В Долине Безымянного Чэн Лин и Лю Цинъянь вели лихорадочную подготовку к бою. Прошло полгода, и, по их расчетам, карательный отряд клана Оуян вот-во должен был выдвинуться в путь.

Эта засада имела колоссальное значение: в случае успеха все планы клана Оуян окажутся сокрушены. Их былая власть и авторитет на юге резко пошатнутся, и тогда многочисленные мелкие и средние фракции тут же поднимут голову, вступая в яростную борьбу за передел южных ресурсов.

Ради этого Чэн Лин специально направил весточку в Секту Феникса. Фэн Фэйфэй проявила исключительную щедрость, выделив для этой засады пятерых старейшин стадии Махаяна и несколько тысяч сильных практиков.

Оставалось полагаться на собственные силы Долины Безымянного. За эти полгода численность гвардии Пурпурного Дракона удалось довести до трехсот человек — это был абсолютный предел боевой мощи, которую смогли сообща выставить Секта Безымянного Меча и клан Чжоу. Среди трех сотен гвардейцев число мастеров стадии Слияния увеличилось до ста пятидесяти, а все остальные находились на стадии Разделения Души.

Когда приготовления завершились, самым важным вопросом стал сбор точных разведданных. Ли Цин, возглавлявший южный филиал Зала Известных Звуков, сам был выходцем из вассального клана Оуян и знал их внутреннюю кухню как никто другой, поэтому сбор сведений по главной цели поручили именно ему.

Получив срочный вызов от Чэн Лина, он поспешил явиться во дворец и доложил:

— Владыка, в последнее время среди практиков клана Оуян наблюдаются масштабные перемещения. Множество отрядов, которые раньше прочесывали южные рубежи в поисках наших следов, теперь стягиваются обратно в родовое гнездо.

— Вот как? И какова примерная численность этого воинства?

— Судя по размаху, они собирают не меньше тридцати тысяч человек. Поговаривают, что этот поход возглавят лично старейшины стадии Махаяна Оуян Линь и Оуян Шань. Выступят ли с ними другие старейшины, пока точно неизвестно.

— Каков их средний уровень сил?

— Оуян Линь находится на средней стадии Махаяна, Оуян Шань — на начальной. Вместе с ними выступят десять мастеров стадии Преодоления Бедствий и более трехсот практиков стадии Слияния. Сила весьма внушительная.

Чэн Лин внутренне содрогнулся, но сохранил внешнее спокойствие и спросил:

— Насколько хорошо ты знаешь истинный потенциал клана Оуян?

— Владыка, ваш слуга с самого детства рос в их вассальном клане и каждый год бывал в их главной резиденции, так что я неплохо осведомлен об их делах.

— И какова же их совокупная боевая мощь?

— Насколько мне известно, в клане Оуян насчитывается около десяти мастеров стадии Махаяны, более тридцати экспертов стадии Преодоления Бедствий, около тысячи практиков стадии Слияния, примерно десять тысяч мастеров стадии Разделения Души и более ста тысяч — стадии Трансформации Божества. Все остальные ученики находятся ступенями ниже.

— А какова общая численность их людей?

— Кровных членов главной ветви насчитывается около пятисот тысяч. Если же прибавить к ним все вассальные силы, включая четыре великих клана и три крупные секты, то общая численность превышала пятнадцать миллионов человек. Однако четыре клана уже стерты вами с лица земли, так что сейчас под их началом осталось едва ли больше десяти миллионов.

Чэн Лин мысленно выдохнул. Хоть южный регион и считался самым малонаселенным в плане практиков, он никак не ожидал, что один-единственный клан Оуян способен выставить под свои знамена более десяти миллионов культиваторов. Для сравнения: если собрать вместе всех людей Секты Безымянного Меча и клана Чжоу, едва ли набрался бы один миллион человек.

И это без учета колоссального разрыва в качественном уровне развития. Попытка Секты Безымянного Меча заживо проглотить такого огромного дракона, как клан Оуян, определенно не обещала быть легкой прогулкой. К счастью, он изначально сделал ставку на затяжную партизанскую войну, планируя планомерно уничтожать живую силу врага, чтобы нанести сокрушительный удар в самом конце.

Он в очередной раз мысленно похвалил себя за прошлую осторожность. То, что они сохранили жизнь трем прибрежным сектам и заключили союз с Сектой Феникса, теперь свяжет клану Оуян руки и отвлечет на себя львиную долю их элитных сил.

Еще одним поводом для гордости стало создание Зала Известных Звуков. Если раньше во время боевых действий они имели лишь смутное представление о силах врага, то теперь, благодаря специализированной шпионской сети, все маневры клана Оуян были у них как на ладони.

Он одобрительно произнес:

— Ты отлично справился со своей задачей. Продолжай непрерывное наблюдение. Как только их армия пересечет черту города, немедленно докладывай!

— Слушаюсь! — выкрикнул Ли Цин и быстро удалился.

Чэн Лин глубоко задумался. Разница в численности войск была почти десятикратной. В грядущем сражении они обязаны раскинуть безупречные небесные сети, чтобы полностью и без остатка уничтожить эту тридцатитысячную армию!

Пока он взвешивал все за и против, в зал вбежал ученик с докладом: Се Фэн вернулся!

Чэн Лин обрадовался. Он как раз переживал из-за нехватки высокоранговых бойцов, и возвращение Се Фэна было как нельзя кстати. Юноша поспешно поднялся со стула и лично направился к выходу, чтобы встретить гостя.

Выйдя во двор, он увидел Се Фэна, рядом с которым стояла Чжан Сиянь. Завидев Чэн Лина, девушка просияла от радости:

— Брат Чэн! Ты действительно здесь! А где сестра Цзинвэнь? Почему она не вышла встретить меня?

Взгляд Чэн Лина мгновенно потускнел, и он тихо произнес:

— Сиянь... твоя сестра Цзинвэнь уже совершила прорыв и вознеслась обратно в Бессмертное Царство.

— Ах!.. — Чжан Сиянь испуганно прикрыла рот ладонью, на ее лице отразилось полное потрясение.

Чэн Лин не хотел бередить старые раны и углубляться в разговоры о Юнь Цзинвэнь, поэтому быстро перевел взгляд на Се Фэна:

— Брат Се Фэн, не думал, что тебе действительно удастся отыскать ее. Ну и как обстоят дела?

На лице Се Фэна появилась горькая усмешка. Он бросил короткий взгляд на Чжан Сиянь, а затем сделал Чэн Лину едва заметный знак глазами.

Чэн Лин мгновенно все понял и обратился к девушке:

— Сиянь, это Долина Безымянного Меча, здешние места очень красивы, да и концентрация духовной энергии здесь весьма высока. Ты можешь пока прогуляться по окрестностям. Я поручу ученику проводить тебя и показать самые живописные уголки, а чуть позже мы обязательно продолжим наш разговор, хорошо?

Чжан Сиянь послушно кивнула, и Чэн Лин жестом приказал одному из учеников сопроводить ее на прогулку.

Когда мужчины остались одни и заняли свои места в зале, Се Фэн тяжело вздохнул:

— Брат Чэн, девушку я действительно нашел. В ее теле действительно сокрыто Истинное Пламя Цилиня.

Чэн Лин озадаченно спросил:

— Раз так, почему на тебе лица нет, брат Се Фэн?

Се Фэн сокрушенно покачал головой:

— К несчастью, я явился слишком поздно. За эти годы она успела поглотить значительную часть пламени, и оно намертво срослось с ее зарождающейся душой. Теперь, чтобы извлечь его и использовать для моих нужд, мне придется полностью стереть ее в порошок, вырвав пламя вместе с душой.

Чэн Лин нахмурился. Дело принимало скверный оборот. Мало того, что Чжан Сиянь в свое время прошла с ним через жизнь и смерть, так еще и ради памяти Юнь Цзинвэнь он никогда бы не позволил поднять на нее руку.

Выдержав паузу, он спросил:

— Неужели нет никакого другого выхода?

— Есть, — криво усмехнулся Се Фэн. — Первый способ: она должна стать моей спутницей на пути культивации, чтобы мы практиковали метод парного совершенствования. Только так можно будет высвободить и активировать первородную энергию пламени Цилиня. Однако со дня гибели Юй-эр я поклялся больше никогда не впускать в свое сердце чувства — эта боль слишком невыносима!

Чэн Лин не ожидал, что этот суровый мастер окажется настолько предан своей погибшей любви. Вместе с тем юноша ощутил внутреннее облегчение от того, как сильно изменился Се Фэн. Если бы не влияние Лю Юй и те долгие годы, что они провели бок о бок, с его прежним безжалостным характером времен Континента Демонической Крови он бы уже давно испепелил Чжан Сиянь ради заветного пламени.

— А существует ли второй способ?

— Да, второй способ. Первородная сила пламени Цилиня сосредоточена в трех точках: первая — это само пламя в ее теле, а две оставшиеся — это его глаза. Если нам удастся отыскать и поглотить пропавшие глазные сферы Цилиня, с их помощью можно будет насильно вытянуть истинное пламя из ее души.

Чэн Лин лишь горько улыбнулся — этот путь выглядел еще более фантастическим. Со времен сотворения первозданного хаоса, когда четыре великих божественных зверя и четыре священных духа вели бесконечные войны, глаза Цилиня были безвозвратно утеряны. Отыскать их теперь — задача из разряда невыполнимых.

Се Фэн продолжил мрачным тоном:

— К тому же это пламя внутри ее тела — настоящая бомба замедленного действия. По твоим словам, у стен Долины Короля Пилюль ее развитие едва достигало начальной стадии Формирование Духа. То, что она за такой короткий срок сумела пробиться на стадию Слияния, определенно связано с поглощением части энергии пламени.

— Однако эта сила слишком велика. Цилинь обладал телом священного духа и невероятно прочной плотью, а она — обычный смертный человек. Если так пойдет и дальше, то по мере углубления процесса усвоения ее уровень развития, конечно, будет расти, но в один прекрасный день она просто не справится с яростной и хаотичной энергией пламени, и ее тело разорвет на части!

Чэн Лин нешуточно испугался:

— И как это можно предотвратить?

Се Фэн лишь беспомощно покачал головой.

Чэн Лин лишился дара речи. Выходило, что пламя внутри Чжан Сиянь действительно напоминало часовой механизм, который мог сработать в любой момент, и ситуация была критической.

Заметив его глубокую тревогу, Се Фэн попытался подбадривать друга:

— Брат Чэн, не стоит паниковать раньше времени. Хоть эта опасность и реальна, критическая точка наступит еще нескоро. К счастью, пока она усвоила лишь малую часть энергии, так что у нас есть запас времени, чтобы отыскать иное решение.

Чэн Лин вздохнул, понимая, что сейчас он ничего не может изменить:

— Что ж, жизнь и смерть подчинены судьбе, а богатство и знатность — воле Небес. Будем надеяться, что удача не оставит ее. Кстати, брат Се Фэн, твое возвращение как нельзя более своевременно — мы как раз готовим масштабный удар по клану Оуян!

Глаза Се Фэна хищно блеснули:

— Вот как? И когда именно планируется выступление?

Чэн Лин подробно изложил ему все имеющиеся у них сведения и подытожил:

— Сейчас наша главная слабость — колоссальная разница в численности бойцов. Я уже приказал ученикам Секты Безымянного Меча большими группами стягиваться в долину. Как только карательный отряд врага выдвинется, мы перехватим их и устроим сокрушительную засаду.

Се Фэн наконец-то сбросил оковы уныния и твердо произнес:

— Отлично. В таком случае я пойду нанесу последние штрихи к своим приготовлениям и буду ждать твоего сигнала.

С этими словами он покинул зал.

Обе стороны вели лихорадочную подготовку к грядущей схватке. Спустя еще несколько дней, когда Чэн Лин находился в Зале Артефактов и наблюдал за процессом ковки Доспехов Пурпурного Дракона, к нему подбежал ученик с известием: прибыл Чжоу Чантянь.

Вернувшись в зал совещаний, Чэн Лин застал главу клана Чжоу в крайнем смятении — тот взволнованно мерил шагами комнату, явно не зная, что предпринять.

Чэн Лин занял свое кресло и с удивлением спросил:

— Глава Чжоу, что заставило тебя так сильно нервничать?

Чжоу Чантянь поспешил ответить:

— Владыка, к нам снова пожаловали посланники из клана Оуян! И на этот раз их возглавляет лично восьмой старейшина, Оуян Тянь!

— О? — Чэн Лин заинтересованно приподнял брови. Оуян Тянь? Старый знакомый, надо же, как быстро судьба снова свела их пути. — И чего же он требует?

— Все того же. Он настаивает, чтобы наш клан Чжоу официально перешел под крыло клана Оуян. Взамен они обещают предоставить нам полную защиту, помочь войти в число видных сил южного региона, а также передать под наше управление все пустующие территории и рудники, ранее принадлежавшие уничтоженным кланам Лю и Сяо.

— Хм, губа не дура, отличный план они придумали. И какие же условия они выдвигают?

— Главное условие — мы обязаны ежегодно выплачивать им не менее семидесяти процентов всех ресурсов, добытых на территориях этих двух кланов!

— Действительно, грабеж средь бела дня! Послушай меня, глава Чжоу, не спеши отвечать им резким отказом. Скажи Оуян Тяню, что планка в семьдесят процентов требует долгих и тщательных обсуждений, попробуй выторговать снижение доли. Твоя задача — максимально затянуть переговоры и выиграть время. Параллельно с этим ускорь распродажу готовой продукции в лавках Возвышения, а я со своей стороны подстегну мастеров из залов алхимии, талисманов, артефактов и формаций.

Чжоу Чантянь на мгновение замялся и нерешительно спросил:

— А что, если у них лопнет терпение и они потребуют немедленного ответа?

Чэн Лин зловеще ухмыльнулся:

— Не переживай, это не займет много времени. Стоит им получить известие о том, что карательный отряд, отправленный на выручку трем сектам, полностью уничтожен, как им сразу станет не до торговых сделок в Возвышении. Ступай и держись уверенно, не нужно перед ними пресмыкаться. Сейчас они выступают в роли просителей, так что ты имеешь полное право диктовать свои условия и набивать цену!

Чжоу Чантянь мгновенно все осознал, на его лице появилась уверенность, и он поспешно отбыл назад.

Время шло своим чередом, и незаметно пролетели еще десять дней. Сведения от Ли Цина непрерывным потоком стекались в Долину Безымянного Меча, и на десятые сутки наконец пришла точная информация: через три дня тридцатитысячная армия клана Оуян выступит по направлению к Секте Управляющих Мечом!

Чэн Лин пришел в восторг. Он немедленно взял с собой нескольких лучших учеников Зала Формаций и отправился на разведку вдоль предполагаемого маршрута движения врага. В итоге они остановились на узком, вытянутом горном ущелье, идеально подходившем для капкана, и принялись закладывать основу будущих массивов.

Поскольку времени оставалось в обрез, а само ущелье было весьма протяженным, им удалось возвести лишь одну масштабную скрывающую формацию седьмого ранга. Зато вдоль склонов они оборудовали множество замаскированных позиций, оснащенных мощными арбалетами. Стоило авангарду клана Оуян войти вглубь этого каменного мешка, и их ждал сокрушительный, смертоносный ливень!