Демонический бог Барбатос.

Одного этого имени хватало, чтобы некоторые люди задрожали, и их страх был понятен.

В далёком прошлом Барбатос был королём всех демонов, и для его уничтожения потребовались жизни множества героев и гибель целых государств. Даже после смерти останки продолжали проклинать землю, распространяя по миру бедствие, известное как демоны.

«Почему они здесь…?»

Барбатос погиб на крайнем севере, и его останки должны были находиться там.

«К счастью, это не всё тело».

Не уверен, что слово «к счастью» здесь уместно, но передо мной лежал лишь гигантский череп демона.

Огромный череп с очертаниями козлиной головы — воплощение привычного образа нечисти.

Я медленно приблизился.

— Гр-р-р…

Увидев череп Демонического бога, Анжелика предупреждающе заворчала, словно просила не подходить. Я проигнорировал её и продолжил движение.

▶ Черта «Истинный сосуд» препятствует воздействию Барбатоса.

Черта «Сосуд Короля демонов» должна была заставлять злодеев стремиться к воскрешению Демонического бога. Но я уже сошёл с предначертанного пути, поэтому приблизился к черепу без каких-либо последствий.

«Остаточной воли внутри почти не осталось».

Она ещё могла подавать сигнал сосудам и призывать их убить Святого Меча — вечного врага Короля демонов, но не более того.

«Даже рогов нет…»

На голове Демонического бога должно было находиться пять рогов, однако все исчезли.

Рога были источником силы демона. Без них даже Демонический бог опускался до уровня обычной нечисти.

«Кто это сделал?»

Я посмотрел в пустые глазницы Барбатоса. Передо мной был лишь череп, истёртый временем.

— Кто принёс тебя сюда?

Разумеется, ответа не последовало. Хотя какая-то часть меня действительно надеялась, что Демонический бог внезапно заговорит.

— Хм?

Кольцо снежного кролика в моей руке вдруг слабо засветилось.

Свет указал на одну из глазниц Барбатоса. Внутри что-то дрожало в унисон с реликвией.

Без кольца никакой реакции не возникло бы.

«Милена что-то спрятала?»

Размышляя, я протянул руку к мерцающему участку.

«Блять».

Надеюсь, оттуда ничего не выскочит. Обычно, когда засовываешь руку в жуткую кость, обязательно случается какая-нибудь мерзость.

— Хм?

Пальцы наткнулись на твёрдый предмет.

«Это…»

Я вытащил толстую книгу. Именно на неё отзывалось кольцо.

«Её оставила Милена».

Человек, который принесёт реликвию сюда, должен был найти книгу и раскрыть её тайну.

«Разве кольцо она не отдала Обену?»

Получается, Милена хотела, чтобы именно он забрал записи. Возможно, в них хранился секрет черепа Барбатоса или просьба разобраться с ним.

[Моему дорогому Джулиану.]

Но после первой строки стало ясно: книга предназначалась не Обену.

Я быстро перелистнул несколько страниц. После первоначального потрясения от обращения «дорогому Джулиану» дальнейшее содержание показалось почти обыденным — исследования демонов.

«Хотя и весьма полезные».

В частности, я нашёл простой способ вновь поместить Анжелику внутрь своего тела. Уже одно это оправдывало поездку.

И всё же мысль о том, что Милена будто заранее знала о появлении здесь Джулиана, не отпускала.

— Хм?

Продолжая читать дневник, я заметил странное повторение.

«Зловещая воля».

На этой странице.

И на следующей.

Милена постоянно упоминала нечто, называемое Зловещей волей.

С любопытством я перевернул страницу.

[Когда я научилась читать воспоминания, запечатлённые в мане, то обнаружила существование Зловещей воли, воздействующей на этот мир.]

Я никогда прежде не слышал такого выражения. Исследования демонов и колдовские рассуждения Милены были понятны, но эти слова ставили в тупик.

[Мана хранит память всех эпох. Удивились бы жители, узнав, что нынешний мир существует далеко не в первом цикле?]

Не в первом цикле?

Она говорила о «прохождениях»?

«Если читать память маны, можно узнать и такое?»

Подобные вещи понимал разве что Калдрах де Адратан, помнивший прошлые возвраты.

[Но есть нечто ещё более поразительное. Упомянутая выше Зловещая воля повторяется из эпохи в эпоху и непременно проявляется в одном человеке.]

Опять Зловещая воля.

[Тот, кого накрывает Зловещая воля, утрачивает прежние воспоминания. Он действует, опираясь на чужую память, и совершает поступки, которые прежде никогда бы не совершил.]

Я продолжил листать.

[Появление Зловещей воли в мире совпадает с пробуждением Короля демонов.]

Я даже не стал задумываться, откуда Милене было известно понятие «Король демонов».

[Как Королева Терний, я обязана уничтожить все семена Демонического бога. И Король демонов, и Зловещая воля должны исчезнуть из этого мира.]

Я уже сомневался, стоит ли продолжать чтение, когда увидел следующую запись.

[Обен Крайпарт, тупой дворянский ублюдок.]

Ругательство возникло совершенно внезапно.

«…Это об их первой встрече?»

Похоже на то.

На первый взгляд Обен казался неплохим человеком, но нормальным его назвать было трудно.

[Имперский дворянин, которого я встретила на Северном полюсе. Безнадёжный идиот. Я спасла его, а он снова начал искать меня и опять угодил в беду.]

Я невольно усмехнулся.

[На этот раз свалился с утёса. Дурак! Хватит уже!]

Неровный почерк выдавал её раздражение.

[Он связал букет из горных лилий и подарил мне. Оказывается, именно за ними он постоянно лез на утёс. Идиот.]

К счастью или нет, резкие строки постепенно становились мягче.

Глупые жесты Обена понемногу добирались до её сердца.

Следующие несколько десятков страниц были посвящены почти исключительно ему. Наследник одного из Четырёх великих родов служил командиром на Северном полюсе и продолжал искать встреч с Миленой.

Он был глуп, но не казался плохим человеком.

В конце концов они поженились и переехали в столицу.

«Теперь понятно, почему дневник такой толстый».

Он был до отказа набит историями, над которыми обычно приходится долго размышлять.

Немного расслабившись, я позвал Анжелику. Следуя описанному в дневнике методу, нужно было вернуть её внутрь тела.

— Иди сюда.

Когда она приблизилась, я жестом велел подождать.

«Северные колдуны при работе с демонической энергией выращивают её в одном из магических каналов».

Так один канал превращался в проход для демона.

Пожертвовать одной из тридцати двух малых жил было не так уж опасно. Я достал нож и слегка надрезал внутреннюю сторону левой руки.

— Угх…

Рана находилась близко к сердцу, возле одной из малых жил, называемой Светлой.

Я сделал надрез так, чтобы направить Анжелику прямо в неё.

«Опять приходится резать себя. Больно же».

На мгновение я заколебался. Если Анжелика снова войдёт в резонанс с Чашей Демонического бога и сосудом, возникнет та же проблема.

«Тогда ещё раз вытолкну ману наружу».

При необходимости переживу боль повторно.

Др-р-р.

Я указал подбородком на рану. Анжелика обеспокоенно подползла и прижалась к ней.

— Тебе нужно войти в канал, а не лечить порез!

Я невольно повысил голос. Анжелика виновато сжалась и начала проникать в Светлую жилу.

— Угх…

Сначала по каналам разошлась обжигающая боль, но, не успев достичь сердца, постепенно стихла.

Теперь слияние с Анжеликой больше не причиняло прежних мучений.

«Повторения недавнего случая не будет».

Северные колдуны действительно специализировались на обращении с демонической энергией. Я мучительно искал решение, а оно оказалось удивительно простым.

▶ Получена новая черта: «Полудемоническая природа».

Полудемоническая природа.

Похоже, часть силы Чаши Демонического бога, поглощённая Анжеликой, проявилась в виде отдельной черты.

Системное сообщение окончательно подтвердило, что прежняя катастрофа не повторится.

«Дневник Милены и правда оказался полезен».

К нему привело Кольцо снежного кролика, полученное от Обена.

— Пусть он и раздражает, но за это стоит поблагодарить… Хм?

Когда моё отношение к Обену немного улучшилось, взгляд зацепился за страницу, которую я бездумно перелистнул.

[Плод нашей любви.]

Плод любви?

Она решила записывать подробности их страстных отношений? Тогда дальше читать будет неловко.

[Джулиан.]

Я немного поколебался, но всё-таки перевернул страницу.

Следующая строка заставила мысли остановиться, а обычно прищуренные глаза Джулиана невольно раскрылись от потрясения.

[Зловещая воля поселилась и в моём сыне Джулиане.]