Скрип! Бах!

Резкий звук открывшейся решётки прокатился по тюрьме. Я вышел и поднял руки перед рыцарями, показывая на кандалы. Они поняли намёк, но нахмурились.

— Снимите.

Одного холодного приказа Калдраха хватило: стражники неохотно освободили мои запястья.

— Фух. Снова можно дышать.

Я размял руки и несколько раз повёл плечами.

Затем посмотрел на Рыцарей Розы.

— Знай я, что вы так послушны, попросил бы ещё несколько одолжений.

— Ублюдок!..

Один вспыхнул от пустяковой насмешки, но действовать не решился.

Здесь всё контролировал Калдрах, а вокруг стояли его Рыцари Клина. Попытайся стражники бросить вызов печально известному Джулиану — головы потеряли бы именно они.

— Похоже, теперь вы мне должны, Джулиан.

Калдрах лукаво улыбнулся.

«Если собирались это сказать, стоило прийти раньше, мой принц».

Я проглотил рвавшуюся наружу реплику.

— Я всегда служу Империи и работаю ради императорской семьи, независимо от долгов.

— Ха-ха. Это шутка. Вы, как и прежде, терпеть не можете быть кому-то обязаны.

Губы Калдраха смеялись, глаза — нет.

— Не тревожьтесь. Я не стану пользоваться подобным долгом.

Он похлопал меня по плечу, ясно давая понять, чего хочет.

«Хочет поговорить без свидетелей».

И нам действительно было что обсудить.

Эульсис и причина моего заключения.

— Здесь неподходящее место. Слишком много глаз и ушей.

Калдрах огляделся. Рыцари Розы под его взглядом невольно съёжились.

— Понимаю.

Я спокойно вышел из тюрьмы. Колючие взгляды в спину не заслуживали внимания.

— Опыт чувствуется. И входите, и выходите из тюрьмы с удивительной естественностью.

Вместо одной из дворцовых комнат Калдрах отвёл меня в сад, за которым ухаживали лучшие садовники.

Раньше это место пробудило бы жадность к бонсаям, но сейчас разговор был важнее.

— Что скажешь, Абиша?

Калдрах осмотрел зелень и обратился к ведьме.

— Один артефакт на дереве слева, ещё два — в кустах справа.

— Уничтожь.

— …Цок.

Абиша раздражённо направилась к указанному дереву.

Она взмахнула рукой. Мана дрогнула, и послышался хруст.

— Подслушивающие артефакты?

— Да.

— До моего заключения их здесь не было.

— Слух о моём возвращении заставил её всё установить.

В голосе Калдраха звучала ненависть.

«Он говорит об Абигейл».

Никто другой не смог бы расставить по дворцу столь зловещие устройства.

«Она даже использовала Камни Резонанса».

Похоже, собирала их по всему дворцу.

— Разрушение устройств не предупредит Абигейл?

— И что?

Масштаб мышления члена императорской семьи действительно отличался от моего.

Я бы сначала поискал место без наблюдения.

— Вы смелы, принц Калдрах.

— На комплимент не похоже.

Пока Абиша ломала артефакты, Калдрах сел.

— Почему вас заключили?

Убедившись, что никто не слышит, он сразу перешёл к делу.

Меня это устраивало. Лучше прямо, чем ходить кругами.

— Я ранил члена императорской семьи.

— Члена семьи… Эульсиса?

Калдрах назвал имя без колебаний.

Осборна он даже не рассматривал.

— Да.

— Вот как.

На его лице появилась самая искренняя улыбка из всех, что я у него видел.

— Это хорошо.

— Что именно?

— Без такого происшествия я продолжал бы вас подозревать.

— Вы всё ещё считали меня ручным псом Эульсиса?

— Допускал такую возможность. До сих пор всё выглядело именно так.

— Тогда я не отправил бы Орнна на Север.

— Орнн… Хех.

Калдрах тихо рассмеялся.

— Когда он внезапно появился на Северном полюсе, я долго гадал, что произошло.

— В столице сложились обстоятельства.

— Меня они не касаются. Главное — благодаря ему у меня появились свободные руки.

— Господин Орнн справляется?

— Более чем. Подтвердил прежнюю славу и уверенно управляет войсками.

Именно для этого его и отправили.

— В одном отношении я был удивлён.

— Чем?

— Когда вы впервые прибыли на Северный полюс, вы ведь подстрекали солдат?

Подстрекал — слишком громкое слово.

Я лишь произнёс несколько слов и позволил им свободнее выразить недовольство. Всего лишь слегка подтолкнул — так же, как недавно помог себе выбраться из тюрьмы.

— Теперь солдаты называют себя товарищами героя Джулиана и хорошо слушаются Орнна.

Калдрах пожал плечами.

— Вы заранее предвидели это и поэтому устроили тот шум? Чтобы у меня появились свободные руки, если что-то случится?

Он говорил небрежно, но в голосе скрывался страх.

Я точно его распознал и лишь рассмеялся.

— Может, предвидел. А может, нет.

— …Понятно.

Калдрах кивнул.

«Правда понял?»

— Но кое-что подозрительно.

Он немного подумал и снова посмотрел на меня.

— Как ни размышляю, вы не из тех, кто безрассудно поднимает руку на императорскую кровь.

— О ком вы?

Я прекрасно понимал, но сделал вид, что нет. Калдрах указал на меня пальцем.

— О вас.

— Вы обладаете чудовищным тщеславием и гордостью, но понимаете, что нужно ставить выше, чтобы их сохранить.

Неясно, хвалил он или оскорблял, но оценка Джулиана была точной.

Теперь, когда моё собственное сознание проявлялось всё отчётливее, такая точность почти рассмешила.

— Что произошло?

Я задумался, стоит ли раскрывать причину вражды с Эульсисом. Его связь со смертью Святого Меча. Именно она заставила меня направить на принца меч.

«Но…»

Мне не давала покоя императорская печать возле головы Демонического бога.

Что, если с реликвией связан не только Эульсис, а весь правящий род?

«Тогда моя жизнь в опасности».

Вероятность была небольшой. Именно Калдрах первым предупреждал меня об Эульсисе.

— В столице находится рог Демонического бога.

Я решил довериться этому и рассказал правду, хотя собеседник принадлежал к императорской семье.

— Рог Демонического бога?..

Глаза Калдраха расширились. Он провёл рукой по лицу.

Движения, дыхание, взгляд — всё его выдавало.

— Вы знали.

Калдрах был осведомлён о роге в столице.

— Разумеется. Именно тогда магия Флюгеля обожгла всё моё тело.

Он спокойно рассказал о почти смертельном ожоге.

— Значит, вам известно, кто привёз рог?

— Хм.

Калдрах посмотрел на дворец.

— Человек, заслуживающий смерти.

Я быстро понял.

Он говорил об отце — императоре Адратане.

— Сейчас его разум помутился, но прежде он был известным ублюдком.

Я слышал о тяжёлом характере.

«Но сын говорит это так спокойно?»

Впрочем, самого Калдраха из-за нрава часто называли наследником Короля-Воина.

— В нём не было человеческих чувств.

Теоретически обработанный рог Демонического бога мог подарить бессмертие.

Содержащаяся в нём энергия превосходила всякие разумные пределы. Не зря её владелец назывался богом демонов.

— Ради вечной жизни отец не колебался приносить в жертву подданных.

— И вы, зная это, позволили ему действовать?

Я старался не обвинять его, но интонация всё равно вышла резкой. Святой Меч погиб из-за Эульсиса, а ведь именно Калдрах предупреждал меня об угрозе. Однако, зная правду, он отступил на Север, защищая себя и выжидая. Сходство с моей собственной трусостью вызвало тошноту. Хотя говорить так было неправильно, слова сорвались сами.

— На вас не похоже.

При свидетелях подобное неуважение могло бы закончиться смертью.

Калдрах лишь пожал плечами.

— Как вы знаете, я много раз пытался остановить Эульсиса. Но невозможно победить человека, прекрасно знающего устройство Небесной Стражи.

Он говорил серьёзно.

— Поэтому я отступил на Север, собрал солдат и создал личный отряд. До сих пор это был самый жизнеспособный путь.

— Вот как.

— Но теперь я увидел более многообещающий способ.

Его взгляд остановился на мне.

Глаза Короля-Воина смотрели на злодея.

— Вы.

Я?

— Изначально вы должны были хранить верность Эульсису. Но вместо этого захватили Орден Рассвета и подчинили Совет дворян.

Благодаря прежним циклам Калдрах знал о моей связи с Орденом.

— Из-за вас Эульсис не смог полностью подчинить двор. Члены Ордена тесно связаны с императорской семьёй.

Это правда.

В секретариате и самом дворце всегда находились люди Ордена Рассвета.

— Не стану ходить вокруг.

Калдрах остановился и решительно произнёс:

— Судьба Империи находится в ваших руках.