Одолеваемый сомнениями, Чэн Лин в мрачном расположении духа вернулся в Долину Безымянного. Первым же делом он созвал пятерых глав Зала Известных Звуков и отдал жесткий приказ: во что бы то ни стало в кратчайшие сроки выяснить истинную причину, по которой великие фракции континента столь лихорадочно скупают и копят стратегическое сырье.

Руководители разведки лишь озадаченно переглянулись, но, видя непреклонность владыки, были вынуждены без лишних слов отправиться на исполнение.

Чэн Лин тяжело вздохнул про себя. Его альянсу по-прежнему катастрофически не хватало глубины и вековых корней. На континенте Лазурных Волн существовало огромное количество тайн, доступных исключительно верхушке девяти великих фракций, и в этом аспекте его молодая организация серьезно уступала древним колоссам. Хуже всего было то, что Фэн Фэйфэй, несмотря на их официальный союз, предпочла держать язык за зубами и не стала раскрывать карты.

Подавив раздражение, юноша решил переключить внимание на другие задачи и, оставив Сиянь охранять Долину Безымянного, вместе с Лю Цинъянь, Цзянь Инхао, Се Фэном и остальными силами выдвинулся к руинам Академии Знаменитого Меча.

В это время вторая волна карательного корпуса клана Оуян уже достигла юго-восточного побережья и увязла в бесконечных дипломатических спорах и мелких стычках с кланом Даньму и Восточным Дворцом Дракона. Вокруг самой Академии Знаменитого Меча не осталось ни одной крупной вражеской силы.

На этот раз Чэн Лин привел с собой весь костяк практиков, участвовавших в первой засаде, а также доставил колоссальный арсенал, наспех сработанный мастерами Долины Безымянного: десятки тысяч смертоносных арбалетных болтов с запечатанными талисманами и пятьсот полных комплектов Доспехов Пурпурного Дракона. Совокупная боевая мощь его отряда возросла в несколько раз.

Однако юноша не собирался сразу бросать в бой свои козырные резервы. Прежде всего ему нужно было заставить пролить кровь те тридцать тысяч пленных практиков, что укрывались в академии, чтобы те делом доказали свою верность новому владыке.

Он издал приказ о тотальной зачистке всех мелких разрозненных фракций в радиусе десяти тысяч ли вокруг Академии Знаменитого Меча. Тридцать тысяч практиков, до смерти уставших от многомесячного принудительного заточения, восприняли эту весть с воодушевлением. Мелкие кланы и раньше не были им соперниками, так что зачистка проходила без какого-либо давления.

Меньше чем за полгода огромный регион в радиусе десяти тысяч ли вокруг академии превратился в безлюдную пустыню — все враждебные и нейтральные элементы были вырезаны или изгнаны под корень.

Цзянь Уя и старейшины старого поколения стояли перед полуразрушенным главным залом академии, испытывая невероятно сложную гамму чувств. Великая Академия Знаменитого Меча, хранившая свое наследие на протяжении десяти тысяч лет, рухнула в одночасье. Они скитались на чужбине долгие годы, и если бы не стратегический гений и поддержка Чэн Лина, старики даже представить не могли, когда смогли бы вновь ступить на родную землю.

Но теперь всё изменилось. В радиусе десяти тысяч ли не осталось ни одной вражеской силы, а прослышав о масштабном грохоте на севере, уцелевшие и рассеянные по всему континенту ученики академии потянулись обратно к родному очагу. День истинного возрождения фракции был не за горами!

Чэн Лин стоял чуть поодаль, за пределами защитных массивов. В отличие от Цзянь Уя, его мысли занимало совсем другое. Перед его мысленным взором непрерывно всплывал безупречный лик Юнь Цзинвэнь. Вспомнив, как во время ее вознесения в Бессмертный Мир они оказались разлучены из-за козней чертового Небесного Закона, юноша крепко сжал кулаки, а в его глазах вспыхнуло непоколебимое пламя: «Цзинвэнь, жди меня. Я сделаю всё возможное, чтобы как можно скорее пробиться наверх и отыскать тебя!».

Спустя долгое время он стряхнул с себя оцепенение и, окинув взглядом полуразрушенные стены, повернулся к старейшине:

— Дядя Цзянь, я уже распорядился, чтобы мастера Зала Формаций заново перестроили и укрепили главный защитный массив. Внутреннее восстановление построек академии я целиком и полностью вверяю вашим заботам.

Цзянь Уя со всей серьезностью кивнул:

— Это наш долг!

Чэн Лин молча кивнул в ответ, еще раз бросил тоскливый взгляд на место, где когда-то тренировался вместе с Юнь Цзинвэнь, и бесшумно растворился в воздухе.

Время шло своим чередом. Восстановление Академии Знаменитого Меча шло полным ходом, а с южного фланга непрерывным потоком стекались оперативные сводки. Спустя еще полгода мастера Зала Формаций наконец завершили возведение монументального защитного барьера вокруг академии, а в самом защищенном и уединенном месте тайно смонтировали межконтинентальный массив направленного перемещения.

Этот массив связал в единую транспортную сеть Долину Безымянного, юго-восточное побережье, континент Демонической Крови и Павильон Меча. Теперь союзные силы могли перебрасывать подкрепления в любую из этих точек за считанные мгновения.

Именно на это тактическое превосходство в скорости Чэн Лин и делал главную ставку в войне против клана Оуян на юге. Его расчет строился на жестком использовании фактора времени: стоило врагу лишь получить известие о нападении, как армии союза уже штурмовали их очередную цитадель, не давая Оуян Сюню ни единой секунды на передышку.

Вскоре Ли Цин доставил новые донесения, которые полностью подтвердили прогнозы Чэн Лина. На юго-востоке великий клан Оуян, Восточный Дворец Дракона и клан Даньму увязли в яростной дипломатической грызне и дележе территорий, то и дело устраивая локальные вооруженные стычки. К сожалению для союза, лидеры всех трех фракций пока изо всех сил сдерживали своих подчиненных от развязывания полномасштабной тотальной войны.

Зато Секта Феникса превзошла все самые смелые ожидания. Согласно рапортам Ли Цина, месяц назад Фэн Фэйфэй лично двинула элитные корпуса своих мастеров и устроила грандиозный, сокрушительный блицкриг по внешнему периметру родовых земель клана Оуян. В ходе этой яростной ночной бойни было мгновенно уничтожено более ста тысяч практиков Оуян.

Выслушав доклад, Чэн Лин даже мысленно покрылся холодным потом от восхищения. Фэн Фэйфэй воистину оказалась женщиной со стальной волей и железной хваткой, ни в чем не уступающей великим мужам прошлого — ее первый же официальный ход оказался невероятно кровожадным и масштабным.

Учитывая, что совокупные силы клана Оуян к настоящему моменту едва насчитывали чуть более миллиона дееспособных практиков, а их основная масса была скована на юго-восточном побережье, в родовых землях оставался совсем незначительный гарнизон. Уничтожение ста тысяч элитных бойцов одним ударом поставило под прямую угрозу само существование клана Оуян.

Узнав о катастрофе в тылу, Оуян Сюн пришел в неописуемый ужас и немедленно отдал приказ о спешном отзыве основных войск с юго-восточного направления для защиты столицы клана. Впрочем, оголять побережье полностью он не решился, оставив там пятидесятитысячный авангард под началом Оуян Лэя, чтобы хоть как-то защитить свои экономические интересы.

Чэн Лин почувствовал, как на душе у него стало невероятно легко. Он с улыбкой спросил:

— Отличные новости. Что еще удалось узнать? Как продвигается расследование по поводу массовой скупки материалов великими фракциями?

Ли Цин виновато опустил голову и с горечью выдохнул:

— Владыка, мы копаем не покладая рук, но истинная подоплека скрыта за семью печатями. О причинах ажиотажа не знают даже старейшины высшего звена в Нефритовом Городе.

Чэн Лин нахмурился. Он был абсолютно уверен, что за этим крылась какая-то монументальная тайна — точь-в-точь как в свое время перед открытием Долины Короля Пилюль, когда точные координаты этого священного места были известны лишь нескольким верховным лидерам девяти великих сил.

В этот момент в зал быстрыми шагами вошел Цзянь Инхао и с порога взволнованно выпалил:

— Брат Чэн, у нас проблемы! В процесс восстановления Академии Знаменитого Меча открыто вмешался великий клан Наньгун!

— Клан Наньгун? — Чэн Лин удивленно вскинул брови. — С какой стати? Сфера их влияния всегда ограничивалась исключительно окрестностями Нефритового Города. Академия Знаменитого Меча расположена на колоссальном удалении от их земель, откуда они вообще прознали о наших действиях?

Цзянь Инхао с кривой усмешкой развел руками:

— Мы сами невольно спровоцировали эту ситуацию. Последние полгода наши отряды вели тотальную зачистку всех окрестных фракций в радиусе десяти тысяч ли. Лишившись своих баз, эти мелкие кланы и секты были вынуждены спешно сниматься с мест и искать новые территории для выживания. Поскольку на юге сейчас полыхает яростная война, никто из них не захотел лезть в это пекло, и подавляющее большинство беженцев ломанулось на север, ближе к Нефритовому Городу. Разумеется, такое масштабное переселение народов мгновенно привлекло внимание крупных игроков.

— Прослышав о том, что Академия Знаменитого Меча восстает из пепла, выжившие мастера нашей фракции, которые долгие годы скрывались на севере, воспряли духом и попытались пробиться к нам. К несчастью, среди них оказалось немало тех, кто в свое время был вынужден пойти на службу или укрыться во владениях клана Наньгун. Когда они попытались массово покинуть территории клана, чтобы вернуться под наши знамена, верхушка Наньгун мгновенно раскрыла их замысел. В последние дни они перебросили колоссальный корпус карателей, который встал жестким заслоном в десяти тысячах ли от границ академии. Абсолютно любого практика, пытающегося пробиться к нам для воссоединения, они безжалостно казнят на месте!

В глубине глаз Чэн Лина вспыхнул ледяной, смертоносный блеск. Великий клан Наньгун уже бесчисленное количество раз вставал у него на пути: козни в Долине Короля Пилюль, подлая засада на обратном пути, прямое участие в уничтожении Академии Знаменитого Меча и Секты Безымянного Меча... Каждое из этих преступлений требовало суровой кровавой расплаты, которую больше невозможно было откладывать.

Раньше Чэн Лин сдерживал свои силы лишь потому, что основная цитадель Наньгун находилась под защитой Нефритового Города, и открытая атака на них могла спровоцировать консолидированный удар остальных великих фракций. Но теперь эти высокомерные ублюдки сами притащили свои шеи к его порогу.

Он смерил Цзянь Инхао холодным взглядом и ледяным тоном спросил:

— Брат Цзянь, ты лично верифицировал эти данные? Там стоят исключительно регулярные части клана Наньгун?

— Абсолютно точно. Командование карательным корпусом принял лично Наньгун Ба. Более того, этот наглец во всеуслышание объявил, что стоит нам завершить восстановление построек академии, как его армия мгновенно сотрет нас с лица земли во второй раз! Великий клан Наньгун спит и видит, как бы расширить свои сферы влияния. После гибели нашей фракции статус Шести Великих Академий был официально аннулирован, и на континенте осталось лишь Пять Академий. Академия Наньгун сейчас является их безусловным лидером, и они костьми лягут, но не допустят нашего возрождения из пепла!

Чэн Лин презрительно усмехнулся:

— Хм, Пять Академий... Какой изящный и самоуверенный просчет. Изначально я планировал разобраться с ними чуть позже, когда освободятся руки, но раз уж они сами так лихорадочно спешат расстаться со своими жизнями — что ж, я с удовольствием приму этот подарок!

Глаза Цзянь Инхао восхищенно блеснули:

— Брат Чэн, ты хочешь сказать, мы выступаем немедленно?

— Именно. Пока клан Оуян намертво связан по рукам и ногам силами трех фракций на юге и истощает свои ресурсы, для нас настал идеальный момент, чтобы сокрушить клан Наньгун одним мощным ударом. Какова общая численность их группировки на северных рубежах?

— Силы внушительные. Под началом Наньгун Ба собралось не менее ста тысяч бойцов!

Чэн Лин на мгновение погрузился в расчеты, после чего жестко скомандовал:

— Брат Цзянь, немедленно труби общий сбор и прикажи всем подразделениям привести оружие в полную боевую готовность. Сегодня ночью мы преподнесем карателям клана Наньгун незабываемый, кровавый сюрприз! Ли Цин, твоему Залу Известных Звуков даю минимум времени — мне нужны исчерпывающие оперативные данные на всю их верхушку.

Оба мастера коротко поклонились и стремительно покинули зал заседаний.

Приказ о грядущем ночном наступлении мгновенно разлетелся по лагерям, и среди мастеров академии началось бурное, радостное оживление. За последние годы бок о бок с Чэн Лином эти люди привыкли к невероятно динамичной и прибыльной войне: каждая крупная битва следовала одна за другой, и после каждого сражения они умудрялись сказочно обогащаться. В прежние времена, сражаясь за свои секты, они были обязаны сдавать львиную долю трофеев в общую казну фракции. Теперь же Чэн Лин установил железное правило: любой трофей, добытый в бою, целиком и полностью принадлежит самому практику. Повышать свой уровень боевого мастерства и культивации, одновременно набивая карманы астрономическим количеством ресурсов — от такой перспективы у бойцов буквально чесались кулаки.

Спустя всего несколько часов в походном шатре Чэн Лина вновь собрался весь высший командный состав союза. Информационная сеть Зала Известных Звуков отработала безупречно, предоставив исчерпывающее досье на вражескую группировку.

Ли Цин развернул карту и доложил:

— Владыка, карательный корпус Наньгун насчитывает чуть более ста тысяч практиков. В их авангарде находятся три мастера стадии Махаяны: Наньгун Ба, Наньгун Цянь и Наньгун Жуй. Сам Наньгун Ба находится на средней стадии Махаяны, а двое других — на начальной стадии. Что касается среднего звена, у них зафиксировано шесть мастеров стадии Преодоления Скорби, около двадцати экспертов стадии Слияния и чуть более трехсот практиков стадии Разделения Души. Все остальные бойцы находятся рангом ниже.

Чэн Лин удивленно приподнял бровь:

— И это вся элита, которую смог выставить великий клан Наньгун? Для стотысячной армии их высший эшелон выглядит откровенно бледно.

Ли Цин понимающе улыбнулся:

— Владыка, совокупный потенциал клана Наньгун весьма ограничен. На весь клан у них насчитывается всего пять мастеров стадии Махаяны. Если не считать главу клана Наньгун Лина и одного мастера начальной стадии Наньгун Сюаня, которые остались охранять Академию Наньгун в Нефритовом Городе, они выставили против нас абсолютно все свои свободные высшие резервы. Великий клан Наньгун за последний век наделал много шума на континенте, но их внутренний фундамент слишком слаб — по уровню реальной глубины они безнадежно отстают от девяти великих сил. Данный корпус — это добрая половина всей боевой мощи их клана.

Чэн Лин понимающе кивнул, и на его лице отобразилась хищная усмешка:

— Раз так, мы без колебаний переломим хребет этому амбициозному клану! Цинъянь, брат Се Фэн, я поручаю вам взять на себя Наньгун Цяня и Наньгун Жуя. Что касается самого Наньгун Ба, мы с братом Цзянь лично заставим его заплатить по всем кровавым долгам прошлого!

— Чэньлун! Ты возглавишь пятьсот бойцов Пурпурной Гвардии и нанесешь первый, сокрушительный удар. Заберите с собой весь арсенал из десятков тысяч заготовленных арбалетных болтов с талисманами. Ваша задача — лавиной пройтись по их порядкам и полностью смять их боевые построения. Следом за штурмовиками Пурпурной Гвардии в прорыв пойдут основные силы практиков под командованием главы Ли, главы У и главы Сяо.

— Слушаемся! — громогласно отозвались командиры.

Чэн Лин обвел присутствующих строгим взглядом и особо подчеркнул:

— Запомните ключевой момент: мы обязаны сконцентрировать всю ударную мощь в один единый кулак и насквозь пробить их оборону, устремляясь прямиком к командному центру. Не тратьте время и силы на зачистку рядовых практиков, которые бросятся врассыпную. Держите фокус исключительно на уничтожении их высшего руководства! В численном плане мы уступаем врагу, но стоит нам снести головы трем мастерам стадии Махаяны клана Наньгун, как вся эта стотысячная банда мгновенно превратится в неуправляемое, паникующее стадо!

Командиры понимающе переглянулись, в их глазах зажегся огонь осознания. Подобная тактика хирургического удара позволяла минимизировать собственные потери и добиться максимального стратегического результата. К тому же личные богатства высших мастеров стадии Махаяны и Преодоления Скорби были несопоставимы со скромными пожитками рядовых бойцов.

Весь лагерь замер в удушающем ожидании, вглядываясь в опускающиеся на предгорья сумерки. Стотысячный корпус клана Наньгун в глазах воинов союза теперь выглядел не грозной армией, а колоссальной, переполненной сокровищами кладовой, которая прямо сейчас ждала своих новых хозяев!