— Благодаря господину Джулиану мы нашли человека, распространяющего ненужные слухи!

— Вот как.

К счастью, я понял, о чём говорил Пинтель.

Перед отъездом из столицы я ограничил его действия, чтобы он не натворил лишнего.

Точнее, дал прямое указание:

не отвлекаться.

— Вы хорошо справились с поручением. Наверняка было нелегко.

— Это естественно! Клянусь исполнять слова господина Джулиана, даже если придётся отдать жизнь!

Не умирай, идиот.

Я не какой-то безумец, которому нравится смотреть на чужие смерти.

— Итак… каков результат?

Хотя приказ в основном был нужен, чтобы сдержать Пинтеля, у меня были и другие причины.

— Пока это лишь предположение, но человек, распускающий слухи, наверняка появится на завтрашней встрече.

Встреча?

Орден Рассвета проводил такие собрания?

И виновник будет там?

— Нет. Я уверен. Этот человек обязательно придёт.

Голос Пинтеля звучал твёрдо, а пальцы сильнее сжали магический посох.

— Если прикажете, я его раздавлю.

— Зачем обязательно давить?

— Что?

Пинтель растерялся, отчего я запутался ещё сильнее.

Хоть раз подумай самостоятельно.

Не нужно слепо выполнять любой приказ.

Ха-а.

Придётся снова объяснять.

Я выпрямился и посмотрел на его всё ещё растерянное лицо.

— Подобный поступок привлечёт внимание верховного понтифика. Господин Пинтель, разве это не очевидно?

— Но если оставить человека без контроля, вскоре могут возникнуть проблемы.

После выговора Пинтель помрачнел.

Он действительно тревожился.

— Похоже, им уже известно о сотрудничестве господина Колпарана с нами. У них широкая сеть связей, значит, это влиятельный епископ. Оставлять такого врага опасно.

Смена верховного понтифика Тенелона.

По сути — измена.

Я этого не желал, но Пинтель и некоторые епископы стремились именно к смене власти. Тенелон стал вести себя странно и без разбора убивал подчинённых. Обычные верующие и монсеньоры не знали, когда следующими окажутся они. Вероятно, поэтому слова Пинтеля действовали настолько убедительно.

Но…

«Ты слишком торопишься».

Он считал устранение распространителя слухов срочной необходимостью.

— Господин Джулиан…

Пинтель позвал меня с искажённым лицом.

Мысль о неизвестном человеке, пытающемся манипулировать ими через слухи, приводила его в ярость.

Следовало немного успокоить.

— Я не говорил оставлять всё без внимания.

Одной фразы хватило, чтобы напряжение исчезло.

Возможно, устранить распространителя действительно будет разумно.

Но не сейчас.

«Особенно когда он угрожает молча».

Непонятно, чего этот человек добивался, но слухи выглядели шантажом. Если загнать Пинтеля в угол, противник попытается направить разговор в удобную сторону. У меня уже появилась смутная догадка о его цели.

«К счастью, он не на стороне Тенелона».

Иначе давно сообщил бы верховному понтифику.

Но всё равно доставлял неприятности.

Поэтому…

«Нужно остановить».

Так проще.

— Могу я посетить завтрашнюю встречу?

Следовало лично увидеть подозреваемых.

Подготовка была сделана ещё до отъезда. Нескольких фраз хватит, чтобы понять виновника.

— Разумеется, господин Джулиан! Я подготовлю для вас место!

— Благодарю.

Я понятия не имел, что представляло собой мероприятие, но Пинтель, похоже, обладал там значительным влиянием.

Даже внезапное появление Джулиана никого не смущало.

— Но что это за встреча? Раньше о такой не слышал.

Если Пинтель и несколько епископов регулярно собирались, мероприятие должно быть влиятельным.

Мой разумный вопрос заставил гнев Пинтеля исчезнуть. На его лице появилась лёгкая гордость.

— Она называется «Клуб пейзажной фотографии».

Хм.

Клуб пейзажной фотографии.

Почему-то звучало очень стильно.

Почти как название чьей-то высшей техники.

В груди даже мелькнуло волнение.

— Чем там занимаются?

— Фотографируют красивые места и обмениваются снимками.

— А. Понятно.

Искра мгновенно погасла.

Пейзажная фотография.

Они действительно просто снимали пейзажи.

***

После ухода Пинтеля я продолжал размышлять. Стоило подумать немного глубже — и всё стало понятно. В этом мире для фотографии требовались чрезвычайно дорогие одноразовые магические инструменты.

«И снимки не передают чёткую форму, как в моём мире».

Свет и цвет записывались магией на особый свиток.

Именно это здесь называли фотографией.

«По сути, продолжение живописи».

Поэтому увлечение считалось недоступной простолюдинам роскошью.

Расходные магические инструменты и свитки стоили огромных денег. Позволить себе хобби могли только богачи и дворяне. Неудивительно, что Пинтель состоял в таком клубе.

«Участники явно не простые люди».

Крупные торговцы или аристократы.

«Орден Рассвета естественно проник в подобное место».

Но…

Я снова вспомнил лицо Пинтеля.

Я ещё мог представить, как он фотографирует.

Но путешествует по живописным местам и обменивается снимками?

Тот самый человек, который избивает людей магическим посохом?

«Не подходит».

Как ни размышляй, сочетание выглядело странно.

И тут…

«Внешность и увлечения Джулиана тоже не совпадают».

Уход за орхидеями считался изысканным хобби.

— Кхм.

Я понимал, что глупо оценивать чужие увлечения.

Но что делать, если они действительно не подходят?

— Лазлот.

Перед дальнейшими делами нужно было передать ему документ, а заодно удовлетворить любопытство.

— Да, господин Джулиан.

— Вы слышали о Клубе пейзажной фотографии?

— Да. Говорят, там собираются люди с утончёнными интересами.

Даже с учётом членов Ордена Рассвета клуб имел престижную репутацию.

Если Лазлот называл его утончённым, значит, так и было.

«Утончённый или нет — увижу собственными глазами».

Я произнёс это как случайное замечание, затем протянул документ, полученный от заместителя директора Аллома.

— Вы вызвали меня ради этого?

Лазлот принял бумагу и воспринял жест как одобрение.

Хранить её у себя не было смысла, поэтому я отдал тому, кому она пригодится.

— Это…

Документ касался дополнительных баллов, упомянутых Алломом.

— Спонсорская помощь Академии даёт преимущества при распределении стипендий.

— Вот как?

Лазлот выглядел ошеломлённым.

Не ожидал заботы со стороны Джулиана.

Для детей из его приюта, учившихся в Академии, документ был крайне полезен.

— Но почему вы отдаёте это мне?

Почему?

— Вам обязательно нужна причина?

Он растерялся.

Но разве вопрос действительно требовал ответа?

— Мы ведь товарищи и сотрудничаем.

Двойная жизнь осведомителя не могла быть лёгкой.

Я понимал: люди терпят подобное не ради привычки, а ради награды.

— Если не нужно, можете вернуть.

Одновременно это служило угрозой.

Попытка предательства ударит не только по нему.

Оковы.

Да, подходящее слово.

— Я получил документ случайно. Если он бесполезен…

— Н-нет! Я возьму!

Лазлот быстро спрятал бумагу в карман, не давая её забрать.

— Спасибо.

Руки заметно задрожали.

Разумеется.

Получить подарок от Джулиана страшно.

Он наверняка подумал о жизни в приюте и младших детях, фактически оказавшихся заложниками.

— Благодарить не нужно.

Я ожидал, что его верность станет глубже.

«Хм?»

Странно.

Цвет Страха над его головой был слабее ожидаемого.

Неужели зрение ухудшилось?

***

Клуб пейзажной фотографии собрался в просторном зале, арендованном Пинтелем. Как и предполагалось, большинство гостей составляли богато одетые дворяне со слугами. Остальные были купцами, способными основать собственную торговую компанию.

Они пришли ради связей с аристократами.

«Остальные тоже?»

Под видом фотографического клуба проходила обычная светская встреча.

— Ха-ха! Это ведь площадь Бурун, одно из пяти великих живописных мест Империи?

— Использование контрового света великолепно!

— И построение кадра продумано. Такая работа с деталями и композицией…

Знакомые люди обсуждали снимки между собой.

Я не собирался вмешиваться.

В теме ничего не понимал.

— Господин Джулиан.

Пинтель подошёл.

— Не желаете посмотреть мои фотографии?

Он показал несколько снимков.

Я понимал, что это лишь предлог для тихого разговора, но Пинтель явно хотел услышать мою оценку.

Хвастается?

Придётся поддержать.

— Неплохо. У снимков есть настроение.

— Благодарю за высокую оценку.

Не слишком ли искренне он принимает пустую лесть?

— Как продвигается дело?

Пинтель понизил голос.

— Как вы предложили, я сообщил подозреваемым епископам, будто господин Джулиан покинул столицу.

Я снова оглядел зал.

Для небольшого клуба собралось немало людей.

Четыре епископа обсуждали фотографии.

«Настоящий светский салон».

Они не только вербовали дворян в Орден, но и укрепляли личные связи.

«Епископ Генин, епископ Уберон… Хм?»

Дантес тоже здесь?

Неужели ему нравится фотография?

— Что мне делать дальше?

— Вы сообщили всем, как я просил. Остальное покажет время.

— Что вы имеете в виду?

Пинтель растерялся.

— Как организатор, общайтесь с гостями. Пока вы стоите рядом, другие епископы могут не решиться подойти.

Обычные дворяне не знали о нашей связи с Орденом. Если Джулиан, обычно ни с кем не общающийся, долго разговаривает с одним человеком, это вызовет подозрения. Пинтель понял намёк и исчез в толпе.

«Теперь посмотрим».

Кто распространял странные слухи, но не сообщал Тенелону, а лишь создавал мне проблемы?

Ради этого я пришёл.

«Ловушка расставлена».

Скорее всего, первым ко мне подойдёт именно виновник.

Вероятность была высокой.

Я спокойно остался на месте.

«Как и ожидалось».

Вскоре раздался голос:

— Надо же. Говорили, вы покинули столицу. Уже вернулись?