Подрезав сгнившие корни и снова посадив орхидею, Джулиан спокойно смотрел на Лазлота.

«…Не может быть, чтобы это жестокое чудовище позволило жить тем, кто затаил на него обиду».

Джулиан наверняка знал, что некоторые члены Ордена Рассвета настроены против него. С его характером просто проигнорировать подобное было невозможно.

— При уходе за орхидеями один корень всегда оставляют с внешней стороны. Что-то вроде приманки.

Как всегда, он сломает направленный на него меч, отрубит державшую его руку, а затем оборвёт и жизнь нападавшего.

Разве не так поступал «Улыбающийся Палач»?

«На этот раз он, должно быть, хочет разом уничтожить всех противников внутри Ордена Рассвета».

Если кто и был способен использовать в качестве приманки собственную жизнь, то именно этот человек, лишённый всяких чувств.

«…Кхм».

От леденящей ауры Джулиана Лазлот нервно сглотнул.

— Это всё, ради чего вы пришли?

Джулиан задал вопрос тихим голосом, вырывая его из размышлений.

Перепуганный Лазлот поднял голову. Перед ним были ничего не выражающие узкие глаза и неуловимая улыбка. Он изо всех сил попытался сохранить спокойствие.

— Н-нет. Кроме того, что мы уже обсудили, из секретариата поступили задания для «Закрытых Глаз». На грядущий День Победы требуются люди для охраны императорской семьи.

— Хм…

— Также академии нужен преподаватель фехтования: провести лекцию и помочь на практическом экзамене.

Продолжая говорить, Лазлот был уверен, что Джулиан выберет службу в императорской охране.

— …В День Победы может появиться мой учитель, Святой Меч Хейден Райх.

— А? Да… скорее всего.

Это была возможность увидеть учителя, с которым он разорвал отношения, — Святого Меча Хейдена.

— Какое задание вы выберете? На День Победы…

— Нет. На этот раз мне почему-то хочется работы попроще. Возьму задание академии. Охрану императорской семьи передайте другому члену «Закрытых Глаз».

— Понял. Тогда… Что?

Лазлот невольно переспросил. Такой выбор совершенно не соответствовал привычному Джулиану.

«Кто бы мог подумать, что настолько честолюбивый человек откажется от подобной возможности… Неужели!»

Всё ради чистки рядов «Монсеньоров», подчинявшихся епископу, который готовил засаду.

«Улыбающийся Палач» отказался от задания, полезного для продвижения, и хладнокровно выбрал сцену, на которой собирался казнить враждебные силы.

В столь важную имперскую дату, как День Победы, охрану дворца усиливали. Поэтому часть стражи академии тоже направляли туда.

«Значит, защита академии станет слабее обычного».

Люди, ненавидевшие Джулиана, не упустят такой возможности. Они наверняка нападут, когда он будет исполнять задание в академии.

«И Джулиан именно на это рассчитывает…!»

Осознание, что он намерен использовать День Победы для уничтожения врагов, заставило Лазлота мысленно цокнуть языком.

— Вы не услышали? Я сказал, что беру задание академии.

Лазлот снова сглотнул.

— А, да. Я сообщу командиру Одвин.

В глубине души он лишь надеялся, что приближающаяся буря пройдёт как можно скорее.

***

— Ха-ха…

Заместитель директора Аллом Чорни неловко рассмеялся, вытирая платком выступившие на морщинистом лбу капли пота.

Мы шли по коридору главного корпуса академии Байер. Я на мгновение остановился и посмотрел на него.

— Я действительно просил «Закрытые Глаза» прислать лектора или инструктора…

Для заместителя директора он улыбался на удивление робко.

Хотя причина, разумеется, была во мне.

— Но и представить не мог, что придёте лично вы, господин Джулиан.

— Вот как?

— Я полагал, вы возьмёте одно из заданий ко Дню Победы. Раньше вы всегда выбирали именно их. Ха-ха.

Справедливости ради, Аллом был прав.

Широко известный Джулиан наверняка предпочёл бы службу на Дне Победы, чтобы в очередной раз показать себя императорской семье.

Однако…

«Там может появиться Святой Меч Хейден Райх».

Именно поэтому в этот раз я выбрал задание академии Байер, а не дворца.

— Я ожидал обычного сотрудника, но ваше присутствие — большая честь для нас.

— Хе-хе, не стоит таких слов.

Я легко рассмеялся и ответил так, будто речь шла о пустяке.

— Но… вы точно не возражаете, господин Джулиан?

В голосе Аллома прозвучало беспокойство, и я повернул голову.

— О чём вы?

— Поручение «Закрытым Глазам» также включает… специальную лекцию для учеников, которым предстоит практический экзамен.

«Что?»

Я едва не переспросил, но вовремя сдержался. Нельзя было выглядеть идиотом, который даже не знает подробностей собственного задания.

Кашлянув и взяв себя в руки, я ответил:

— Да, мне известно.

Лицо Аллома сразу просветлело.

Похоже, он боялся, что я откажусь читать лекцию.

Зато теперь тревожиться начал я.

«Мне придётся кого-то учить?»

Честно говоря, от Святого Меча я прятался ещё и потому, что работа помощника на практическом экзамене казалась проще вступительного испытания «Закрытых Глаз».

Но одна мысль о преподавании уже вызывала головную боль.

— Когда же должна начаться специальная лекция?

Я не считал задачу совершенно невыполнимой и постарался спросить о расписании невозмутимо.

— Разве… вы не поэтому пришли сегодня?

«Блядь».

Услышав ответ, я выругался про себя.

***

Академия Байер славилась на всю Адратанскую империю, и её учебная программа была известна своей жестокостью, почти бесчеловечной нагрузкой.

Поэтому специальная лекция была для учеников редкой передышкой.

Линне почувствовала необычно расслабленную атмосферу сразу, как вошла в аудиторию и заняла место.

— Линне, ты пришла? Приглашённого лектора пока нет.

Её поприветствовала однокурсница Паруна, пришедшая раньше.

Коротко ответив, Линне опустилась грудью на парту и спрятала лицо в руках.

«…Устала».

Изнеможение накрыло волной.

Последние две ночи она тренировалась с мечом допоздна и теперь едва держалась. При обычном расписании академии Линне не позволила бы себе настолько изнуряющие занятия, но сегодня ведь была специальная лекция.

— Как хорошо, что сегодня не обычные пары.

— И не говори. На оценки почти не влияет, просто посидим тихо и послушаем гостя.

— Старшекурсники рассказывали, что к будущим рыцарям обычно присылают кого-нибудь из «Закрытых Глаз».

— Значит, простолюдина?

— Ха-ха! И чему нас будет учить простолюдин?

Специальная лекция значила куда меньше остальных занятий, поэтому Линне решила использовать её для отдыха. Перед гостем было немного неловко, но сил не оставалось.

— Лектор пришёл!

Услышав взволнованный голос Паруны, Линне подняла голову и посмотрела на вошедшего человека.

— …Погодите, разве это не?..

— Что? Ох…

Тишина прокатилась по шумной аудитории, словно цепочка падающих костяшек домино.

На кафедру вышел человек, которому здесь совершенно не место.

«…Почему он здесь?»

Линне тоже потеряла дар речи.

Ещё мгновение назад веки наливались тяжестью, но при виде лица лектора сонливость исчезла без следа.

— Я приглашённый лектор от «Закрытых Глаз» — Джулиан Крайпарт Фрейсон. Рад сегодняшней встрече.

Человек, которого она могла назвать заклятым врагом. Одной фразой он завладел вниманием всех учеников. Гул стих, и аудитория сделалась тихой, словно спокойное озеро.

— Не стоит так напрягаться. Сегодня я лишь дам несколько советов перед практическим экзаменом.

Стоя на кафедре, Джулиан с безмятежной улыбкой оглядел зал. Несколько учеников под его взглядом вздрогнули и нервно сглотнули.

Он держался так уверенно, словно регулярно выступал перед аудиторией.

Но у Линне возник один вопрос, который никак не давал покоя.

«…Что он с этого получит?»

Зачем Джулиан добровольно согласился стать инструктором на практическом экзамене?

— Вообще-то на этой специальной лекции мне почти нечего вам сказать.

«Что он несёт?»

Линне нахмурилась.

Пусть это и было заданием «Закрытых Глаз», но слышать от приглашённого лектора, как тот сам обесценивает собственное выступление, казалось абсурдом.

— Ради чего каждый из вас изучает фехтование?

***

В аудитории царило напряжение, на лицах учеников читалась настороженность. Открытой враждебности ко мне никто не испытывал, но и расположением это назвать было нельзя.

«…Неловко».

Я давно привык к подобным взглядам, однако учить людей в такой обстановке было неприятно.

Пытаясь разрядить атмосферу, я задал вопрос, который придумал по дороге.

— Кхм.

Никто не ответил.

Как же стыдно.

Стараясь не показать смущения, я принялся поочерёдно осматривать сидевших в аудитории учеников. Заметив знакомое лицо, мысленно облегчённо вздохнул.

— Похоже, отвечать никто не хочет. Тогда спросим госпожу Линне.

— …Да?

Не ожидавшая, что назовут именно её, Линне вздрогнула и посмотрела на меня.

— Почему вы изучаете фехтование, госпожа Линне?

— Почему вы спрашиваете меня?..

Она уже хотела привычно показать своё недовольство, но резко остановилась.

Сейчас Джулиан был лек-то-ром.

А она — всего лишь сту-дент-кой.

Помня об этом, Линне заговорила самым мягким тоном, на какой когда-либо была способна при общении со мной.

— …А ради чего господин Джулиан совершенствовал фехтование?

Не понимая цели вопроса, она ответила вопросом на вопрос.

Для кого-то он мог показаться простым, но для другого затрагивал слишком личные мотивы. Линне словно безмолвно бросила вызов: «Посмотрим, что ответите вы».

— Разве не очевидно? Ради продвижения по службе.

Но человек за кафедрой не испытывал ни капли стыда и вообще был далёк от нормальности.