— Ты… Ты!

Лицо Джошуа налилось краской, руки задрожали, а взгляд стал бешеным. Даже не глядя на «Цвет Негатива» над его головой, нетрудно было понять: эмоции достигли предела.

Одной рукой он прижал быстро краснеющую щёку, другую сжал в кулак.

Стойка, надо признать, была неплохой. Судя по самодовольству, Джошуа действительно немного обучался и был уверен в своих силах.

— Кха!

Шлёп!

Не успел он броситься на меня, как вторая щека тоже вспыхнула от боли.

Он выбрал не того противника.

Джулиана называли непревзойдённым гением. В его глазах Джошуа был всего лишь жалким ягнёнком.

Первый удар понадобился, чтобы спасти мою одежду, но теперь это стало ещё и частью роли Джулиана.

— Ты… опять… ударил меня по лицу?! Жалкий выродок боковой ветви…!

— Разве один из святых Церкви Солнца не говорил: «Если тебя ударили по правой щеке, подставь и левую»?

Шлёп!

С этими словами я снова влепил ему пощёчину.

— Раз уж я ударил по правой, обязан ударить и по левой. А после левой снова наступает очередь правой. Если так пойдёт и дальше… мне придётся бить вас бесконечно.

Со стороны это могло показаться чрезмерным, но судьба Джошуа была предрешена, когда он поднял бокал с вином. Даже если клыки показывал родственник, зверя следовало хорошенько выдрессировать.

Таков был Джулиан.

— Ты… кх…!

Джошуа держался за горящие щёки и смотрел на меня с убийственной ненавистью. Не выдержав, он потянулся к богато украшенной рукояти меча на поясе.

— Д-Джошуа…!

Раздался испуганный крик Ринии.

Одновременно с его безрассудным движением воздух вокруг словно промёрз.

— Обнажите меч?

Я понизил голос, не сводя с Джошуа взгляда.

— Если остановитесь сейчас, всё произошедшее можно списать на семейную ссору. Скажете, что старший брат воспитывал неразумного младшего.

— Кто… кто позволил такому ничтожеству, как ты, называть меня братом?!

— Но в тот миг, когда вы обнажите меч, передо мной окажется уже не Джошуа из семьи Крайпарт, а мечник Джошуа.

Я небрежно постучал пальцами по ножнам на поясе.

Разумеется, вытаскивать меч я не собирался, но Джошуа об этом не знал. Перед собой он видел лишь печально известного Джулиана Крайпарта Фрейсона — именно таким, каким его описывали слухи.

— Вы уверены, что готовы к этому?

Джошуа замер. Жилы на шее всё ещё вздувались, белки глаз налились кровью.

Я медленно двинулся к нему, понимая, что в любой момент он всё-таки может обнажить клинок. Вокруг напряжённо сглатывали гости.

«Фиолетовый».

Но «Цвет Негатива» над его головой подсказывал: до этого не дойдёт. Снаружи Джошуа кипел от ярости, но даже он боялся дурной славы Джулиана.

— Мудрое решение.

Шлёп!

***

Джулиан Крайпарт Фрейсон.

Человек, прославившийся своим хладнокровием, избивал представителя прямой линии прямо на свадьбе Ринии Крайпарт. Гости невольно морщились.

Да, Джошуа наговорил немало мерзостей, однако Джулиан явно зашёл слишком далеко. Достаточно было взглянуть, как распухли обе щеки юноши. В обычной ситуации подобное поведение следовало осудить.

«…Как же приятно».

Но Айлин испытывала не осуждение, а удовлетворение.

Джошуа Крайпарт учился в академии Байер и пользовался там дурной славой. Он собирал вокруг себя шайку и издевался над простолюдинами, срывал занятия преподавателей невысокого происхождения и творил всё, что ему вздумается.

За спиной Джошуа стояло могущество семьи Крайпарт, поэтому академия почти ничего не могла с ним сделать. И теперь, наблюдая, как Джулиан одну за другой отвешивает ему пощёчины, Айлин ощущала странное, почти неприличное облегчение.

«…Мне не следует так радоваться».

Она кашлянула, беря себя в руки, и направилась к Джулиану. Айлин хотела потребовать, чтобы он прекратил устраивать сцену и не создавал Ринии ещё больше проблем, но её опередили.

— Х-хватит, Джулиан.

В спор вмешался третий сын семьи Крайпарт — Геранд Крайпарт, поспешно вошедший в зал.

— Старший брат, вы здесь.

Джулиан изящно улыбнулся ему. Ни раскаяния, ни колебаний за этой улыбкой не было. Он искренне считал свои действия правильными.

— На вас смотрят гости. Может, уже остановишься?

Геранд встал перед Джошуа и, обливаясь холодным потом, заговорил дрожащим голосом.

— Я всего лишь воспитывал зарвавшегося младшего брата. Уверен, остальные всё понимают.

— Боковой ублюдок…! Кто тебе брат?!

— Хватит, Джошуа! Разве не ты первым оскорбил Ринию и Джулиана?

— Н-но… старший брат Геранд.

Джошуа явно рассчитывал на поддержку, однако Геранд неожиданно встал не на его сторону.

— Само присутствие этого ничтожества на таком празднике уже…

— Не желаю слушать! Ты устроил скандал на мероприятии семьи Крайпарт и опозорил наше имя!

— Но почему… Почему вы защищаете его?..

— Уходи! Пусть старейшина и благоволит тебе, твоё поведение бесчестит семью!

После этой отповеди Джошуа посмотрел на Джулиана с неприкрытой ненавистью, зажмурился и, униженный, покинул зал.

— Прошу простить нашего незрелого брата, Джулиан.

Проводив Джошуа взглядом, Джулиан повернулся к Геранду.

— Ничего страшного. Я ожидал чего-то подобного ещё до прихода.

— И ты прости меня, Риния.

— Всё хорошо, старший брат. Джошуа ещё молод, такое бывает.

Поклонившись Ринии, Геранд также слегка кивнул Айлин в знак извинения.

— Кстати, старший брат Геранд, глава семьи не приехал на торжество?

— Ты об отце?

— Да.

— У него появились дела, поэтому я прибыл как его представитель.

— Понятно.

В голосе Джулиана прозвучало разочарование.

Затем он внезапно поправил одежду и подошёл к Ринии.

— Старшая сестра Риния, прошу простить меня за этот шум.

— А? Да ничего, правда.

— Нет. В такой единственный в жизни день я устроил сцену.

— Ну, знаешь ли, никто не гарантирует, что он у меня будет единственным.

Риния ответила двусмысленной шуткой, и Джулиан тихо рассмеялся.

После короткого разговора она вместе с Герандом ушла приветствовать остальных гостей. Айлин осталась с Джулианом наедине, и между ними сразу повисла неловкая тишина. Её взгляд заметался по сторонам.

— О.

Она заметила его запонки — те самые, которые в раздражении подобрала в универмаге «Сто нарядов».

— Вы так издевались над моим вкусом, а теперь всё-таки надели то, что выбрала я?

Айлин победно улыбнулась, вспомнив, как Джулиан насмехался над её чувством прекрасного.

— Разве? Не припоминаю.

На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Вот как вы решили себя повести?

Айлин слегка надулась.

— Для человека, который ничего не помнит, вы удивительно точно выбрали мои запонки, пуговицы и ремень.

— Простое совпадение.

— …Слишком уж много совпадений!

Его наглость начинала раздражать.

Этот человек был настолько переполнен гордостью, что никогда не склонял головы и не признавал чужой правоты, если она расходилась с его убеждениями. Даже если гордость однажды раздавит его своим весом, он всё равно не признает…

— Я шучу. Вы правы, Айлин. Эта одежда… мне действительно нравится.

— …Что?

— Как и ожидалось от представительницы семьи Донасьен.

Шутка, похвала и признание прозвучали совершенно внезапно. Услышав такое из уст Джулиана, Айлин на мгновение лишилась дара речи.

Она думала, что от одного признания чужой правоты у него язык отвалится.

Похоже, не отвалился.

— Тогда мне пора.

— А… Уже?

От неожиданности её голос дрогнул, а щёки сами собой покраснели.

— Я не настолько бессердечен. Моё присутствие ведь заставляет остальных чувствовать себя неуютно.

Шум, поднятый Джошуа, уже улёгся, и в зале стало спокойнее, однако дурная слава имени Джулиана никуда не исчезла. Гости продолжали украдкой поглядывать на него.

Для них одно его присутствие означало неприятности.

— Я и пришёл лишь поздороваться. Просто по пути возникли лишние помехи.

С этими словами Джулиан покинул зал.

Айлин испытала странное дежавю. Казалось, она уже слышала от него нечто похожее.

Когда же?

Точно. В годы учёбы в академии Байер.

— Будто вы поймали в ладони звёзды. Поистине прекрасное заклинание, достойное магического рода Донасьен.

Воспоминание вспыхнуло с пугающей ясностью.

В тот день Джулиан впервые признал её способности.

Там, под цветущими вишнями на заднем холме академии…

— А-а-а-а…

Вспомнив то, что предпочла бы навсегда забыть, Айлин схватилась за голову и тихо застонала.

***

Глава семьи не приехал.

Я явился сюда ради Камня души, принадлежавшего дому Крайпарт. В игре он находился у главы семьи, а значит, без него задерживаться на празднике не имело смысла.

«Хотел заполучить Камень души, а хозяина нет…»

На языке появился горький привкус.

Представится ли мне ещё такая возможность? Глава семьи ненавидел Джулиана, несмотря на его принадлежность к боковой ветви, поэтому не было никаких гарантий, что он вообще согласится меня принять.

«Проблема».

Я потёр ноющие виски и услышал, как меня окликнули.

— Джулиан!

Из зала быстрым шагом вышла Риния — всё такая же сияющая, как при нашей встрече.

— Уже уходишь? Я надеялась, что ты останешься до конца.

Вместо ответа я лишь улыбнулся.

Риния, похоже, поняла причину и кивнула, а затем достала из-за пазухи маленькую неприметную шкатулку.

— Ты ведь пришёл на мою свадьбу, чтобы увидеться с отцом? Хотел забрать это?

— Это…

— Память о твоей матери.

«Память о матери?»

Я с недоумением принял шкатулку. Она была грубой и слишком простой для драгоценностей.

— Когда я выбирала свадебные подарки в хранилище самоцветов, случайно наткнулась на неё. Сразу вспомнила о тебе и вынесла. Ты ведь сильно поссорился с отцом из-за этой вещи?

— Да. Было такое.

Я кивнул, хотя понятия не имел, о чём она говорит.

Значит, у Джулиана был ещё и подобный конфликт с семьёй.

— Я сделала вид, что выбрала её в качестве свадебного подарка, и тайком забрала для тебя.

— …Спасибо.

Риния тепло улыбнулась, явно довольная моей благодарностью.

Шкатулка была мне незнакома, но при одном прикосновении к ней грудь наполнилась странным теплом и нежностью.

А внутри находился…

«…Камень души».

Тот самый Камень души, которым владела семья Крайпарт.

Невероятно, но в шкатулке лежал кулон, изготовленный из него. Получается, он принадлежал матери Джулиана.

Раз это память о ней, значит, она уже умерла.

Я провёл пальцем по центральному камню кулона. В отличие от Камня души, добытого в лесу Фирун, этот прошёл магическую обработку и почти не излучал остаточной ауры.

— Не думал, что получу его таким образом.

— Что ты сказал?

— Ничего. Спасибо, что вернули мне вещь матери.

Ещё раз поблагодарив Ринию, я посмотрел на шкатулку в своих руках.

Холод металла отзывался в сердце неожиданной болью.

Тоскливое желание.

Мягкое тепло.

Печаль, в которой всё равно чего-то не хватало.

Эти чувства принадлежали не мне.

Они, без сомнения, были чувствами Джулиана.