— Благодарю за сотрудничество, господин Эйтель.

Как и в случае с Павильоном Ясной Луны, допрос не занял много времени. То ли алкоголь когда-то развязал Эйтелю язык, то ли он от природы не умел хранить тайны.

К счастью, всё оказалось просто.

Откуда он вообще узнал, что я не люблю насилие?

Стоило мне мило улыбнуться и немного надавить словами, как Эйтель принялся выкладывать всё подряд. Даже не верилось, насколько легко он заговорил.

В результате я узнал и местонахождение Дантеса, и причину, по которой директор ему помогал.

— Орден Рассвета, значит…

Захард тихо пробормотал, слушая признание Эйтеля.

— Мы связались с неприятными людьми.

— Именно.

— Раз они сумели создать собственные силы такого масштаба, в определённом смысле организация действительно впечатляет.

По лицу Захарда ничего нельзя было понять, но в голосе слышалось удивление. Теперь он тоже разобрался в общей картине. Эйтель связался с «Шестью Пальцами» через Дантеса Кристо. А сам Дантес состоял в Ордене Рассвета.

— Много ли вы знаете об Ордене Рассвета?

— Знаю, что в нём состоят высокопоставленные дворяне. Организация обладает достаточным влиянием, чтобы менять всё общество, а отдельные участники чрезвычайно сильны.

Судя по услышанным ранее слухам, Захард имел некоторое представление об Ордене. В конце концов, туда вступали ради личной выгоды, возрождения рода или великой силы. Возможно, когда-то они пытались завербовать и его.

Но…

«Я ведь тоже член Ордена Рассвета».

Они об этом не знают, верно?

Наверняка нет. Я столько сил потратил, чтобы скрыть эту связь.

«Но долго так продолжаться не может». Небо не спрячешь ладонью. Рано или поздно вся столица узнает, что я состою в Ордене Рассвета. И тогда императорская семья, ненавидевшая эту организацию, непременно начнёт действовать.

«Нужно закончить всё как можно скорее».

Чтобы выжить.

Как и ожидалось, сейчас Дантес находился под защитой «Шести Пальцев».

Предположение стало фактом.

В памяти тут же всплыли расположения их укрытий.

Позже в игре существовал особый эпизод под названием «Истребление крыс». Святой Меч и его спутники уничтожали организации трущоб, которые до этого терпели как необходимое зло.

Однако событие запускалось лишь при определённом выборе игрока. «Зато я проходил его множество раз». Места убежищ «Шести Пальцев» хранились у меня в голове.

«Дантес, вероятно, рядом с Клодом. Проблемой станут остальные Пальцы».

Ворваться в одиночку, перебить всех руководителей организации и заодно разобраться с Дантесом?

Невозможно.

Как бы силён ни был Джулиан, в одиночку не справиться с множеством противников.

Тем более каждый из Пальцев считался выдающимся бойцом.

По отдельности я мог их победить. Но если нападут все сразу…

«Даже мне придётся тяжело». И я не собирался проверять это на практике, особенно при наличии такой переменной, как Клод. Самоубийственный путь следовало исключить.

«Но отступать нельзя».

Выход был.

В голову пришёл превосходный план.

«Если собственных сил недостаточно, чтобы устранить Пальцы…»

Нужно просто позаимствовать чужую силу. И найти того, кто предоставит необходимую мощь, было несложно. Кто понёс наибольший ущерб из-за нынешних действий «Шести Пальцев»? Странная группа людей, предпочитавших смерть унижению собственного «достоинства».

И те, кому Джулиан хранил совершенно нелепую преданность.

Императорская семья.

Когда мысль окончательно оформилась, впереди показалась табличка «Секретариат».

«Начнём отсюда».

***

— Ух…

Глава секретариата Седн Орбиан, спокойно пивший чай, скривился при моём появлении и тяжело вздохнул.

— Похоже, вам приходится нелегко, господин Джулиан. Идти против обязанностей дворянина непросто.

На лице Седна отражалось искреннее беспокойство. Из прошлых разговоров я знал, что он обожал рассуждать о «долге» и «сущности дворянства». Для человека, обычно говорившего кругами, сейчас он выражался удивительно прямо. Но отступать я не собирался.

— Ничего сложного. Судя по обстоятельствам, именно такой поступок соответствует той «сущности дворянства», о которой вы говорили.

— Хм… Ваше стремление достойно уважения, однако позвольте прояснить один момент.

Звяк.

Седн поставил чашку.

— Прежде чем искать «сущность» дворянства, необходимо проявить должное уважение к императорской крови. Вы это понимаете?

— Да.

— Тогда направьте рвение на другие дела и не отказывайтесь от предложения принца Осборна.

Седн говорил почти утешающе.

— Что подумает Его Высочество, если вы откажетесь от ордена Королевского меча?

На его лице появилась заметная тревога.

На самом деле разговор после моего визита в секретариат начался так:

Да, я действительно схватил Аннари на встрече фотоклуба и заслужил награду. Но затем не смог предотвратить её побег из тюрьмы. Следовательно, не имею права принимать орден!

«Абсурд, правда?»

Задержание Аннари и последующий побег были двумя отдельными событиями.

Связывать их и отказываться от награды означало проявлять чрезмерную щепетильность.

— Нет, господин Седн.

Но кем я был сейчас? Джулианом — человеком, славившимся крайностями и болезненной требовательностью. Репутация фанатично преданного императорской семье слуги позволяла придать такому поступку вполне убедительный смысл.

— Именно поэтому я не могу его принять. Более всего я опасаюсь, что награда разбавит чистоту моей преданности императорской семье.

Во взгляде Седна появилось сомнение. Он явно не знал, стоит ли продолжать. «Моё актёрское мастерство растёт с каждым днём». Разумеется, всё было ложью.

Кто станет искренне служить этой ужасной императорской семье? Она без разбора убивала людей — старых и молодых. Возможно, настоящий Джулиан действительно был им предан.

Но не я.

У меня ещё оставалось достоинство.

— Кхм!

Моя речь о верности, похоже, пришлась Седну по душе. Вот ведь настоящий фанатик. Вероятно, должность главы секретариата и близость к трону сделали его преданность настолько непоколебимой. По словам Калдраха, Седн тайно поддерживал третьего принца, хотя пока это не раскрыли.

И всё же считать его союзником я не собирался.

— Однако не следует совершать поступки, которые могут запятнать честь принца.

— Господин Седн, я уже принял решение.

На самом деле никакого твёрдого решения не было, но говорить следовало именно так.

— Я недостоин ордена Королевского меча.

Увидев мою непреклонность, Седн окончательно помрачнел.

Поняв, что дальнейший спор бесполезен, он молча кивнул.

— Вы ведь отказываетесь не из-за связи с третьим принцем?

— Нет. Это моё личное убеждение.

— В таком случае…

Седн снова кивнул.

— Но учтите: принц Осборн может не принять ваш отказ.

— Ну…

Я умышленно замолчал, изображая человека, который не рассматривал такую возможность.

— Об этом я не подумал.

В действительности именно этого я и добивался.

Чтобы Осборн отказался принимать мой отказ.

***

Завтра Джулиану должны были вручить орден Королевского меча.

Многие дворяне завидовали такой чести.

В секретариат стекалось огромное количество сведений. Даже без подслушивания здесь постоянно циркулировали слухи и разговоры.

Но теперь сам награждаемый отказывался? Любая награда, лично вручённая членом императорской семьи, имела колоссальную ценность. Дело было не только в привилегиях. Она меняла политическое положение получателя и отношение окружающей знати.

Именно внимание, зависть и обсуждения придавали ордену настоящую силу. Предполагалось, что Джулиан прекрасно понимает его значение. И всё же он отказался. «Императорская гончая действительно мыслит иначе».

Как дворянин и представитель секретариата, Седн не мог понять решение, но и осудить его не получалось.

Джулиан отказывался от награды лишь потому, что считал себя недостойным. Это полностью соответствовало представлениям Седна о дворянском долге.

«Однако принц Осборн молчать не станет». Второй принц хотел вручить орден не только ради признания заслуг Джулиана. Он стремился укрепить собственное положение и удобно привязать к себе ценного союзника. Ходили слухи, что сам Седн находится под влиянием Калдраха, но помешать Осборну он всё равно не мог.

«Раз уж получатель отказался, это больше не моя проблема». Информация уже дошла до второго принца. Седн посмотрел в окно. К зданию «Закрытых Глаз» приближался Осборн в сопровождении вооружённых рыцарей.

Быстрее, чем ожидалось.

***

Передо мной сидел мужчина в одежде с императорской эмблемой и смотрел властно, словно всё вокруг принадлежало ему. Второй принц Осборн де Адратан. Если честно, я ожидал его визита.

— Я пришёл лично удостовериться, поскольку услышанное показалось мне невероятной ошибкой.

Императорская семья, помешанная на гордости, не могла позволить кому-либо отказаться от её «милости».

Политический расчёт тоже имел значение, но уязвлённое самолюбие играло не меньшую роль.

«Ты посмел отказаться от моей награды?»

Осборну требовалось восстановить пошатнувшееся достоинство. Именно поэтому всё нужно было подготовить заранее. Без такого повода я не смог бы встретиться со вторым принцем до церемонии.

— Да.

— Я примерно слышал причину. Но объясни ещё раз.

Золотые глаза Осборна ярко блеснули. Прекрати упрямиться и спокойно прими орден. Это выгодно нам обоим. Такое давление исходило от всей его фигуры.

«В отличие от Калдраха и Эульсиса, он крайне жёсткий». Осборн строго придерживался правил и обращался с окружающими властно. Я внутренне улыбнулся его поведению, идеально соответствовавшему «благородной крови». «Именно поэтому им легче пользоваться».

В конечном счёте его поступками управляла гордость. Если понимать, как обращаться с этой гордостью, манипулировать человеком не так уж сложно. И всё же перед членом императорской семьи я ощущал некоторое напряжение. Одна ошибка — и придётся драться с рыцарями, ожидающими за дверью.

— Кхм.

Я кашлянул, приводя мысли в порядок.

Вошедший вместе с Осборном Флюгель бросил на меня внимательный взгляд.

Второй принц был главным покровителем магов. Похоже, Флюгель исполнял при нём роль придворного мага и телохранителя.

Одного этого старого чудовища хватило бы для защиты, но такова уж «благородная кровь».

Снаружи всё равно стояли многочисленные рыцари и слуги.

— Я действую ради сохранения чести императорской семьи.

Я настолько привык лгать, что слова вылетали сами собой.

— Чести?

Осборн слегка заинтересовался.

— Да. В конечном итоге руководительница «Шести Пальцев» сбежала. Я не считаю это простым провалом охраны…

Осборн поднял руку, прерывая меня.

— Рано или поздно подобное должно было произойти. Если честно, безопасность императорской тюрьмы далека от совершенства. Я давно говорил об этом… кхм.

Он быстро поправился.

— Я неоднократно сообщал Его Величеству, что порядок передачи заключённых необходимо изменить. Но предложения постоянно отклоняли.

Он едва не сказал «отцу»?

Вот он, второй претендент на престол.

— Система, при которой несколько ведомств могут забирать заключённых по одним документам, неразумна. Я много раз требовал её исправить, но меня не слушали.

Не подозревая о моих мыслях, Осборн говорил всё громче.

— В итоге именно эта система позволила мусору из «Шести Пальцев» сбежать!..И правда.

Хотя я сам не раз пользовался её слабостями. Например, когда вытаскивал Захарда.

— Поэтому нет, Джулиан. Это не твоя вина. Проблема в устройстве императорской тюрьмы, а не в том, за что ты должен отвечать.

Длинная речь Осборна сводилась к простому:

Неважно, виноват ты или нет. Просто возьми орден.

И заодно покажи всем, что поддерживаешь меня.

— Если так…

Я изобразил, будто неохотно принимаю его доводы, заговорил и снова остановился.

Приём сработал: всё внимание Осборна сосредоточилось на мне.

— Думаю, церемонию награждения следует отложить.

— Отложить?

— Да.

Пришло время перехватить инициативу.

Продолжать прямо отказываться было опасно. Принц мог прибегнуть к «особым мерам».

— Как вы сказали, порядок передачи заключённых несовершенен. И всё же прежде никто не сбегал, потому что боялся императорской семьи.

Сначала немного лести.

— Побег преступницы, нарушившей это негласное правило, запятнал имя императорской семьи. Я опасаюсь, что её престиж может пострадать.

Основа была готова.

Противостоять одновременно Клоду и всем «Шести Пальцам» трудно.

Мне требовались союзники — как можно более влиятельные и сильные.

— И?

Когда нужно найти могущественного помощника в нынешнем государственном устройстве, ответ очевиден.

— Что вы скажете, если до церемонии я вновь схвачу Аннари и полностью уничтожу «Шесть Пальцев»?

К кому ещё обращаться, если не к императорской семье?