Битва продолжалась. Сами того не замечая, двое противников разменяли уже больше тысячи ударов.

Чэн Лин с каждым выпадом лишь сильнее распалялся, его боевой дух рос, а изощренные техники меча сыпались непрерывным потоком. Наньгун Ба, напротив, капля за каплей терял уверенность. Былое превосходство в силе полностью сошло на нет; теперь они сражались на равных, и ни один не мог зажать другого в тупик.

Но по-настоящему старейшину пугала аномальная стойкость этого парня и его пугающая способность учиться прямо по ходу смертельного боя. Наньгун Ба отчетливо чувствовал, что движения меча противника становятся все более сглаженными и монолитными, разрушительная мощь его выпадов росла, а фамильное искусство копья самого старейшины приносило Чэн Линю все меньше и меньше проблем.

Постепенно в душу лидера карателей закралось липкое сомнение: неужели сегодня он, великий мастер, проиграет какому-то безвестному разбойнику?

Эта секундная ментальная дезориентация оказалась фатальной. Наньгун Ба за всю свою долгую жизнь культиватора никогда не бывал в столь позорном положении. Само его имя содержало иероглиф «Ба» — Властный, Деспотичный, и он всю жизнь вел себя соответствующе. Имея за спиной колоссальную тень своего клана, он шел по пути совершенствования легко и гладко. Все его прошлые враги уступали ему в уровне, и он никогда не сталкивался с ситуацией, когда противник упрямо ломает ход боя вопреки разнице в рангах.

И прямо в этот миг его божественное чутье зафиксировало, что на внешнем контуре их уединенного поля боя соткались силуэты Лю Цинъянь, Цзянь Инхао и Се Фэна.

Сердце старейшины пропустило удар: «Почему эта троица здесь?! Неужели весь мой стотысячный корпус разбит подчистую?!»

Се Фэн мгновенно уловил эту мимолетную заминку в движениях врага и с легкой усмешкой крикнул Чэн Линю:

— Брат Чэн, ну ты и копаешься! Мы там уже всю армию Наньгун по бревнышкам раскатали, а ты тут всё один на один развлекаешься. Ну что, тебе подсобить или сам справишься?

Наньгун Ба похолодел от ужаса, окончательно теряя контроль над внутренней концентрацией.

Чэн Лин такой подарок упускать не собирался. В его глазах полыхнул ледяной блеск. Мгновенно поймав едва заметную брешь в обороне противника, он выдал серию из нескольких сокрушительных смертоносных приемов.

Застигнутый врасплох Наньгун Ба полностью сбился с ритма. Перед его глазами бушевало сплошное море из режущих лучей энергии меча, и куда бы он ни направлял свое копьё, везде натыкался на жесткие контратаки. В полном отчаянии ему оставалось только пятиться назад.

Но этот шаг назад означал окончательную потерю инициативы. Чэн Лин тенью следовал за ним, методично вбивая острие клинка в самые уязвимые точки и жизненно важные центры на теле врага.

Бум! Бум! Бум! Бум!

Разносились тяжелые, глухие удары. Из-за массивного телосложения и колоссального давления меча Чэн Лина Наньгун Ба с каждым шагом назад буквально вминал свои стопы в промерзшую землю, оставляя глубокие воронки, а его движения становились всё более неуклюжими.

Лю Цинъянь и парни прекрасно понимали, что сейчас не время играть в благородные дуэли. Пусть Чэн Лин и доминировал в данный момент, в одиночку быстро добить мастера уровня Наньгун Ба было запредельно трудно. Побить практика стадии Махаяны — задача выполнимая, но вот полностью уничтожить его — сложнее в сотни раз. Каждый такой эксперт обладал вековым опытом и целым ворохом скрытых козырей, особенно если он происходил из богатого великого клана. Загнать его в абсолютный тупик и ликвидировать можно было только общими, скоординированными усилиями!

И сейчас для этого настал идеальный момент. Чэн Лин уже полностью дезорганизовал оборону старейшины.

— Убить! — одновременно выдохнула троица.

В то же мгновение Се Фэн и Цзянь Инхао фланговыми клиньями рванули в ближний бой, а Лю Цинъянь резкими пассами пальцев соткала серию из нескольких мощных огненных драконов толщиной с чашу, которые с ревом устремились за спину Наньгун Ба, отрезая ему пути к отступлению.

Под перекрестным ударом сразу четырех мастеров стадии Махаяны Наньгун Ба оказался на самом краю гибели. Издав дикий, утробный рык, он из последних сил зафиксировал корпус и заставил Копьё Черного Дракона вращаться вокруг себя с такой бешеной скоростью, что само оружие визуально растворилось, превратившись в сплошной защитный кокон.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Раздался оглушительный шквал ударов. Совместные выпады Чэн Лина, Се Фэна и Цзянь Инхао натолкнулись на этот безумный вращающийся заслон и разлетелись искрами.

Однако самому Наньгун Ба эта защита далась дорогой ценой. Чудовищная отдача от столкновения оружия заставила обе его руки полностью онеметь, и скорость вращения копья начала стремительно падать. К тому же огненные рептилии Лю Цинъянь коварными дугами уже заходили прямо на его грудь и спину.

Мышцы рук отказывались повиноваться, все четыре стороны были наглухо заблокированы врагами. Не видя иного выхода, старейшина резко оттолкнулся обеими ногами от земли и взмыл вертикально вверх, словно пущенный снаряд. Один лишь Чэн Лин выжал из него все соки, а с приходом еще трех монстров начальной стадии Махаяны шансы на победу стали равны абсолютному нулю.

Здесь нельзя было оставаться ни секунды. Эту битву он проиграл полностью, но главное — выжить, вернуться в клан, собрать новые силы и тогда уже поквитаться за этот позор! Эти мысли вихрем пронеслись в его голове, и он приготовился активировать технику побега на максимальной скорости.

Но Се Фэн и Цзянь Инхао просчитали этот маневр задолго до его начала. В небо синхронно взлетели десятки лучей энергии меча и сабельных лезвий, наглухо перекрывая любые боковые траектории для отхода.

Лю Цинъянь тоже не сидела сложа руки: ее изящные ладони сотворили сложнейший каскад, и заклинания всех пяти стихий — Металла, Дерева, Воды, Огня и Земли — плотным ковром перекрыли верхний ярус. Лучи энергии, хлесткие лианы, водяные завесы, огненные всполохи и тяжелые каменные глыбы образовали многослойный барьер. Чтобы прорвать его, требовалось время, которого у старейшины не было!

«Техника Меча: Змеиный Клинок!»

Чэн Лин, разумеется, не упустил идеальную возможность поставить жирную точку. Внутренним импульсом он заставил свой меч взмыть в высь, где оружие в доли секунды разделилось на сотни призрачных клинков, сформировавших контур гигантского чешуйчатого змея.

Это была концепция его Полета Меча! Острое, режущее лезвие энергии меча полностью запечатало для Наньгун Ба любую возможность сдать назад.

Старейшина пришел в неописуемый ужас. Окружение было абсолютным; эти люди изначально планировали стереть его с лица земли прямо здесь. Перед лицом неминуемой гибели он, наплевав на парализованные и ноющие мышцы рук, судорожно вскинул Копьё Черного Дракона, пытаясь встретить летящий на него шквал из сотен призрачных мечей Чэн Лина.

К несчастью для себя, он окончательно поддался панике и не смог хладнокровно проанализировать плотность угроз. Ему инстинктивно показалось, что змеиная атака Чэн Лина несет в себе наибольшую опасность, и он сосредоточил весь блок на ней.

И это была его главная, роковая ошибка.

Дистанционное управление летающим оружием — это искусство, полностью подчиненное ментальной воле мастера. Змеиный клинок мог состоять как из десятка, так и из тысяч непрерывных атакующих элементов. Этот поток был бесконечным: отбив первый призрачный меч, ты тут же сталкивался со вторым, третьим, четвертым...

Разве могли его онемевшие, трясущиеся руки выдержать такой непрерывный, монотонный прессинг концентрированной энергии меча?

Старейшина продержался всего пару секунд. Мало того что он не сумел сдержать фронтальный натиск Чэн Лина, так в этот же миг в его беззащитную спину и фланги сокрушительными волнами врезались заклинания Лю Цинъянь, лучи меча Цзянь Инхао и яростные сабельные лезвия Се Фэна.

В глазах Наньгун Ба мелькнул первобытный, вечный страх. Пальцы правой руки окончательно разжались, и тяжелое Копьё Черного Дракона со звоном рухнуло на землю. В следующую секунду объединенный удар четырех мастеров безжалостно разорвал защитные барьеры его тела.

Плеск!

Потоки крови хлынули во все стороны, прочные фамильные доспехи разлетелись в щепки, и грузный силуэт Наньгун Ба покачнулся. Четверка нападавших хладнокровно продолжала вливать энергию, и через мгновение тело великого старейшины было рассечено на несколько бесформенных частей.

Внезапно из кровавого месива вынырнул полупрозрачный призрачный силуэт — это была божественная душа Наньгун Ба, предпринявшая отчаянную попытку проскочить сквозь окружения.

Но Чэн Лин и Цзянь Инхао сработали на чистых рефлексах: их мечи мгновенно соткали плотную, ювелирную сеть из чистой энергии меча. Стоило беглой душе коснуться этого режущего барьера, как долину огласил истошный, полный агонии крик, и дух старейшины бесследно растворился в воздухе.

Уф-ф-ф...

Все четверо плавно опустились на вытоптанную поляну, синхронно выдыхая скопившееся напряжение.

Мастер средней стадии Махаяны Наньгун Ба был мертв. Эта ночная операция завершилась абсолютным, безоговорочным триумфом союза!

Спустя минуту Чэн Лин подошел к останкам, наклонился и аккуратно снял с оторванного пальца Наньгун Ба его пространственное кольцо.

Цзянь Инхао, вытирая клинок, негромко произнес:

— Брат Чэн, там в низине осталась огромная толпа сдавшихся практиков клана Наньгун. Как нам с ними поступить?

— Вот как? И сколько их?

— По предварительным прикидкам — около сорока тысяч.

Чэн Лин на мгновение нахмурился, обдумывая ситуацию, после чего жестко скомандовал:

— Для начала под усиленным конвоем отконворировать их на территорию Академии Знаменитого Меча. Дадим людям немного передохнуть, приведем себя в порядок, а там уже решим их дальнейшую судьбу.

Все согласно кивнули. Лю Цинъянь и Се Фэн отправились вместе с ним в жилые корпуса академии, а Цзянь Инхао взял на себя руководство по транспортировке и размещению пленных.

Оказавшись в стенах академии, все почувствовали навалившуюся свинцовую усталость. Ни у кого не было ни малейшего желания заниматься организационными вопросами или инвентаризацией трофеев. Мастера сразу же разошлись по своим комнатам, погружаясь в глубокую медитацию, чтобы восстановить запасы сил и осмыслить полученный в этой страшной бойне опыт.

Лишь спустя сутки Чэн Лин и его ближайшее окружение окончательно пришли в себя. Среди рядовых выживших практиков царило невероятное оживление: лагерь гудел как растревоженный улей, все наперебой обсуждали детали вчерашнего ночного разгрома стотысячной армии.

Чэн Лин удовлетворенно улыбнулся и приказал созвать совет, пригласив Лю Цинъянь и остальных лидеров. Когда все собрались за круглым столом, юноша спокойно спросил:

— Каковы наши итоговые результаты по вчерашнему дню?

Ли Цин поднялся со своего места и зачитал сводку:

— Высшие лидеры врага — Наньгун Ба, Наньгун Цянь и Наньгун Жуй — полностью ликвидированы. Потери среди личного состава клана Наньгун составили более шестидесяти тысяч человек убитыми. Еще около сорока тысяч сложили оружие и сейчас находятся под стражей. Остальные позорно бежали через горные перевалы.

— А что с нашими потерями?

— Урон, к сожалению, весьма ощутимый. В рядах Пурпурной Гвардии в строю осталось всего триста восемьдесят семь бойцов. Что касается совокупных сил трех южных сект — общая численность уцелевших едва дотягивает до двадцати тысяч.

Чэн Лин на несколько секунд погрузился в глубокое раздумье, после чего повернулся к Ли Цинсуну, У Тяньчжао и Сяо Цзютяню:

— Уважаемые главы сект. Вчерашнее сражение наглядно продемонстрировало мне вашу преданность и искренность. Позвольте спросить напрямую: готовы ли вы и ваши люди официально войти в состав Секты Безымянного Меча?

Сердца троих лидеров радостно екнули, и они без тени сомнений закивали в знак согласия.

За год совместной работы и особенно после вчерашнего столкновения с великим кланом Наньгун они четко осознали: Чэн Лин — это дракон, которому слишком тесно в маленьком пруду, его потенциал безграничен. К тому же внутренние ресурсы, фонды и условия для культивации в Долине Безымянного были просто идеальными. Да, они фактически бросили свои родовые гнезда с тысячелетней историей, но останься они на прежних местах — им всё равно не удалось бы вырваться из-под удушающего контроля великого клана Оуян. По сути, они просто меняли господина, но характер, личные качества и методы управления Чэн Лина были в тысячу раз чище и благороднее, чем у высокомерных старейшин Оуян.

Взвесив всё это, трое гроссмейстеров решительно поднялись со своих мест, синхронно склонились перед юношей в глубоком поклоне и твердо произнесли:

— Подчиненные приветствуют главу секты!

Чэн Лин мягким жестом ладони остановил их, показывая, что официальные церемонии окончены, и попросил сесть:

— В вчерашней битве вы трое совершили выдающийся подвиг. С сегодняшнего дня вы официально наделяетесь статусом старейшин Секты Безымянного Меча. Отныне в табели о рангах нашей фракции все мастера стадии Преодоления Бедствия будут носить титул старейшин, а мастера стадии Махаяны — верховных старейшин.

Юноша обвел взглядом присутствующих и продолжил:

— Прошедший бой обнажил серьезные бреши в нашей обороне, мы понесли большие потери. В связи с этим я принял решение сформировать три постоянных боевых крыла — Три Гвардии, которые станут мечом и щитом нашей секты как во внешних походах, так и при обороне рубежей.

— Первая гвардия, состоящая исключительно из практиков стадии Слияния, сохраняет за собой название Пурпурной Гвардии. Все бойцы будут централизованно оснащены Доспехами Пурпурного Дракона, а общая численность корпуса жестко фиксируется на отметке в пятьсот человек. Как только наши мастера кузнечного дела изготовят новые комплекты брони, мы расширим этот штат. У Чэньлун сохраняет за собой пост командира Пурпурной Гвардии. Твоя задача — немедленно провести рекрутский набор среди уцелевших, доукомплектовать корпус до пятисот человек и начать интенсивные тренировки по боевым массивам, чтобы к следующему выходу гвардия была как единый монолит!

У Чэньлун мгновенно подобрался, его глаза вспыхнули боевым азартом. Он резко вскочил, выкрикнул подтверждение приказа и стремительным шагом покинул зал, горя желанием немедленно приступить к делу.

Чэн Лин продолжил:

— Рангом ниже Пурпурной Гвардии учреждается Золотая Гвардия. Я уже отдал распоряжение главам четырех главных залов в кратчайшие сроки наладить массовое производство соответствующего защитного снаряжения. Минимальный порог культивации для вступления в Золотую Гвардию — стадия Разделения Души. Весь корпус будет разделен на пять именных отрядов, по одной тысяче бойцов в каждом. Посты командиров этих отрядов закрепляются за Чжан Ху, Сун Инцзе, Ли Цинсуном, Ву Тяньчжао и Сяо Цзютянем!

Закончив, он отдельно повернулся к трем бывшим главам южных сект:

— Уважаемые старейшины, все вопросы по первичному набору и формированию Золотой Гвардии я полностью возлагаю на ваши плечи. Что касается материально-технического обеспечения, оружия и брони — любые спецификации и требования направляйте напрямую руководителям четырех залов снабжения, они обеспечат вас всем необходимым.

Пятеро назначенных офицеров дружно поклонились и с сияющими от радости лицами поспешили выполнять приказ.

Немного помолчав, Чэн Лин озвучил финальное решение:

— И последнее, третье крыло — Серебряная Гвардия. Минимальный уровень для вступления сюда — стадия Формирование Духа. Чжан Сиянь, Цзян Даоци, Фэн Лин — готовы ли вы трое взять на себя обязанности командующих Серебряной Гвардией?

Присутствующие в зале молодые люди опешили. Чжан Сиянь растерянно захлопала ресницами и тихо спросила:

— Брат Чэн... но ведь я даже не являюсь официальным учеником Секты Безымянного Меча!

Чэн Лин тепло улыбнулся и мягко произнес:

— Именно поэтому прямо сейчас я и спрашиваю твоего личного согласия. Готова ли ты войти в нашу семью, стать частью секты и возглавить Серебряную Гвардию? Поверь, если ты приложишь достаточно усилий и взрастишь свой потенциал, наступит день, когда долг крови перед кланом Цзян будет выплачен сполна!