После долгих обсуждений Оуян Сюн наконец утвердил окончательный план действий.

Первым шагом было решено в обязательном порядке спасать три южные секты, однако на этот раз карательные силы решено было увеличить в несколько раз. Возглавить поход поручили сразу трем мощным старейшинам — Оуян Лэю, Оуян Фэну и Оуян Цзэ. В родовых землях остался дежурить лишь один Оуян По.

Сам Оуян Лэй находился на поздней стадии Махаяны, Оуян Фэн — на средней, а Оуян Цзэ — на начальной стадии Махаяны. К этой троице монстров приставили пятидесятитысячный корпус элитных практиков великого клана Оуян. Подобный сокрушительный кулак был способен без труда стереть в порошок абсолютно любую фракцию на всем юге.

Вторым шагом Оуян Сюн приказал немедленно отозвать Оуян Тяня, который до сих пор вел затяжные пустые переговоры с кланом Чжоу, и перенаправить его к границам клана Даньму и Восточного Дворца Дракона.

Ему поручили во всех красках расписать соседям бурлящий хаос на юго-восточном побережье и прозрачно намекнуть: «Наш клан Оуян сейчас нацелен исключительно на экспансию вглубь юга, так что если вы, уважаемые соседи, хотите откусить свой жирный кусок от богатейших юго-восточных ресурсов — действуйте, пока не поздно!».

Глава клана особо подчеркнул, чтобы Оуян Тянь ни в коем случае не просил их о помощи напрямую. Нужно было подать эту информацию как бы невзначай, в ходе дружеской светской беседы. В противном случае клан Даньму и Владыки Восточного Дворца Дракона могли решить, что великий клан Оуян оказался в безвыходном положении и пришел умолять о поддержке, и на этом основании заломили бы непомерную цену за свои услуги.

Выслушав эти инструкции, Оуян Тянь лишь мысленно покрылся холодным потом. «Наш глава хочет загребать жар чужими руками, но при этом до смерти боится остаться должником. Ну и хитрый же у него просчет!».

Впрочем, если поразмыслить здраво, этот маневр выглядел чертовски логичным. Насчет позиции Восточного Дворца Дракона еще оставались определенные сомнения, но вот великий клан Даньму гарантированно не упустит такую возможность.

Среди девяти великих сил континента клан Даньму всегда считался сравнительно слабым — они находились примерно на одном уровне с кланом Оуян, но из-за соседства в водах Моря Лазурных Волн с могущественным Восточным Дворцом Дракона они вечно ходили с опущенной головой, не в силах вздохнуть полной грудью. Клан Даньму спал и видел, как бы вырваться из-под этого удушающего контроля, и если им представится шанс перенести свои сферы влияния на континент, они вцепятся в него зубами.

Что же касается самого Оуян Тяня, то ему уже до смерти надоело тратить время на пустую болтовню в резиденции Чжоу последние полгода. Если бы не приказ руководства сконцентрировать всё внимание на поисках таинственной фракции, чтобы раньше времени не пугать остальные южные силы, он бы давно стер этот несчастный клан Чжоу с лица земли. Какая-то второсортная фракция смела торговаться и ставить условия великому клану Оуян — они явно потеряли страх перед смертью!

Получив новое, куда более масштабное задание и узнав о таинственном исчезновении Оуян Шаня и Оуян Линя, Оуян Тянь окончательно растерял былую спесь и не смел действовать напропалую. Приняв напутствия Оуян Лэя, он со всех ног припустил в сторону владений клана Даньму и Восточного Дворца Дракона.

Третьим шагом Оуян Сюн отдал приказ о немедленном отзыве абсолютно всех учеников, которые до сих пор были рассеяны по южному региону в поисках скрытых баз мятежников.

«Целых несколько лет банда бесполезных идиотов не может обнаружить даже следа врага! А те тем временем преспокойно оперируют прямо у них под носом, на юго-востоке! Стерли с лица земли четыре крупных клана, заперли в ловушке три наши ключевые секты и превратили весь юг в сплошные руины!».

Оуян Сюн был твердо убежден, что за гибелью Оуян Линя и его людей гарантированно стоят мастера Секты Феникса — ни у одной другой фракции в регионе просто не хватило бы ни дерзости, ни чистой мощи для подобного теракта. Раз уж враг открыто обнажил клинки, клану Оуян следовало ответить сокрушительным грозовым ударом: показательно уничтожить все мелкие фракции, посмевшие поднять голову в этом хаосе, и наглядно напомнить всем, что южные земли — это была и останется нераздельная вотчина клана Оуян.

Приказы один за другим улетали во все концы, и колосс клана Оуян пришел в стремительное движение. Черные тучи заволокли горизонт, и весь южный регион замер в удушающем, предгрозовом напряжении.

Единственным, кто искренне радовался происходящему, был глава клана Чжоу, Чжоу Чантянь. Стоило Оуян Тяню спешно покинуть город Возвышения, как общая стратегия клана Оуян резко изменилась. Они перестали оказывать давление на подконтрольные Чжоу территории и спешно перебросили основные силы на юго-восточное побережье.

Разумеется, простодушный Чжоу Чантянь не знал, что Оуян Сюн пытался разыграть сложную партию, желая втянуть в конфликт клан Даньму и Восточный Дворец Дракона, но при этом минимизировать собственные потери, из-за чего авангард Оуян стремительно продвигался к юго-востоку.

Однако благодаря этому маневру Долина Сокровенной Тайны наконец-то смогла вздохнуть полной грудью и развернуть плечи. Объемы торговых сделок внутри города Возвышения росли с каждым божьим днем, и материальные силы клана Чжоу крепли в геометрической прогрессии.

Тем временем на стороне Чэн Лина, после окончательного подчинения трех великих сект, в его руках скопились поистине астрономические объемы стратегического сырья и ресурсов. Он немедленно поручил Лю Цинъянь организовать переправку всего этого добра в Долину Безымянного, отдав жесткий приказ: направить все производственные мощности на непрерывную ковку Доспехов Пурпурного Дракона и смертоносных арбалетных болтов.

Эти две вещи являлись их главными козырями на поле боя. В условиях критической нехватки живой силы только за счет технологического превосходства этого снаряжения они могли надеяться сокрушить превосходящие армии клана Оуян.

Долина Безымянного превратилась в настоящий военный завод планетарного масштаба. Четыре Зала — Алхимии, Талисманов, Формаций и Ковки — работали на пределе своих возможностей круглые сутки, но готовая продукция всё равно мгновенно испарялась со складов. В конце концов Чэн Лину пришлось издать указ о мобилизации всех учеников четырех направлений из Павильона Меча, полностью перебросив их на обеспечение оборонных нужд.

Что же касается захваченных практиков стадии Формирование Духа и выше из трех сект, запертых внутри Секты Управляющих Мечом, то после полугода непрерывного психологического внушения, совмещенного с методом кнута и пряника, подавляющее большинство из них смирилось со своей участью и выразило готовность верно служить Чэн Лину. Да и куда им было деваться, если вся их верховная элита стадии Слияния и выше ходила под его ограничительными печатями? Против лома нет приема.

Убедившись, что этот фланг наконец стабилизировался, Чэн Лин со спокойной душой поручил Цзянь Инхао продолжать муштру и реорганизацию войск, а сам лично вернулся в Долину Безымянного, чтобы жестко контролировать процесс создания Доспехов Пурпурного Дракона.

Так незаметно пролетело еще чуть больше двух месяцев. В один из дней к нему в резиденцию постучался Ли Цин, глава южного филиала Зала Известных Звуков, со срочным закрытым докладом.

Они сели друг напротив друга как хозяин и гость. Настроение Чэн Лина было весьма приподнятым: ковка Доспехов Пурпурного Дракона продвигалась без сучка и задоринки, и к текущему моменту мастера успели выдать уже пятьсот полных комплектов. К тому же от Цзянь Инхао пришли отличные вести — тридцать с лишним тысяч элитных пленных практиков были окончательно приведены к присяге. Их даже успели обкатать в реальном деле, отправив на ликвидацию двух мелких враждебных фракций. Эти люди показали себя отличным боевым материалом, став мощным подкреплением для будущей генеральной битвы против клана Оуян!

Однако лицо Ли Цина было бледным и мрачным. Не тратя времени на дежурные приветствия, он с порога выложил:

— Владыка, карательный корпус клана Оуян пришел в движение.

Чэн Лин на мгновение замер и нахмурился:

— Какова ситуация?

— Наши шпионы, внедренные в родовые земли Оуян, передали срочное сообщение: глава клана Оуян Сюн сформировал вторую, куда более мощную карательную экспедицию для спасения трех южных сект. Ее возглавили лично Оуян Лэй, Оуян Фэн и Оуян Цзэ. Численность их армии составляет без малого пятьдесят тысяч человек, и абсолютно каждый боец находится на стадии Формирование Духа или выше!

Сердце Чэн Лина екнуло. Пятьдесят тысяч элитных практиков под предводительством сразу трех монстров стадии Махаяны — это был запредельно серьезный ход. Как и предсказывал Ли Цинсун, клан Оуян ни за что не согласился бы выпустить из рук контроль над богатейшими ресурсами южных сект.

Немного помолчав, юноша спросил:

— Известен ли их точный маршрут выдвижения?

— На данный момент этот огромный корпус завершает последние приготовления. По нашим оценкам, они выступят в поход в течение ближайших десяти дней. Всё-таки людей собирали со всего юга, и координация такого количества мастеров требует времени. Что касается точного маршрута, данных пока нет, однако я абсолютно уверен, что они не станут повторять прошлую ошибку и не пойдут через Ущелье Демонического Потока.

— Каковы твои аргументы?

— После загадочного исчезновения Оуян Линя и его армии эксперты клана Оуян перерыли всё ущелье вдоль и поперек. И пусть они не нашли ни одного трупа, следы колоссальной засады и яростной битвы там видны невооруженным взглядом. Оуян Лэй — лис тертый, он ни за что не погонит армию в эту очевидную ловушку во второй раз.

Чэн Лин согласно кивнул:

— Твои доводы резонны. На какую же тропу, по твоему мнению, падет их выбор?

Ли Цин ненадолго задумался, после чего ответил:

— Если идти от родовых земель Оуян к трем сектам, у них остаются всего два возможных пути. Первый — северный маршрут: обогнуть регион вдоль границ Десяти Тысяч Гор, выйти к восточному побережью и оттуда спуститься прямиком к Секте Управляющих Мечом. Второй вариант — двинуться строго на юг через дикие, непроходимые горные хребты и выйти в тыл Секты Бога Войны. Однако южный маршрут чудовищно сложен для логистики: горы там отвесные, цивилизации нет, а плотность высокоранговых диких монстров зашкаливает. В отличие от них, предгорья Десяти Тысяч Гор куда более пологие, там проложено множество безопасных троп для практиков. Я ставлю на то, что с вероятностью в восемьдесят процентов они выберут именно первый, северный маршрут.

Чэн Лин медленно кивнул в знак согласия. В свое время он лично исходил весь юг в поисках духовных жил и даже наткнулся на странную аномалию в форме пятиконечной звезды. Дикие земли глубокого юга действительно были практически безжизненными, а местная фауна по своей свирепости и силе значительно превосходила монстров из района Десяти Тысяч Гор.

Однако все эти выкладки пока оставались лишь теоретическими умозаключениями. Чтобы устроить карателям клана Оуян гарантированно успешный перехват, ему требовались абсолютно точные, верифицированные данные об их перемещениях.

Поэтому он твердо произнес:

— Отличная аналитика, глава Ли, ты хорошо потрудился. Продолжай держать руку на пульсе их армии. Как только они утвердят финальный вектор движения — немедленно докладывай мне лично!

Ли Цин коротко поклонился и добавил:

— Владыка, есть еще один важный нюанс. Клан Оуян сейчас спешно отзывает вообще всех своих мастеров со всех уголков юга. Похоже, они планируют развернуть тотальную экспансию в сторону юго-восточного побережья. Та пятидесятитысячная армия — это лишь передовой авангард, за которым в скором времени двинутся их основные стратегические силы.

Чэн Лин нахмурился:

— Удалось разузнать, какова их глобальная цель?

— На данный момент точной информации нет. Известно лишь то, что они проводят тотальную мобилизацию всех резервов.

Юноша погрузился в раздумья, но так и не смог нащупать логику в действиях врага. Наконец он махнул рукой:

— Полно. Возвращайся к своим обязанностям и приложи все усилия, чтобы докопаться до их истинных намерений.

Ли Цин принял приказ и бесшумно покинул зал.

Чэн Лин остался сидеть в одиночестве, напряженно прокручивая в голове имеющиеся факты. «Что, черт возьми, задумала верхушка Оуян? Неужели они прознали о нашей истинной фракции и решили оголить южный фланг, чтобы встретить угрозу со стороны юго-востока? Или потеря ресурсов трех сект действительно настолько сильно выбила Оуян Сюня из колеи, что он потерял рассудок?».

Пока он бесплодно размышлял над этой загадкой, в дверях показался дежурный ученик и доложил о прибытии Чжоу Чантяня. Чэн Лин стряхнул с себя оцепенение и жестом приказал впустить гостя.

Спустя мгновение в зал буквально влетел Чжоу Чантянь, чье лицо прямо-таки лучилось от искренней, неподдельной радости.

Чэн Лин с любопытством спросил:

— Глава Чжоу, что заставило тебя сиять от счастья? Неужели Оуян Тянь пошел на твои условия?

Чжоу Чантянь весело рассмеялся и облегченно выдохнул:

— Владыка, Оуян Тянь наконец-то убрался восвояси! Более того, оперативники клана Оуян практически полностью покинули Возвышение. Последний месяц мы работаем без какого-либо надзора, и наши чистые доходы просто взлетели до небес!

Чэн Лин резко замер. В его разуме, словно вспышка молнии, промелькнула смутная мысль. Интуиция великого мастера формаций и алхимии буквально кричала о том, что здесь крылась какая-то смертоносная ловушка, но он никак не мог облечь это предчувствие в конкретные слова.

Он в упор посмотрел на главу клана Чжоу и спросил:

— Как это понимать? С какой стати Оуян Тянь вдруг отказался от идеи подмять под себя твой клан?

— Ваш слуга и сам теряется в догадках, владыка. Еще месяц назад я, строго следуя вашим указаниям, измотал этого старейшину бесконечным торгом. Я отчетливо видел, что его терпение на исходе, и уже собирался бежать к вам за новыми инструкциями. Но затем он вдруг, без объявления войны, собрал вещи и спешно покинул город.

— И перед своим уходом он не обронил вообще ни единого слова?

Чжоу Чантянь лишь недоуменно пожал плечами. С его точки зрения, уход Оуян Тяня был чистейшим благословением небес — по крайней мере, теперь над его душой никто не стоял с ножом круглые сутки. Чэн Лин слишком часто отсутствовал в Долине Безымянного, и Чжоу Чантяню приходилось в одиночку юлить, пресмыкаться и изображать из себя покорного слугу перед высокомерным старейшиной Оуян.

Заметив легкомысленное выражение на его лице, Чэн Лин мгновенно посерьезнел и ледяным тоном оборвал его мысли:

— Напряги память, Чжоу Чантянь! Вспомни каждую мелочь, которую он сказал перед отбытием. Это критически важно для выживания нашей фракции!

Глава клана Чжоу мгновенно растерял всю свою радость и испуганно подобрался. Он принялся судорожно восстанавливать в памяти события того дня и спустя добрую минуту неуверенно произнес:

— Да... да вроде ничего особенного, владыка. Я лишь случайно подслушал, как он в разговоре со своими адъютантами упомянул, что ему предстоит срочно нанести визит в великий клан Даньму и Восточный Дворец Дракона. Больше я ничего не разобрал.

Глаза Чэн Лина восхищенно и одновременно испуганно блеснули — пазл в его голове наконец-то сложился воедино. Он отчетливо понял логику действий Оуян Сюня.

По спине юноши пробежала струйка ледяного пота. «Какая непростительная, детская беспечность с моей стороны!».

Устроив грандиозный хаос на южных землях, он совершенно упустил из виду фигуры великого клана Даньму и могущественного Восточного Дворца Дракона. Начиная с памятной битвы в Долине Короля Пилюль и заканчивая тотальной осадой Секты Безымянного Меча в прошлом — клан Даньму и Владыки Восточного Дворца Дракона всегда выступали единым фронтом с кланом Оуян. Между этой троицей явно существовали некие нерушимые стратегические договоренности, если не полноценный военный альянс!

Их скрытая фракция одним ударом ликвидировала тридцать тысяч элитных бойцов клана Оуян, полностью вырезала четыре лояльных им клана и подчинила себе три великие секты. Подобные действия на корню уничтожали финансовое и политическое благополучие клана Оуян на юге. А если учесть, что Оуян Сюн искренне верил, будто за спиной мятежников стоят основные силы Секты Феникса, то для предотвращения окончательной потери региона он предсказуемо бросился за поддержкой к своим давним и верным союзникам — клану Даньму и Восточному Дворцу Дракона!

И как только эти два колосса официально вступят в игру, всё то хрупкое стратегическое преимущество, которое Чэн Лин с таким трудом выстраивал последние месяцы, мгновенно и безвозвратно обратится в прах!