облегчением ухаживал за бонсай.

«Хобби и правда становится приятнее, когда голова свободна».

На случай осложнений я подготовил куда более длинную речь, но архиепископы, к счастью, почти не сопротивлялись.

Даже Пинтель, которого я считал главной преградой, в итоге согласился.

«Хотя это странно».

Слишком легко он уступил.

Я отказался от высшей должности и остался обычным епископом. Услышав подобное, Пинтель должен был пускать пену изо рта и кувыркаться от ярости.

«Но тем лучше».

Разделить власть между тремя людьми было действительно разумно.

Они будут сдерживать друг друга, а я отступлю и перенаправлю внимание на них. Выиграют все.

«Постепенно исчезну из центра Ордена Рассвета».

Идеальный исход — окончательно вырваться из тени ордена.

— Хе-хе…

Мысль о свободе вызвала невольный смех.

Отражение в окне выглядело настолько злодейски, что пришлось сдержаться.

— Всё-таки приятно избавиться от давнего беспокойства.

Даже навязанная вежливая речь сейчас почти радовала.

— Гр-р.

Почувствовав хорошее настроение, Анжелика выбралась из тени и начала игриво ко мне ластиться.

Обычно я велел бы ей вернуться, но сегодня позволил резвиться.

«Хорошо».

Почему бы не найти новое увлечение?

Например, путешествия.

Желательно за границу.

***

На следующий день после отказа Джулиана три архиепископа вынужденно собрались снова. Никаких планов дальнейшего управления Новым Орденом Рассвета они заранее не обсуждали.

— Никогда не думал, что он откажется от должности и отойдёт в сторону!

Колпаран, ставший одним из новых архиепископов, не скрывал удивления.

— Должно быть, вы особенно потрясены, господин Колпаран. Благодаря уходу господина Джулиана перед вами освободился путь наверх.

Пинтель резко обратился к старику. Возможно, Джулиан именно этого и добивался: выбор трёх архиепископов оказался мудрым решением. Элеонора, Колпаран и Пинтель были словно вода и масло: они отвечали за разные области и не могли объединиться в единую силу.

— Когда тень Джулиана исчезнет, вы собираетесь действовать как настоящий старый лис?

— Хе-хе. Пинтель, вы видите лишь поверхность.

— Что?

Колпаран погладил бороду.

— Тень Джулиана не исчезла. Напротив, после отказа от должности и назначения трёх архиепископов она стала ещё отчётливее.

— О чём вы?

— Подумайте хоть немного. Верность окончательно ослепила вас?

Колпаран стукнул посохом по полу и прищурился, глядя на Пинтеля.

— Став архиепископом, я не получил власть. Скорее…

Тц.

Он цокнул языком.

— Я оказался ещё глубже под его тенью.

— Что это значит?

— Посмотрите, как изменился Новый Орден Рассвета. Прошло лишь несколько дней после упразднения должности Верховного понтифика.

За эти дни поведение епископов уже стало иным.

— Ради расположения Джулиана они пойдут на всё. Он показал, что в Новом Ордене Рассвета действительно можно получить высокую должность.

— Показал возможность?

— Речь о нас.

На вопрос Пинтеля ответила Элеонора.

— Он гарантировал награду тем, кто помогал ему.

Она ненадолго замолчала.

— Господин Джулиан показал это всем. Каждый знает, что мы трое поддержали его в борьбе с Тенелоном.

Пинтель начал понимать скрытый смысл.

— Гарантированная награда за помощь… Вот что он продемонстрировал.

— Да. Теперь епископы изо всех сил будут добиваться его благосклонности.

— В отличие от Тенелона, он не раздаст должности по одной прихоти.

— Хе-хе. Забавно слышать это от человека, который стал епископом именно по прихоти Тенелона.

Выслушав остальных, Пинтель наконец осознал, почему Джулиан отказался от высшей должности, оставшись простым епископом и возвысив его до архиепископа.

— Даже без титула Верховного понтифика господин Джулиан крепко держит Новый Орден Рассвета в руках.

Восхищение переполняло его.

Как далеко тот всё просчитал.

— Более того, оставшись епископом, он отошёл назад и избежал внимания, которое притягивала высшая должность.

— Именно.

— Серый кардинал. Теперь этот титул подходит ему лучше всего.

Архиепископы больше не были вершиной власти. Они превратились в посредников, передающих слова Джулиана.

«Пока что епископы могут начать действовать слишком рьяно».

Колпаран решил, что в ближайшее время лучше соблюдать осторожность.

***

Я листал столичные путеводители, пытаясь разгрузить голову, когда внезапный доклад Лазлота заставил поднять взгляд.

— Бывший глава рода Крайпарт и прежний председатель Совета дворян господин Орнн просит о серьёзной встрече.

«Орнн?»

Зачем этому упрямому старику встречаться со мной? Впрочем, теперь Орнн Крайпарт больше не казался мне ровней. Если ему что-то нужно, пусть назначает встречу или приходит лично. Иного способа связаться со мной он уже не заслуживал.

«Как высокомерно».

Я усмехнулся собственным мыслям и посмотрел на Лазлота.

— По какой причине?

Я знал, что после потери поста председателя Орнн скрипит зубами от ненависти ко мне.

Но сделать он мог немного. Сила рода Крайпарт находилась у Обена, а личная власть Орнна исходила от Совета дворян.

— Звучит нелепо, но нынешнее положение заставило господина Орнна обратиться к вам за помощью.

— Хочет вернуть должность председателя?

Как восстановить уже упразднённый пост? Даже моего влияния для этого недостаточно.

— Нет. Епископы, состоящие в Совете, начали выдвигать против него совершенно нелепые предложения.

Безумные решения?

— Если так продолжится… господина Орнна, вероятно, отправят на Северный фронт.

Что?

Орнна — на фронт?

Честно говоря, мне было безразлично, куда отправится старик. Какое это имеет отношение ко мне?

Проблема заключалась в другом.

«Что, блять… вообще происходит?»