Чэн Линь никак не ожидал, что парящая в воздухе сфера полетит прямиком в их сторону. Максимально резко вильнув корпусом, он пропустил её мимо себя и наотмашь рубанул Мечом Драконьего Рёва прямо по центру круглого ядра.

Хрусь!

Под точным ударом клинка сфера со звоном раскололась, однако в то же мгновение из её глубин вынырнул крошечный, длиной всего в пару дюймов, иллюзорный силуэт цилиня. Миновав обломки оболочки, этот призрачный дух по инерции полетел дальше. Прямо за спиной юноши в оцепенении замерла Чжан Сиянь; дева в шоке разинула рот и физически не успевала уклониться от летящей угрозы — призрачный силуэт цилиня на полной скорости влетел ей прямо в раскрытые губы.

В ту же секунду её тело содрогнулось, и она плавно оторвалась от земли, зависнув в воздухе. Всё её естество окутало плотное изумрудно-зеленое свечение; этот сияющий ореол начал стремительно расширяться, пока окончательно не поглотил фигуры всех троих спутников. Спустя мгновение из глаз Чжан Сиянь вырвались два столпа сочного изумрудного света, её силуэт мелко задрожал и бесследно растворился в пространстве туннеля.

— Быстрее, смотрите! Они сожрали призрачный дух цилиня и похитили сокровище!

Раздался чей-то истошный, громогласный вопль. К этому моменту Чжан Сиянь уже бесследно исчезла, и у входа в туннель остались стоять лишь Чэн Линь с Юнь Цзинвэнь на спине. Поскольку до этого их фигуры были скрыты плотной изумрудной вспышкой, никто из присутствующих так и не разглядел истинной сути произошедшего — толпа единодушно решила, что парень просто запечатал и прибрал к рукам радужного цилиня.

В это мгновение у всех без исключения практиков в зале окончательно сорвало крышу от алчности, и они безумной лавиной ринулись на штурм прохода.

Чэн Линь мысленно горько выругался: в подобной ситуации оправдываться и что-то доказывать было абсолютно бесполезно. Чжан Сиянь утянуло вглубь пространственного переноса, и неизвестно, с какими метаморфозами ей теперь придется столкнуться. Имея перед собой тысячную ораву обезумевших врагов, парень не посмел задерживаться здесь ни на секунду: задействовав Шаг Пустоты, он рыбкой нырнул в туннель и бросился в погоню по следам ушедшей девы.

Двигаясь по коридору, он постоянно сталкивался с новыми группами практиков, которые нескончаемыми потоками бежали ему навстречу.

Поначалу эти культиваторы понятия не имели, что вообще стряслось в главном зале, поэтому не оказывали ему серьезного сопротивления. Однако спустя всего пару минут вести о рождении артефакта лавиной разлетелись по туннелям. Теперь абсолютно каждый встречный был твердо уверен, что Чэн Линь завладел эссенцией радужного цилиня; со всех сторон доносились яростные крики, а бегущие позади преследователи без умолку призывали идущих впереди мастеров заблокировать проход.

У Чэн Линя не оставалось выбора: впереди стоял заслон, сзади на пятки наступала погоня, а пытаться мирно договориться с этой безумной толпой было пустой тратой времени. Оставалось только одно — прорубать себе дорогу мечом, умывшись кровью врагов!

Вскинув Меч Драконьего Рёва, он одним движением отправлял на тот свет любого, кто дерзал преградить ему путь. Впрочем, парень прекрасно отдавал себе отчет в том, что долго так продолжаться не может: пока что ему попадался лишь рядовой сброд с невысоким уровнем культивации, который он щелкал как орехи. Но стоит на шум явиться мастерам стадии Преодоления Бедствия из верхушки девяти великих фракций, и быстрой победы ему уже не видать.

Тем более что в авангарде преследователей по-прежнему шли Цзян Чуншань и Ху Лянь. Эти двое мертвой хваткой вцепились в его след; и пусть им никак не удавалось сократить дистанцию напрямую, из-за постоянных стычек Чэн Линя со встречными заслонами расстояние между ними неумолимо сокращалось с каждым метром.

Юнь Цзинвэнь крепко обхватила Чэн Линя за шею, плотно прижавшись к его спине. Поскольку её тело уже могло свободно двигаться, ей больше не требовалось громоздкое мягкое кресло, что позволило юноше демонстрировать абсолютный максимум своей маневренности. Уклоняясь от летящих заклинаний, он филигранно орудовал клинком, и его движения казались плавными и естественными.

Пряди её роскошных черных волос каскадом ниспадали вниз, практически полностью скрывая лицо девы, так что атакующие ее практики даже при всем желании не смогли бы опознать в ней бывшую пленницу.

На протяжении всего стометрового туннеля земля была усеяна трупами. Чэн Линю приходилось взвинчивать скорость своих выпадов до нечеловеческих лимитов; в условиях столь тесного группового боя его самые мощные и масштабные карающие техники были практически бесполезны. Требовалось уничтожать врагов за доли секунды, попутно следя за тем, чтобы ни одна случайная атака не задела Юнь Цзинвэнь.

Постепенно в радиусе пяти метров вокруг него образовалась настоящая зона смерти — враги падали десятками, и счет его жертв уже шел на сотни. Наблюдая за его призрачными перемещениями и сокрушительной, леденящей волей меча, некоторые практики начали смутно осознавать, с кем именно они имеют дело.

Один из культиваторов, который в свое время лично принимал участие в грандиозной засаде у стен Долины Короля Пилюль, долго и пристально вглядывался в силуэт юноши. В его голове внезапно вспыхнула догадка — уж слишком похожим и знакомым был этот почерк ведения боя. Старик истошно взвыл на весь коридор:

— Чэн Линь! Это же Чэн Линь!

Толпа взорвалась криками. За последние несколько лет имя Чэн Линя прогремело на весь Континент Лазурных Волн, и верхушка девяти великих фракций спала и видела, как бы поскорее сжить его со свету. Среди наступающих преследователей как раз находилось немало элитных учеников этих сил; едва опознав цель, они тут же принялись лихорадочно рассылать ментальные сообщения по всем каналам связи.

В один миг туннель запестрил вспышками сигнальных талисманов и нефритов, а напор обезумевших от жажды наживы и славы практиков возрос многократно.

В душе Чэн Линя нарастала тревога. Раз уж его истинное имя раскрыто, медлить больше нельзя ни секунды: если сюда успеют подтянуться мастера стадии Махаяны, выбраться живым из этой ловушки будет практически нереально.

Отбросив все сомнения, он переложил Меч Драконьего Рёва в левую руку, а правой резким движением извлек из пространственного кольца Меч Возвышающийся Дракон, мгновенно активировав свою коронную технику — Преклонение Десяти Тысяч Мечей! В ту же секунду все замкнутое пространство туннеля заполнилось ослепительным, триумфальным сиянием энергии меча. Яростные, разящие лучи и лезвия энергии со свистом полосовали воздух, и за какие-то пару вдохов огромный пласт нападавших был начисто стерт с лица земли.

Часть остаточных лучей меча с грохотом рикошетила от прочных каменных стен туннеля, порождая вторичные волны разрушений, из-за чего уцелевшие практики в панике бросились врассыпную, ища хоть какое-то укрытие. Цзян Чуншань и Ху Лянь замерли в глубоком потрясении: подобного уровня мастерства во владении клинком они не встречали за всю свою долгую жизнь. Оба предка четко осознали, что выйди они против этого юноши лицом к лицу, у них не было бы ни малейшей гарантии на успех.

Пользуясь тем, что враги в панике рассыпались по углам, Чэн Линь единым мощным рывком выскочил на открытый воздух. Попутно он достал из кольца флакон с чистейшей духовной эссенцией костного мозга и осушил его внушительным глотком, лихорадочно восстанавливая запасы энергии. Прошлый тотальный удар мечом опустошил его резервы энергии меча практически на две трети.

Однако стоило ему оказаться снаружи, как парень буквально замер от открывшейся картины. Прежний величественный даосский храм полностью провалился на самое дно образовавшегося ущелья. Все окружающие горные хребты лежали в руинах, а земля во всех направлениях была испещрена гигантскими трещинами, напоминающими колоссальную паутину.

В поднебесье кружили несколько десятков тысяч практиков, и новые группы продолжали беспрерывно нырять в проломы разрушенного туннеля! Его внезапное появление мгновенно привлекло внимание сотен парящих в небе мастеров. Расширив радиус божественного чувства, Чэн Линь ощутимо помрачнел: в вышине, окруженные личной гвардией, замерли Наньгун Ба, Оуян Сюн, Дуаньму Чэн, Фан Даоюань и другие патриархи великих сил, внимательно наблюдая за ситуацией с высоты.

К его великому счастью, у полуразрушенного храма крутилось слишком много посторонних людей, а сам он все еще был облачен в неприметные одежды даосского послушника, так что патриархи до сих пор не зафиксировали его личность. Что же касается устремленных на него взглядов рядовых практиков, то те лишь недоуменно переглядывались, гадая, почему этот парень так спешно покидает туннели. Неужели в глубинах руин скрывается какая-то запредельная опасность?

«Само небо помогает мне!» — мысленно усмехнулся Чэн Линь. Плавным пике он скользнул к подножию разрушенных скал и мгновенно растворился в густых зарослях нетронутого лесного массива.

Буквально через минуту из туннелей наружу массово вывалились преследователи. Оглядевшись по сторонам и не обнаружив и следа Чэн Линя, они тут же принялись лихорадочно связываться с руководством своих сект, докладывая о случившемся. Услышав этот доклады, Наньгун Ба и остальные патриархи едва не взвыли от ярости и упущенной возможности. Пребывая в бешенстве, они немедленно отдали жесткий приказ всем силам рассредоточиться по округе и прочесать каждый клочок земли в поисках Чэн Линя!

Сам главный герой на бешеной скорости проносился сквозь лесные чащи. В его душе жила глубокая тревога за судьбу Чжáн Сиянь, однако поделать с этим он сейчас ничего не мог. Первоочередной задачей было полностью разорвать кольцо окружения и покинуть хребет Южные пограничные горы. При этом он намеренно избегал бегства в южном направлении: если враги зафиксируют его вектор движения, они в два счета догадаются, что он пытается пробиться обратно к Академии Знаменитого Меча.

Поэтому Чэн Линь взял курс строго на запад. Более того, на пути своего следования он намеренно оставлял едва заметные, фальшивые следы своего пребывания, увлекая погоню в западные регионы. Это выглядело максимально логично и правдоподобно, ведь именно на западе располагалась территория Секты Меча Асуры.

Однако подобный маневр со стороны Чэн Линя был сродни игре с огнем. Силы великих сил разделились на несколько поисковых отрядов, и как раз в западный сектор были направлены не кто иные, как Оуян Тянь и Наньгун Ба. Возглавляя отряд из нескольких сотен элитных бойцов, эти два патриарха очень быстро наткнулись на намеренно оставленные юношей зацепки.

Переглянувшись между собой, оба лидера проявили молчаливое единодушие и не стали передавать эту информацию остальным фракциям. После нескольких прошлых провальных облав они начали испытывать к Чэн Линю смутное уважение и опасение, однако в то же время тот факт, что парень в одиночку умудрялся противостоять натиску сильнейших фракций континента, наглядно доказывал: его личные методы и секреты были поистине феноменальными.

Если вспомнить их недавний поход в Долину Короля Пилюль, то становилось очевидно, что скрытые у него на руках сокровища превосходили любое воображение. Зачем им делиться таким жирным куском с остальными патриархами, если можно забрать всё себе? И пускай Чэн Линю до этого удавалось ускользать из ловушек, в сухом остатке он оставался всего лишь практиком стадии Преодоление Бедствия, с которым они ни разу не сходились в прямом честном бою.

Если им удастся зажать его в угол, то с их культивацией начальной стадии Махаяны у этого мальчишки не будет ни единого шанса на спасение. И тогда все его уникальные техники, божественные методы и артефакты безраздельно перейдут в их личное владение!

Двигаясь по цепочке следов, они неотступно преследовали цель в течение целого часа, отдалившись от Южных пограничных гор уже на добрые несколько сотен ли. Однако к этому моменту оба патриарха начали подозревать неладное.

Оставленные Чэн Линем маркеры стали слишком запутанными и неоднозначными: вектор его движения постоянно петлял — то уходил на юг, то резко сворачивал на север, а затем снова указывал на запад. Из-за этого скорость их отряда заметно снизилась, и спустя некоторое время они вышли к устью глубокого, глухого ущелья.

Прислушавшись к остаточным энергетическим эманациям в воздухе, Оуян Тянь хмуро произнес:

— Брат Наньгун, в этом месте его аура становится совсем блеклой и практически сходит на нет. Как думаешь, в какую сторону этот щегол рванул дальше?

У Наньгун Ба тоже нещадно раскалывалась голова от этих ребусов. По всем законам логики, при столь стремительном бегстве Чэн Линь должен был оставлять четкие пространственные возмущения, однако здесь каждая цепочка колебаний была настолько слабой, что сейчас они окончательно потеряли след.

Недолго думая, он высказал свое мнение:

— Южное направление — это исконные земли твоего клана Оуян, к тому же Академия Знаменитого Меча уже давно стерта нами в порошок, так что туда он точно не сунется. Если бы он взял курс на север, ему бы неизбежно пришлось проходить через окрестности Нефритовой Столицы, а там сейчас сосредоточена верхушка девяти великих фракций — парень явно не дурак, чтобы совершать такое самоубийство. На мой взгляд, наиболее вероятным сценарием остается его попытка укрыться в Секте Меча Асуры на западе!

Оуян Тянь промолчал, с явным подозрением разглядывая раскинувшееся перед ними ущелье. Спустя паузу он заметил:

— В мире практиков давно ходят слухи, что его ранг в искусстве формаций достиг каких-то запредельных высот. В свое время у стен Секты Безымянного Меча даже совместные усилия наших мастеров не смогли взломать его защитные круги. Как думаешь, нет ли вероятности, что он прямо сейчас прячется на дне этого самого ущелья?

— Ты клонишь к тому, что... — Наньгун Ба прищурился.

— Посмотри сам, брат Наньгун. Данное ущелье с трех сторон зажато отвесными скалами — идеальная природная конфигурация для развертывания скрывающих барьеров. Если он затаился где-то здесь, а мы просто пройдем мимо, упустив добычу, это будет верхом глупости.

Наньгун Ба немного поразмыслил и решительно отрезал:

— Брат Оуян прав. В нашем деле лучше перебдеть, чем упустить цель. Входим в ущелье и устраиваем тотальную зачистку.

Их логические умозаключения в точности совпали с планами самого Чэн Линя. Стоит признать, он действительно обосновался на дне этого ущелья. И те запутанные пространственные маркеры на входе были оставлены им умышленно, дабы заманить преследователей в ловушку. Начиная с событий в Долине Короля Пилюль и заканчивая осадой Секты Безымянного Меча, он только и делал, что отступал и оборонялся, что дико злило и угнетало его деятельную натуру.

Оставляя этот фальшивый след, он твердо вознамерился заставить ищеек великих фракций умыться собственной кровью. К тому же присутствие раненой Юнь Цзинвэнь сильно связывало его по рукам и ногам; если ему удастся полностью ликвидировать этот поисковый отряд, его легенда об успешном бегстве на запад обретет железную достоверность.

Вот только Чэн Линь никак не ожидал, что на его приманку клюнут сразу два полноценных мастера стадии Махаяны. Выиграв немного времени за счет путаницы со следами на входе, он успел надежно спрятать Юнь Цзинвэнь в безопасном гроте и оперативно возвел в ущелье контуры массива Блуждающих Следов.

Не то чтобы он не хотел развернуть здесь более мощную атакующую формацию, просто его ресурсы времени были жестко ограничены. В сложившейся ситуации оставалось уповать на тактику изоляции и истребления врагов поодиночке. Стоило Наньгун Ба и Оуян Тяню переступить невидимую черту и войти в ущелье, как его божественное чувство мгновенно зафиксировало их присутствие. К его глубокому облегчению, Наньгун Ба совершил прорыв на стадию Махаяны совсем недавно, да и Оуян Тянь находился всего лишь на начальном этапе этой стадии.

Против двух таких противников Чэн Линь наконец-то мог без лишней скромности обнажить свои клыки! Полностью затаив дыхание и скрыв ауру, он замер в засаде среди скал, непрерывно отслеживая каждый шаг поискового отряда через ментальную сеть.

Численность сопровождавших патриархов бойцов была сравнительно небольшой — порядка трехсот человек, причем все они являлись прямыми потомками двух этих кланов. Подобный состав гарантировал, что тайна поимки Чэн Линя не уйдет на сторону. Соблюдая предельную бдительность, отряд медленно продвигался вглубь расщелины, пока окончательно не перешагнул невидимый контур развернутой Чэн Линем иллюзорной формации.