В этом мире демонов классифицировали по внешнему виду и количеству рогов.

Однако в игре трёхрогим и более сильным особям давали уникальные имена в зависимости от их особых способностей.

Одним из таких демонов был Зверь Сновидений Гамелин. Он появлялся в лесу Фирун неподалёку от Вернидна. Я так хорошо помнил его имя благодаря печально известной репутации Гамелина.

«Неудивительно, что на вики ему посвятили больше пятнадцати страниц тактик».

Гамелин относился к демонам поглощающего типа. Завершив поглощение определённой территории, он превращал её в собственную крепость.

Входы и выходы, меняющиеся каждый день. Болото, на вид совершенно обычное, но мгновенно отравляющее всякого, кто в него ступит. Демоны, вооружённые всевозможными отрицательными эффектами. Ментальные атаки основного тела Гамелина…

И множество других угроз.

Этот демон был настоящим кошмаром игроков. Поэтому, услышав всего три слова — пограничный город Вернидн, трёхрогий демон и лес Фирун, — я сразу вспомнил Гамелина.

Знание его способностей также подсказало мне, что операцию придётся начать раньше назначенного срока, ещё до Дня Вознесения.

Прошло уже около двух дней, значит, скорее всего, он активизируется завтра.

А если нет — то в день начала торжеств…

— Сэр Джулиан! Маркиз Оронил просит вас немедленно явиться в резиденцию!

Я ожидал этого… но всё произошло быстрее, чем предполагалось.

Нежась под тёплым солнечным светом, я как раз намазывал на хлеб местный деликатес — беконовый джем, — когда в комнату ворвался член «Закрытых Глаз».

Над его головой проступил Цвет Страха.

— П-простите! Я не заметил, что вы едите!

— Ничего. Дело срочное.

Я откусил хлеб, и во рту разлился насыщенный сладко-солёный вкус.

Не зря беконовый джем считался местным деликатесом.

Идеальное начало дня.

***

В резиденции меня первым встретил Оронил. Вчера он держался самоуверенно, а сегодня выглядел так, словно стоял одной ногой в могиле.

Рядом находилась женщина, очевидно его супруга, — такая же бледная и потерянная.

— Вы звали меня, маркиз Оронил.

После вежливого приветствия он медленно поднял голову и посмотрел на меня.

Был ещё только полдень, и с нашей последней встречи не прошло даже суток. Но тревога, избороздившая его лицо, показывала: случилось что-то серьёзное.

— …

Когда маркиз наконец смог заговорить, первым делом он упомянул дочь.

— Моя дочь Терина не просыпается с прошлой ночи.

— Вот как.

— Даже семейный врач не понимает, что с ней произошло…

Оронил говорил как в бреду. Судя по всему, Терина потеряла сознание ещё ночью и с тех пор не приходила в себя.

Причина оставалась неизвестной.

Если даже семейный лекарь не сумел поставить диагноз, для маркиза и его семьи это наверняка стало громом среди ясного неба.

— Терина — моё драгоценное дитя. Она родилась после нескольких выкидышей… Почему это случилось именно с ней?..

На миг я задумался: Джулиан бы над ним насмехался?

Но у меня не хватило бы жестокости издеваться над отцом, который и без того боялся потерять ребёнка.

— Я позвал вас из-за Терины, сэр Джулиан. Я надеялся, что вы знаете, почему она не просыпается.

— Для начала, я не лекарь. Я специалист по уничтожению демонов. Но вы вызвали именно меня, потому что и сами кое-что подозреваете, не так ли, маркиз?

Оронил глухо застонал, охваченный раскаянием.

— Тогда скажу прямо. Как вы и предполагаете, состояние вашей дочери, вероятнее всего, вызвано демоном из леса Фирун.

В его глазах вспыхнула надежда.

Я назвал прежде неизвестную причину болезни и указал на её источник. Лицо, ещё секунду назад казавшееся мёртвым, ожило, и Оронил торопливо спросил:

— Тогда… мы можем начать охоту, которую вчера отложили? Какое теперь значение имеет День Вознесения? Моя дочь…!

— Уже слишком поздно.

Стоило мне назвать виновника, как едва зародившаяся надежда снова погасла.

— Ч-что вы хотите этим сказать?!

— Демона, спавшего в лесу Фирун, называют Зверем Сновидений Гамелином. Это трёхрогий демон поглощающего типа. Он укореняется в земле и превращает окрестности в свою территорию.

Оронил слушал, не отрывая взгляда.

— Поглощая энергию земли, Гамелин рассеивает споры и внедряет семена в окружающих животных.

— Семена?

— Заражённые звери вскоре становятся его марионетками. К счастью, на людей споры почти не действуют. Но есть исключение.

— Какое?

— Дети.

Лицо маркиза мгновенно потемнело. Из моих слов он уже мог понять, что произошло с дочерью.

— Особенно уязвимы дети, у которых недавно выпали молочные зубы. Оставшееся отверстие становится удобным путём к нервам и мозгу.

— Тогда тем более нужно немедленно уничтожить демона!

Оронил сорвался на крик, но мой ответ остался холодным.

— Я уже сказал: поздно. Демон начал действовать. Такие существа не безмозглы, а у трёхрогих и более сильных демонов интеллект развит особенно хорошо.

Такой демон вступает в бой, лишь когда уверен в победе.

— Зверь Сновидений Гамелин пробудился, потому что решил: лес Фирун уже полностью под его контролем. Теперь он будет использовать захваченную территорию, чтобы помешать нам найти его настоящее тело.

— Но даже тогда…

— Пока мы будем блуждать по лесу, ваша дочь умрёт, маркиз Оронил.

Он уставился на меня широко раскрытыми глазами. Над головой вспыхнул цвет гнева, будто маркиз вот-вот ударит меня.

Но вспышка быстро прошла. Красное пламя постепенно угасло.

— Сэр Джулиан… я должен спросить. Если бы вчера я дал вам разрешение, этого можно было избежать?

— Да. Именно поэтому я приехал из столицы.

Из груди Оронила вырвался стон, полный муки. Его жена больше не смогла сдерживаться и расплакалась, а он мягко обнял её.

— Вы хотите спасти дочь?

Услышав вопрос, обращённый к погружённой в отчаяние паре, маркиз снова вздрогнул.

— Э-это возможно?

— Возможно. Но, если говорить точно, ради этого пострадает весь Вернидн.

— Пострадает?..

— Да.

Маркиз понимал, что здесь что-то не так. Но тревога за дочь оказалась сильнее недоверия, и вскоре он был готов поверить каждому моему слову.

Джулиан Крайпарт Фрейсон — имперский Улыбающийся Палач.

У этого персонажа было множество титулов. И одним из них был Мастер уничтожения демонов.

— Ради дочери… я заплачу любую цену.

— Вот как? Тогда хорошо.

Получив согласие, я подавил невольную улыбку.

С моей репутацией улыбка выглядела бы ужасно — словно я забавляюсь, играя жизнью его дочери.

Зверь Сновидений Гамелин.

Как я уже говорил, игроки боялись одного этого имени. После пробуждения он превращал лес Фирун в лабиринт и насылал бесчисленных прислужников, вооружённых отравлением, параличом и прочими отрицательными состояниями. К тому же выходы из лабиринта менялись каждый день, поэтому составить универсальную стратегию было невозможно. Игроки называли Гамелина демоном, набитым чистой злобой разработчиков.

«А стоило пожаловаться на форуме, как тебе отвечали: просто терпи и проходи на силе воли».

Разумеется, я тоже был жертвой этого издевательства.

Из пятнадцати страниц вики примерно семь написал я сам. Даже вспоминать, сколько ярости в них вложено, было страшно.

Теперь я стоял перед этим воплощением разработческой злобы в теле Джулиана. Но, в отличие от прошлых прохождений, совершенно не нервничал. Не потому, что готов был несколько дней мучительно пробиваться через лабиринт леса Фирун. И не потому, что меня не пугали враги с отравлением, параличом и прочими состояниями.

Причина была куда проще.

Из всех тактик я выбрал самую лёгкую и прямолинейную, полностью проигнорировав долгосрочные последствия.

***

— Подготовка завершена, сэр Джулиан. Можем начинать, как только изменится ветер.

— Но… это действительно необходимо?

— Необходимо. Оставить угрозу нерешённой — значит подвергнуть Вернидн смертельной опасности. Игнорировать её было бы глупостью.

— И всё же… сжечь весь лес Фирун…

Члены «Закрытых Глаз» с пустыми бочками из-под масла в руках смотрели на меня в полном недоумении.

— Мы не собираемся сжигать весь лес. Лишь продезинфицируем участок, заражённый демоном.

— Но лес Фирун тесно связан с Днём Вознесения. Разве маркиз Оронил не придёт в ярость?

Я спокойно ответил обеспокоенному мужчине:

— Маркиз уже согласился. Безопасность жителей Вернидна для него важнее праздника.

— Человек, который ещё вчера так яростно возражал, теперь…

Он осёкся и покосился на меня.

Я мягко улыбнулся.

Мужчина кашлянул и низко поклонился.

— Н-нет. Я сказал лишнее.

Стоило ли объяснить недоразумение?

Наверняка он решил, что я принудил маркиза, хотя на деле лишь ясно описал последствия.

— Ветер изменился!

Раздался крик другого члена отряда.

Все — и люди из «Закрытых Глаз», и солдаты Вернидна, присланные Оронилом, — посмотрели на меня.

— Тогда начнём?

Медлить больше не было причин.

По моему приказу солдаты и агенты одновременно бросили факелы в лес Фирун.

Огонь коснулся пропитанных маслом деревьев и мгновенно разросся, превращаясь в пылающего демона.

Треск! Треск!

Искры разлетались по воздуху, едкий дым заполнял окрестности, а я лениво постукивал пальцем по рукояти меча.

Гр-р-р-р-р!

Одновременно раздался полный муки рёв, и земля содрогнулась.

Из самого сердца леса к нам понеслось чудовищное существо, похожее на ожившее огромное дерево, — Зверь Сновидений Гамелин.

— А-а-а!

— Демон! Приготовиться к бою!

При виде несущегося на них трёхрогого чудовища несколько солдат в ужасе осели на землю, а остальные попятились. Не обращая внимания на панику, я шагнул вперёд, обнажил меч из лунного камня и привычно наполнил его аурой. Каким бы жутким ни было это громадное деревообразное тело, бояться не стоило. Из пятнадцати страниц вики четырнадцать и девять десятых были посвящены преодолению крепости Гамелина.

А описание боя с самим Зверем Сновидений занимало жалкие пятьсот знаков.

Раз уж он показал настоящее тело, его судьба была решена.