Онлайн чтение книги Девять абсолютов бессмертного пути Nine Absolutes of the Immortal Path
476 Бесконечная резня

Кровавая баня продолжалась, а кольцо нападавших становилось все плотнее. Практики были до глубины души потрясены пугающей мощью и эффективностью клинка Чэн Лина, но они также прекрасно понимали: если не уничтожить этого монстра здесь и сейчас, позволив ему сбежать, то, когда он полностью окрепнет, это обернется сущим кошмаром для всех их фракций.

В этот момент со всех четырех сторон стягивались новые силы, включая элитных учеников великих орденов, их старейшин и даже могущественных мастеров стадии Преодоления Бедствия. Сковать Чэн Лина боем, измотать его и дождаться прибытия верховных старейшин — таков был их план, гарантирующий юноше неминуемую смерть.

Вражеские отряды накатывали волна за волной, уплотняя оцепление слой за слоем. Вскоре численность заградительного отряда вокруг Чэн Лина превысила десять тысяч человек, и этот грохот битвы привлек к себе внимание множества мелких сект региона.

Однако внутри пятиметровой зоны абсолютной смерти Чэн Лин планомерно и безжалостно косил врагов одного за другим, стоило им лишь пересечь невидимую черту.

В какой-то момент сразу несколько практиков попытались одновременно атаковать его с флангов и со спины. Они полностью сокрыли свои ауры и совершили резкий выпад лишь тогда, когда оказались в непосредственной близости от юноши.

Чэн Лин оставался неподвижен и абсолютно спокоен. Его пальцы на правой руке едва заметно шевельнулись, словно он перебирал невидимые струны цитры. Обладая пугающей мощью божественного чувства, он, даже не поворачивая головы, отчетливо ощущал траектории, углы движения и малейшие нюансы готовящихся ударов со всех сторон.

Едва пять атакующих ворвались в пятиметровый радиус, их скорость резко возросла.

В спокойных глазах Чэн Лина вспыхнул ледяной блеск. Его правая рука молниеносным движением перехватила Меч Рёва Дракона, и ослепительная вспышка света, подобно шелковой ленте, прочертила воздух.

Не успело угаснуть эхо этого выпада, как слева, справа и позади юноши в воздухе соткались тончайшие нити холодного сияния — результат предельной концентрации и слияния ауры меча с окружающим пространством.

Произошло нечто противоестественное: все пять нападавших словно ослепли и сами, на полной скорости, подставили свои жизненно важные точки под эти смертоносные ледяные лезвия.

Пух! Пух! Пух! Пух! Пух!

Пять глухих звуков слились в один. Тела практиков синхронно отлетели назад, а в их межбровьях зияли аккуратные сквозные раны размером с мизинец. Фонтаны алой крови брызнули из пробитых черепов — в момент удара их первородные души были мгновенно раздавлены и стерты в порошок колоссальной энергией клинка.

Не прошло и одной короткой секунды, как пять элитных бойцов стадии Слияния пополнили счет его жертв.

В это время высоко в небе, скрытые облаками, за битвой пристально наблюдали двое пожилых мужчин. Видя безупречное мастерство Чэн Лина, они испытывали глубокое потрясение.

— Этот юнец обязан умереть, — глухо произнес один из них. — Находясь всего лишь на стадии Слияния, он уже смог соприкоснуться с высшим рубежом Сердца Меча. Куда устремлено его сердце — туда бьет и его клинок. Стоит его мысли шевельнуться, и это оборачивается мгновенным смертельным ударом. Если позволить ему развиваться дальше, в пределах одного ранга ему не будет равных, более того, он сможет с легкостью убивать практиков старших поколений!

— Согласен. Ну что, наносим удар?

— Погоди немного. Мяса для заклания среди этих мелких сект еще предостаточно. Пусть еще повоюют, чтобы он точно не смог ускользнуть, воспользовавшись неразберихой.

Чэн Лин хранил молчание. Его клинок продолжал методично собирать свою кровавую жатву, в то время как сам юноша окончательно погрузился в осмысление и оттачивание своего мастерства.

Своего третьего уровня в понимании Клинка он достиг еще на начальном этапе, когда только прибыл в Нефритовую Столицу. Позже, устроив массовую резню иссохших мертвецов и вражеских практиков в Долине Короля Пилюль, он смог значительно закрепить этот успех.

И сейчас, столкнувшись лицом к лицу с многотысячной армией преследователей, он не собирался упускать эту редчайшую возможность для закалки духа. Юноша полностью расслабил разум, выкрутив ментальное восприятие на абсолютный максимум, улавливая малейшие колебания воздуха и траектории движений врагов.

Постепенно зона абсолютной смерти вокруг него начала расширяться: с пяти метров она выросла до шести, а затем — до семи! Семь метров мертвой зоны — это расстояние, более чем в два раза превышающее длину Меча Рёва Дракона вместе с вытянутой рукой. Обычно базовый радиус контроля мечника не превышает трех метров, пять метров считаются выдающимся результатом, но рубеж в семь метров — это удел единичных гениев во всей истории культивации.

Его уровень понимания Клинка совершил качественный рывок, прочно закрепившись на средней стадии третьего уровня!

В условиях столкновения с превосходящими силами противника идеальной стратегией всегда является убийство с одного удара. Стоит дать осечку и лишь ранить врага, как его место тут же займут другие, а сам раненый впадет в безумную ярость, став в разы опаснее. Чэн Лин довел этот принцип до абсолютного совершенства: каждый его выпад приносил гарантированную смерть. Оставив позади себя тысячи трупов, он заставил этот семиметровый радиус превратиться в осязаемый кошмар для нападавших.

Обычный радиус контроля мечника жестко лимитирован длиной оружия и рук, однако Чэн Лин виртуозно компенсировал это скоростью своего перемещения, своевременными вспышками клинка и идеальной концентрацией ауры меча. Благодаря пугающей мощи божественного чувства любой, кто совершал глупость и пересекал семиметровую черту, тут же падал замертво от Меча Рёва Дракона.

Масштабные затяжные сражения крайне невыгодны для мастеров меча, так как они не успевают восполнять растраченную энергии. Поэтому Чэн Лин старался не задействовать свои главные разрушительные козыри, требующие огромных энергозатрат. В таких условиях на первый план выходило чистое мастерство владения мечом, боевой опыт и скорость реакции. Главной задачей для него стало извлечение максимальной убойной силы из базовых стоек при минимальных затратах собственной энергии.

В процессе этой непрерывной резни его понимание Клинка продолжало стремительно эволюционировать. Внутри его семиметрового радиуса выжить было невозможно — если только скорость нападающего не превышала пределы его восприятия, любой противник гарантированно перехватывался и уничтожался на корню.

Осаждавшие Чэн Лина практики пребывали в глубоком унынии и фрустрации. Если бы юноша подавлял их колоссальной, абсолютной физической мощью, они бы просто смирились со своей участью. Но сейчас он вообще не давал им шанса проявить себя: он просто делал легкие, хаотичные на первый взгляд выпады, а их товарищи падали замертво по самым необъяснимым причинам.

В затухающих глазах погибающих воинов отражались силуэты их соратников, которые точно так же, один за другим, беззвучно оседали на окровавленную траву. И у каждого из них рана располагалась строго в смертельно опасной, уязвимой точке.

Сражение бушевало без остановки, и вскоре подошло к концу время, за которое успевает догореть палочка благовоний.

Лица парящих в облаках старейшин окончательно помрачнели. Они старались как можно выше оценивать боевой потенциал Чэн Лина, но реальность превзошла все их ожидания — его боевая мощь продолжала расти прямо по ходу битвы!

Стили, которые задействовал Чэн Лин, были предельно просты и основывались на самых базовых техниках меча — он не демонстрировал никаких сокрушительных, пафосных приемов. Однако способность извлечь такую разрушительную силу из базовых стоек встречалась раз в тысячелетие. Этого человека нельзя было оставлять в живых, иначе он станет погибелью для всех девяти великих фракций!

— Больше нельзя позволять ему проливать кровь, — хмуро бросил один из стариков. — За какое-то мгновение он в одиночку истребил уже несколько тысяч наших людей. Кто начнет — ты или я?

Второй старейшина вежливо сделал приглашающий жест рукой:

— Прошу тебя, брат Наньгун, покажи класс первым!

Старик из Клана Наньгун едва заметно кивнул. Прямо из положения зависания в воздухе он резко высвободил свою колоссальную ауру. Его тело мгновенно окутали языки багрового пламени, и эта удушающая волна жара обрушилась на землю. Находившиеся внизу практики мелких сект едва не задохнулись от невыносимого зноя, их легкие буквально горели изнутри!

Старейшина резко вытянул вперед правую руку и соединил указательный и средний пальцы. В ту же секунду с его ладони сорвался ревущий огненный дракон, устремившись прямо на Чэн Лина!

Разумеется, Чэн Лин с самого начала прекрасно знал о присутствии этих наблюдателей в небе — их мощные ауры недвусмысленно указывали на то, что оба они находятся как минимум на стадии Преодоления Бедствия. До этого момента, видя, что великие мастера не спешат вмешиваться, юноша спокойно качал свое понимание Клинка на их рядовых бойцах. В текущих условиях открытое бегство было невозможным, и только маневрирование посреди многотысячной толпы давало ему реальный шанс выжить.

Однако старейшины все же потеряли терпение.

Ощутив приближение ревущего огненного дракона, чей жар заставлял само пространство вокруг глухо потрескивать, Чэн Лин внутренне содрогнулся. Резко задействовав Технику Пустоты, он оставил на месте размытый фантом, а сам реальным телом мгновенно нырнул в самую гущу вражеского войска.

Среди практиков началась паника. Бесчисленные заклинания и артефакты обрушивались на площадь сплошной стеной.

Силуэт Чэн Лина непрерывно мерцал: используя тончайшие нюансы своей мистической техники перемещения, он уклонялся от ударов в пределах нескольких дюймов. Однако теперь он не просто сдерживал натиск — он двигался внутри толпы. Те атаки, от которых он уходил легким пируэтом, полным весом обрушивались на стоявших рядом практиков мелких сект, устраивая среди них жуткий хаос!

— Проклятье! Братья из Павильона Парящих Облаков, разуйте глаза, прежде чем бить заклинаниями!

— Какого черта, Башня Зеленых Одежд! Не смейте использовать этот момент для мести за тот клочок земли, что мы у вас отжали!

— Секта Ста Трав, вы выжили из ума — атаковать меня в спину?! Жить надоело?!

— Ой, прелестные девы из Секты Небесных Фей, пощадите! Зачем же вы целитесь прямо в пах?!

Толпа практиков взорвалась криками и руганью, в рядах оцепления начался полнейший хаос, и никто уже толком не понимал, в какую сторону направлять оружие.

« Сами небеса помогают мне!» — мысленно обрадовался Чэн Лин.

Его силуэт то вспыхивал, то гас, и когда он материализовался вновь, то обнаружил себя уже на самом краю вражеского кольца. Юноша приготовился совершить решающий рывок в лесную чащу, чтобы окончательно оторваться от преследования.

Однако старейшина Клана Наньгун изначально намертво зафиксировал его фигуру своим божественным чувством. Непрерывно пасуя руками, старик обрушивал вниз одну мощную технику за другой. Ему было абсолютно плевать на жизни пушечного мяса из третьих сил — гибель этих ничтожеств не стоила и гроша по сравнению с возможностью отомстить за смерть Наньгун Хао!

Чэн Лин мысленно выругался, пораженный такой запредельной жестокостью. Впрочем, подобный подход играл ему на руку: великие ордена всегда смотрели на остальных свысока, совершенно не заботясь о выживании своих вассалов. В долгосрочной перспективе такая тактика неизбежно приведет к расколу внутри их коалиции.

Юноша продолжал петлять между деревьями и телами, принципиально не вступая в лобовое столкновение со старейшиной. В итоге большая часть разрушительных огненных заклинаний старика пришлась по головам его же союзников!

— Ублюдки из Клана Наньгун совсем страх потеряли! Им плевать, выживем мы или нет!

— Эти высокомерные твари из великих сил ни во что нас не ставят! Мы выслеживали Чэн Лина, а в итоге нас используют как пушечное мясо! С меня хватит, я умываю руки!

Тысячи практиков открыто выкрикивали проклятия и оскорбления в адрес Клана Наньгун, однако старейшина в небе даже бровью не повел на их протесты. Мощность его огненных техник лишь продолжала возрастать. Чэн Лин искусно маневрировал, заставляя снаряды уходить в молоко, из-за чего количество раненых и заживо сгоревших практиков вокруг него росло в геометрической прогрессии.

В конце концов, терпение толпы лопнуло. С истошными криками ужаса и ярости оцепление окончательно развалилось, и люди бросились врассыпную.

Чэн Лин только этого и ждал. Снова активировав Технику Пустоты, он смешался с огромной волной бегущих практиков и стремительно скрылся в густых зарослях дремучего леса.

Впрочем, расслабляться было рано. Остальные старейшины стадии Преодоления Бедствия пока не показывались, но те двое, которых он зафиксировал ранее, определенно вели его своим божественным чувством. Оторваться от преследования мастеров такого уровня без использования Техники Управления Мечом, полагаясь исключительно на собственные ноги, было практически невозможно.

Ему оставалось лишь продвигаться как можно глубже в лесную чащу, стремясь заманить преследователей в какой-нибудь безлюдный, глухой угол, чтобы уже там навязать им свою игру.

Два старейшины неотступно следовали за ним, пробиваясь сквозь кроны деревьев, и в их сердцах росло искреннее изумление. Обладая культивацией стадии Преодоления Бедствия, они до сих пор не могли сократить дистанцию до беглеца! Какого же ранга была его техника перемещения? Чэн Лин преподносил им один пугающий сюрприз за другим — такого гения нужно было задушить любыми средствами, не считаясь с потерями!

Юноша выжимал из своего тела абсолютный максимум скорости, на ходу беспрестанно закидывая в рот алхимические пилюли для восстановления сожженной энергии меча.

Если бы против него выступал всего один мастер стадии Преодоления Бедствия, он, возможно, рискнул бы принять бой. Обладая текущим уровнем закалки костей и приемами Техники Полета Императорского Меча, он не считал себя абсолютно беспомощным, к тому же в крайнем случае у него всегда оставался запретный метод самопожертвования.

Но противостоять сразу двум великим мастерам стадии Преодоления Бедствия на своем текущем уровне он объективно не мог. Оказавшись в безвыходном положении, он был вынужден, словно затравленный пес, петлять между вековыми деревьями, непрерывно сканируя духовным взором местность в надежде отыскать хоть малейший шанс для побега!