В сердце Чэн Линя вспыхнула острая боль. Он взволнованно и поспешно спросил:

— Почему? Неужели ты не можешь задержаться здесь? Мне нужно лишь достичь стадии Махаяны, и тогда мы вместе отправимся в Царство Бессмертных!

Юнь Цзинвэнь горько улыбнулась и покачала головой:

— Это бесполезно. Даже если ты прорвешься на стадию Махаяны, ты не сможешь вознестись прямо сейчас. Вероятно, из-за того, что я изначально принадлежу высшему миру, пока мой даньтянь был скован, Небесное Дао не могло засечь мое присутствие. Но теперь, когда бессмертная Ци восстановилась, скрывать тайны судьбы более невозможно, и проход для вознесения открылся автоматически.

— Цзинвэнь, неужели ты не можешь остаться здесь ради меня? Клянусь, если ты дашь мне немного времени, я обязательно отправлюсь туда вместе с тобой!

— Чэн Лин, как бы мне ни хотелось остаться с тобой... Но коридор вознесения уже активирован, я попросту не способна сопротивляться этой силе!

— Не верю! Не верю, что Небесное Дао настолько уродливо, что обязано силой вырвать тебя из моих рук!

Чэн Лин пришел в ярость. Он крепко прижал Юнь Цзинвэнь к груди, ведомый лишь одним упрямым желанием — не дать ей уйти.

Однако очень скоро он почувствовал неладное: тело девушки начало медленно отрываться от земли. Сверху исходил мощнейший гравитационный импульс, который неумолимо затягивал её в небеса.

Руки Чэн Линя начали медленно скользить по её плечам и предплечьям. Боясь причинить ей боль неловким движением, он был вынужден перехватывать её всё ниже, пока Юнь Цзинвэнь окончательно не зависла в воздухе, а юноша смог удержать её лишь за лодыжки.

Слезы покатились из глаз Юнь Цзинвэнь, и она мягко произнесла:

— Чэн Лин, отпусти... Ты не можешь идти наперекор воле Небесного Дао.

— Нет! Это проклятое Небесное Дао забросило меня в этот мир. Мой учитель погиб, Юйлань и Ии тоже мертвы, а теперь и ты покидаешь меня... Неужели Небеса способны приносить людям лишь одни страдания?! Такое Дао я никогда не признаю!

Чэн Лин яростно взревел. Он мертвой хваткой вцепился в лодыжки Юнь Цзинвэнь, направив всю свою энергию меча к ступням и тщетно пытаясь весом собственного тела и силой культивации противостоять небесному притяжению.

Слезы Юнь Цзинвэнь лились градом. Она наконец-то в полной мере ощутила всю искренность чувств Чэн Линя к ней, но прекрасно понимала: если продолжать это упрямое противостояние, Чэн Лин в конечном итоге навлечет на себя гнев Небесной Воли, что приведет к катастрофическим последствиям.

С её нынешним уровнем сил она не могла противиться этой тяге, что уж говорить о Чэн Лине.

И действительно, спустя пару мгновений влекущая сила возросла многократно, и Чэн Лин начал стремительно терять опору под ногами.

Видя залитое слезами лицо Юнь Цзинвэнь, его сердце болезненно сжалось. Он поспешно разжал пальцы на её лодыжках и виновато произнес:

— Прости, Цзинвэнь... Я сделал тебе больно?

Юнь Цзинвэнь покачала головой:

— Нет, не больно. С моей нынешней культивацией ты не смог бы навредить мне. Чэн Лин, отпусти, наша разлука — лишь временная.

Чэн Линя захлестнула глухая ненависть. Он задрал голову к грозовым тучам и громогласно закричал:

— Не верю, что эта тварь сможет забрать тебя прямо у меня на глазах!

С этими словами он резко оттолкнулся от земли, и в его ладони мгновенно возник Меч Рёва Дракона. Перехватив рукоять обеими руками, он взмыл прямо к верхнему ярусу облаков и наотмашь нанес сокрушительный удар мечом по черной туче!

Юнь Цзинвэнь побелела от ужаса и отчаянно закричала:

— Не смей!

Этот удар, рожденный чистой яростью, воплотил в себе абсолютный предел боевой мощи, на которую только был способен Чэн Лин.

Ослепительный луч меча прорезал небосвод, точно исполинский топор, раскалывающий небеса, и устремился к облачной гуще.

Небесные тучи словно почуяли исходящую угрозу, и раскаты грома зазвучали с утроенной силой. В тот самый миг, когда острие светового лезвия готово было вонзиться в облака, раздался оглушительный треск! Ка-ча! Ка-ча! Из самого сердца воронки вырвались несколько багровых молний толщиной с бочку и сокрушительным таранным ударом обрушились прямо на Чэн Линя.

Кха!

Парень выплюнул фонтан свежей крови, а его тело под действием электрических разрядов кубарем полетело назад.

Юнь Цзинвэнь плакала навзрыд, беспомощно паря в небесах и крича во весь голос:

— Чэн Лин, немедленно остановись! Это Небесная Кара, ты не сможешь выстоять против неё! Неужели ты хочешь, чтобы меня снова накрыло обратным откатом бессмертных сил?!

Лишь когда Чэн Лин тяжело рухнул на землю, бушующие в небесах молнии прекратили свою атаку.

Он уже собирался вновь вскочить на ноги для очередного выпада, но крик Юнь Цзинвэнь заставил его замереть.

Выплюнув еще несколько сгустков крови, он без колебаний активировал Метод Демонического Самопожертвования, и его духовное семя меча со свистом вырвалось наружу.

Его пальцы сотворили стремительную серию знаков заклинания, и Меч Рёва Дракона глубоко погрузился в землю. Клинок начал жадно впитывать колоссальную энергию земных жил, разрастаясь в размерах в сотни раз, после чего, повинуясь воле хозяина, с грохотом вырвался из почвы.

Этот прием являлся самым смертоносным козырем в Искусстве Управления Летающим Мечом — сбор энергии Земли ради нанесения одного фатального удара.

Сердце Юнь Цзинвэнь разрывалось от боли. Она прекрасно знала: чем яростнее Чэн Лин сопротивляется законам мира, тем более сокрушительным будет ответный удар Небесного Дао.

Если эта исполинская атака действительно поразит тучи, порожденная реакция Небесной Кары способна будет мгновенно уничтожить Чэн Линя на месте.

Она больше не могла просто наблюдать. Взмахнув хрупкой ладонью, дева применила бессмертную технику и заблокировала гигантское лезвие Чэн Линя прямо в воздухе, после чего твердо произнесла:

— Чэн Лин, прекрати эти бессмысленные попытки, смирись! Если ты сейчас же не деактивируешь Метод Демонического Самопожертвования, я самолично высвобожу всю свою бессмертную Ци прямо здесь. И в этот раз мое тело уже никогда не сможет восстановиться!

С уголка губ Чэн Линя непрерывной струйкой текла кровь. Глядя на непреклонное, решительное лицо Юнь Цзинвэнь, он медленно остановил циркуляцию запретной техники. Однако его взгляд, устремленный на грозовые облака, по-прежнему дышал безграничной, леденящей душу жаждой убийства.

Влекущая сила в небесах продолжала нарастать, и силуэт Юнь Цзинвэнь уносило всё дальше, пока она почти вплотную не приблизилась к грозовому фронту.

В этот момент в самом центре свинцовых туч образовался идеально круглый проход, края которого сияли чарующими семицветными переливами духовного света. В следующее мгновение небесная тяга без остатка увлекла её внутрь этого коридора.

— Северное Скрытое Небо, Обитель Чистой Ясности! Чэн Лин, я буду преданно ждать тебя в Секте Эфирного Снега!

Стоило последним словам сорваться с её губ, как её силуэт окончательно растворился в сияющем тоннеле.

Чэн Лин оцепенело смотрел на то место, где только что исчез проход. Черные тучи над его головой начали лениво рассеиваться, а в памяти непрерывным калейдоскопом всплывали все моменты, проведенные рядом с Юнь Цзинвэнь.

Он впервые в жизни так остро ощутил собственное бессилие: с его нынешним уровнем культивации он был абсолютно неспособен тягаться с волей неосязаемого Небесного Дао.

Сила. Только обладая абсолютным, подавляющим могуществом, можно вершить свою судьбу так, как пожелаешь. Какие еще девять великих фракций? Какие еще законы Небесного Дао? Перед лицом истинной, сокрушительной силы всё это — не более чем собачья чушь!

«Цзинвэнь, жди меня! С наследием золотых страниц в руках я рано или поздно прорублю себе путь на Высшие Небеса и верну тебя на свое законное место. И если кто-то посмеет встать у меня на пути — будь то древний монстр или само неосязаемое Небесное Дао — я без колебаний уничтожу их одним ударом меча!»

В глазах Чэн Линя вспыхнула беспрецедентная, монолитная решимость. Это было сродни безмолвной клятве перед лицом вселенной. В его сознании еще долго раскатистым эхом отзывался внутренний гром, пока постепенно всё вокруг не стихло.

Он усадил свое израненное тело в позу лотоса и, достав из пространственного кольца целую горсть целебных пилюль, принялся залечивать внутренние повреждения.

Поскольку его Духовный метод древесного облика перешагнул барьер третьего уровня, скорость регенерации возросла в несколько раз.

В процессе сканирования меридианов он также обнаружил, что его врожденная эссенция крови была крайне истощена, а её общие запасы и качество критически снизились. Более того, даже костный мозг утратил свой былой здоровый блеск, став тусклым и грязно-серым.

Костный мозг отвечает за кроветворение, и подобный плачевный статус был прямым следствием регулярного использования Метода Демонического Самопожертвования.

Юнь Цзинвэнь была абсолютно права: эта запретная техника таила в себе колоссальные скрытые угрозы, планомерно подтачивая сам фундамент практикующего.

«Нужно как можно скорее предупредить об этой опасности Цзянь Инхао и Лю Цинъянь, чтобы они прибегали к этой технике лишь в самых крайних случаях, иначе последствия будут необратимыми».

К счастью, благодаря качественному прорыву в Духовном методе древесного облика, Чэн Лин мог не только эффективно исцелять текущие раны, но и постепенно регенерировать истощенный костный мозг и запасы эссенции крови.

Спустя несколько дней от его ранений не осталось и следа.

Под воздействием целебной энергии дерева из его пор выделилось огромное количество грязно-серых нечистот и шлаков. Слегка потянувшись и расправив суставы, юноша ощутил невероятную легкость во всем теле, словно разом избавился от застарелого недуга, терзавшего его долгие годы.

«Организм вернулся в пиковую форму, теперь самое время детально распланировать дальнейшие действия».

Он тихо пробормотал это себе под нос, погружаясь в размышления.

Прямо сейчас перед ним стояли несколько первоочередных задач, требующих незамедлительного решения.

Во-первых, необходимо было выйти на след Цзянь Инхао, Цзянь Уя и остальных уцелевших мастеров. Когда коалиция великих сил атаковала Академию Знаменитого Меча, Глава Главного Двора, по слухам, героически погиб, однако Глава Факультета Меча и Глава Сунь сумели вырваться из окружения. За столько лет не было известно, в каком глухом углу они затаились.

Если ему удастся разыскать их и переправить в Павильон Меча, то, опираясь на колоссальный авторитет и влияние Цзянь Уя, они смогут без труда консолидировать под своим крылом большую часть выживших учеников разрушенной академии.

Что касается Цзянь Инхао, то после инцидента в Долине Алхимического Короля он в одиночку направился в сторону академии и также бесследно исчез. Высока вероятность, что парень до сих пор скрывается где-то в бескрайних южных хребтах.

А вот что касается Сунь Юаньляня — этот предатель принес академии слишком много бед. Если Чэн Лин наткнется на него, то без малейших колебаний оборвет его жизнь.

Во-вторых, дела Павильона Меча.

Лю Цинъянь и остальные наверняка уже благополучно добрались до Павильона Меча, однако их текущих совокупных сил по-прежнему критически мало для открытого противостояния со столпами континента. Их фракция слишком молода и слаба, в то время как девять великих сил пустили глубокие корни на Континенте Лазурных Волн, обладая неисчислимым человеческим ресурсом и подавляющим числом высокоранговых мастеров.

Тем не менее, юноша свято верил: дай ему лишь немного времени, и он обязательно нагонит упущенное, а затем раз и навсегда растопчет девять великих фракций ногами. Благо, природный талант Лю Цинъянь и Цзянь Инхао принадлежал к высшему разряду и ни в чем не уступал его собственному.

Был еще один важный нюанс: по возможности следовало привлечь на свою сторону как можно больше союзников. Спасшиеся бегством ученики Академии Знаменитого Меча — это лишь одна карта на столе. Куда важнее было внести раскол в ряды врагов. Девять великих фракций вовсе не представляли собой монолитный союз, у каждого крупного игрока за пазухой всегда имелся свой собственный корыстный интерес.

За долгие годы странствий Чэн Лин сумел детально разобраться в хитросплетениях их взаимоотношений.

Из всей девятки: Дворец Дракона Восточного Моря, Клан Оуян, Секта Эфирного Снега, Клан Дугу, Клан Мужун и Клан Наньгун — эти фракции питали к нему глухую, кровную ненависть, так что договориться с ними не было ни единого шанса.

Однако среди оставшихся игроков ситуация выглядела иначе. Секта Меча Асуры ни разу не принимала участия в карательных экспедициях против него. Напротив, в силу уважения к древнему наследию культиваторов меча, их отношение к юноше всегда оставалось весьма дружелюбным, что делало их потенциально мощнейшим союзником.

Клан Дуаньму в свое время проявил искреннюю заботу и оказал помощь Дуаньму Си и Дуаньму Лин. Пусть они и были вынуждены формально участвовать в осаде Секты Безымянного Меча под жестким давлением со стороны Дворца Дракона, за эту фракцию также имело смысл побороться.

Последней силой в списке значилась Секта Феникса. Как рассказывал Цзянь Инхао, резиденция этого ордена располагалась в границах обособленного малого измерения, из-за чего их глобальные интересы практически не пересекались с планами остальных гигантов континента. Учитывая отсутствие жестких территориальных споров, а также деликатные личные отношения между Цзянь Инхао и Фэн Яньжан, эта секта вполне реально было перетянуть в свой лагерь.

Что касается Клана Чжао, то их позиция всегда оставалась крайне двусмысленной. И пусть они периодически демонстрировали Чэн Линю определенные знаки внимания, их реальная поддержка была чисто символической. Очевидно, это диктовалось устоявшимися традициями их семьи — типичные приспособленцы, которые всегда старались усидеть на двух стульях, дабы не навлечь на себя гнев ни одной из противоборствующих сторон.

Впрочем, юноша прекрасно понимал, что любые союзы в мире культивации строятся исключительно на прочном фундаменте взаимной выгоды. Практики всегда ставят личный интерес во главу угла. Если не предложить потенциальным партнерам весомые преимущества, никакие прошлые приятельские отношения не станут надежным гарантом безопасности.

С этой точки зрения Клан Дуаньму пока следовало временно исключить из оперативных планов: их родовые земли располагались в непосредственной близости от Дворца Дракона Восточного Моря. Даже если объединить все силы Павильона Меча, этого всё равно не хватит, чтобы защитить их от стремительного удара повелителя морей.

Наиболее перспективными целями для дипломатии оставались Секта Меча Асуры и Секта Феникса. Раз уж он сейчас физически находился на южных территориях, его первоочередной целью должна была стать именно Секта Феникса. Пользуясь их застарелыми трениями с Кланом Оуян, можно было изящно использовать чужие руки как таран, чтобы одним сокрушительным ударом полностью помножить на ноль всё влияние Оуян на юге!

Вот только координаты расположения Секты Феникса были окутаны плотной завесой тайны — даже высокопоставленные мастера из девяти великих орденов редко владели точной информацией на этот счет, так что их поиски обещали стать задачей повышенной сложности.

«Возможно, Цзянь Уя или Цзянь Инхао знают, где скрываются эти затворники».

Придя к такому выводу, Чэн Лин принял твердое решение задержаться в южных землях еще на некоторое время. Он намеревался совместить поиски следов Цзянь Инхао с активным сбором информации о местонахождении Секты Феникса.