Святой Меч Хейден Райх.

Я стоял с обнажённым клинком перед главным героем «Let’s Kill the Demon King Now» и чувствовал, как перехватывает дыхание. Инстинкты, связанные с мечом, бушевали во мне даже сильнее, чем во время поединка в Святом королевстве. Из-за усиления эмоций чертой «Открытые глаза»?

Нет.

«Один из нас точно умрёт».

Я не сомневался: эта битва закончится смертью либо моей, либо Святого Меча.

Хейден и Джулиан. Учитель и ученик. Свет и тьма.

Пусть известные мне отношения между ними сильно изменились, взаимное понимание всё ещё существовало.

Проблема лишь в том, что по обычным человеческим меркам наше «понимание» выглядело совершенно ненормальным.

Хейден мгновенно сократил расстояние. Я лишь на миг отвлёкся на мысли — и его меч уже оказался у моей шеи.

— Кх…

Лязг!

Я развернул корпус и отвёл удар, но Хейден тут же продолжил наступление, словно заранее знал моё следующее движение. Собираясь заблокировать следующую атаку и контратаковать, я шагнул вперёд правой ногой, однако он будто прочитал это движение и одновременно отставил другую ногу назад.

«Разумеется».

В каждом движении Хейдена ощущалась твёрдая решимость не подпускать меня на опасную дистанцию.

«Чтобы использовать силу и преимущества тела, мне нужно заманить противника хотя бы в пределы четырёх шагов».

Но сократить дистанцию до четырёх шагов было невозможно. Святой Меч знал об этом и постоянно удерживал расстояние в пять шагов, не прекращая атаковать: стоило мне попытаться приблизиться, как он исчезал, словно по волшебству, а когда я отступал, пытаясь выманить его к себе, следовал за мной, сохраняя идеальную дистанцию.

«Тяжело».

В отличие от столкновения в Святом королевстве, сейчас Хейден сражался всерьёз. Даже нынешнее тело Джулиана едва выдерживало давление.

Это был мой наставник.

Святой Меч.

Главный герой.

Мысли проносились вихрем, но среди них я сумел уловить смысл его действий.

«Удлинить шаг и прорваться».

Именно этого противник и ждал.

Длинный шаг переносит вес вперёд и лишает возможности мгновенно отступить.

«Но короткими шагами я никогда не сокращу расстояние и не втяну его в свою зону».

— Если будешь думать только об этом, никогда не подойдёшь, — будто прочитав мои мысли, сказал Хейден.

Во мне мгновенно вспыхнуло упрямство, и захотелось поступить наперекор здравому смыслу. Я согнул колени, резко оттолкнулся от земли и одним рывком сократил дистанцию — этот приём не раз приносил мне победу.

— Дурная привычка.

Меч Хейдена направился к согнутому колену.

Клинок летел в чуть выдвинутую вперёд ногу, и я инстинктивно отдёрнул её.

Тупой удар!

Что-то врезалось мне в лицо.

— Кх…!

Что это было?

Я точно следил за его мечом.

Оказалось, меня ударили ножнами.

Даже «Открытые глаза» не полностью притупили боль. Губа онемела, а во рту появился слабый металлический привкус.

— Ты слишком торопишься сокращать расстояние. Тот, кто хорошо тебя знает, с самого начала будет ждать именно этого.

Строгий укор наставника оказался точным. Он был прав, но внутри всё равно начало кипеть, и, не обращая внимания на боль, я продолжил наступать, сознательно пропустив несколько ударов.

— Вторая дурная привычка.

Однако расстояние не сокращалось.

Неумолимый меч Хейдена не позволял подойти, и мне приходилось отступать всё дальше.

— Разозлившись, ты действуешь безрассудно.

Его спокойный голос сопровождал очередной быстрый выпад.

— Блять!

Я пригнулся, но снизу в живот ударили ножны.

— Аргх!

Больно!

На этот раз даже усиленные «Открытыми глазами» эмоции не помогли. Боль была чудовищной.

— Ух…!

И всё же я стиснул зубы и снова начал сокращать расстояние.

Между нами оставалось пять шагов.

Моя идеальная дистанция — три.

Я отвоевал один шаг, и на губах Хейдена появилась улыбка.

Он ожидал и этого. Рука с мечом медленно двинулась.

«Ты всё рассчитал».

Казалось, выхода нет, но клинок до тела не добрался.

Лязг!

Меч коснулся бока, однако вместо звука рассечённой плоти раздался металлический звон.

— Хм?!

Хейден впервые удивился.

Разумеется. Он был уверен, что под одеждой нет защиты.

Но у меня имелась Анжелика. Затвердев, надёжный демон отбил удар.

Три шага.

Наконец-то я вошёл в свою зону силы.

По телу Хейдена потекла голубоватая аура — его уникальная техника «Единство меча и тела».

— Может, хватит уловок?

— Ха-ха. Разве это не плод моих трудов?

Я тоже окутал Лунный камень лунным сиянием.

Клинки столкнулись, разбрасывая искры.

— Кх…!

Меч Хейдена постепенно разрушался.

Иначе и быть не могло.

Лунный камень был самоцветом и сам по себе уступал стали в прочности, но Лунный Меч делал его твёрже любого металла. К тому же теперь между нами было три шага — на этой дистанции я был уверен, что одолею кого угодно.

Даже своего наставника.

— Ты силён! Настолько, что уже трудно понять, кто здесь ученик!

Хейден усмехнулся с непривычно живым восторгом. Теперь он сам выглядел претендентом, который всеми силами пытался прорваться в область моей абсолютной уверенности: как истинный мечник, он даже в смертельной схватке искал новое озарение.

Лязг!

Но дух претендента не мог победить разрушенное тело.

После десятков, почти сотни обменов ударами меч Хейдена сломался. Его тело покрывали раны.

— Удивительно.

Не являясь полноценным сосудом, он всё же двигался с невероятной скоростью, окружённый демонической энергией.

— Теперь удовлетворены?

Последний обмен.

Я мог бы закончить всё одним ударом по шее, однако первобытные инстинкты Джулиана наконец успокоились.

— Фух…

Хейден коротко выдохнул.

— Старость — досадная вещь. Жаль покидать подобное удовольствие.

В его глазах всё ещё горел боевой азарт.

— Я попросил убежища в Святом королевстве и подселил в тело демона, пытаясь вернуть молодость, но так и не смог снова достичь своего расцвета.

И всё же я понимал: этим азартом он скрывает другое.

— Даже Чаша Демонического бога, помещённая в тело, не вернула былую силу.

Хейден усмехнулся, почти как злодей.

— Но вы добились главного. Убрали Чашу Демонического бога из мира.

— Хм.

Он ненадолго замолчал.

— Ты заметил?

Не заметить было невозможно.

Я лично видел его благородство и достаточно хорошо понимал этого человека. Хейден ушёл в Святое королевство, чтобы превратить собственное тело в сосуд. В сюжете существовало два способа избавиться от влияния Чаши Демонического бога: первый — поместить внутрь реликвию вроде Колокола Безмолвной Ночи, подавляющую демоническую энергию, и спрятать Чашу где-нибудь в мире; второй — сосуд должен добровольно поглотить Чашу и погибнуть вместе с ней.

«Вот ради чего он в одиночку сражался в Святом королевстве».

Превратить себя в сосуд.

Поглотить Чашу.

И покинуть мир вместе с реликвией, угрожавшей Империи.

— Пока существует Чаша Демонического бога, демоны всегда будут угрожать континенту. Нет, прежде всего Империи.

Его непостижимая любовь к Империи неизменно была главным мотивом героя.

— Императорская семья предала ваши ожидания. Даже император уже не тот человек, которому вы когда-то служили.

Почему же он всё равно продолжал действовать ради Империи?

— Разве непонимание со стороны любимого — причина перестать любить?

У меня по-настоящему заболела голова.

Невозможно было придумать фразу, сильнее соответствующую Хейдену Райху.

— И тебе я хочу передать то же, Джулиан.

— Что именно?

— Кхе!

Хейден выкашлял сгусток крови.

Тёмно-фиолетовый, пропитанный злобой и остаточной волей Демонического бога.

— Разве ты не говорил, что не понимаешь меня?

Любовь к Империи.

Джулиан принимал её за слепую преданность и не понимал постоянной сдержанности Хейдена.

Именно это когда-то разлучило учителя и ученика.

— Ты такой же.

Бульк. Бульк.

Внутри Хейдена что-то забурлило.

Остаточная воля и зло, заключённые в Чаше Демонического бога, переплетались и пожирали его тело.

— Горькая последняя разлука. Только теперь наша долгая, но хрупкая связь должна оборваться.

Даже перед лицом смерти он говорил спокойно.

— Сделай то, что должен, Джулиан.

Я знал, что требуется: чтобы уничтожить Чашу, нужно отсечь голову сосуда и даровать миру покой. А мне это должно было принести то самое спокойствие, которого я так отчаянно искал.

«Но…»

Отрубить голову Святому Мечу означало стать ближе к истории Джулиана, которую я ненавидел.

— Ты и правда…

— Не провожай меня как учителя. Проводи как равного мечника Империи.

Перед глазами всплыла сцена из трейлера. Я собирался в точности её повторить.

— …сможешь настолько безжалостно отсечь?

— Сделай это сейчас. Безжалостнее всех.

Я неизбежно колебался.

Но даже дрожащая от сомнения рука крепко сжала рукоять Лунного Меча.

После поглощения Чаши Хейдена уже нельзя было спасти.

— Я делаю это не из безжалостности.

Сказав так, я взмахнул мечом.

— Какое облегчение.

После этих слов Хейден замер.

Демоническая энергия, бушевавшая из-за Чаши, начала успокаиваться.

Мой взгляд упал на ножны Хейдена.

«В сильном теле обитает сильный дух».

Я прочёл выгравированные слова. В щель между буквами упала капля.

— Ха-ха.

Из горла вырвался смех.

— Даже сейчас вы остались таким человеком?

По лицу беспощадного палача скатилась единственная слеза.