— Мы прибыли, господин Джулиан.

Голос кучера отвлёк меня от пейзажа за окном кареты.

Перед глазами возник особняк семьи Годрихт — одного из четырёх великих родов Империи Адратан.

Здание поражало размерами и роскошью. Даже у ворот толпились люди.

Когда дверь кареты открылась и я вышел, из особняка торопливо приблизился дворецкий.

— Г-господин Джулиан! Огромное спасибо, что нашли время в плотном расписании! Молодой господин Альба будет счастлив!

— Вы получили приглашение на день рождения Альбы Годрихта, старшего сына семьи.

— Понял. Тогда пойду.

— Что? Правда?

— Раз командир Одвин настолько искренне просит, один раз сделаю исключение.

Так я и оказался на праздновании дня рождения Альбы Годрихта.

Дворецкий встретил меня крайне почтительно, однако глаза выдавали потрясение.

«Одвин тоже удивилась».

До сих пор, изображая Джулиана из «Закрытых Глаз», я лишь казнил дворян и охотился на демонов. Других обязанностей почти не выполнял.

Мысль о том, что именно я буду представлять организацию, даже мне казалась нелепой.

Одвин объяснила это так:

— Как ни крути, именно вы являетесь лицом «Закрытых Глаз». К тому же само приглашение говорит о немалой смелости, не находите?

И действительно.

Кто вообще станет звать Улыбающегося Палача на праздник?

Даже если я не приду, семья всё равно сможет похвастаться тем, что осмелилась отправить приглашение Джулиану.

А если я неожиданно соглашусь, они тем более смогут заявить: «Мы способны и на такое».

— И ещё кое-что. Знаете, старший сын Годрихтов восхищается вами.

Однако добавленные Одвин слова окончательно сбили с толку.

Восхищается мной?

Точнее, Джулианом?

Это звучало так же нелепо, как демон, рассуждающий о человечности.

«Совершенно не понимаю».

Но раз они проявляли доброжелательность, я решил воспользоваться шансом и наладить отношения.

В мире, где переплелись десятки интриг и в любую секунду могло произойти что угодно, мне не хотелось, подобно игровому Джулиану, в одиночку идти против всех.

К тому же…

«Связь с одним из четырёх великих родов просто так не получить».

Следуя за дворецким к банкетному залу, я заметил выглядывавший из-под рубашки край бинта.

Рана, полученная от Пинтеля в «Пламени Заката».

Слабая боль раздражала, но тугая повязка немного помогала.

«С первого взгляда незаметно. Но если присмотреться, могут увидеть».

Вряд ли кто-то догадается, что я получил эту рану, действуя как Чёрный Рыцарь.

— Что-то не так, господин Джулиан?

Я на мгновение остановился, и дворецкий вопросительно посмотрел.

Сдерживая дискомфорт, я улыбнулся и непринуждённо ответил:

— Здесь выставлены впечатляющие произведения. Правда, среди них немало подделок. Ху-ху.

— Н-нет! В нашем доме не может быть подделок…

— Вот как? Тогда продолжим.

Оставив растерянного дворецкого, я уверенно направился дальше. Банкетный зал был устроен безупречно и сразу показывал, почему семья Годрихт господствует в светском обществе. Частично открытый купол разделял внутреннее и внешнее пространство, создавая впечатляющий контраст.

— Г-господин Джулиан! Не думал встретить вас здесь!

Пока я осматривал интерьер, меня окликнули напряжённым голосом.

Кто вы… А! Лысина!

Это был Аллом Чорни, заместитель директора Академии Байер, с которым я познакомился во время работы преподавателем.

Его сияющую голову забыть невозможно.

— Я тоже не ожидал увидеть господина Аллома.

— Ха-ха… Академию Байер давно связывают тесные отношения с семьёй Годрихт.

Связь с одним из великих родов.

Наверняка речь шла о покровительстве. Пусть Академия и была государственной, от пожертвований она не отказывалась.

— Особенно приятно видеть вас, ведь на подобных встречах вы почти не появляетесь.

— Вот как?

— Да, ха-ха!

— Но… кажется, остальные не разделяют радость.

Громкий смех Аллома постепенно затих. Он тоже ощущал окружающую атмосферу.

Собравшиеся дворяне косо смотрели и шептались. Некоторые буквально желали мне смерти — вероятно, были связаны с людьми, которых когда-то устранил Джулиан. Казалось, они готовы убить меня одними взглядами. К счастью, я уже привык и почти не испытывал отвращения.

Не впервые.

— В-все просто немного напряжены вашим присутствием. Имя императорских «Закрытых Глаз» всё-таки не обычное. Ха-ха.

Аллом пытался истолковать настроение оптимистично, хотя и сам понимал невозможность.

— О, господин Юлиус! Рад встрече!

С неловкой улыбкой он быстро переключился на другого дворянина вдалеке.

Оставив его, я направился к куполу и заметил там неожиданного человека.

«…Элеонора?»

Епископ Ордена Рассвета и маг пятого ранга Барко, овладевшая элементом Тени, Элеонора Д’Мишель находилась среди гостей.

Но выглядела не так, как в ордене. Она изменила внешность своей фирменной магией Тени.

А точнее, вероятно, именно это и было настоящим обликом Элеоноры Д’Мишель.

«Поздороваться?»

Мысль мелькнула, но действий не последовало.

Шаги за спиной были тихими, но не скрытными. Если бы человек скрывал своё присутствие и излучал убийственное намерение, я уже потянулся бы к мечу. Сделав вид, что не замечаю, я остался на месте.

— Великолепная работа, не правда ли, господин Джулиан? Её создала Этерона, ученица Корсиуса.

Слегка повернув голову, я увидел молодого человека с робким и мягким выражением лица.

— Э-Этерона училась у великого художника Корсиуса, но прославилась не живописью, а интерьером и архитектурой. Вы ведь прекрасно это знаете, господин Джулиан?

Джулиан, возможно, и знал.

Я — ни черта.

Но этот парень, должно быть…

«Похоже, Альба Годрихт».

Стоило хрупкому юноше приблизиться, как взгляды окружающих едва заметно переместились к нему.

Разумеется. Он главный герой сегодняшнего банкета.

Рядом с ним стоял суровый мужчина.

— Молодой господин Альба.

Дворецкий тихо обратился, и юноша спохватился.

— П-простите, господин Джулиан. Следовало сначала поприветствовать вас, но я слишком обрадовался встрече…

Старший сын одного из четырёх великих родов, семья которого господствовала в светских кругах.

«Какой беспомощный дурак».

Первое впечатление было не лучшим.

Однако он упомянул, что мы встречались прежде. Значит, наладить связь будет проще: общая история поможет поддержать разговор.

«Где мог пересечься этот робкий наследник и Джулиан?»

Не в высшем обществе — Джулиан там почти не появлялся.

Ауры у юноши не чувствовалось, значит, мечом тоже не занимался.

Максимум — случайная встреча во дворце.

— Да. Прошло немало времени со встречи в императорском дворце.

— …Простите?

По растерянному лицу Альбы я понял, что ошибся.

Не дворец?

— В-вы имеете в виду симпозиум Императорской ассоциации искусств?..

Императорская ассоциация искусств?

Название показалось знакомым.

Именно оно встречалось среди многочисленных счетов на имя Джулиана, где с него вымогали деньги под видом «членских взносов».

— Вы полагаете, что я ошибся?

— Нет-нет! Господин Джулиан не мог ошибиться.

Хотя Альба по-прежнему выглядел озадаченным, он отчаянно замахал руками.

Мне пришлось продолжать.

— Ошибки нет. Стиль того зала напоминал императорский дворец. Кажется, тогда я и сказал: «Будто нахожусь во дворце».

Раз уж я начал изображать знакомство, отступать было поздно. В такие моменты играть Джулиана особенно мучительно. Приходилось без тени стыда сохранять невозмутимое лицо и говорить свысока.

— Вы действительно это сказали?

— Не помните?

— Стиль дворца представляет сложное сочетание работ множества архитекторов и художников, и… Ах!

Глаза Альбы расширились, словно он что-то понял.

— Среди мастеров, участвовавших в строительстве дворца, наверняка был человек, оформивший тот зал! Теперь понимаю, что вы хотели сказать.

— Ху-ху.

Я ограничился короткой улыбкой.

Восхищение во взгляде Альбы стало ещё ярче.

«…Неужели сама атмосфера заставляет людей додумывать?»

Даже когда говорю абсурд, окружающие сами находят объяснение.

Альба, вспомнив прошлую встречу, робко продолжил:

— И всё же это поразительно. Я никогда не заметил бы связи со стилем дворца…

— Добрый вечер, молодой господин Альба!

Наш разговор прервал громкий голос.

— …Господин Герард.

— Для меня честь, что вы меня помните. Ха-ха!

Опрятный вид и учтивые манеры.

Он совсем не походил на уличного громилу, которым выглядел ночью рядом с Пинтелем.

«И этот здесь».

Пока я размышлял, Герард бодро подошёл.

— Я многим обязан лорду Бинрану, главе семьи Годрихт. О, господин Джулиан, вы тоже здесь. Хм?

Хотя прекрасно меня видел, притворился удивлённым.

Затем с любопытством указал на бок.

На место, где из-за бинта рубашка слегка выпирала.

Герард усмехнулся.

— Кажется, у вас повязка. Получили ранение на задании «Закрытых Глаз»?

— Да. Глупцы, порочащие имя императорской семьи, редко понимают слова.

— Правда? В-вы в порядке, господин Джулиан?

Услышав разговор, Альба посмотрел на мой бок с искренним беспокойством.

— Ничего серьёзного.

— Это хорошо. Но если движения доставляют трудности, мы можем…

— Молодой господин Альба.

Дворецкий рядом прервал его.

— Беседа приятна, но вам, как хозяину праздника, следовало бы уделить внимание и другим гостям.

— Но я ещё…

— Думаю, лорд Бинран пожелал бы именно этого.

При упоминании главы семьи Альба опустил голову и заметно сник.

— П-понимаю. Тогда я вернусь позже, господин Джулиан. Господин Герард.

Слегка поклонившись, он последовал за дворецким вглубь зала.

Первое впечатление не обмануло: он и правда был робок.

— Такой неуверенный старший сын… Неудивительно, что семьёй Годрихт управляют наложницы, грызущиеся за влияние.

Проводив Альбу взглядом, Герард пробормотал.

В лицо смеялся, а за спиной сразу начал сплетничать. Жалкое зрелище.

— Подумать только, кто-то сумел ранить бойца вашего уровня. Должно быть, противник был весьма силён.

Я не стал отвечать.

Реагировать на каждое замечание было утомительно, а связываться с этим человеком не хотелось.

Уже собирался уйти, когда…

— Неужели… это был Пинтель?

Я остановился и медленно повернулся к Герарду.

Да, рану нанёс Пинтель.

Но в тот момент я действовал как Чёрный Рыцарь.

Вопрос мог вызвать панику, однако Тенелон уже подтвердил: Орден Рассвета не знает правды.

«…Похоже, ты и сам не уверен».

Герард лишь пытался проверить реакцию.

— Допустим, это правда. Что бы вы сделали?